Заблудший волк

Следующие несколько недель Геральт был погружен в кипучую деятельность. С тех пор как разнесся слух, что он отбирает людей для опасных миссий за Стеной и в забытых землях Валирии, шел нескончаемый поток добровольцев. Королевские гвардейцы, из тех, кто не сопровождал его в Харренхолл, без колебаний выступили вперед, к ним присоединились несколько уважаемых дворян, таких как Баратеон и Коннингтон. Даже представители менее прославленных домов, соблазненные перспективой вечной славы, выступали со страстной решимостью. Геральт сразу же отверг тех, их рвение превосходило навыки. Другие кандидатуры, вроде Баратеона и Селми, заставили задуматься. В конечном счете, он решил, что они будут полезнее, поддержав усилия Рейгара по обороне Стены. Реакция Роберта была предсказуема - громогласные возражения и еще более громкий удар, от которого чуть не раскололась столешница. Баратеон, бесспорно, был грозен – в свои неполные двадцать, он уже входил в число лучших воинов страны. Харизма молодого лорда казалась почти волшебной в своей способности привлекать внимание и внушать преданность. Но он также был лордом Штормовых земель, главой их армии, и его единственной заменой был брат-подросток, неопытный что в бою, что в правлении. Дикая карта в игре со слишком высокими ставками, рассуждал ведьмак. В последующие дни только два человека, казалось, могли пополнить их ряды: Мерибальд и принц Оберин. Прибытие Мерибальда в Красный Замок вызвало всеобщее удивление. Вид жреца, нацепившего доспехи и выходящего на ринг, обычно предназначенный для лучших рыцарей страны, многих озадачил. Зрители быстро отреагировали насмешками разной степени паскудства. Мерибальд двигался с ожидаемой скованностью и неловкостью. Он слишком полагался на щит, а удары булавой были слишком размашистыми и неточными. Еще больше сбивало с толку отсутствие каких-либо проявлений его магии во время их поединков. При том, что Мерибальд явно обладал способностями исцелять раны, болезни и усталость, на что-то большее его мастерство не распространялось. Ни усиления, ни ускорения, ни даже спонтанных всплесков дикой магии, который часто случался, когда неподготовленные пользователи были доведены до своих физических или эмоциональных пределов. Геральт был слишком занят, чтобы лично тренировать септона. Вместо этого он заручился помощью Пятерки и свободных гвардейцев, чтобы отточить боевые и физические способности септона, на что они согласились. Однажды сир Левин пролил свет на возможную причину ограниченных способностей Мерибальда. -Твой септон воевал на Ступенях, - сообщил дорниец во время встречи в покоях Геральта в Башне Длани. -Откуда ты знаешь? -Он сильно упал во время сегодняшнего спаринга, так что я даже испугался. Когда я бросился его поднимать, он лишь усмехнулся и заявил, что на Грязевом холме бывало и хуже. Геральт ответил молчанием и красноречивым взглядом. -Грязевой холм, - раздраженно вздохнув, начал объяснять Левин, - это место на Ступенях, где Мейлис Чудовищный поставил свой форт, во время войны Девятигрошевых Королей. Он защищал левый фланг его армии, и там же происходили тяжелейшие бои. Мы с Герольдом участвовали в штурме среди множества прочих воинов, только для того, чтобы обнаружить на вершине Барристана, вбивавшего зубы Чудовища ему же в глотку. Учитывая предыдущий комментарий Мерибальда о том, как война действует на дух людей, Геральт подозревал, что септон испытал это на себе. Судя по возрасту, он вполне мог быть призван пехотинцем из родной деревни или затесаться целителем в военный лагерь. Страх и ужас, которые Геральт заметил в глазах Мерибальда во время их спаррингов, теперь приобрели совершенно новый смысл. -Это был кошмар, Геральт, настоящий кошмар, - продолжил Левин, опускаясь в кресло за столом Геральта. В голосе мужчины, обычно бодром, прорезалась усталость. –Куда не посмотришь - мертвые и умирающие тонут в жидкой грязи, воздух насквозь провонял кровью, дерьмом и гнилью. Для некотрых этого достаточно, чтобы сойти с ума. -Это могло бы объяснить, почему он не может полностью использовать свои способности, - задумчиво произнес Геральт после паузы. -Травмирующие события могут привести к тому, что магия станет неустойчивой или ослабнет. По своему собственному опыту я знаю, что в некоторых случаях это может полностью ее заблокировать. Несмотря на препятствия, Мерибальд