Часть 5
26 декабря 2020 г., 17:14
Когда Мадара проснулся, Сакура продолжала сидеть на диване с пустой кружкой в руках, уставившись на огонь.
— Доброе утро, — буркнул он, взяв свою кружку и налив в нее воды.
— Доброе, — эхом отозвалась она, приветствуя его улыбкой.
— Надеюсь, ты хорошо выспалась, — сказал он между глотками.
— Да. А ты?
— Неплохо. Просто впереди очередной день, — пошутил он, присоединяясь к ней на диване.
— Тебе не надоели фрукты? — Поинтересовалась она, приподняв бровь, ожидая, что он ответит «да».
— Почему ты спрашиваешь? — Ответил он вопросом на вопрос.
— Мне тут пришло в голову, что сегодня мы могли бы пожарить рыбу. Ну, знаешь, устроить барбекю?
— Ты просто пытаешься вытащить меня из этой пещеры, не так ли?
— Я просто хотела узнать, не хочешь ли ты сделать что-нибудь более существенное, вот и все, — невинно произнесла она.
— Ладно. Почему бы и нет? — Вздохнул он.
— Значит, решено. Сегодня мы жарим на гриле! — Воскликнула она, ослепительно улыбаясь невеселому Мадаре.
— Никогда раньше не видел, чтобы кто-то так радовался приготовлению рыбы, — сказал он ровным голосом, неуверенно глядя на нее.
— Да ладно тебе… будет весело!
— Посмотрим…
— Ну и настрой, — рассмеялась она, хлопнув его по колену. — Пойдем, я умираю с голоду.
Вскочив, она сунула ноги в сандалии и схватила фонарь. Осмотрев стол с посудой, Сакура взяла решетку для гриля, нож, палочки для еды и пару тарелок.
-Можешь оставить все это здесь, а рыбу, которую мы поймаем, зажарим в камине, — предложил Мадара, кивая на огонь.
— О, точно, — хихикнула Сакура, бросая все обратно на стол.
Ее слегка разочаровало то, что он не пожелал ужинать на свежем воздухе. Сакура не собиралась с ним спорить, она лишь хотела, чтобы он насладился едой на природе, пока еще может. Сакура знала, как весело устраивать барбекю под звездами: пылающий костер, близкие друзья — это же так здорово, и она хотела поделиться этим чувством с ним. Но в пещере уже горел огонь, и было разумно использовать его.
Она смотрела, как Мадара надел деревянные гэта и схватил сеть, сложенную в углу у входа. Сейчас он казался еще более отстраненным, и на его лице не было никаких признаков эмоций. Может быть, он просто еще не проснулся, но в глубине души она надеялась, что он расслабится и получит удовольствие от того, что она запланировала на сегодня. Если нет, придется его заставить.
Догнав медленно идущего по коридору Мадару, Сакура пошла рядом с ним, фонарь освещал их путь к каменной лестнице, которая вела на площадку выше. Пока они молча поднимались, Сакура украдкой поглядывала на Учиху, ища хоть какой-то намек на энтузиазм. Это было глупо, но ей отчаянно хотелось увидеть его ленивую улыбку. Откровенно говоря, любого признака того, что он с нетерпением ждет, когда же покинет эту пещеру, было бы достаточно, но Мадара был абсолютно равнодушен.
Сакура была так занята созерцанием мужчины, что забыла, что надо смотреть под ноги. Ступени были покрыты тонким слоем мокрой грязи, и она со вскриком поскользнулась.
Падая навзничь, она запаниковала, мир закружился вокруг нее, перед глазами промелькнули картинки сломанных костей и свернутой шеи. Инстинктивно она вскинула руки, цепляясь пальцами за все что можно, лишь бы не упасть и не скатиться вниз по темной лестнице.
