Between the hammer and the anvil

Лили проснулась совершенно разбитой. Она вспомнила, как просидела в кладовке около часа, прежде чем проскользнуть в свою комнату — снизу доносился голос Люциуса Малфоя, который не собирался ни уходить, ни подниматься наверх. Лили довольно скоро поняла, что эти «посиделки» затянутся, и решила, что разумно будет лечь спать — в крайнем случае, Снейп защитит её. И вот с утра она осторожно спустилась на первый этаж и осмотрелась — Малфоя видно не было. Зато её «защитник» крепко спал на диване, закинув ноги на его спинку. — Северус, — прошептала Лили, тормоша его за плечи. — Северус, вставай! Вставать он, видимо, не хотел, потому что, сонно махнув палочкой, наложил на неё Силенцио и снова заснул. Лили буквально потеряла дар речи от подобной наглости. Только она сняла с себя заклятие, как за её спиной вдруг что-то упало. Что-то… Большое. Вскрикнув, Лили повернулась и глазам её предстала невероятная картина — помятый лорд Малфой, который, похоже, только что упал со шкафа, невозмутимо вставал на ноги и отряхивался от пыли, слегка пошатываясь. — Миссис… Ик… Поттер, — холодно бросил он ей и отправился было искать свою мантию, но потом замер, осознав, кого только что увидел. — Что? Пауза затягивалась. Лили нервно сжимала в руках палочку, не в силах отвести взгляд от вмиг протрезвевшего Люциуса. Она не видела его со школы — но знала, что её неприязнь взаимна. Не только из-за того, что они по разные стороны баррикад в этой войне, но и из-за… Северуса. Именно про Малфоя Лили много всего говорила, когда срывалась на тогда ещё друга из-за того, что тот попал в плохую компанию. От «Пожиратель Смерти» до «мерзкий ублюдок» — всех этих званий в её речи удостаивался именно Люциус. Со своей стороны, Малфой тоже настраивал Снейпа против Эванс. «Грязнокровка», «бесполезная выскочка», «магловский выродок» — такими эпитетами он описывал Лили, пытаясь обратить внимание Северуса на кого-то из слизеринских девушек. Когда не получалось, Малфой взрывался (только внутри, конечно) и начинал нашептывать Снейпу о том, что если уж он так хочет получить эту грязнокровку, то получит, получит всё, что захочет, когда добьется признания у Тёмного Лорда. Глупая наивная молодость. Однажды пойдя на поводу у амбиций за своими идеалами, Люциус сам попался в сети, в которые так упорно пытался заманить Снейпа. Он был обречен с того момента, как принял метку, но сам осознал это только спустя время. Сиятельный лорд, а тогда ещё наследник Малфой, не предполагал, что в качестве последователя Темного Лорда он будет вынужден выполнять грязную работу. Первым же его заданием оказалось отрезать все пальцы у магла-путешественника, случайно забравшегося в лес слишком близко к поместью, с помощью Секо. Маггл сошел с ума, когда пальцы на ногах кончились. Волан-де-Морт разозлился и приказал Малфою продолжать, несмотря на то, что магл больше не кричал, а только по-детски улыбался, приковав пустой взгляд к глазам Люциуса. После того, как закончились все пальцы, Тёмный Лорд сказал Люциусу снять с истекающего кровью магла кожу. Без палочки. Когда Малфой не двинулся, а только мелко задрожал, лицом помутневший от тяжелого металлического запаха, Волан-де-Морт улыбнулся. — Люциус, — шепнул он. — Неужели ты думал, что будешь перекладывать бумажки и считать деньги? — Нет, мой Лорд, — склонил голову Малфой, сглотнув. Он не осмелился смотреть в лицо Волан-де-Морту, потому что боялся, что тот узнает его мысли, но все-таки решился противоречить — в первый и последний раз. — Но разве действовать без палочки… Это не по-магловски? Не то, против чего мы боремся? Воздух в комнате стал ощутимо тверже и холоднее. Пару секунд Лорд молчал, пытаясь, видимо, справиться с гневом, а после ледяным тоном ответил: — Десять Круцио. Белла. И в гулкой