продемонстрировал свою способность использовать силу Воина, как он ее называл, как в целях исцеления, так и через свои видения. Задача заключалась в том, чтобы заставить его получить доступ к ней во время боя, что, несомненно, ассоциировалось у него с болью и страданиями. Йеннифэр в свое время провела с Цири многие недели, используя каждое мгновение бодрствования и сна, тонкую магию, транс и их растущую связь, чтобы прорваться сквозь ментальный блок девочки. Это был долгий и деликатный процесс, на который у Геральта не было ни времени, ни навыков, ни ресурсов. Ведьмак со слабым вздохом подавил желание ущипнуть себя за переносицу. -Спасибо за рассказ, Левин. Продолжай заниматься с ним, тренируй его как можно лучше за оставшееся время, и, если заметишь, что происходит что-то странное, сразу скажи мне. - Конечно, друг мой. Как только рыцарь ушел, Геральт поймал себя на том, что размышляет над этим ненужным осложнением. Ценность целителей была неизмерима – факт, который он слишком хорошо знал по бесчисленным знакомствам со смертью. Только благодаря своим целительским способностям Мерибальд обеспечил себе место в предстоящих начинаниях. Жизней, которые он потенциально мог спасти, было слишком много, чтобы сосчитать. Тем не менее, наличие в их распоряжении всех его способностей, несомненно, стало бы большим подспорьем. Ведьмак сделал мысленную заметку поразмыслить над потенциальными способами, которыми он мог бы способствовать этой трансформации в ближайшие дни. Мерибальд был не единственным, кто вызавал интерес. Принц Оберин, столь же целеустремленный в путешествии в Валирию, как и Роберт, если не больше, подошел к разговору с Геральтом совершенно иначе, чем во время их первой встречи. Самоуверенные ухмылки и томные позы сменились более профессиональным поведением. Его слова были краткими и четкими, когда же Геральт отвечал, принц внимательно слушал, иногда доводя ход мыслей ведьмака до логического завершения. Более того, Оберин, по всей видимости, несколько дней и ночей провел за изучение всех историй о Валирии, которые смог найти - от Вестероса до далекого Волантиса. Он аккуратно классифицировал эти сведения и свел их в единый перечень, сопроводив своими проницательными комментариями. Истории варьировались от обыденных хроник, вроде описания вулканических пейзажей, до явных сказок, вроде превращение Валирии в колоссальное яйцо, готовое породить дракона, что поглотит мир. Один рассказ от неудачливого железнорожденного капитана, ставшего владельцем таверны в Волантисе, заинтересовал Геральта. Это была история о десяти кораблях, вошедших в море, окутанное тлеющим туманом, девять из которых были поглощены огромной безмолвной тенью внутри, а последнему едва удалось вернуться на материк. Когда его спросили, почему он сам никогда не осмеливался бросить вызов Валирии, принц некоторое время размышлял, задумчиво водя пальцем по своим аккуратно подстриженным усам, прежде чем ответить. -Здравый смысл – те его остатки, которымя я ещё обладаю, - признался он через несколько мгновений. -Не буду отрицать, что Валирия пленила меня — кто может знать о таком месте и не мечтать о том, чтобы покорить его, украсть секреты и снискать вечную славу? -Но? -Но такие места не остаются окутаны тайной так долго без веской причины. И не зарабатывают устрашающую репутацию тем, что безопасны. Там должно быть что-то, слишком опасное для обычной команды, - добавил он, и его старая усмешка на мгновение промелькнула на его лице. – Впрочем наша команда от обычной далека. Истребитель монстров из другого мира, чардрева Первых людей, непроницаемые даже для драконьего огня? -Ничто из этого не гарантирует, что мы вернемся целыми и невредимыми. -Действительно, - беспечно пожал плечами дорниец. –Быть может, мы погибнем там - или утонем во время шторма в пределах видимости Драконьего Камня. Но Иные приближаются, независимо от того, поднимем мы паруса или нет. И я бы предпочел встретить их с валирийской сталью в руках. Геральт поинтересовался составом его команды. Некоторые из них были старыми товарищами из второстепенных домов, которые сопровождали Оберина в его изгнании. Большинство, однако, были бывшими наемниками, которых принц встречал как среди друзей, так и среди врагов, и смог расположить своей харизмой и боевым мастерством. Самое главное, они были надежны. -Эти парни прошли со мной более