Обещая хранить, лелеять

Я бы не поверил тому, кто бы мне сказал, что я могу так любить. Л.Толстой

Амели уверена, ее безграничной любви обязательно хватит на них двоих сполна. Близнецы не соревнуются между собой за ее внимание, прекрасно знающие, что среди двоих она никогда не выберет только одного, они вовсю наслаждаются ее заботой. Кроткие поцелуи в уголок губ, маленькие букеты полевых цветов, милые безделушки, сделанные собственными руками, запах их духов на ее свитере тому доказательство. Про них троих шепчатся беспрерывно: такая странная пара, кто же сможет любить сразу двоих? Фред и Джордж не позволяют гнусным слухам добраться до ушей Амели, находят потенциальных обидчиков и сплетников, объясняют все по-хорошему с помощью парочки своих изобретений, и тех как ветром сдувает. Никто не хочет связываться с близнецами, готовыми превратить любого в карлика, если хоть один волосок упадет с головы пуффендуйки. Любовь делает их сильнее, даже Малфой и его компания решили впредь не трогать девушку, иначе с их вредилками можно и лысыми остаться. — У нас есть кое-что интересное, — однажды вечером вдруг произнес Джордж. Они сидели втроем в комнате гриффиндорцев, каждый занятый каким-то делом, и в этой тишине было так уютно и тепло на душе. Амели что-то писала в тетради, но отвлеклась, услышав голос возлюбленного. — Мы стащили это у Филча еще на первом курсе, — Фред вытащил из штанины кусок пергамента с лукавой улыбкой. — Если на ней не скрыто древнее пророчество, которое можно посмотреть лишь под лунным светом, я продолжу делать домашнее задание по Прорицанию, — завидев простую бумагу, она вмиг отвернулась, но близнецы вдруг подсели по обе стороны от нее, не дав продолжить делать скучные уроки. — Торжественно клянусь, что замышляю только шалость! — коснувшись палочкой бумаги, они в ожидании уставились на Амели, жаждя реакции. Буквы медленно стали прорисовываться на пергаменте, составляя странное приветствие. — «Карта Мародеров», — сорвалось шепотом с губ девушки, и та с трепетом раскрыла ее, внимательно рассматривая, как двигаются на секундой ранее пустой бумаге следы ног с обозначенными именами. — Здесь все кабинеты, тайные ходы? И… люди? — быстро сообразила пуффендуйка, проводя большим пальцем по их собственным именам на карте, по трем парам ног и улыбнувшись своим мыслям. — Ночью можем попасть куда захотим, — предвкушая что-то грандиозное, Фред подался ближе, кладя ладонь ей на спину. — И совершенно точно не будем пойманными, — добавил Джордж, положив собственный подбородок девушке на плечо, аккуратно целуя в висок. Легкий румянец коснулся щек, но быстро исчез, оставляя за собой лишь приятное чувство тепла в груди. Еще год назад они отдали карту Гарри, но буквально вчера одолжили ее у Поттера всего на несколько дней. Раньше они не могли доверить свой секрет Амели, а на пятом курсе, когда их дружба укрепилась, попросту не смогли этого сделать, карта была уже отдана. Но сейчас все по-другому, близнецам всеми силами хочется показать девушке как можно больше, только бы впечатлить любимую.

***

Что такое семья? Люди, которым ты нужен. В радости и горе, в мелочах или целом, они приходят в нужную минуту и остаются с тобой, несмотря ни на что. С.Дессен

