Искупление/Redemption

***

— Что случилось? Что происходит? — Ты слышал выстрел? Я думал, мы здесь одни! — Все на месте? Паника накрыла безмятежный пляж Санктума. Все закопошились в поисках источника звука. Выстрел был глухим, но отчётливо прорезал ночную тишину. — Все на месте? Я думала, оружия больше здесь нет. — Кларк! — истошно завопила Октавия, вскакивая на месте. Все оглянулись на испуганную девушку, а дальше островок песка начал покрываться густым розовым туманом. Первым туман достиг Рейвен, стоящую ближе всего к воде. Отшатнувшись от него по старой памяти, она не ощутила никакого покалывания. Пелена окутывала стремительно, и Рейвен первой повалилась на землю. Остальные бросились ей на помощь — бежать уже было некуда. Туман обступал с разных сторон. Последними на землю свалились Индра и Мёрфи, тщетно хватая ртом воздух. Так закончилась история людей, отказавшихся от вознесения.

***

— Кларк Гриффин, номер 3.1, все показатели стабильные, — резюмировала девушка рядом с массивным креслом. — Кларк, вы меня слышите? Голова Гриффин гудела, только что она выстрелила себе в висок, попрощавшись с жизнью, но её будто выдернули из долгого сна, а сейчас знакомый голос разговаривал с ней. Он не имел той скрипучей стали, который она помнила в голосе женщины, но она узнавала его, помнила. Девушка поморщилась, от приглушённого больничного света, который был направлен на неё. Вокруг кто-то копошился, но она плохо разбирала их речь и силуэты. Едва придя в себя, она попыталась встать с кресла, но датчики, прикреплённые к ней, помешали это сделать. — Лежите, Кларк, вам пока нельзя вставать. — Где я? Почему я не умерла? Отпустите! — паника начала накрывать её с головой, и женщина в больничном халате тут же подскочила к ней. Зрение Гриффин сфокусировалось, и она узнала А.Л.Л.И в женщине. — Помогите! — Кларк начала дёргаться и кричать, пребывая в полном шоке. Воображение рисовало ей кошмарные картинки о том, как она попала в город Света. — Перестаньте вопить, пожалуйста. Меня зовут Бекка, я научный сотрудник. Вы прошли тест, Кларк. Отличный результат. Вы готовы! — Бекка легко улыбнулась, пытаясь не напугать эмоциональную девушку.       Бекка полюбила Кларк за то время, пока она проживала эти события в симуляции. Её ум, отвага, смекалка и самопожертвование вдохновили всю научную ассоциацию Ковчега. За ней наблюдали последние месяцы, за которые она прожила такую огромную жизнь. Бекка следила за экранами днём и ночью, не оставляя себе времени на сон. Миссия по спасению всего человечества была слишком важной, а нынешние лидеры уже не справлялись со своими задачами. Ковчег не жил, а выживал, и вся их верхушка была полностью настроена на спасение любой ценой. Тогда-то и появился проект «Праймфайя 1.0», который создали искусственной симуляцией. Отбор производился среди тех, кого было не жаль — преступников, преимущественно, детей, ведь многие из них познали мало, и были чистым листом, на котором можно было написать всё, что угодно. Научный коллектив создал задачи — препятствия, через которые нужно было пройти человечеству. А дальше мозг детей генерировал всё сам. Сценарий, в который их поместили, начинался на Ковчеге, когда преступников вели к кораблю для спуска на Землю. Многие были напуганы, но этот эффект должен был лишь придать атмосферу важности миссии. Первый проект «Праймфайя 1.0» был успешно провален из-за паники на спускающемся корабле. Дети отстегнули ремни безопасности и погибли при приземлении. Среди них не нашлось ни одного, кто мог бы урезонить остальных. Испытание не было