шестидесяти морских битв, - пояснил Оберин. –Они сохранили присутствие духа что перед лицом десяти мирийских галер, что посреди штормов Летнего моря. Я доверяю им, как себе. Это, пожалуй, было решающим фактором при выборе любого корабля и его экипажа. Геральт не просто объединился с небольшой командой, на которую мог положится. В этом случае основная группа могла совершить набег на каждый храм, дворец и оставшийся дом в Валирии, вернувшись с запасом оружия, доспехов и других полезных артефактов. Тем не менее, все это ничего не значило бы, если бы экипаж корабля решил взбунтоваться, сдаться или бежать. Ведьмак не питал иллюзий, что все они выдержат всё, чтобы ни бросила на них Валирия. Было практически очевидно, что некоторые, если не большинство, дрогнут, подумают о дезертирстве или, что еще хуже, впадут в ступор или панику. Это было терпимо, если Оберин сможет вернуть их в норму. Итак, Оберин и его команда были выбраны для миссии в Валирии. Его корабль "Поцелуй змеи" вскоре был пришвартован, и лучшим корабельным мастерам города было поручено его усовершенствовать. Чардрева, поставленные Хоулендом и привезённые в Королевскую Гавань Роландом Уэнтом, было тщательно обработаны и пошли на обшивку по всей длине корабля. Геральт предположил, что устойчивость дерева к драконьему пламени распространяется и на обжигающую жару Дымящегося моря и самой Валирии. После завершения модификаций Оберин несколько раз выводил судно в море, чтобы оценить его работу после всех изменений, знакомя свою команду с обновленным кораблем. У Геральта не было возможности присоединиться к нему ни на одной из этих экскурсий, несмотря на многочисленные приглашения. Было слишком много другой работы, которую нужно было сделать. Пицель превратил библиотеку Красного Замка в центр сбора информации. Он собрал всех своих помощников и писцов, дав им четкие инструкции: любой свиток, том, книга или даже нацарапанная записка, содержащие знания о Валирии, должны быть найдены. Они скрупулезно изучали каждую деталь, проверяли ее, каталогизировали для дальнейшего использования и составляли заметки на основе накопленной сведений. Движимые этой миссией, некоторые из них были настолько поглощены своим занятием, что решили принести матрасы прямо в библиотеку, отказавшись от комфорта собственных комнат. Их преданность делу была несомненной, но результат оставался скудным. По мере того, как Геральт и Пицель пробирались сквозь растущие груды бумаг, накапливающихся в кабинете великого мейстера, стала очевидной еще одна проблема: избыточность. Почти все твердые, заслуживающие доверия знания о Фригольде относились к периоду до начала Рока. То, что последовало за этим, основывалось на догадках, предположениях и слухах. Временами создавалось впечатление, что мейстеры соревновались в придумывании небылиц. Тем не менее, среди этого моря была особая книга, которую Геральт был полон решимости заполучить, даже если она могла быть наполнена как предположениями, так и фактами: "Драконы, змеи и виверны: их неестественная история" от септона Барта. Пицель упомянул о ней перед тем, как они отправились в Харренхолл. Противоречивая книга, подробно рассказывавшая о драконах, их происхождении и даже, вроде бы, о состоянии Валирии после ее гибели. Осужден Цитаделью как клеветнический и подстрекательский и в значительной степени уничтожен во время книжных чисток короля Бейлора. Геральт в свое время сталкивался с достаточным количеством подобных томов, чтобы понимать, что они могли быть как полной чепухой, так и содержать истины, что раздражали власть имущих. Он надеялся, что в Цитадели или библиотеке Черного замка сохранились по крайней мере какие-то приличные остатки книги, фрагменты, из которых они могли бы почерпнуть ценную информацию. Мейстер Эйемон разрушил некоторые из этих надежд в самом начале процесса, сообщив им в письме, что несколько лет назад часть Черного замка обрушилась, в результате чего значительная часть первоначальной библиотеки была уничтожена. Многочисленные тома, свитки и огромное количество знаний были либо раздавлены, разорваны в клочья, либо впоследствии погребены под слоями льда и камня. Цитадель, со всеми ее обширными хранилищами знаний, на удивление, потерпела неудачу в том же начинании. То, что они прислали, было всего лишь извинением в сочетании с примечаниями из томов, уже имеющихся в коллекции