Вместе во всех вселенных

Питер уже привык каждое утро устало потягиваться, несмотря на то, что только что проснулся, он постоянно чувствовал себя ужасно истощенным. Да, жизнь члена королевской семьи, пусть он и был седьмой водой на киселе для Королевы, не была простой. У его рода был свой замок, слуги, деньги (небольшие по сравнению с семьей, живущей в Букингемском дворце, но все же). Ни Питер, ни его родители не жили в свое удовольствие, не тратили средства налогоплательщиков и даже не разрешали тем, кто выращивает дурь, располагать лаборатории на своей земле. Питер, оканчивающий третий курс юридического факультета Лондонского университета, много учится, работает, устает и каждый день все с начала. У него нет друзей-сверстников, свободного времени, да и вообще свободы, как у обычного паренька из Лондона. Его семья не хотела, чтобы одна их ошибка обернула против них все СМИ Англии. Его отец входит в состав палаты Лордов, а мать занимается проблемами окружающей среды. Достойная жизнь для тех, кого часто обвиняют в растрачивании налогов. И все же Паркер-младший смог найти для себя отдушину в этой тяжелой и загруженной жизни. Это был его личный дворецкий. Тони Старк. Этот красивый и обаятельный мужчина не был простым слугой. Он был начитанным, невероятно умным, эрудированным дворецким, который учился своей профессии и происходил из династии дворецких. Старк видел, насколько Питеру было иногда тяжело: молодой юноша не мог вести соцсети, ходить по клубам, встречаться с непроверенными девушками или парнями и не мог признаться о своей ориентации, хоть и жил в одной из самых прогрессивных стран мира. И мужчина помогал ему. Лишь морально, конечно, но и эта поддержка была незаменимой. — Мистер Паркер, вы должны лечь спать. Уже второй час ночи, — тихо сказал Старк одной ночью, увидев, как Питер сидит сгорбившись над какими-то бумагами за письменным столом. — Я же просил тебя называть меня по имени, — сквозь зевок ответил Питер. — Завтра семинар, готовлюсь. А ты почему не спишь? — Не могу спать, зная, что вы снова учитесь по ночам. Завтра ведь опять уставшим проснетесь, — полушутливо произнес Старк, чтобы не показать, насколько его волнение реально. — Я лягу спать, если ты позовешь меня по имени, — хитро ухмыльнувшись, сказал Паркер. Он иногда не мог скрыть своей симпатии и привязанности. А может просто не хотел. — Питер, ложись спать, — тепло сказал Старк, положив руку юноше на плечо. Тот лишь послушно кивнул и встал из-за стола. Таким общением было пронизано все их взаимодействие. Питер уставал — Тони помогал, Питер отчаивался — Тони подбадривал, Питер влюбился — Тони тоже. Они никогда не говорили про это вслух, но чувствовали приятное покалывание в груди, когда улыбались друг другу. Старк был благодарен юноше за то, что того не смущали их статусы. Паркер был будущим герцогом, а мужчина так и останется дворецким до конца своих дней. Но почему-то Питер проявлял свою симпатию по отношению к тому, у кого в свои сорок лет на висках уже была седина, а за душой — лишь страсть к работе.

***

— Вы отлично выглядите, мистер Паркер, — отметил Старк, поправляя его смокинг. — Тони… — на выдохе притворно измученно произнес юноша. — Ладно. Питер. Отлично выглядишь, — мужчина улыбнулся. — Уже подумал, с кем будешь сегодня танцевать на приеме? Питер покрутился у зеркала, убедившись, что выглядит хорошо и обернулся к Тони, стоявшему у него за спиной. — Нет, потанцую с кем придется. Это ведь почти работа, — серьезно ответил Паркер, а затем мечтательно улыбнулся. — Но я бы очень хотел потанцевать с тобой. Старк усмехнулся. — Не думаю, что мы когда-нибудь столкнемся на приеме такого уровня. — Но мы ведь каждый день сталкиваемся в моих комнатах, — хитро ухмыльнулся юноша, слишком толсто намекая на свои желания. — Хотите пригласить меня на танец? — Тони вопросительно вздернул одну бровь, не желая так открыто показывать, что готов отдать все ради лишь этого танца. — Мистер Старк… — Питер протянул ему руку. — Не подарите ли вы мне этот танец? На удивление Тони, юноша занял позицию ведомого и позволил кружить себя по собственной комнате, мечтательно смотря в глаза своему партнеру по танцу. Они не знали, сколько времени так провели. В сознание их привел бой часов, обозначающий, что Паркеру пора отправляться на прием. — Спасибо, Питер, — улыбнулся Старк. — Спасибо, Тони. Весь тот вечер Питер так и не пригласил никого на танец.

