Душевный покой

      Слова, казалось, вырвались сами собой, но Сакура не сожалела об этом. Трепет, с которым ей следовало бы бороться, давно прошел, и она обнаружила, что ей его не хватает. В самом сердце пещеры, скрытой под водопадом, она, как ни странно, почувствовала себя достаточно храброй, чтобы задать такой вопрос.       — Покажи мне, — настойчиво повторила она хриплым голосом.       Мужчина прищурился, глядя на нее, словно соображал, что же ответить Сакуре.       — Ты хоть понимаешь, о чем просишь?       — Да, — кивнула она. Сакура вся обратилась в статую, пока ждала от него следующего шага.       Мадара видел, что она напряжена, но, несмотря на это, была настроена решительно.       Она хотела этого.       — Чего ты от меня желаешь, хм? — Лукаво усмехнулся он, наклоняясь вперед в попытке запугать ее. Если бы Сакура чувствовала страх или неуверенность, то в ее действиях определенно проявились бы признаки отступления.       Но их не было.       — Я устала быть девственницей. Это по-детски, и означает неопытность. Избавь меня от нее.       — В девственности нет ничего плохого. Первый раз обычно бывает ужасным и неловким, нет ничего постыдного в том, чтобы попытаться этого избежать. Ни разу не слышал, чтобы у кого-то был удачный первый опыт, — поэтично воскликнул он, пытаясь внушить чувство реальности девушки, которая буквально давила на него.       — Тем больше причин лишиться девственности. Пожалуйста, покажи мне, каково это.       Бесстрашно демонстрируя свою убежденность, Сакура протянула руку и положила ее ему на бедро. Она ощутила, как напряглись под ладонью мышцы, но ей нужно было заставить Мадару поверить, что она говорит серьезно и не отступится. Сакура жаждала познать близость всем своим существом, и эту жажду нельзя было игнорировать.       Мадаре пришлось признать, что эта напористая девушка твердо настроена на секс, и от этого открытия определенная часть его тела дернулась в предвкушении. С учетом того факта, что она уже явно все для себя решила, ему стало интересно, к чему все это приведет. Любопытство частенько действовало возбуждающе.       Мадара видел, что Сакура так и не расслабилась. Конечно, ожидалось, что некоторая нервозность все же останется, но не стоило быть такой оцепеневшей. Пробным жестом Мадара поднес руку к девичьему лицу. Когда его большой палец скользнул по ее скуле, Сакура резко вдохнула.       — Ты такая… отзывчивая, — признался он с теплотой в голосе.       — А это хорошо?       — О да. Будет гораздо легче оценить твою реакцию. Ты как открытая книга.       При этих словах Сакура почувствовала, как румянец разлился по ее щекам, а затем холодок пробежал по спине, когда один палец медленно проследовал по линии ее шеи вниз к ключице.       Мадара был заинтригован.       Он коснулся ее всего одним пальцем, а она уже так реагировала. Сакура не собиралась ничего от него скрывать. Впервые он ласкал девушку, не имеющую никакого опыта. Интересный поворот событий.       Она чуть ли не умоляла его пойти порыбачить днем, а теперь, после ужина и саке, она требовала от него гораздо большего. Если бы он не знал всех обстоятельств, то решил бы бы, что это была какая-то сложная, похожая на свидание задумка… которая казалась одновременно удивительной и заманчивой.       Прошло слишком много времени с тех пор, как он спал с женщиной, и в глубине души Мадара жаждал еще раз заняться сексом. Он был уверен, что переспать с будущей женой младшего Учихи, вероятно, не самая лучшая идея, но, похоже, их ничего не связывало. Было бы гораздо хуже, если бы у них уже была хоть какая-нибудь близость, но, как заверила его Сакура, они даже не держались за руки.       Почему какой-то сопляк проигнорировал такую красивую девушку, как Сакура, было выше его понимания. Она заслуживала того, чтобы познать восхитительные вершины животного наслаждения, и Мадаре все сильнее хотелось увидеть ее лицо в эти моменты. И именно он подарил ей блаженство, при этой мысли его сердце бешено забилось. Подвиг, на который мало кто когда-либо был способен.       