Королевской Гавани. Неожиданно, когда наиболее осязаемые фрагменты книги поступили не из библиотек местного Оксенфурта, а от Лейтона Хайтауэра, лорда Староместа. Геральт и Пицель собрались среди рядов фолиантов в кожаных переплетах и тщательно разложенных свитков, которые украшали стены личного кабинета великого мейстера в то утро, когда прибыл его ворон с трубкой для сообщений. Набор потрепанных фрагментов и едва разборчивых обрывков передавал разрозненные истории - намеки на природу драконов, текучую, как огонь, и мрачный призрак смерти, таящийся в драконьей пасти. Само по себе это ничего бы не значило, но сопроводительное письмо Хайтауэра дало им больше поводов для размышлений. -Похоже, - сказал Пицель, с прищуром глядя на развернутый лист пергамента в своих руках, - что лорду Лейтону известно о человеке, у которого якобы есть полная версия текста. Некто Тарио Мопар, очень богатый человек из города Лис и страстный коллекционер книг. Похоже, что лорд Лейтон положил глаз на этот фолиант, ему разрешили прочитать несколько страниц во время визита в поместье этого человека несколько лет назад, и он попытался приобрести книгу, хотя и безуспешно. -Похоже, вы удивлены этому? - Да, - Пицель отложил письмо и наклонился вперед на своем стуле. -Лорд Хайтауэр известен своим огромным богатством, соперничая в этом с лордом Тайвином. И он, как известно, не скупится на вещи, что его интригуют. Должно быть, он предложил Мопату значительную сумму. -Исходя из моего опыта, - Геральт скривил губы, - когда богач отказывается от большего количества золота, это означает, что он хочет чего-то другого. Мопар, должно быть, потребовал что-то от лорда Хайтауэра, с чем тот не желал расставаться. Пицель задумчиво погладил свою густую бороду. -Возможно, хотел жениться на одной из дочерей лорда Лейтона? -Вполне, - вздохнул Геральт. -Но мы можем строить догадки до новой Долгой Ночи. Вы упомянули, что он из Лиса, верно? Великий мейстер кивнул. -Тогда я знаю как раз человека, у которого можно спросить об этом Тарио. Геральт посмотрел на южную стену кабинета. При многократных посещениях он улавливал доносящиеся оттуда слабые звуки приглушенного дыхания. Конечно же, его взгляд остановился на крошечном отверстии, через которое на него смотрел одинокий голубой глаз. -Скажи хозяину, чтобы он встретился со мной на тренировочном дворе в полночь, - небрежно бросил ведьмак. -И ему лучше освежить в памяти все, что он знает об этом коллекционере книг из Лиса. Дыхание ребенка на мгновение прервалось. Глаз застыл на Геральте в течение нескольких ударов сердца, прежде чем исчезнуть. Затем ведьмак уловил звук легких шагов, исчезающих в потайном проходе. Пицель, застигнутый врасплох, переводил взгляд с Геральта на стену. -Что... С кем ты говорил? -С одной из пташек Вариса, - объяснил Геральт с ноткой веселья в голосе. -За этой стеной есть потайной ход. Мальчик уже некоторое время использует его, чтобы подслушивать нас. Пицель моргнул, пытаясь подобрать слова. -Сама мысль о том, что кто-то здесь шпионит… -Выбивает из колеи, - закончил за него Геральт, - но сейчас это удобно. Избавляет меня от хлопот по его поимке. Теперь давайте посмотрим, что мы можем извлечь из этих фрагментов... В тот вечер начальник шпионской службы прибыл точно в назначенное время. На небе сияло море звезд, и лишь слабый намек на присутствие луны. Темноту замка время от времени нарушал свет факелов, которые несли стражники, слуги и писцы. Острые глаза Геральта заметили приближающийся свет с восточного края тренировочного ринга. Он узнал бы силуэт Вариса, Паука, даже без света факелов. Евнух двигался почти бесшумно, его яркие одежды мягко колыхались при каждом шаге. Прервав свою ночную тренировку, необходимую из-за множества дневных обязанностей, Геральт вернул меч в ножны и двинулся навстречу шпику. Было что-то тревожащее в вечной улыбке этого человека. -Тренируетесь в такой-то темноте, - заметил Варис с оттенком восхищения в голосе. -Довольно неортодоксальный подход, но, опять же, я не должен ожидать обычного от кого-то столь странного как вы, сир. Геральт остановился на границе света факела, позволив Мастеру-над-Шептунами заметить, как слегка сузились его глаза – и, казалось, его реакция того лишь еще больше позабавила. - Ах, не обижайтесь, - вмешался Варис, - сир Джейме рассказывал о своей церемонии посвящения в рыцари за