Сборник. Война во время мира

      — Пап, пойдем потренируемся, — с утра пораньше в кабинет к Джеймсу вошел Кристиан. — О, ты делаешь новые тактики?       — Да, на следующий сезон, — Джеймс поцеловал своего десятилетнего сына в макушку. — Да и на улице снег.       — Ну и что? — настаивал мальчик. — Ты сам говорил, что когда был капитаном в школе, то заставлял тренироваться в любую погоду. Не знаешь же, в каких условиях придется играть.       — Я так рад, что хоть ты унаследовал мою страсть к квиддичу, — улыбнулся Джеймс.       — Шарлотта тоже любит, — возразил Кристиан. — И ты сам запрещал ей играть.       И это было правдой. Джеймс так боялся за своих девочек, что не хотел, чтобы они имели что-то общее с этой травмоопасной игрой. И если с Кейт проблем не было, и она изначально не горела желанием даже учиться летать, то активность Шарлотты рано или поздно привела бы ее к метле. Поэтому то, что папа профессиональный игрок в квиддич девочка узнала только в девять лет. И ожидаемо сразу начала просить метлу. Джеймс никогда не мог отказывать своей маленькой принцессе, поэтому купил ей самую лучшую.       Шарлотта унаследовала его талант. И как только села на метлу, сразу же грациозно взмыла в воздух. В отличие от родителей, девочка всегда любила играть на позиции охотника. Но Джеймс ей сразу сказал, чтобы в команду она и не думала идти. И дочка слушалась.       До недавних пор. В этом году Шарлотта уже пошла на шестой курс. И в один из дней Джеймс и Пенелопа получили письмо.              Мам, пап,       Можете меня поздравить! Я теперь ловец в команде Гриффиндора. К сожалению, охотников не набирали. Поэтому буду продолжать семейную традицию.       Ваша Шарли              — Тебе не кажется это странным? — нахмурился Джеймс, перечитывая эти две строчки снова и снова.       — То, что она тебя не послушалась? — усмехнулась Пенелопа. — Джим, она уже не та маленькая пятилетняя девочка. У нее есть свое мнение. Я думаю, что она прекрасно отдает себе отчет в том, что могут быть травмы. Ты, когда запрещал ей идти в команду, аргументировал этим.       — Я не об этом, — покачал головой Джим. — Ей всегда нравилось играть за охотников. К позиции ловца у нее совсем не было интереса. Почему ей так захотелось в команду, что она даже пошла пробоваться на это место?       — Когда как не на шестом курсе пробовать все в этой жизни, — Пенелопа поцеловала его.       — Ты на что намекаешь? — с подозрением посмотрел на нее Джеймс.       — Ни на что, — едва заметно усмехнулась Пенелопа. — Она понимает, что скоро Хогвартс кончится. И не хочет не попробовать чего-то.              — И вообще все удачно складывается, — радовался Кристиан. — Когда Шарли закончит Хогвартс, я как раз пойду на второй курс. И освободится место ловца. И я должен его получить. Как ты, как дедушка.       — О да, — засмеялся Джеймс.       Он вспомнил, как в этом году не только Шарлотта порадовала их новостью. Лео Поттер, будучи всего второкурсником, стал вратарем команды Слизерина. Альбус даже в шутку спросил у Мелиссы, он ли отец ребенка. На что Джеймс спрашивал у Пенелопы, не Альбус ли отец Кейт. Потому что его вторая дочь была очень спокойной, рассудительной для своего возраста, любила учиться (тут Джеймс ссылался на Розины гены, которые немыслимым образом вселились в его дочь) и, как предсказывала Николь, попала на Когтевран вместе с Аделиной. Эмили, дочь Рокси и Коллина, была Гриффиндоркой, и под ликование дедушки Рона и непонимание дедушки Драко, рыжая Лиана составила ей компанию. Лео же попал на Слизерин.       Хотя для Джеймса это было ожидаемо, что Лео рано или поздно будет в команде. Лео и Арктур были единственные из их семьи на Слизерине, поэтому несмотря на двухлетнюю разницу в возрасте все равно общались. И Джим был уверен, что именно Арктур, который тоже прошел испытания в команду на охотника, подтолкнул Лео пройти отборочные вместе с ним.              — Папочка, — девочки бежали к нему, как только сошли с поезда.       Джеймс с улыбкой подхватил Кейт, а второй рукой прижал к себе Шарлотту.       — Привет, мои принцессы, — каждая дочь получила по поцелую. — Как дела?       — Все отлично, — ответила Кейт. — Я получила высший балл за последний тест по заклинаниям.       — Ты же моя умница, — восхитился Джеймс. — Шарлотта, а как твои успехи в учебе?       — Пап, ну какая учеба, — нахмурилась старшая дочь. — Кто учится на шестом курсе?       — Учеба — это важно, — серьезно сказал Джеймс, включив родителя.       — Ну-ну, — за ним раздался голос Альбуса, который уже держал за руку Лео. — И это сказал человек, который ни разу в жизни не открыл учебник.       — Не мешай мне воспитывать детей, — Джеймс слегка пнул Ала.       — Вы приедете к родителям на Новый год? — спросил Альбус.       — Да, конечно, — ответил Джеймс.       — Дядя Джеймс, а ты же со мной поиграешь в квиддич? — спросил Лео. — Мне все завидуют, что мой дядя тренер сборной Англии по квиддичу.       — Конечно, поиграем, — заверил племянника Джеймс. — И Кристиан будет счастлив. Готовься отвечать на вопросы про отборочные.       — Он, действительно, неплохо сыграл в матче с Гриффиндором, — кивнула Шарлотта. — Хотя снитч все равно поймала я.       — Я в тебе не сомневался, — усмехнулся Джеймс.              — Крис, — тут же позвала брата Шарлотта, едва они переступили порог дома. — У меня для тебя подарок.       Шарлотта достала из сумки огромный мешок со сладостями из «Сладкого Королевства». Она прекрасно знала, как брат любит подарки из Хогсмида.       — Спасибо, — Кристиан посмотрел на нее своими карими глазами, полными благодарности.       Если Кейт была точной копией Пенелопы, как мечтал когда-то Джеймс, то Шарлотта была копией Джеймса, за исключением глаз. Кристиан же был точной копией Джеймса, как и хотела Пенелопа.       — Ты же сказала, что ты не успела зайти, потому что выбирала платье на бал, — обижено сказала Кейт. — Ты мне соврала. Шарли, а я тебе верила!       — Вообще-то это был сюрприз, — закатила глаза Шарлотта. — Но если ты не умеешь ждать, то я не виновата.       Она достала такой же мешок со сладостями и вручила сестре.       — И вообще, могла бы уже и сама в Хогсмид сходить, — сказала старшая сестра. — Я в твоем возрасте уже…       — Не смей учить ее своим хулиганствам, — строго сказала Пенелопа. — Закончишь школу, и учителя наконец-то смогут выдохнуть.              На следующий день Джеймс позвал детей во двор лепить снеговика. За ночь как раз выпало достаточно снега. Кристиан и Кэтрин тут же побежали одеваться. Но Шарлотта не спешила. Джеймс вообще не узнавал старшую дочь. Она всегда была к нему так привязана. И каждый приезд на каникулах не отлипала от него и очень расстраивалась, когда ему нужно было уходить на работу. Вроде это была все та же Шарлотта, его Шарлотта. Маленькая хулиганка и непоседа с хитрым взглядом и заразительным смехом. Но какая-то… другая. Более взрослая.       — Я помогу маме с обедом, — сказала девочка.              — Рассказывай, — сказала Пенелопа, когда Шарлотта принялась лениво чистить картошку. — Ты же явно не горишь желанием готовить. Кто этот мальчик?       — Какой мальчик? — Шарлотта покраснела и не сводила взгляд с картофелины.       — Если нашего папу можно провести, замаскировавшись под желание играть в квиддич, то меня нет, — усмехнулась Пенелопа.       — Да, мне нравится Том, — вздохнула Шарлотта. — Он на седьмом курсе. Вратарь и капитан команды. Он мне с того года нравится. Но он не обращал на меня никакого внимания. И Бэтти сказала, что нужно просто больше времени проводить вместе. И посоветовала вступить в команду. И это сработало. Мы теперь встречаемся.       — Я очень рада за тебя, — улыбнулась Пенелопа. — Твоя целеустремленность точно в папу.       — Мы и на бал вместе ходили, — улыбнулась Шарлотта, вспомнив вчерашний вечер. - Мне так нравится с ним целоваться. Мам, а если он захочет большего? Во сколько лет ты лишилась девственности? Ты же была на шестом курсе, когда начала встречаться с папой. А он на седьмом.       — Шарлотта, я хочу, чтобы ты меня услышала, — вздохнула Пенелопа, сев рядом с дочерью. — У каждого свой опыт и своя история. Я рада, что ты задаешься такими вопросами. Самое главное — это чтобы ты была уверена в этом человеке. Твой папа не был моим первым парнем.       — Что? — удивилась девочка.       — Но тот парень совсем меня не любил, — Пенелопа не вдавалась в подробности. — И только с твоим папой я поняла, что такое быть любимой. И хочу, чтобы ты поняла одну вещь. Любящий парень никогда не будет настаивать на близости, если будет видеть, что ты не готова. Даже если ему очень хочется. Поэтому не спеши. Если ты ему откажешь, и он тебя бросит, значит, он тебя не любит.       — А если я хочу? — поджала губы Шарлотта. — Как мне себя с ним вести? Он достаточно популярный, я уверена, что у него уже были девушки. Я боюсь, что он обо мне что-то не то подумает.       — Слушай свое сердце, — посоветовала Пенелопа. — Если вы созданы друг для друга, то все у вас получится. А если вы не будете вместе, но при этом у вас что-то будет, но ты осознано сделала этот шаг, то ты не будешь жалеть.       — Мам, а первый раз это больно? — спросила девочка.       — У каждого по-разному, — Пенелопа старалась отогнать свои воспоминания первого раза и максимально углубиться во второй. — Да, сначала будет боль. Но многое зависит и от парня. Мы снова возвращаемся к теме любви и доверия. Если он будет знать, что это у тебя впервые, то он будет с тобой очень нежен и аккуратен.       — Спасибо, — улыбнулась Шарлотта. — Он не плохой, правда. Мы встречаемся три месяца, и он ни разу не намекал ни на что. Просто на балу мне показалось, что…       — С кем ты встречаешься три месяца? — громко спросил Джеймс, с которого на пол сыпался снег.       Шарлотта подпрыгнула. Она не хотела говорить папе, что у нее появился парень. Знала, что он будет против.       — Я задал тебе вопрос, — сказал Джеймс.       Шарлотта никогда не видела отца таким разъяренным. Ей даже стало страшно. И она умоляюще посмотрела на маму.       — Джеймс, ничего криминального, — быстро сказала Пенелопа. — Они просто ходили вместе на бал и пару раз гуляли.       — Я запрещаю тебе общаться с этим парнем, — заявил Джеймс.       — Папа, но ты его даже не знаешь, — у Шарлотты на глазах появились слезы. — Он хороший.       — Не бывает хороших семнадцатилетних парней, — взревел Джеймс. — У всех одно на уме. Он к тебе приставал?       — Нет, — крикнула Шарлотта, не обращая внимания на брата с сестрой, которые с любопытством слушали их перепалку. — И я буду с ним общаться. Потому что он мне нравится.       Шарлотта топнула ногой и убежала в свою комнату.       — Дети, примите горячий душ и будем обедать, — сказала Пенелопа младшеньким, снимая с них мокрые от снега куртки. — Джеймс, можно тебя?              — Что ты устроил? — спросила она, подглаживая его по плечу. — Зачем ты так с ней? Она так привязана к тебе. Ей важно твое одобрение.       — Одобрение? — снова завелся Джеймс. — Ты серьезно думаешь, что я позволю какому-то хмырю прикоснуться к моей дочери?       — Джеймс, она уже не ребенок, — сказала Пенелопа. — Да, еще и не взрослая. Поэтому она пришла ко мне за советом. Она умная девочка и все понимает. Знает, к чему могут привести эти отношения в будущем. Это нормально. Если ты помнишь, то я тоже на шестом курсе начала встречаться с тобой. И это лучшее, что произошло со мной в жизни.       — А еще я прекрасно помню, чего я хотел от всех других, кроме тебя, — заметил Джеймс. — А если ему надо от нее только одно? Он потом ее бросит и ей будет больно. А если будет как с тобой…       — Но своими запретами ты ей не поможешь принять верное решение, — рассудительно сказала Пенелопа. — Это ее жизнь. И если она захочет с этим парнем чего-то большего, она это все равно сделает. Но ей будет приятнее, если ты поддержишь ее. Или хотя бы объяснишь свою позицию.              Джеймс сидел в гостиной и смотрел на камин. Пенелопа как всегда была права. Его маленькая принцесса выросла. Он всегда знал, что рано или поздно какой-то парень заберет у него ее. Но он не был готов к тому, что это случится так скоро.       — Папочка, — к нему подошла Кейт и села на коленку, обняв за шею. — Не расстраивайся. Хочешь я никогда не буду встречаться с мальчиками?       Джеймс усмехнулся и поцеловал дочь. Хотя бы одна еще пару лет будет только его.       Джеймс постучал в комнату Шарлотты. В ответ была тишина. Он вздохнул и открыл дверь. Шарлотта лежала на кровати и плакала. Сердце Джеймса сжалось. Он так старался защитить ее от боли, но сам не заметил, как причинил ее ей.       — Шарли, — он осторожно коснулся ее плеча.       — Уйди, — всхлипнула она, одергивая плечо. — Видеть тебя не хочу.       Джеймс вздохнул. Ему самому хотелось плакать.       — Когда ты была совсем маленькая, то успокаивалась только в моих руках, когда я что-то тебе рассказывал, — вспоминал Джеймс. — Иногда это были просто детские сказки, а иногда мои истории из жизни. Больше всего тебе нравилась про наше с мамой знакомство. Ты всегда тут же успокаивалась.       — Про матч по квиддичу? — Шарлотта подняла на него заплаканный взгляд.       — Да, — улыбнулся Джеймс, поглаживая ее по спине. — И всякие разные наши прогулки. В общем, все самые счастливые моменты своей жизни. Но я никогда не рассказывал тебе то, что было до встречи с твоей мамой. Я… я был не очень хорошим человеком. Я не очень красиво вел себя с людьми. Особенно с девушками. Когда я был на шестом курсе, каждые две недели я встречался с новой девушкой. Капитан команды по квиддичу. Самый популярный мальчик в школе. Девчонки просто не давали мне проходу. Каждая хотела встречаться со мной. И я с радостью пользовался этим. Только до встречаний так и не доходило. Я бросал их, как только получал то, что мне было нужно. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я говорю. И сейчас я очень жалею о своем поведении. Но я это понимаю только спустя время. Но в семнадцать лет я думал далеко не головой. И не думаю, что сейчас твои сверстники чем-то отличаются от меня.       — Мама сказала, что у нее был неудачный первый опыт отношений, — Шарлотта заинтересовала слушала отца. — Но потом же она встретила тебя. И ты изменился с ней. Почему ты считаешь, что Том тоже такой?       — Я его совсем не знаю, — сказал Джеймс. — И я буду только рад, если он тебя любит также как я твою маму. Ты достойна самого прекрасного парня на свете. Ты влюблена и можешь не замечать некоторых вещей. Парни умеют влюблять в себя. И я очень боюсь, что тебе кто-то может сделать больно. Мама права, что ты выросла. Но для меня ты всегда будешь моей маленькой принцессой. Которую я буду оберегать и не давать в обиду. Я за тебя очень боюсь, потому что очень люблю тебя.       — И я тебя люблю, пап, — Шарлотта крепко обняла его. — Но что мне делать?       — Я не знаток того, как у девочек протекает влюбленность, — усмехнулся Джеймс. — Наверное, тут тебе лучше послушать маму. Просто я очень прошу не спешить тебя с таким важным шагом. В свое время твоя тетя меня послушала. И в итоге нашла свою любовь в более старшем возрасте. Возможно, тебе кажется, что в шестнадцать лет ты взрослая. Но это не так. Я просто не хочу, чтобы ты пожалела о сделанном.       — А как мне понять, серьезно он ко мне относится или нет? — спросила Шарлотта.       — Он будет готов ждать тебя вечно, — прошептал Джеймс.       — Как ты маму? — улыбнулась Шарлотта.       — Да, — Джеймс посмотрел в дверной проем, откуда за ними с улыбкой наблюдала Пенелопа.