Было очевидно, что эта девушка была особенной, и с тем небольшим количеством времени, которое у него оставалось, Мадара хотел понять почему. Его маленький цветочек, Сакура, была ненужным бутоном, брошенным под дождем, о котором он стал заботиться в этой пещере. После нескольких дней, проведенных вместе, маленький бутончик начал понемногу раскрываться… и теперь желал расцвести.       С его помощью она станет еще великолепнее.       Ее изумрудные глаза мерцали в свете камина, когда она пристально смотрела на него. Он считал себя счастливчиком, что такая девушка хочет связаться с подобным ему человеком. Технически, он был далеко не в самом расцвете лет, но сейчас, когда она рядом, чувствовал себя молодым.       Мадара все еще сидел в задумчивости, Сакура судорожно поглаживала колени. По мере того как шли минуты, она все больше нервничала, задаваясь вопросом, не сделала ли что-то не так. Но она знала, чего хочет.       Она хотела его.       Она хотела почувствовать, как его сильные руки ласкают ее тело, как его твердая грудь прижимается к ее мягкой, как его голос становится хриплым от страсти. Мадара был настолько напряжен, что ей казалось, что ей не хватает воздуха, так как она задыхалась от одного его взгляда.       С того момента, как они впервые сцепились на полу этой пещеры после того, как она его узнала, Сакура почувствовала, как между ними пробежала искра. В тот момент адреналин ослепил ее, но, сейчас, при воспоминании о том, как они прижимались друг к другу, тело бросило в жар.       Она снова хотела его прикосновений.       Под таким сильным и пугающим мужчиной, как Мадара, ее тело подрагивало от возбуждения. Так сильно желая разобраться в этих чувствах, Сакура терпеливо ждала его ответа. Судя по его состоянию, Мадара, похоже, обдумывал ее предложение… мысль, которая бесконечно ее будоражила.       Приподняв ее подбородок, он приблизил ее лицо к своему. Сакура почувствовала, как ее тело напряглось, когда пространство между ними почти исчезло. Он не торопился, внимательно наблюдая за ней и держа ее на грани.       — Мы можем остановиться в любой момент. Только скажи. Я делаю это по твоей просьбе и исключительно для твоей пользы.       — Я знаю, — призналась она с оттенком смущения. — Просто покажи.       — Не надо бояться. На самом деле, думаю, ты удивишься, узнав, насколько это приятно.       Застенчиво кивнув, Сакура сглотнула, закрыла глаза и начала мысленно готовиться. Ее сердце бешено колотилось в груди, желудок подскакивал к горлу, когда она вдруг слишком остро услышала собственное дыхание.       Раздался шелест ткани, и вскоре Сакура почувствовала, как диван прогнулся под его весом, когда Мадара придвинулся ближе. Исходящее от мужчины тепло было так близко, что она замерла. Мужчина был совсем рядом, что она уловила запах его кожи и его спокойное дыхание, щекочущее ее лицо.       А потом она почувствовала их.       Губы.       Его губы нежно коснулись ее. Мадара замер, прижавшись к ней, а затем медленно отстранился. Сакура почувствовала, как он обхватил ее подбородок и наклонил ее голову. И снова его губы нашли ее, только на этот раз поцелуй был гораздо глубже. Не зная, что делать, Сакура поджала губы, повторяя за Мадарой, а время, казалось, остановилось. Каждое движение было неспешным и ленивым, она следовала осторожному темпу, заданному Мадарой.       Его губы были твердыми, но ласковыми, и звук их поцелуев, смешиваясь с их дыханием, возбуждал ее. Наслаждаясь ощущениями, Сакура издала судорожный выдох, превратившийся во всхлип, когда его горячий язык коснулся ее нижней губы.       Она почувствовала, как он улыбнулся ей, но приоткрыла губы, когда вновь ощутила его язык. Он скользнул в ее рот и начал ласкать. Это невозможно было описать. Она узнала горькие нотки саке, но вскоре все мысли вылетели у нее из головы.       