ужином. Серсея удивилась, почему только он и Пицель были посвящены в рыцари, а вы - нет. Я полагаю, он упомянул о вашем предыдущем рыцарском звании с оттенком почтения. Как, скажите на милость, можно заслужить такую честь дважды? -Не стоит обсуждения, - ответил Геральт со своей обычной краткостью. -Тарио Мопар. Что вам известно? Веселье в глазах Вариса на мгновение померкло. -Многое. Из чего вам мало что понравится. -Я понял это из письма Хайтауэра. Детали? Варис вздохнул. -Один из богатейших людей в Лисе. В совет магистратов не входит, хотя мог бы купить должность без труда. Однако политика ему наскучила. У Тарио есть другие увлечения: редкие книги, уникальные реликвии и проведение турниров по борьбе. Я не могу подтвердить утверждение лорда Лейтона о "Неестественной истории", но, если кто-то и обладает ею, так это Мопар. Геральт приподнял бровь. -Похоже, у вас с ним были личные дела. -Правильное предположение. До моей службы в Вестеросе я помогал Тарио в... деликатных вопросах, связанных с его имуществом. В основном, в вопросах наследования. Варис сделал паузу, позволяя додумать фразу. Геральт не растерялся, представив себе тайные и жестокие задания, на которые намекал Варис. - В любом случае, - продолжил Варис, - Тарио у меня в долгу. Я могу уведомить его о вашем предполагаемом визите. Это должно гарантировать аудиенцию, возможно, даже приглашение на его знаменитые обеды. -Но не саму книгу. Варис ухмыльнулся. -Ни в коем случае. Привязанность Тарио к своим сокровищам очень сильна. Тебе нужно будет представить что-то равноценное или превосходящее по ценности, чтобы склонить его на свою сторону. Геральт замолчал, взвешивая варианты. У него не было ни одного тома сравнимой редкости, который можно было бы предложить в обмен, особенно о драконах. Но, возможно, что-то еще могло заинтересовать Тарио, что-то, непосредственно связанное с самим драконом. -Заинтересовал бы его череп дракона? Варис хихикнул. "Действительно, смелое предложение. И, если это может помочь твоим поискам, я думаю, Рейгар не стал бы возражать. Если Эйриса не удалось бы убедить расстаться с одним из них, то… -Похоже, вы не уверены, что это сработает. -Тарио - хитрый человек, - сказал Варис с ноткой настороженности в голосе. -Даже если он согласится на сделку, не думайте, что он не придумает какой-нибудь способ обернуть сделку в свою пользу. Как только он оценит тебя и твоих спутников, он обязательно попросит тебя сразиться на его арене. Взгляд Геральта посуровел. Хотя обычно он отвергал суеверия, в последнее время ему казалось, что кто-то где-то старательно создает препятствия на его пути. Ведьмак издал протяжный тихий вздох. -Скучающие богачи с их маленькими слабостями -Действительно, бесконечный источник неприятностей, - глаза Вариса блеснули в тусклом свете. -Но также и возможностей. Нужно просто знать, как обратить это себе на пользу. Геральт часто размышлял над советом Вариса, обдумывая его в любые спокойные моменты, которые выпадали на его долю. Возможно, самой сложной задачей в те дни было определить, кто будет выполнять каждую миссию. Ведьмак был уверен, что его путешествие приведет его в Валирию, что неизбежно свяжет его с Оберином и его командой. Эртур, после долгих обсуждений с Геральтом, возглавит экспедицию к гробнице Джорамуна. Эти двое яростно спорили, взвешивая достоинства и недостатки каждого варианта, иногда доходя чуть ли не до драки. Каждый кандидат был хорош по-своему и мог принести неизмеримую пользу любой миссии. Многие были дорогими друзьями. И с каждым принятым решением Геральт чувствовал тяжесть ответственности, его преследовала мысль, что он, возможно, отправляет кого-то на смерть. Воспоминания об инцидентах в замке Стигга и Каэр Морхене нависли над ним. Беспокойной ночью, одной из многих, которые у него были в последнее время, Геральт размышлял, как всем этим дворянам это удается? Как они могут с такой легкостью отправлять тысячи людей на смерть? Союзники из других домов, отцы, братья, дяди и простолюдины, вообще ни в чем не виновные... И вот я здесь, трясусь за судьбу менее чем дюжины человек. В такие моменты Геральту хотелось, чтобы он действительно был бессердечным мутантом, каким многие считали его дома. Было 7 августа, или Восьмая луна, как назвали бы это вестеросцы, когда в Башне Десницы состоялся окончательный отбор и инструктаж. Зал, который когда-то