пройдено, но Бекка и её сотрудники не сдавались. Второй проект закончился конфликтом с землянами, которые вырезали всех детей-преступников до одного. Дети очнулись в больничных палатах. Многие прошли психологическое обследование после подобного шока — никто не знал, к чему готовиться на Земле, а подобные трудности сводили их с ума. Снова провал, но Бекка была уверена — просто не пришёл истинный лидер, который сможет привести их на Землю целыми и невредимыми. Третий проект «Праймфайя 3.0» закончился успехом. Кларк Гриффин, прирождённый воин и командир, успешно прошла все этапы рука об руку с последними людьми на Земле и пожертвовала собой для высшей цели. Превосходно. Многие не верили в Кларк на первых порах. Кто-то называл её убийцей, кто-то защищал, повторяя: «Таков удел лидера». И пусть Кларк Гриффин не выбирала подобный путь, Бекка добилась для всех детей, принимавших участие в испытании, отмену всех предъявленных обвинений. Более того, люди, успешно прошедшие испытание на том или ином этапе стали формировать новую ветвь власти, хотя пока ещё даже об этом не подозревали.       По началу правительство Ковчега во главе с Джахой сомневались в методах Бекки. Они не верили в это, пока сами не стали участниками истории, которую писали дети. Большинство взрослых так и не смогли пройти экзамен, погрузившись в искусственную реальность, но прочувствовали на себе всё, через что пришлось пройти их детям. Тогда Джаха был уверен — дети достойны управлять ими. В особенности, Кларк Гриффин. Девушка, за судьбой которой следил весь Ковчег. Каждый день, по вечерам её показывали на больших экранах главных залов. Люди заполняли зал за час до назначенного времени, чтобы снова и снова наблюдать за нелёгким ходом эксперимента. После вознесения, которое было даровано всем, кроме неё, люди начали бунтовать. Они переживали за неё, проживали её жизнь вместе с ней, и считали, что она заслужила лучшей судьбы. Но никто не подозревал, что испытание не закончилось. — Какой тест? О чём вы говорите? — кричала Кларк, не узнавая своего голоса. Ей показалось, что он снова стал выше. И тогда она увидела. Увидела то, чего не надеялась увидеть снова. Обшитые стены Ковчега окружали её со всех сторон, а зеркало напротив неё отражало девушку, которая только спустилась с Земли много лет назад. «Не может быть. Этого не может...» — Да быть такого не может! Это снова высшие силы, да? Вы играете со мной даже после моей смерти? Отпустите меня немедленно! — Кларк пыталась вырваться из ремней «безопасности», как окрестила их Бекка. Многие участники теста выпадали из кресел, бились в истерике, причиняли себе боль, бросались на сотрудников «Праймфайи», поэтому пришлось использовать некоторые меры предосторожности. — Кларк, послушайте меня, пожалуйста, — голос Бекки звучал успокаивающе, и Кларк мгновенно перестала брыкаться. Она с недоверием взглянула в глаза женщины, а потом перевела взгляд на чёрный экран за её спиной. — Хотя нет, — Бекка взялась за какой-то пульт управления, что очень насторожило Гриффин. — Я лучше покажу вам всё. Бекка нажала пару кнопок, и Кларк увидела. Она видела моменты из своей жизни, разные. Видела себя, выходящую из Челнока, видела землян, друзей, давно погибших на её глазах. Она видела гору Везер, видела, как бестрашно прыгала в водопад. Бесконечное количество картинок из её собственной жизни, слёзы, крики, радость, смех, отчаяние, облегчение и многие другие эмоции, будто её всё это время снимали скрытыми камерами. А потом она увидела всё своими глазами. Новые картинки, которые могли