Когда их языки танцевали друг с другом, Сакура не смогла сдержать стона, вырвавшегося оттого, что жар вернулся к ее лицу. Ощущение чужого языка, массирующего ее собственный, было чем-то таким, чего Сакура никогда раньше не испытывала, и вскоре она поняла, как сильно оно ей нравится.       В животе у нее затрепетало, когда их поцелуи стали куда горячее. Каждый раз, когда Мадара отстранялся, чтобы глотнуть воздуха, Сакура хныкала, страстно желая его возвращения. Чем глубже и быстрее становились их поцелуи, тем меньше Сакура контролировала свое тело.       Возбужденная до предела, она неистово извивалась.       Она хотела большего.       Одновременно они отстранились друг от друга, осознавая одну очевидную истину. В их глазах горел дикий голод.       Сакуре не нравилось находиться так далеко от Мадары. Она смело перекинула ногу через его бедра, так что он оказался зажат между ее коленями. Оседлав Мадару, Сакура положила руки ему на грудь, используя ту в качестве опоры, пока они продолжали целоваться.       Она одобрительно замурлыкала, когда почувствовала, как его руки скользнули вверх по ее бедрам и остановились на них. Сама того не ведая, она была так возбуждена, что начала раскачиваться. С каждым поцелуем все разумные мысли исчезали, терялось всякое чувство реальности, пока Мадара не схватил Сакуру за талию, останавливая ее движения.       Затаив дыхание, Сакура смотрела на удивленное лицо мужчины под ней. Он улыбнулся ей, и она сразу же почувствовала себя неуверенно.       — Что? — Задыхаясь, спросила она, устраиваясь у него на коленях.       — Зачем спешить? Этим моментом надо наслаждаться, а не торопить его.       — Прости, — извинилась Сакура, смущенно опустив голову. — Что же ты со мной делаешь? — Вздохнула она, закрыв лицо руками.       — Давай поменяемся, хорошо?       Его руки обвились вокруг нее, Мадара слегка переместил их обоих, прежде чем опустить Сакуру на подушки. Приподнявшись на локте, он устроился между ее ног, а другой рукой провел по ее голой ноге, пытаясь успокоить девушку.       Он ухмыльнулся уголками губ, но в ярком блеске его глаз не было ничего зловещего. От его тяжелого взгляда у нее вспыхнуло желание, когда она поняла, насколько близки они были сейчас. Она чувствовала тяжесть его тела, когда он устроился на ней, окутывая ее своим теплом.       Наклонившись, Мадара еще раз медленно поцеловал Сакуру в губы, но на этот раз поцелуй был намного сильнее. Его тело давило на нее всем весом, от того, от соприкосновения с его широкой грудью ее соски затвердели, поскольку тонкая ткань юкаты была слабым препятствием. По спине Сакуры пробежал холодок, и когда она почувствовала, как их бедра прижались друг к другу, глубоко внутри разлилось тепло.       Сакура судорожно вздохнула от их вновь обретенной близости и новых чудесных ощущений, Мадара поднял руку, мягко убирая с ее лица выбившиеся волосы.       — Видишь, что ты со мной делаешь? — Простонал он, вдавливаясь в нее своими бедрами так, чтобы она могла почувствовать его вставший член.       Сакура застонала в ответ, когда тот уперся прямо в ее промежность, она покраснела: их разделяла всего лишь пара слоев ткани. Сакура чувствовала, как возвращается настойчивость, но на ней лежал Мадара, поэтому затруднительно было что-то предпринять.       Вместо этого она наблюдала за ним, позволяя предвкушению нарастать, когда его пальцы скользнули по ее щеке, а после провели по едва приоткрытым губам. Внезапно набравшись смелости, Сакура поцеловала кончик его пальца, быстро скользнув по тому языком. Когда Мадара поднял бровь, ее полные губы сомкнулись на его пальце и нежно пососали.       У него перехватило дыхание, Мадара издал низкий рык, закрыв глаза, когда она повторила свою шалость. Ее действия заставили его снова прижаться к ней бедрами, и она упивалась свидетельством его страстного возбуждения.       Вытащив влажный палец из ее рта, Мадара опустил руку вниз, быстро найдя затвердевший сосок. Зажав его между большим и указательным пальцами, Мадара с благоговейным трепетом наблюдал, как Сакура приоткрыла рот и запрокинула голову. Он мог сказать, что даже этот небольшой контакт был для нее слишком. Ее реакция была настолько естественной, что он был поражен ее откровенной демонстрацией.       