тишине залитого кровью подвала раздался первый крик Люциуса Малфоя. Его пытала свояченица, которая, несмотря на их родство, даже переусердствовала в своих стараниях — домой Малфой аппарировал в виде безвольного мешка с осколками костей и ошметками мяса. Нарцисса сумела удержать себя в руках и не упасть в обморок, долго его выхаживала (вместе с зельями Снейпа, который тогда ещё учился в Хогвартсе), а после этого рыдала, цепляясь за мужа, когда его вызывал Лорд. Она, безусловно, ценила власть, влияние и богатство, но семья для нее была дороже. Люциуса передернуло от воспоминаний. Он, воспользовавшись моментом, одним неуловимым движением направил на Лили палочку и обездвижил её. Северус проснулся — то ли от стука упавшего тела, то ли от шелеста заклятия, пролетевшего в сантиметрах от его лица. Вскочив на ноги, он мгновенно оценил обстановку и устремил спокойный взгляд на Люциуса, у которого, похоже, начинался нервный тик. — Объясни мне, друг мой двуличный, — тихо, но угрожающе сказал Малфой, направив палочку уже на Снейпа. — Что в твоём доме делает ЭТО? — А ты мне объясни, зачем ты в МОЕМ доме разбрасываешься заклинаниями? — хрипло парировал Снейп, попутно застегивая левый рукав рубашки. Когда он его расстегивал, он не помнил. Хотя нет, что-то такое было… Да, они с Люциусом мерялись метками. Малфой, поймав задумчивый взгляд друга, посмотрел на свою левую руку — рукав был закатан до локтя. Люциус, тоже вспомнив ситуацию, только понадеялся, что мерялись они исключительно метками. — Присядь и сними Петрификус с… Лили. — сказал Северус, нарушив неловкую тишину. — Я за антипохмельным. — А это не оно? — Малфой, не снимая его с прицела, указал другой рукой на пузырек с зельем, стоявший на комоде. — Насколько мне помнится, ночью ты принес его, потому что, цитирую, «с утра злье… Ик… обзтельно дожнбыть под ркой». К слову, ты ещё долго его искал и что-то разбил, параллельно обматерив Тёмного Лорда и посетовав на попойки Пожирателей за то, что у тебя почти не осталось ничего из запасов. — Разбил? — побледнел Северус, уловив из речи Малфоя только одно, и подавил в себе импульс бежать в лабораторию. Там сейчас могло быть очень опасно, учитывая то, КАКИЕ зелья он там хранил. — Не беспокойся, — серьезно ответил Люциус. — Я пошел туда сразу, как услышал звон, но мы с тобой разминулись. Кажется, ты убежал сразу же, но я тебя не увидел, так что зашел внутрь и случайно надышался странными парами. — Что с тобой произошло? — напряженно спросил Снейп, вглядываясь в бесстрастное лицо Малфоя. Напиться до такого состояния! В такое время! — Я начал летать, — невозмутимо ответил Люциус. — Ты нашёл меня через полчаса, взял за ногу и оттащил сюда. Так я попал на шкаф. Губы Северуса растянулись в слабой улыбке. Воспоминания отдельными яркими эпизодами возвращались и к нему, продолжая удивлять творческими ночными порывами двух пьяных молодых волшебников. — Не сметь. Смеяться. — процедил лорд Малфой, хотя и его уголки рта дернулись, поползли наверх. Он быстро подавил в себе лишние эмоции и продолжил: — И объясни мне, какого дракла здесь происходит? — После того, как мы выпьем зелье, — предложил Северус, потирая виски. Да, эта ночь была крайне веселой, но теперь за всё придётся расплачиваться — и кому? Опять ему. Всегда за что-то ответственность несет Снейп, в то время как он сам бы предпочел сдохнуть, нежели разбираться с проблемами других людей. Он старательно отгонял от себя мысли о том, что все эти проблемы он создал себе сам, точно так же, как и решать их предстоит самому. Всё, на первый взгляд, было довольно справедливо. Но что-то не давало ему покоя, казалось неправильным… «Жизнь вообще несправедлива» — вспомнил он слова Лили, которые въелись ему в душу. И сейчас он мысленно с ней согласился, разливая антипохмельное по бокалам.