служил частной тренировочной площадкой для Джейме, Геральта, а позже и гвардейцев, был преобразован в нечто, напоминающее его первоначальную функцию. Круглый стол из полированного, сияющего черного дерева был принесен и установлен недалеко от входа, у западной стены. Сама стена была украшена многочисленными картами, некоторые из них были маленькими, в то время как три самые большие доминировали, нависая над каждым, кто сидел перед ними. Лучи раннего утреннего солнца проникали в зал через окна, придавая красному камню медовый оттенок. Члены двух отрядов расселись на высоких мягких сиденьях в порядке справа налево: Джейме, Пицель, Освелл, Хоуленд, Мерибальд и, наконец, Оберин. Мечи Геральта покоились в ножнах прямо под картой Геральт и Эртур стояли между картами Эссоса, Вестероса и грубо нарисованных регионов за стеной. -Вот и все, - подумал Геральт, вглядываясь в лица всех собравшихся мужчин, замечая следы опасений, возбуждения, готовности выполнить долг и мириады других эмоций. Пути назад нет. Ведьмак сделал глубокий, успокаивающий вдох, затем заговорил. -Вы все знаете, зачем мы здесь, поэтому я не буду тратить время на вступления. Мы с Эртуром потратили некоторое время, решая, кто куда пойдет. Некоторые варианты были очевидны, - Геральт заметил мимолетную улыбку на лице Оберина. -Другие были намного сложнее. Мы тщательно всё обдумали. Если кто-то не согласится – говорите сразу, отчаливаем уже через неделю. Освелл, Хоуленд и Оберин восприняли эту новость без какой-либо заметной реакции. Пицель и Джейме на мгновение выглядели пораженными, но быстро восстановили самообладание. Мерибальд, выглядевший несколько неуместно среди этой группы, открыл рот, чтобы что-то сказать, но затем передумал, беспокойно заерзав на своем стуле. -Задания следующие: Оберин, септон Мерибальд, Освелл и я отправимся в Валирию. Эртур возглавит северную миссию вместе с Джейми, Пицеллем и Хоулендом. Геральт сделал паузу, давая мужчинам время переварить информацию. Атмосфера в комнате была насыщена ожиданием и, для некоторых, тревогой. После паузы Эртур шагнул вперед. -Мы тщательно взвесили сильные стороны, опыт и компетентность каждого человека в сравнении с тем, что требуется для каждой миссии, - заявил дорниец, его голос слегка отдавался эхом в большом зале. -Поймите, что эти решения были приняты, прежде всего, с учетом успеха каждой миссии. Хоуленд и Освелл просто кивнули в знак согласия. Пицель, поправляя свою мейстерскую цепь, размышлял: "Прошли годы с тех пор, как я отваживался бывать на Севере. Мне нужно будет упаковать теплые вещи". -Мой корабль и команда готовы к путешествию, - объявил Оберин, наклоняясь вперед и кладя локти на стол. -Хотя "Поцелуй змеи" может выглядеть немного… тяжелее, чем мы привыкли, он никогда не подводил меня ни в одном плавании. Она пройдет сквозь туманы Валирии и приведет нас к ее стали. Джейме, явно пытающемуся скрыть свое разочарование, потребовалось мгновение, чтобы собраться с мыслями, прежде чем ответить. -Как ты сказал в Харренхолле, мы с Пицелем почти равны ведьмаку – я по мастерству, он по знаниям. Это... само собой разумеется, что мы должны оставаться командой. -Именно поэтому я дам тебе кое-какие ведьмачьи инструменты. Геральт потянулся за стальным мечом в ножнах, символизирующим школу Волка. Одновременно он снял серебряный медальон, который обычно носил. Он вручил меч Джейме, а медальон Пицелю. Великий мейстер Пицель бережно держал медальон с волчьей головой, в то время как Джейме, к большому удовольствию зрителей, широко раскрытыми глазами смотрел на врученный ему меч. -Это... Это..., -начал мальчик, изо всех сил пытаясь подобрать нужные слова. - Тебе это понадобится там, на Севере, - вмешался Геральт, протягивая ему клинок. - Метеоритная сталь может сразить Иных. Знание того, что у тебя клинок почти наравне с Рассветом, облегчает мне душу. И, - Ведьмак сверкнул понимающей ухмылкой, - считай это подарком на посвящение в рыцари. Подумал, что новый меч мог бы подойти. Переводя взгляд с Геральта на протянутый ему меч, Джейме, наконец, справился со своим удивлением и неуверенно потянулся к ножнам. Все давние мысли о миссии или его первоначальное разочарование из-за того, что он не отправился в Валирию, исчезли. На мгновение юношеская улыбка тронула его губы, а глаза засверкали от восторга. -Так, налюбуешься потом, приятель, - вмешался