принадлежать только ей. Момент с Финном у водопада, стремительный бег в объятия к Беллами, Мэдди, улыбающуюся ей молочными зубами у вечернего костра, а потом темноту, которая накрыла её после выстрела. Кларк отчаянно глотала ртом воздух, эмоции, накопившиеся в ней, выходили наружу. Она видела всех так отчётливо, не замечая, как глаза наполняются слезами. А потом экран погас, и Бекка обратила её внимание на себя: — Дорогая Кларк, всё, что вы видели там — всего лишь испытание. С помощью него мы отбирали людей, которые смогут привести нас домой, на Землю. Многое, что вы видели — лишь наша выдумка, а многое вы придумали сами. Моя задача была найти для нашего народа лидера, способного вновь объединить Ковчег и помочь нам спуститься обратно. Кроме вас мы нашли множество специалистов, воинов, гениальных умов, врачей и просто бесценных людей, которые заменят нас. Вы — подарок судьбы, вы — ключ, вот что это значило. Ваша мать, Эбигейл, пыталась подсказать вам в последнем испытании всё, но посветить вас целиком мы просто не имели право, — Бекка подбирала слова, но выходило из рук вон плохо. Она видела, как лицо Гриффин искажается то в ярости, то в смятении, но решила, что пора снять с неё ремни. Она больше не пленник и не эксперимент. Кларк Гриффин — их новый Канцлер, их новая Командующая и новый президент. Она поведёт их вниз и даст шанс на искупление всему человечеству, как дала его себе. Ремни с лязгающим звуком отстегнулись и Кларк навсегда была свободна. Вопреки ожиданиям Бекки, Кларк бросилась в её объятия, судорожно сжимая плечи и роняя «горькие» слёзы радости. — Я... Я не знаю, что пока говорить вам, но я рада, что этот бесконечный ужас закончился, — Кларк сжимала белый халат Бекки, а та нежно поглаживала девушку по спине, пытаясь дать ей максимум заботы, которую позволяла ей должность. Она привязалась к этой девчонке, как к родной дочери или младшей сестре. — Всё позади, Кларк, вам теперь нечего бояться, — успокаивала её женщина. — У меня для вас ещё одна новость, но сначала переоденьтесь, мне нужно вам кое-что показать.       Бекка принесла Кларк чистую одежду — что-то похожее на тёплый спортивный костюм серого цвета. Кларк медленно переодевалась, не веря в происходящее. Вот он, счастливый конец, которого она ожидала. Но ей снова казалось, что она чувствует какое-то гнетущее одиночество. — Что произошло с теми, кто не прошёл этот тест? — громко задала вопрос Кларк, собирая растрёпанные длинные волосы в косу. Это было слишком непривычно, но она уже понемногу смирялась с неожиданностями. — Всё позже, Кларк, переодевайтесь. Ответ был исчерпывающим, и Кларк невольно задумалась о том, что, возможно, люди, не прошедшие тест, погибли ради этой цели. Кларк снова погрузилась в ностальгию, глядя на себя в зеркало. Она вновь была юной девушкой, которой едва исполнилось 18. Не было мешков под глазами, не было тех морщин, и не было шрамов, к которым Гриффин уже привыкла. Её прошлая жизнь напоминала ей сюрреалистическую картину реальности. Она не могла просто принять тот факт, что вся эта боль — нереальна. Она не могла принять и того, что эта жизнь навсегда осталась в прошлом. — Сколько мы находились в симуляции? — Два месяца. Два месяца и четыре дня, если быть точной. Всё пошло немного не по плану, с тех пор, как... — Бекка запнулась, решив, что Кларк ещё не готова полностью осознать ситуацию. Поэтому она начала суетиться и подгонять Кларк — ей не терпелось показать ей кое-что, что навсегда успокоит девушку. Кларк хотела было переспросить, но подумала, что скоро и сама всё узнает.

