Введение
15 ноября 2020 г., 03:51
Джозеф Джостар к своим семидесяти всё яснее понимал: не любил он Японию. Совсем. И каждый раз, приезжая в эту страну, как на каторгу, седовласый мужчина упорно себе напоминал, что делает это исключительно ради дочери, а она стоила всех тех неудобств, с которыми он непременно сталкивался.
Как сложилось, именно дочь навещала его несколько последних лет, выезжая в Америку. А сам он приезжал в гости нечасто настолько, что в последний раз видел Садао Куджо, мужа дочери, наверное, лет пять назад. Не то чтобы он питал к нему неприязнь, но и никаких особо теплых отношений между ними не было. А вот внука он бы понянчил ещё. Улыбаясь своим мыслям и вспоминая мальчишку с немного кудрявыми темными волосами, мужчина вышел из купе.
Конечно, его внук давно уже перерос тот возраст, когда нужно нянчиться. От дочери Джостар слышал о нём только хорошее. И теперь у него возникало сожаление, так как он мало принимал участия в подростковой жизни мальчика.
— Папочка, как же я скучала, — светловолосая женщина, весь вечер ожидавшая отца на пассажирской платформе железнодорожной станции, сразу обняла его, наконец увидев. Да так крепко, что не вздохнуть. В семье Джостар даже женщины обладали силой, правда, не всегда физической. Но она порой удивляла и ей. Мягкий характер не мешал жить, наоборот, именно эта черта придавала ей изумительной, воистину женской красоты. По крайней мере, так считал Джозеф.
— Холли, — обнял он дочь в ответ, правда, несильно, обращаясь с ней, как с хрупким сокровищем.
Блондинка постоянно что-то тараторила по пути до дома, а он с такой же горячностью отвечал. Джозеф ещё не был до этого в новой квартире, приобретённой четой Куджо, поэтому с любопытством осматривал помещение. Да, ремонт он бы сделал здесь на свой вкус, оценивая имеющийся с пренебрежением.
— Ты, наверное, с дороги проголодался и устал, — женщина прошла вглубь квартиры, очевидно, в то место, где находилась кухня. Славные запахи оттуда приятно щекотали нос, Джозеф с удовольствием втянул ещё, предвкушая дивный ужин. — Я так много наготовила, а Садао снова на гастролях, — блондинка развела руками, показывая этим жестом, что все кушанья ей одной не потянуть, так что отец прибыл как нельзя кстати.
— Холли, а где ДжоДжо? — Джозеф озирался теперь уже на кухне, но все его размышления прервал богато уставленный аппетитными блюдами стол.
— Гуляет, пап, — женщина присела, расставив последние тарелочки, — угощайся.
— В такое-то время? — он недоверчиво скосил взгляд на наручные часы. Время близилось к ночи.
Раздался шум. Было слышно, как громко хлопнула входная дверь.
— Это, должно быть, как раз он, — Холли так засияла от одной только мысли о возвращении сына, что Джостар отбросил все смутные сомнения из глубин подсознания, вставая и шагая по направлению к прихожей.
Он почувствовал внука прежде, чем увидел. Резкий и разящий запах перегара. Неладное закралось в мыслях и затем подтвердилось.
— Джотаро! — Холли бросилась высокому темноволосому парню на шею, повиснув. — Я так волновалась за тебя, наконец-то ты пришёл, — она вкладывала в каждое слово, произнесенное в адрес сына, столько ласки и любви, что становилось понятно, насколько сильно он ей дорог.
Перед ними стоял уже не мальчик, почти мужчина — остролицый подросток лет восемнадцати, одетый в цвета хаки футболку и чёрные брюки. Вещи были немного мятые, но даже человеку с плохим зрением видно, что они стоили целого состояния. Изысканность ткани, плотно прилегавшей к мускулистому смугловатому телу, ещё больше подчеркивала тонкий, но изощрённый вкус обладателя. А лакированные кожаные ботинки служили доказательством безбедной жизни.
— Убери от меня руки, сучка, — Джотаро раздраженно посмотрел на мать, а затем перевел такой же безрадостный взгляд на Джозефа.
— Пойдём, посидишь с нами, — Холли, казалось, совсем не обратила внимание на оскорбление, словно это было обыденно и вообще значения не имело. Однако отцепилась от сына, немного отходя.
Джозеф нахмурился, в глубине души поднимался сильный протест на всё происходящее. Это так, значит, вырос его внук? Вот в это превратился?
— Да как ты с матерью разговариваешь?! — он с силой притянул парня за края футболки над вырезом у шеи, с треском сминая дорогостоящую ткань и глядя прямо в бирюзовые глаза.