***

Паркер-младший не знал, как сообщить родителям, что влюбился в дворецкого. Да, пока что он не собирался этого делать, но физически ощущал, что и нескольких часов не может прожить без Старка. А это уже тревожило. Питер даже думал о том, чтобы отречься от всех титулов и остаться с Тони (если он, конечно, сам этого захочет), но тогда род Паркеров прервется, а мужчина потеряет работу. Но, черт возьми, как же хочется быть с Тони. Питер планировал план захвата сердца Старка весь день, сидя на парах, по пути домой с университета, обедая с родителями, которые что-то говорили про предстоящие выборы в парламент. Но когда Тони пришел к Питеру в его комнату, чтобы помочь с вечерним туалетом, все заготовленные действия сразу забылись, поэтому пришлось импровизировать. — Тони, я… — Паркер мог общаться с успешными и невероятно умными людьми на тему политики, экономики, экологии, но совершенно не умел объясняться в своих чувствах, ведь ни разу не делал этого из-за стиля своей жизни. — Я… я ведь нравлюсь тебе, так? — Что вы имеете в виду, мистер Паркер? — но после укоризненного взгляда мужчина исправился. — Питер. Старк хотел оттянуть этот момент, ведь знал, что не сможет сказать «нет», что ему слишком сильно нравился Питер, чтобы упустить его. — Ты знаешь, — юноша хотел выстроить их диалог таким образом, чтобы Старк все сказал за него. — Что вы ждете от меня? Разве такие отношения возможны? Вы — наследник герцога, а я — дворецкий. Ни ваши родители, ни общественность не простят вам такой выбор. Вы и сами себе его не простите через пару лет, — тихо, но вполне уверенно сказал Тони. — Но может мы хотя бы попробуем? Я не собираюсь сразу размещать наши фото в прессе. Я понимаю, что ты тоже, возможно, не захочешь такой жизни: можешь потерять работу, а мне придется жениться и завести ребенка. Но, Тони… — юноша схватил дворецкого за руки. — Отпустить тебя я тоже не могу! Я так сильно влюбился в тебя, что готов рискнуть своим положением. Но я понимаю, что ты не можешь так опрометчиво поступить, поэтому, если решишь… Старк за долю секунд заключил будущего герцога в крепкие объятия, показывая, что и он готов рискнуть своей жизнью ради юноши в круглых очках, костюме, с обворожительной улыбкой и убранными назад волосами. В такое время в их фамильном дворце еще не было родителей Паркера, а прислуга не заходила на этот этаж, поэтому они решили этим воспользоваться. Их первый и невероятно жаркий поцелуй перерос во взаимный петтинг на кровати юноши, после которого и Питер, и Тони еще раз убедились, что поступили правильно. Пока они еще не знали, что через несколько лет, в течение которых они скрывали свои отношения, родители Питера все же одобрят их связь, но все-таки попросят сына жениться и подарить роду наследника через искусственное оплодотворение (сделанное, естественно, в другой стране). Они еще не знали, что после трех лет фиктивного брака Паркер разведется без скандала и вскоре объявит, что выходит замуж, а Старк перед этим уволится, чтобы через месяц занять место второго герцога. Они еще не знали, что, раз в их семье уже росла маленькая Морган, никто не мог что-то сказать против их брака. Не знали, что все родственники одобрят их отношения, что никто не лишит Паркера карьеры в политика в палате общин парламента. Старк тоже сохранил свою работу, пусть и в измененном виде: он занимался домом, воспитанием дочери, которая считала его своим родным отцом, писал научные труды и публиковался в самых авторитетных журналах мира. Они поставили на кон свою судьбу, и их ставка сыграла.