***

Дорога к обеденному залу показалась Кларк вечностью. Она всё ещё рассматривала родные стены, боясь, что моргнёт, и всё вокруг исчезнет. По-началу она подумала, что попала в петлю времени и пространства, но вскоре, покрутившись перед зеркалом и ущипнув себя пару раз, решила, что это всё-таки не сон. «В симуляции я тоже чувствовала боль», — задумалась девушка. Но Бекка объяснила ей, как реально работало воображение девушки в тот момент. Подобные вопросы отошли на второй план. В коридорах никого не было — Бекка объяснила это тем, что сегодня люди ждут в главном зале её появления. Там собрался весь Ковчег в ожидании своего нового Канцлера. Но пока нужно было добраться хотя бы до обеденного зала. Двери были плотно закрыты, когда Бекка подвела девушку к ним. Окон зал не имел, только вход, больше напоминающий ворота. Едва слышно постучав, Бекка немного отступила назад, давая дверям открыться.       Кларк заплакала от счастья — впервые за много дней. В зале её ждали все, кого она называла родными людьми. Она стояла посередине зала с широко распахнутыми глазами, наблюдала за тем, как один за одним к ней поворачивались знакомые лица. Первыми в объятия девушки бросились Октавия, Рейвен и её мать. Вслед за ними показались Мёрфи, Финн, Лекса, Уэллс и Эхо. Все они по очереди обнимали Кларк, смеялись, плакали, говорили что-то друг другу на перебой. Монти и Джаспер с глупыми улыбками ждали, пока у всех закончится желание обниматься, чтоб наконец схватить надоедливую Гриффин и закружить её, слегка приподняв. — Я так рада, что вы все живы! — Кларк переполняли эмоции, когда она заметила, что среди всех этих людей не хватает Беллами. — Октавия, — девушка подошла к ней поближе и снова заключила её в крепкие объятия. — Октавия, а где Беллами? Кларк осознала, что этот эксперимент навсегда мог стать точкой невозврата. Ведь она убила его собственноручно. — Вам с ним многое надо будет обсудить, — размыто ответила Октавия, чуть отстранившись и разглядывая её лицо. — Ты помолодела, Гриффин. — Ты тоже, Блейк, — и девушки рассмеялись. — Давно я не слышал, чтоб эти дети так хохотали, — в комнату вошёл Кейн, и Кларк, не раздумывая, бросилась к нему. Девушка буквально повисла на нём, хотя никогда и не имела таких тёплых отношений с новым мужчиной её матери. — Задушишь! — счастливо воскликнул он, плотно прижимая её к себе. Он давно понял, что считал Кларк собственной дочерью точно так же, как и Беллами сыном. — Я думаю, нам стоит перекусить, она наверняка проголодалась! — озвучил свои мысли Джаспер. — Мы все за, — дружно закивали остальные.       Тем временем, Лекса подошла к Кларк, застенчиво протягивая ей свою руку: — Привет, Кларк. Мы с тобой не были знакомы до симуляции, но меня зовут Саша. — Кларк пожала её руку, вспоминая то, что они пережили вместе в симуляции. — Ты называла меня Лексой. Я благодарна тебе за всё, что было между нами там. К Саше сзади подошёл Уэллс, нежно приобнимая девушку за плечи. Кларк тут же всё поняла, увидев сверкающие кольца на пальцах левых рук. — Поздравляю вас с обручением, — с некоторой тоской в голосе отозвалась Кларк, взяв за руку Уэллса. — Вы отличная пара. Надеюсь, то, что было в симуляции никак не... — Кларк не нашлась в словах, но Уэллс сжал её руку в ответ. — Всё в порядке, Кларк, правда, — он ободряюще улыбнулся. — Всё это было симуляцией, и я уверен, что это многое значит для вас обеих. Я понимаю это, и я рад, что ты приглядывала за моей невестой. А она за тобой, — он подмигнул девушкам, и увёл Сашу за соседний стол.       Кларк сидела во главе стола, пытаясь поверить в происходящее. Голод девушка почувствовала только во время еды, хотя её искусственно подпитывали капельницей, этого явно не хватало. С момента погружения она заметно похудела, хотя и плохо помнила себя — так это было давно. Размышления о Лексе и Саше (хотя это был один и тот же человек) заставляли её улыбаться сквозь всепоглощающую грусть — Лекса была там, а сейчас она — Саша, чужая невеста, которая не имеет к ней былых чувств. Прошлое прошло. Закончив трапезу, ребята начали расползаться по своим старым каютам, где проводили достаточно времени раньше. Кларк нежно поцеловала мать в щёку и сказала, что ей ещё нужно кое с чем разобраться прежде, чем она вернётся «домой». Бекка любезно согласилась проводить девушку до её старой камеры, откуда её увели на эксперимент. Этого она не помнила, зато помнила, как рисовала на полу и стенах. Прекрасные рисунки украшали комнату со всех сторон — животные, природа, солнце, всё, чего она, по сути, не видела в реальной жизни. Ей захотелось ступить ногой на землю, ощутить мягкое покалывание травы. Но пока что ей только предстояло вернуть людей на Землю. — Дальше по коридору и налево, думаю, ты помнишь, — тихо сообщила ей Бекка и поспешила удалиться в лабораторию для окончательного заключения.       