Его с лёгкостью оттолкнул подросток, высвобождая от рук свою вещь, поправляя её. Глаза засверкали, будто в их отражении отображались бритвы.
— Не путайся под ногами, старик, — почти сразу убийственный взгляд сошёл на нет, а на смену ему пришёл снисходительный, — с тебя песок уже сыпется, а у меня новая обувь, — повертев показательно ботинком, Джотаро его снял, проходя вглубь дома уверенной, но от выпитого слегка шатающейся походкой.
Джостар в изумлении раскрыл рот, шокированным взглядом провожая внука.
— Давай вернёмся за стол, его сейчас лучше не беспокоить, — блондинка взяла отца под руку, ведя обратно на кухню, улыбаясь и этим ещё сильнее выводя Джозефа из равновесия. Характер у мужчины и без того горяч, поэтому сдержаться для него было занятием невозможным.
— Чем занят Садао, как вы умудрились так запустить сына? Какой ужасный у Джотаро характер! И никаких манер! Он — хамло! — Джостар почти отчитывал дочь, разъярённо ходя по кухне, изредка вскидывая руки и посматривая на притихшую Холли, виня, по большей части, именно её мужа.
Вот так он и знал, как может спокойный и мирный парень из провинции вырастить мужика? Да никак! И плевать Джозеф хотел, что Садао многого добился в карьере музыканта, если дома у него ходит этот необузданный чёрт.
— Сэйко, папа, меня в Японии зовут Сэйко, — ласково поправила отца женщина, а потом смущенно добавила: — Джотаро очень добрый мальчик, просто сложный возрастной период…
Мужчина хлопнул себя по лбу, не находя, что сказать.
Когда дом опустился в дрему, а за окном давно уже стояла глубокая ночь, Джозеф вышел на балкон. Он не торопился ложиться, к тому же спать на футоне его бесило. То ли дело кровать в Америке… Эх, но перед отъездом есть ещё одно дело. Набрав записанный на тонком блокнотном листочке номер, он прислушался, шли долгие и нудные гудки.
— Предложение ещё в силе? Говорите, только потомок Джостар сможет управлять поместьем? — Джозеф начал без приветствия, переходя сразу к делу.
— Всё верно, — низкий мужской голос на том конце обошелся короткой фразой, подстраиваясь под нетерпеливые возгласы собеседника.
— Могу я, проще говоря, отправить на своеобразные каникулы туда своего внука? — Джозеф поморщился, вспоминая сегодняшнюю выходку подростка. — В общеобразовательных и воспитательных целях, — добавил, чтобы сразу стало ясно, чего он ждёт. А именно: жёстких реалий, которые, как он надеялся, грамотно преподнесут его внуку. — И в случае, если всё пойдёт по моим планам, то закрепить поместье за ним? Он ещё очень молод, правда…
— Имеете полное на это право, мистер Джостар, — голос заметно приобрёл оттенок торжествующий, чего уж точно Джозеф понять не мог, — я так понимаю, на этот момент он — самый молодой наследник? В последних отчетах было указано лишь ваше имя…
— В преисподнюю ваши отчеты, вы мне сможете помочь или нет? — с годами мужчина все сильнее выражал нетерпеливость, сам нередко поступая нагло и грубо, но не до такой же степени, как внук! ДжоДжо ещё поплатится за то, как назвал свою мать. — Пока не знаю как, но я доставлю этого засранца вам. Как попасть в резиденцию?
— Я лично отвезу вашего внука, волноваться не о чем, — собеседник, обладая чрезмерной терпеливостью, продолжал вежливо изливать суть, — думаю, мне есть что вам предложить.
— Слушаю, — Джозеф пальцами забарабанил по дверному косяку, заранее уже согласный, наверное, на всё.