Мадара обхватил ее грудь, нежно поглаживая, от чего Сакура начала извиваться под его ласками. Она тяжело дышала и облизывала губы, желая поцелуя, когда ее руки обвились вокруг его шеи и притянули его к себе.       Слишком властный, чтобы подчиниться, Мадара опять завладел губами Сакуры, скользнув языком в ее рот. Напряжение вспыхнуло с новой силой, когда они оба перестали думать и просто начали реагировать. Сакура застонала, осознав, что он убрал руку с ее груди, разорвав поцелуй, когда почувствовала его прикосновения внизу.       Его мозолистые руки скользнули под ее юкату, по нижнему белью, большой палец нашел набухший клитор. Мадара начал его массировать, и Сакура выгнулась от ослепительного удовольствия. Ее ноги мгновенно раздвинулись еще шире, давая Мадаре полную свободу движений.       Ощущения были невероятными, Сакура чувствовала, как каждый нерв в ее теле искрился и мерцал. Она отчаянно желала большего, извиваясь под его искусным пальцем. Сакуру бросило в жар. Напряжение усилилось, когда Мадара начал быстрее ласкать ее клитор.       Перед глазами Сакуры все плыло, и она едва осознавала, что сейчас он целовал и посасывал кожу на ее шее. Его глубокий голос стал более хриплым, чем обычно, Мадара мурлыкал ей в ухо, искушая ее поддаться наслаждению.       Сакура извивалась, мотая головой из стороны в сторону, чувствуя между ног влагу. Что-то нарастало внутри, а она была всего лишь ведомой этим безумием. Мир закружился вокруг нее, когда она с готовностью отдалась ощущениям, которые дарил ей Мадара.       Он снова ускорился, и Сакуры выгнулась так сильно, что чуть не свалила их обоих с дивана. Она задыхалась и хныкала, умоляя о большем, когда почувствовала, как ее тело напряглось под ним. Сакуру буквально трясло от небывалого наслаждения. Она чувствовала, что скоро взорвется, и стонала в предвкушении.       — Покажи мне, — приказал он зловещим голосом.       От этих слов Сакура замерла на долю секунды, а вскоре ее сотрясла крупная дрожь. Ей казалось, будто все это время она балансировала на краю пропасти, а потом ее внезапно столкнули с края и теперь она падает. Волны обжигающего удовольствия затопили каждую клеточку ее тела. Глаза закатились, когда она крепко прижалась к Мадаре, сжимая пальцами его юкату, притягивая его к себе.       Уткнувшись ему в плечо, Сакура кричала от ослепительного восторга. Она думала, что утонет в этом наслаждении, но вместо этого она плыла. Исчезли все тревоги и переживания, и, восстановив дыхание, она громко вздохнула от счастья.       Когда ее тело вздрогнуло после оргазма, пальцы Мадары замедлили свои движения. Сакура медленно открыла глаза, только чтобы встретить коварную ухмылку, которая сияла на его лице, пока он слизывал ее соки со своего большого пальца.       — Как ты себя чувствуешь? — Промурлыкал Мадара, целуя обнаженную грудь Сакуры там, где распахнулась юката.       — Ого… — Ее голос дрогнул, когда она попыталась подобрать слова.       Мадара был уверен, что она все еще не пришла в себя от только что испытанного оргазма. Он смотрел, как она обмякла на диване, а ее дыхание становится спокойным и неглубоким. Ее веки потяжелели, когда она тихо пробормотала что-то об изнеможении.       Улыбнувшись про себя, Мадара потянулся за одеялом. Он накрыл уставшую Сакуру и нежно поцеловал в лоб, прежде чем ушел на свою кровать. Его собственное тело жаждало разрядки, но с этим придется подождать. Выпитое спиртное наконец подействовало на него, он зевнул и перевернулся на бок.       Если не считать болезненной эрекции, сегодня был интересный вечер. Улыбаясь в подушку, он мысленно вернулся к прекрасному цветку, тихо посапывающему на диване.       Они перешли черту, все стали слишком неясным… кто они теперь друг другу?       Не решаясь довести эту мысль до логического завершения, Мадара закрыл глаза и провалился в сон.       