Кларк тихо ступала по железному покрытию, застилающему пол Ковчега. Она разглядывала каждую камеру, вспоминая, как впервые её вели к своей. Она была в самом отдалении, одиночной, потому что утечка информации о снижении деятельности Ковчега не должна была распространяться среди жителей Кольца. Дойдя до своей камеры, Кларк услышала там суету — тревога охватила девушку с ног до головы. Какой еще сюрприз ей стоит ожидать?       Посреди камеры стоял Беллами, молодой, без шрамов, но всё с теми же глубокими карими глазами, поблёскивающими в свете ламп. Их, участников эксперимента, сразу можно было определить по постаревшему, угасшему взгляду, что явно говорило о пройденных ими испытаниях. — Беллами, — ласково позвала Кларк, и он повернулся к ней, немного сдвинув свои густые брови. — Ты так помолодел, — девушка улыбнулась, повторив уже успевшую стать заезженной шутку. Блейк стоял, не двигаясь с места. В голове его явно творился хаос, он не понимал, что делать и как реагировать на Кларк теперь. После всего, что между ними происходило. — Они показывали тебе события первых лет после того, как мы спустились с неба? — задал он волнующий вопрос, и после того, как она кивнула, продолжил: — Я уже пару дней хожу по этой камере, думая об этом. — Что такого ты там увидел? — удивлённо смотрела на него девушка. Она тоже стояла в дверях, как статуя, не понимая, чего он хочет. — Там были мы, и мы разговаривали, — быстро ответил он. Его мысли плохо складывались воедино, но он пытался, тараторил, и яро жестикулировал. — Мы много разговаривали, Кларк. И мы всегда были вместе, несмотря ни на что. — Да, — потерянно ответила девушка, пытаясь понять, что он имеет в виду. — Так вот, я думал, что произошло с нами потом? Почему мы... почему мы потом перестали? — Перестали? — Беллами вводил её в заблуждение ещё больше. Появилось желание просто обнять его, закончив поток бессвязных мыслей, но она дала ему выговориться. — Мы перестали разговаривать, понимаешь? Перестали думать вместе, размышлять, делать, мы просто, ну... наши дороги разошлись? Почему? — он запустил руку в волосы, снова собираясь с мыслями. — После того, как я улетел в космос с СкайКру, — он медленно начал подходить к девушке. С каждым словом к его мимике подключались руки, он явно пытался сказать что-то важное, но она не понимала. — Я... прости, я оставил тебя там. Я видел.. Я слышал каждое сообщение после того, как проснулся после симуляции. Ты много говорила, и ты всегда разговаривала со мной. Почему? Ну, я имею в виду, их там было много, а я... а я бросил... и... я обещал, что ничего не случится... но я... Что я сделал для того, чтоб исполнить своё обещание? А ты.. верила, и после того, как мы вернулись, всё испортилось, я знаю что... — Ох, заткнись, Беллами Блейк, — Кларк приподнялась на кончиках пальцев, нежно прикоснувшись сухими губами к губам Беллами. Это был недолгий, но значимый поцелуй для них обоих. Руки Беллами легли на талию девушки, трепетно прижимая её к себе. — За...заткнулся, — ответил он ей почти в губы, боясь открыть глаза и понять, что это закончилось. — Я... многое понял, и ты... я не знаю, как ты всё ещё доверяешь мне после всего... Я виноват, прости. — Я тоже виновата, — с горечью сказала девушка, не отрываясь от его глаз. Она наконец говорила с ним так, как всегда хотела, и её глаза снова наполнялись слезами. Она смахнула их рукавом толстовки, выданной Беккой, и прижала ладонь к щеке Беллами. — Я не должна была стрелять. Ты был тем, кто держал меня на плаву всё это время, и... прости. Прости меня за это. — Не извиняйся, Кларк. — Но... — Ох, заткнись, Принцесса, — он улыбнулся ей, возвращая эту фразу и снова потянулся для поцелуя. — Нам ещё кое-что предстоит. Одна маленькая встреча с маленькой непослушной... — Мэдди? Она здесь? — Кларк широко распахнула глаза от удивления. Её душа, наконец, обрела покой, как и сказала тогда Лекса. — С ней всё хорошо? — Не всё так легко, Принцесса. Она намного младше и непоседливее, чем ты её помнишь. — С этим я могу справиться, — облегчению Кларк не было предела. — Мы, — поправил её Беллами. — Мы? — переспросила Кларк. — Мы справимся. Вместе.

***

— Ох, только не говори мне, что это собрание сегодня.

— Мы снова проспали, Принцесса, что тут поделать?

— Это всё ты виноват, ты же обещал не отвлекать меня надолго!

— Я не смог удержаться. Что, спасение планеты не подождёт пару часов?

— Уверена что нет, собирайся, Блейк. У нас много работы.

The End