***
Солнечный луч настойчиво прорезался между плотными тёмно-карминовыми шторами, своим светом выводя из спящего состояния молодого человека. Веки дрогнули, глаза цвета ненасыщенного аквамарина сонно приоткрылись, чтобы затем от слишком яркого свечения снова сомкнуться. Неосознанно уже зарождались первые искорки раздражения. Джотаро перевернулся на другой бок, поворачиваясь спиной к навязчивому свету. Заснуть снова не удавалось, к тому же слышалось, как на кухне гремит посудой мать. Он потянулся, раскинувшись на кровати, как морская звезда, а потом резко сел, ладонью разминая слегка затекшую шею. Встав не спеша с застеленной постели, он небрежно накинул на спальное место покрывало. У всех в доме футоны, а он позволил себе уйти от традиций, которые, кстати, сейчас и так далеко не всеми соблюдались. А ещё вчера он пришёл домой слишком поздно, впрочем, мог вообще не приходить и остаться у друга. Но спать конкретно на своей кровати и в своей комнате ему по нраву больше. Юноша накинул шелковый халат, открыл дверь комнаты и неторопливо, мерными шагами направился в ванную комнату. Следовало принять душ ещё вчера по возвращении, но парень не любил мыться, если знал, что в доме находится посторонний человек. Джотаро прислонил лоб к прохладной поверхности двери ванной прежде, чем зайти. Точно… Вчера же приезжал его дед, Джозеф Джостар. Меньше всего он хотел видеть в своем логове гостей, хоть и родственников. Еще и эта сучка прилипла, её миновать практически невозможно изо дня в день. Как бесит. Необязательно его трогать, чтобы выразить свои чувства. Вздохнув, Куджо скинул с плеч халат и зашёл в душевую кабинку. Он надеялся, что старик уже свалил в свою Америку, и теперь жизнь будет течь в привычном для него темпе. Спокойном в доме и энергичном за его пределами. Вода тёплыми каплями падала на лицо и на тёмные волосы, окончательно пробуждая ото сна. Ему снова сегодня ничего не приснилось. Куджо не понимал людей, торжественно рассказывающих о своих снах. Значило ли это, что у него уже всё есть, поэтому никакой невоплощённой мечты для него нет, и нет кошмаров, так как он уверен, что ничего не потеряет? Его самодостаточность чем-то отдалённо напоминала самовлюблённость… Закончив водные процедуры, брюнет брезгливо окинул взглядом халат, в котором сюда шёл. На чистое тело он не наденет даже единожды ношеное бельё. Поэтому, обернув мягкое белое полотенце поверх бёдер, парень вышел из ванной комнаты, сразу проходя на кухню на приятный запах. Холли всегда готовила вкусно, аромат еды будоражил желудок, тот урчал и напоминал, что завтрак пропускать не стоит. Холли нисколько не смутилась, заметив сына практически голым, её радовало, что он в порядке и даже с утра вроде бы ещё не такой резкий, как обычно. — Тебе пришло письмо, — женщина взяла со стола конвертик и помахала им перед лицом сына, как бы привлекая внимание. — Письмо? — Джотаро выхватил сверток бумаги, небрежно вертя в пальцах, сразу же пытаясь узнать адресанта. — Какой клоун шлёт в наше время письма? — поняв, что всё сокрыто в самом содержании извещения, подросток швырнул его на стол. Потом почитает. Холли пожала плечами, возвращаясь к приготовлению завтрака. Она принялась помешивать овощи на сковороде. — Дед уехал? — Куджо потянулся за пачкой сигарет, сразу же выуживая одну. Поднося к ней зажигалку, он поджёг её и закурил, распространяя едкий дым. — Да, рано утром, — женщина ничего на это не сказала, лишь приоткрыла пошире окно и включила вытяжку. Садао ругается, когда приезжает с гастролей и обнаруживает терпкий запах табака на кухне. Из-за этого они много ссорятся с Джотаро в последнее время. Позавтракав, Куджо всё-таки соизволил пойти одеться, для начала встав перед зеркалом и оценивающе себя разглядев. Время, проведённое в качалке с другом, не прошло зря. Смуглое, подкачанное собственное тело вызывало удовлетворение. Довольный собой, он достал с полки чистые чёрные брюки, идентичные тем, которые он носил вчера. А затем накинул такую же чёрную атласную рубашку. Застёгивая серебряные пуговицы на ней, он среагировал на телефонный звонок, сразу же отвечая, но не прерывая своего дела. — ДжоДжо, сколько тебя ждать? — недовольный голос, принадлежащий другу, ожидал ответа. — Выхожу, — Куджо поторопился и вышел из комнаты, попутно беря в тон прикиду фуражку, а также конверт с письмом. Прочитает по дороге.***