— Снегг направляется сюда, — завидев на карте приближающиеся шаги с известным им троим именем, Фред тут же стал осматривать на бумаге ближайший кабинет, в котором они могли бы скрыться. Взяв девушку за локоть, они резко ускорили шаг в противоположную сторону, дабы не быть пойманными. Шаги были максимально тихими, в пустых коридорах звук гулкий. — Алохомора, — прошептав заклинание, дверь тут же отперлась. Пустое помещение встретило их прохладой, запахом пыли. Пройдя внутрь и не забыв запереть за собой дверь, компания расслабленно выдохнула. Они улыбнулись друг другу, словно закрепляя за собой уверенность в успехе их вылазки, а после двинулись вглубь комнаты. — Здесь зеркало, — Джордж подошел ближе, рассматривая пыльное, величественное зеркало. Амели стояла сзади, рассматривая витражные окна, из которых лучился лунный свет и собиралась заинтересоваться зеркалом позже. Фред стоял поодаль, увлеченный картой и наблюдающий за Снеггом, наворачивающим напряженные круги уже в другом коридоре. Джордж оглядел самого себя, но не заметив ничего примечательного, отошел в сторону. Вскоре подошел Фред, но, также завидев в зеркале лишь свое отражение, улыбнулся ему и подошел к брату, показывая что-то на карте, негромко переговариваясь. Отвлекшись от окон, Амели медленным шагом подошла к зеркалу, завороженно осматривая его. Надпись была непонятной, нечитабельной, словно бы задом наперед, и девушке пришлось прищуриться в темноте, дабы прочитать надпись. Я показываю не твоё лицо, но желание твоего сердца. В зеркале были ее родители: улыбающиеся, смеющиеся и целующие ее в лоб. Шепчущие губами слова о том, как гордятся ею, искренне любящие ее. Такие, какими они никогда не были. Девушка нахмурилась, отвернулась, сжала кулаки посильнее. Ей понадобилось лишь пара мгновений, чтобы понять, что зеркало вовсе не простое и ей не мерещится. Она взглянула еще раз, но тут же отвела взгляд. Несбыточные мечты не приводят ни к чему хорошему. Она вспомнила семью Фреда и Джорджа. Море заботы, улыбок, уверенности, что тебе здесь рады. Ты не лишний человек, тебе всегда есть место за обеденным столом, ты — член семьи. — Вы ничего не увидели в зеркале? — она отвернулась от возлюбенных, прикрыв лицо вьющимися прядями. По щеке скатилась одна слеза, к счастью, незамеченная братьями в полутьме. — Только наше отражение, — близнецы подошли чуть ближе. — Ты увидела что-то другое? — произнес Джордж. Она помолчала всего пару секунд, а после подняла голову и совершенно невозмутимо произнесла обыденное «Нет, ничего необычного». В голове проносились тысячи мыслей. О том, как ей повезло встретить этих двоих, как она благодарна им за все, что они делают для нее. С ними неважно где ты находишься, в гостиной Пуффендуя или Гриффиндора, в Косом Переулке, да хоть в Большом Зале, ты все равно чувствуешь себя дома. Фред и Джордж — ее спасательный круг, маяк, звезда путеводная. Они спасение. Уходя, она не обернулась на зеркало. Лишь поближе прижалась к плечу Фреда, одновременно взяв Джорджа за руку, ласково сплетая пальцы. Может, когда-нибудь позже близнецы узнают, почему в зеркале Еиналеж они увидели лишь свое отражение, а пока что им остается держать свое истинное счастье рядом, никуда не отпуская.