Освелл добрым, но твердым тоном. -У нас еще работа впереди. -О-конечно, - ответил Джейми, переводя взгляд с Освелла на Геральта, затем опуская меч. -Я приношу извинения... И благодарю тебя. Я клянусь владеть им с честью. -Как и я – этим медальоном, - сказал Пицель, наматывая цепочку на пальцы левой руки. -Но ты уверен, что хочешь отказаться от него? Я слышал, ты упоминал о его важности для ведьмака. Геральт слегка пожал плечами. -Это правда, он помогает чувствовать магию. Но если в Валирии так много магии, как я думаю, эта штука не перестанет вибрировать. Здесь это не сильно поможет. Лучше возьми ее с собой – она предупредит тебя, когда Иные или их твари будут рядом. Когда никто не высказал никаких возражений по поводу их заданий, Эртур взял инициативу в свои руки, проводя указательным пальцем правой руки по трем основным картам. -Мы отправимся на "Морской звезде" в Восточный дозор", - начал он, переводя взгляд с одного члена своей группы на другого. -Это быстрое, надежное судно, подходящее для береговой линии и способное пробиваться сквозь льды, с которыми мы, вероятно, столкнемся, если отправимся дальше на север. Как только мы доберемся до Стены, нас снабдят пайками, снаряжением и лошадьми. Оттуда мы направимся на северо-запад, в Зачарованный Лес. Его палец провел по обширному пространству густого, девственного леса, который охватывал значительную часть земель за Стеной. Земли, изобилующие опасностями — как живыми, так и теперь уже немертвыми. Именно там находился единственный человек к северу от Стены, владеющий мечом из валирийской стали – наследственным клинком Таргариенов, Темной Сестрой. Клинок, давно считавшийся утерянным, теперь находился у этого загадочного союзника Детей Леса. Геральт расспрашивал Хоуленда об этом человеке, который сумел убить Иного в единоборстве, ловко уклоняясь от вихтов и отступающих Одичалых. Охотник, который выследил группу упырей и убил их ради того, чтобы посмотреть, можно ли использовать серебро, чтобы разрушить их колдовство. По мнению Геральта, это была опасная и могущественная фигура со множеством умений. Тем не менее, все, что Хоуленд мог сказать – так это то, что он был давним другом его божеств и бывшим членом Дозора. О котором их нынешний лорд-командующий, казалось, совершенно ничего не знал, судя по их переписке. -Я полагаю, нет возможности отправить корабль дальше на север? Спросил Пицель. -Мы рассматривали это, - ответил Артур. "При определенных условиях корабль ускорил бы наше путешествие к Ледяным клыкам. Однако мы решили этого не делать. По словам лорда-командующего Корджила, морской лед на севере быстро утолщается. Мы не можем рисковать попасть в ловушку. Более того, одичалые скапливаются вдоль восточного берега, стремясь к Суровому Дому. Дейн указал на точку на полуострове, которая выдавалась из материка подобно грозному когтю. -Различные племена одичалых собираются там, либо для выработки стратегии обороны, либо для подготовки к потенциальному штурму Стены. Независимо от их намерений, ясно, что они не позволят нам пройти без боя. И это даже не принимает во внимание угрозы, исходящие от Иных и умертвий. Да, путешествие по суше будет дольше и сложнее. Но в этом древнем лесу и среди этих камней у нас гораздо больше шансов избежать нежелательного внимания." -Мы не пройдем все расстояние по земле, - сказал Хоуленд, впервые вступая в разговор. -Под землей существует обширная сеть туннелей, охраняемых детьми. Эти переходы обеспечат нам значительный отрезок безопасного путешествия. -Нам еще предстоит покорить горы, - указал Джейми, указывая на замысловатое изображение возвышающихся пиков, отмечающих северную оконечность континента. -Если мне не изменяет память, там обитает великое множество опасных тварей. И точное местоположение гробницы по-прежнему неизвестно. -Это точно, - признал Рид, его прежняя уверенность немного ослабла. -Однако есть тенны. Хотя они могут не доверять незнакомцам, они потомки тех, кто последовал за Джорамуном, и поддерживают тесные связи с оставшимися в мире гигантами. Если кто-то и знает местонахождение гробницы, так это их мудрые женщины. Атмосфера в комнате накалилась: все понимали рискованность этого плана. Тем не менее, это была единственная зацепка, которой они располагали. Эртур и остальные целый час продолжали спорить и обсуждать план, предлагая или отклоняя новые и новые