демоны осенью плачут

      Осаму, он знает прекрасно сам, совсем испорченный ангел. Губы, созданные для молитв, шепчут под покровом темноты строки из запретных книг, меч, который дали ему ради защиты живого, ради жизни подобных Ему существ, давно отброшен за ненадобностью, а уж о крыльях и говорить смысла нет - где они, сожжены Господним пламенем или хранятся еще где-то в далеких пустынях, на дне океанов? Осаму давно отбросил все ангельское в себе, но быть ангелом он, конечно, не перестал. Разве способно что уничтожить ту частицу всеобъятного могущества Создателя в нем, кроме самого Создателя? Ангелы восставали, ангелы бросали вызов, ангелы творили бесчинства, но никогда не лишались своей сущности, ненавистной сущности Божьих детей, ведь Он не отворачивается от тех, кого сотворил.       Бунты, на самом деле, мало интересуют Осаму. Подобных ангелу его сиблинги называют, кажется, демонами. Те, что постоянно ищут чего-то, ведомые своей ненасытной жаждой новых знаний, которые способны отбросить предназначение ради собственной цели. Думать тысячелетиями, отыскивать ответы на вопросы, которые не под силам и старшим ангелам, придавать новые значения знакомым вещам, переосмысливать все устройство мира.       Таким и вырос Осаму - отдалился от прежних друзей и товарищей, отказался от защиты людских жизней, ушел в себя, в пустое пространство между мирами, оборвав связи с местом, где когда-то появился на свет.       Его единственной связующей цепочкой с Раем оставался один лишь Чуя.       Сотворенные в одно время, они оба подавали огромные надежды в ангельских войсках, отличились в войне с бесами, преданно защищали каждое творение своего Создателя. Просто однажды случилось, что блеск в глазах Осаму померк и крылья спустя несколько сотен лет опустились, отпали - Осаму больше не верил ничему, что знал. А Чуя продолжал быть цветом войск, продолжал блистать, носить гордое звание Божьего огня, карающего каждое нечистое существо.       Ни один из них не был ангелом в представлении тех, кого они должны были защищать. И Чуя, и Осаму знали это, но они никогда и не стремились к защите новых детей Божьих, людского рода, подверженного грехам. Обязанность, уважение к Создателю, отсутствие альтернатив, однако где здесь найдется любовь к тем слабым существам, населяющим твердь Земли? Чуе хватило Его безоговорочного авторитета - он остался на службе воинств. Осаму же подвергал сомнению каждое Его слово, переданное старшими ангелами - теперь результат недоверия налицо.       Конечно, столь ничтожные причины не могли разорвать ту связь, что образовалась между ними за долгое время совместной жизни. Ангелы - высшие существа, им не к виду ревность, злость, неуверенность в себе, все, что составляет сущность следующего поколения Его детей. Так что уход Осаму в грани мало повлиял на их отношения - они периодически встречались, делились новостями, дискуссировали. В ангельском обществе с высшими ценностями в виде отсутствия эмоций и преданности одному лишь Создателю, связи между существами пусть и не были запрещены, но стояли далеко не в почете. Если переводить отношения Осаму и Чуи в человеческий эквивалент, к ним, возможно, применим термин "дружба" или даже "любовь". Мало кто разбирается в общественных связях людей, никто сказать точно не в силах.