***

— Ты обещаешь приехать как можно раньше? — Мама ужасно расстроится, если тебя не будет. И мы тоже, — они стояли в своих забавных зимних шапках, подаренных им Амели буквально несколько дней назад. Снег хрустел под ногами, изо рта шел пар. Фред и Джордж уезжают домой на Рождество, и, конечно, отчаянно желают взять Амели с собой, но впервые за два года она отказывает им, но обещая приехать уже через несколько дней. — Через пару дней я приеду и мой пирог с яблоками будет у вас на столе, — пуффендуйка приподнялась на носочках, быстро целуя каждого в губы. Она заботливо поправляла их шарфы, завязывая чуть потуже. — А ты будешь на столе? — Я бы посмотрел на это, — улыбнувшись, поддержал Джордж. — Живо сели в поезд! — легкий удар по плечам братьев, два поцелуя в румяные девичьи щеки на прощание. Они уезжают, выглядывая из окна поезда и машут ей так, словно они не увидятся еще очень долго, а не всего несколько дней. Она выполнила обещание, уже через четыре дня приехала в деревню Оттери-Сент-Кэчпоул, а оттуда дойти до дома Уизли не проблема. Единственное неудобство — два рюкзака подарков для каждого члена семьи и, конечно, для Гарри тоже, а также маленький чемодан одежды. Близнецы каждый день бежали открывать дверь, ожидая наконец увидеть за ней возлюбленную, но всегда разочарованно охали, когда за ней стоял кто-то другой. Амели не прислала сову с письмом заранее, не просила встретить ее. Несильный стук в деревянную дверь, пара мужских голосов, радостные возгласы — Фред и Джордж наконец-то дождались ее. Она была холодной, на шапке снег, но это не помешало близнецам заключить пуффендуйку в крепкие объятия. На холоде, всего в одних легких свитерах и домашних штанах, они вдвоем приподняли ее над землей, словно долго были в разлуке, поцеловали в обе щеки и не отпускали почти минуту. — Гарри, это тебе. Джинни, солнце, возьми, — она доставала из двух рюкзаков подарки, завернутые в оберточную бумагу с их именами. Мистер Уизли радовался новым карманным часам, словно ребенок, ведь его старые разбились буквально две недели назад, Молли улыбалась новой сковородке и фартуку. Близнецы получили в подарок пиджаки темно-зеленого и красного цвета с их инициалами на карманах, Гарри футляр для очков, Билл кулон с электрической гитарой, а Рон даже бросился обнимать Амели, когда, разорвав оберточную бумагу, завидел купон на 20 любых бесплатных сладостей в кондитерской Шугарплама в Косом Переулке. — Она просто чудо, верно, мам? — довольно произнес Фред, уверенный, что их возлюбленная покорила всех. — Папа будет радоваться часам еще неделю, — добавил Джордж, встретившись взглядом с Амели. Молли думала, что найти невестку лучше пуффендуйки невозможно. Она знала о любви своих сыновей к этой девушке, и изо дня в день готовилась к тому, что сердце одного из близнецов ей придется лечить самой. Но время шло, влюбленные взгляды остались, а ее мальчики были на редкость счастливые, материнское сердце отчаянно чувствовало подвох. — Милая, не поможешь мне на кухне? — однажды вечером, когда все уже разошлись по комнатам, Молли позвала ее вниз. Треск камина, запах корицы и запеченных яблок успокаивал, даровал уют. На ногах Амели — теплые вязанные носки, а сама в домашней, нелепой ночнушке. До милоты забавно. — Амели, ты прекрасная девушка. И уже давно мои мальчики смотрят на тебя совсем другим взглядом. И я ведь не слепая, знаешь, я вижу, как они сильно любят тебя. Они каждый день галопом неслись открывать дверь, все ждали тебя! И они приехали такие счастливые, я давно не видела Фреда и Джорджа такими воодушевленными… — Миссис Уизли, я понимаю, что вы хотите узнать, — аккуратно перебила ее девушка, заботливо положив руку на плечо. — Чье разбитое сердце вам придется склеивать обратно, Фреда или Джорджа? Мы уже давно… все решили. Уверяю вас, ни одно сердце не пострадало. Я держу их крепко и никогда не уроню. Надеюсь, они мое тоже, — она улыбнулась ласково, надеясь, что эту странную новость женщина воспримет спокойно. Все же, ситуация необычная, как не старайся сгладить. Но ведь и сыновья у нее необычные, проказники-близнецы, величайшие шутники и выдумщики. Молли застыла лишь на пару мгновений. — Я ожидала, что у меня будет две невестки, милая. Но, раз так… Уверена, ты будешь самой лучшей, — она подалась ближе, раскрыв руки для объятий. Такие объятия в своей жизни должен получить каждый: материнские, теплые, дарующие покой и уют. — Не волнуйся, Артуру я расскажу сама. Он у меня слепой на такие дела, сам никогда ничего не заметит. Амели кивнула, помогла домыть посуду, а после тихим шагом удалилась, но не к себе, а в комнату близнецов. Возложив на нее тяжкую ношу рассказать об их отношениях Молли, пусть все и обернулось прекрасно, они заслужили парочку недовольных речей в свой адрес. — Милая ночнушка, — хихикнул Джордж, сидя на кровати. Похоже, она отвлекла их от какого-то бурного обсуждения. — И шерстяные носочки тоже. Хочешь поцеловать нас перед сном? — Фред улыбнулся, демонстративно сделав губы уточкой. — У вас было четыре дня, чтобы рассказать вашей маме о наших отношениях, но вы решили, что это может подождать?! Минуту назад это пришлось сделать мне! Я думала она не поймет или посчитает это шуткой! — Она, явно возмущенная, уперла руки в бока, словно строгая мать ожидая ответа от нашкодивших сыновей. — Мы думали, что она и сама все поймет, — тут же сориентировался Фред, — она вечно говорила нам, какая ты красивая, хозяйственная, аккуратная… — Парень замолк лишь на секунду, давая Джорджу продолжить цитировать мать. — …Нежная, милая, умная, какие мы слепцы, не обращаем внимания на такое чудо у нас под носом, и если кто-то из нас не опомнится поскорее, то… — То тебя уведут быстрее, чем мы придумаем очередную шалость, — закончив, они встали с кроватей. Медленные шаги, сопроваждающиеся щенячьим взглядом, поцелуй ласковый в обе щеки и сердце Амели тут же растаяло. — Не злись, конфетка. — Думаю, ей больше подходит искорка. Видел, как она вспыхнула? — Я оторву вам носы.

В тот день она переночевала не в своей комнате. Когда тебя обнимают двое, зимняя ночь становится намного теплее.