— Или это розыгрыш, или я стану владельцем целого поместья где-то в Великобритании, — Джотаро сосредоточенно рассказывал о своей нелегкой дилемме высокому светловолосому парню, стоящему к нему спиной. Тот, впрочем, был занят, мешая алкоголь и пытаясь сделать слоистый коктейль, используя свой мини-бар в номере. Джотаро, как часто говорил интересующимся, дружил с Дио Брандо с пеленок. На самом деле их дружба началась сильно позже. Это был его единственный друг, который всегда находился рядом и поддерживал во всех ситуациях. При всей разности дарований и свершений. — Так съезди и проверь, что мешает? — янтарные глаза прищурились, вливая в стопку очередной слой спиртного. — До конца лета ещё полно времени, — Дио оглянулся, оценивая реакцию, он всегда нуждался в повышенном внимании, подпитывая гордыню индивидуализма. — Посоветуйся со своим дедом, раз это родовое имение, то он должен быть в курсе, — по правде говоря, он и так знал, что говорил сейчас всем понятные вещи, просто хотелось узнать мнение ДжоДжо на этот счет. — Судя по всему, он без понятия, иначе сказал бы вчера, когда приезжал, — хоть и тема, обсуждаемая ими, являлась щепетильной, Джотаро лениво раскинулся на широкой кровати. — Если это наследство, то грызться за него я ни с кем не хочу. — Хочешь, чтобы оно принадлежало тебе без боя? — залив последний слой, Дио победно ухмыльнулся, поднёс стопку к губам, осушил ее, смакуя уже после последние капельки. Вкусненько получилось. В следующий раз надо попробовать поджечь алкоголь для пущей эффектности. Тема-то реально важная, но никто из них внешне не проявлял чего-то даже близкого к панике. Куджо сам по себе выражал эмоции нечасто, да и, скорее, всегда негативные, не ручаясь при этом за свои рукопашные действия, за что и прослыл хулиганом. — Побороться я не против, ты меня знаешь, — Джотаро помериться кулаками очень даже любил, считая, что навалять заслужившему человеку лишний раз — вовсе не лишний. — Но моего деда в известность не поставили, скорее всего, посчитали уже проигравшим, так зачем мне ему говорить об этом? Мало ли, сердечко ещё прихватит, — Куджо потянулся за пачкой сигарет, лежащей на кровати и принадлежащей, как нетрудно догадаться, Брандо. Тонкие, длинные. Женские. С ментолом. Дио всегда был не прочь поэкспериментировать, но чтобы всерьез курить целую пачку такого дерьма… — Я бы на твоём месте не упускал возможностей, — Дио, уверенным шагом преодолев путь до кровати, отобрал свои сигареты, хмыкая на недовольное лицо друга. — Если даже это нелепые проделки какого-то шута, то логично убедиться в этом, а потом проучить, — маленькая, но вероятность выгодного времяпровождения выходила на первый план. Он мог пренебречь многим ради достижения собственных целей, подталкивая к этому и друга всякий раз. Наследство, поместье… Если ДжоДжо правда такой везунчик, то это даже как-то слегка завидно. — Я подумал сейчас и решил, что беру тебя в этот уикенд с собой, — Джотаро не сомневался: друг не откажется. Дио бы сам напросился, можно было просто подождать. Но Куджо ждать не любил. — Трусишь? Или без меня тебе не справиться? — шкодливо протянул блондин, снимая домашние шмотки, чтобы потом переодеться в уличные. На сегодня им ещё нужно пройтись по клубам, причем не все из них — традиционные. Брандо с большей страстью относился к тематическим, не скрывая никогда бисексуальности. Джотаро же предпочитал исключительно женщин, с недоверием относясь к некоторым пассиям светловолосого. В противовес зачастую серьезному и угрюмому, хоть и самодовольному характеру друга, Дио жил, ведя себя более развязно. Так или иначе, окружающие зачастую называли их обоих избалованными детьми потерянного поколения. За что иногда получали по зубам от Куджо, а от него до кучи язвительные фразочки. — Мне скучно, Брандо, — Куджо достал извещение, ещё раз вчитываясь в строки. Некий Джордж Джостар, будучи, наверное, при смерти, хочет передать бразды правления ему, обычному светскому парню? Старый хрыч пал жертвой деменции, раз не придумал чего получше. — Помоги мне не сдохнуть от скуки ещё в дороге. — Хм… — Дио затянулся сигаретой прямо в номере отеля. Своего дома у него не было — он его продал, хотя мать после развода с мужем купила жилье специально для сына. На что ему дом, когда жить гораздо приятнее, не оседая на одном месте, а порхая, как бабочка, с одного цветка на другой? Правда, как Куджо часто его осаждал, как бы собранный им букет не оказался венерическим, учитывая все предпочтения. — Дело на пять минут, — не понимая, почему друг не подхватил гениальную идею, ДжоДжо продолжил настаивать на своем, при последующем вопросе выгибая бровь, копаясь при этом в телефоне. — Или, может, это ты деревенщин испугался? — не знал он, чего ожидать от поместья. То ли важных аристократов, то ли реально простой деревенский люд. — Ничего не испугался, — Брандо плюхнулся на кровать к другу, сгребая подушки в охапку. Пахло шампунем и женскими духами, этот запах оставила его сегодняшняя любовница. — Звони давай, пока я не передумал. — Уже набрал, — Джотаро поставил на громкую связь, после чего парни в ожидании уставились на телефон. Было в этом всем что-то загадочное, что приятно кольнуло сердце Брандо. И неприятно скользнуло по предчувствию Куджо.