изменения. Когда настала очередь Геральта инструктировать свою команду, вопросов было значительно меньше. Первая половина их путешествия была относительно простым плаванием, в то время как вторая половина включала в себя навигацию по Валирии – о которой вообще толком ничего не было известно. Недели исследований дали ограниченную информацию, из-за чего Геральт чувствовал себя совсем не в своей тарелке. Самая жаркая часть их обсуждения была сосредоточена на Тарио Мопире. Сомнение и неловкость пронизывали комнату, когда они углубились в тему. -Быть простым развлечением для какого-то торгаша? - Освелл усмехнулся, на его лице отразилось явное отвращение. -Мне это не нравится, Геральт. Если Варис сотрудничал с ним в прошлом, никто не знает, с каким обманом мы можем столкнуться. Смерив его оценивающим взглядом, Оберин ответил, меняя позу и закидывая левую ногу на правое колено. -Имея опыт столкновений с элитой Эссоса, я могу подтвердить, что их опасность сродни столкновению со стеной из щитов и пик. Но, сир Освелл, наша информация о Валирии в лучшем случае фрагментарна. Этот путь может стать нашим спасением. Мерибальд, казалось бы, погруженный в свои мысли, заговорил нерешительно. -Я бы хотел, чтобы у нас было более четкое представление о том... что там скрывается. Он осознал весомость своих слов мгновением позже,на лице появилось раскаяние. -Я не хотел подвергать сомнению ваше суждение, мастер Геральт. Просто... Геральт, почувствовав опасения септона, мягко прервал его: -Ты не сказал ничего плохого. Озвучьте свои опасения. Мы союзники в этом деле. Глубоко вздохнув, Мерибальд продолжил: -Даже среди простого народа ходят легенды о Валирии. Мы знаем ее как древнюю родину наших правителей-драконов, уничтоженную пламенем и руинами. По вашим меркам, это может показаться тривиальным, но эти истории нарисовали образ проклятой земли. Знание могло бы развеять эти пугающие образы. Понимая точку зрения Мерибальда, но не полностью соглашаясь, Геральт просто кивнул. Затем он обратился к Освеллу, в его глазах появился намек на напряженность. –Мне случалось быть пешкой в чужих играх, и, поверь, это не та позиция, которая мне нравится. Однако, когда ставки высоки, иногда приходится продираться сквозь грязь, чтобы получить то, что нужно. Освелл откинулся на спинку кресла, его глаза затуманились воспоминаниями. -Мне знакомо это чувство, ведьмак. Мы должны надеяться, что чертова драконьего черепа хватит, чтобы угодить этому Мопару. -Не могу не согласиться, - заметил Геральт, оглядывая лица вокруг себя. Мысли густо витали в воздухе комнаты, но никто не осмеливался высказать дальнейшие сомнения или вопросы. -Если это все... -Подождите, - прервал Оберин, его сильный удар по столу привлек всеобщее внимание. Знакомая хитрая улыбка, которую Геральт давненько не видел, вернулась. -Теперь, когда мы уладили детали миссии, нам нужно обсудить праздник перед отплытием. -Ч-что обсудить? - озадаченно переспросил Мерибальд. -Каждый раз, когда я отправляюсь в путешествие со своей командой, - начал Оберин, - мы посвящаем одну ночь разгулу. Мы рассказываем истории, проверяем свои навыки друг на друге или просто предаемся выпивке и веселью. Море непредсказуемо; разумно беречь твердую почву, пока она у нас есть. Я полагаю, многим из нас здесь не помешал бы перерыв в бесконечных стратегиях. -У нас все еще есть задачи, которые нужно решить, - заметил Геральт, скрестив руки на груди. -Обсудим, но один вечер погоды не сделает. Скажи мне, мастер ведьмак, когда в последний раз ты позволял себе небольшую передышку? Эртур вмешался. -Он прав, Геральт. После Харренхолла ты попадался в одну ловушку за другой. Отдых может пойти тебе на пользу. Пицель с явной ностальгией в голосе добавил: -Простая встреча, вроде той, что была в богороще, звучит восхитительно. Оглядев группу, Геральт заметил перемену в поведении, коллективное стремление к товариществу. Всплыли воспоминания о беззаботных моментах у костра с близкими союзниками. Часть его, приглушенная неделями обдумывания, планирования и личных забот, теперь громко говорила о том, как было бы хорошо сбежать от всего этого, хотя бы ненадолго. От одной мысли об этом напряжение спало со всего его тела. Со смиренным вздохом он, наконец, кивнул Оберину. -Хорошо, но давай держать это под контролем. Ухмылка Оберина, однако, была совсем не ободряющей. -Клянусь честью.