***

      Проснувшись от сильного холода, Сакура начала дрожать. Она повернулась к камину, заметив затуманенным взором, что от огня остались лишь тлеющие угли, их свет едва освещал мрачную пещеру.       Сев, Сакура натянула одеяло на плечи, мгновенно почувствовав неприятную влагу между бедер. В тот же миг на нее обрушились воспоминания.       Она покраснела, понимая, что именно его действия вызвали такую реакцию ее неопытного тела, но решила, что нет смысла его в чем-то обвинять. Она сама попросила его об этом. Она не была уверена, во что ввязывается, но теперь ей стало еще любопытнее. Ей подарили немного удовольствия, и теперь она жаждала большего.       Но сначала нужно было привести себя в порядок.       Откинув одеяло, она на цыпочках прошла в ванную. Дрожа от холода, Сакура быстро сполоснулась. Сбросив мокрые трусики и умывшись, она направилась к Мадаре, остановившись, когда проходила мимо его кровати.       Уставившись на диван, злясь на то, что камин уже потух, она в итоге решила скользнуть в постель к мужчине, познакомившему ее с удовольствиями, к которым она почувствовала вкус. Устроившись рядом с ним, Сакура вздохнула, чувствуя, как согревается.       Она подумала о том, чтобы прижаться к нему, но не хотела его будить. Мадара выглядел таким умиротворенным, что мягкие звуки его дыхания убаюкивали ее. Ей было тепло, и она лежала рядом с первым мужчиной, которому позволила прикоснуться к себе.       Но была одна мучительная мысль, которая не давала ей покоя… она до сих пор была девственницей.       Конечно, она испытала свой первый оргазм, но все еще понятия не имела, каково это — чувствовать внутри член. Все подруги обскакали ее в этом вопросе. У них у всех был богатый опыт, так что Сакура — от смущения — избегала разговоров о сексе. Не было абсолютно никого, с кем она могла бы поделиться своими волнениями.       Она тоже хотела познать все прелести секса. Мадара, конечно же, не принял ее за дурочку, поскольку она была совершенно серьезна. Да, он помог ей кончить, и это было нечто невероятное… но так и не лишил ее девственности.       Сейчас она чувствовала себя удовлетворенной, но все-таки не до конца.       Если повезет, Мадара выполнит свое обещание избавить ее от невинности. Натянув одеяло до подбородка, Сакура свернулась калачиком, отвернувшись от крепко спящего мужчины, который наверняка будет преследовать ее даже во сне.       Прошло совсем немного времени, прежде чем ее разум заполнил его образ.       Его тлеющая улыбка…       Его потрясающие пальцы…       Его дразнящий язык…       Здесь, в стране грез, все дороги вели к Мадаре. Сакура ничего не могла с собой поделать: лишь поддаться этому наваждению… всем своим существом желая добраться до него.