Направив чакру в руки и ноги, Сакура смогла ухватиться за стену и лестницу, остановив свое падение. Твердо встав на каменную лестничную клетку, она тяжело дышала от шока и оглянулась на Мадару. Фыркнув, она развернулась к нему, уставившись на него с изрядной долей разочарования. Он совершенно не выглядел усталым, спокойно поднимаясь по лестнице.
-Не беспокойся, со мной в порядке. И помощь мне не нужна, — вздохнула она, отряхивая руки и убирая волосы с лица.
— Ты создаешь впечатление человека, которому не нужна никакая помощь.
— Да неужели? — Саркастически ответила она. — Что заставляет тебя так думать?
— Элементарное наблюдение.
Размышляя над его последним замечанием, Сакура заметила, что рев водопада становится все громче, до такой степени, что она ощутила вибрацию. Потолок, пол и стены гудели от силы струящейся воды, и она молча задавалась вопросом, не грозит ли им опасность, раз они находятся в такой близости. Ей было ненавистно оставаться в неведении, она чувствовала себя не в своей тарелке из-за неуверенности в своем местонахождении на незнакомой территории.
Когда они наконец добрались до верха лестницы, Сакура увидела слабый свет в конце площадки. Он мерцал, словно маяк. Шум бурлящей воды становился все слышнее, разрушая неловкое молчание, и к тому времени, когда они дошли до выхода, она уже улыбалась.
Она разглядела сам водопад, но оказалось, что они шли за ним. Сакура наблюдала, как Мадара шагнул сквозь невидимую стену и появился с другой стороны, жестом пригласив ее следовать за ним. Она нерешительно шагнула через тонкую пленку ледяной чакры, которая скрывала вход в пещеру, заставляя ее кожу покалывать. Чувствуя себя так, словно только что прошла сквозь огромную паутину, она обернулась и посмотрела назад, но ее взгляд наткнулся на камень.
Входа не было… по крайней мере, его нельзя было обнаружить обычным зрением.
Проследив за своими шагами туда, откуда она только что появилась, Сакура увидела лишь большую каменную стену, поверхность которой была скользкой от воды и мха. Обернувшись, она с удивлением посмотрела на Мадару, пораженная навыками его маскировки. Это не было ни гендзюцу, ни простым хенге, не было никакого явного сдвига, что то, что она видела, было придуманным изображением. Просто потрясающе. Вход даже ощущался как камень, пока не упрешься в него, проскальзывая насквозь, словно погружаешь руку в воду.
Вернувшись к Мадаре, Сакура отметила, что он погасил фонарь, в котором больше не было необходимости. Когда они подошли к кромке воды, она остановилась, закрыв глаза, вдыхая свежий воздух, наслаждаясь легким туманом, который щекотал ее лицо.
— Так красиво, — прокричала она сквозь шум воды, наблюдая, как он согласно кивает, пока они оба наслаждались нетронутой природой.
Немного поразмыслив, они перескочили через несколько камней, пробираясь к краю водопада, а после спрыгнули на травянистый берег реки, которая текла внизу. Оглянувшись, Сакура ахнула, не веря, откуда они только что пришли. Водопад, хотя и был намного меньше, чем много лет назад, все равно оставался достаточно внушительным, даже сейчас от его вида захватывало дух. Особенно когда солнце садилось позади них, окрашивая водопад и его окрестности оранжевыми и розовыми пятнами.
Когда Сакура повернулась, чтобы спросить, где Мадара хотел бы порыбачить, то заметила, что он пристально смотрит на нее, и смогла только улыбнуться, избегая его взгляда. Как будто ее ноги волшебным образом стали очень интересными, она уставилась на них, ее пальцы подергивались, пока она изо всех сил пыталась вспомнить слова, которые собиралась сказать.
— Давай пойдем вдоль реки вон к тому берегу, — указал Мадара, — там есть хоть какой-то тенек, и течение гораздо спокойнее. Там наверняка водится рыба.
— Хорошая идея, — усмехнулась она, следуя за ним к небольшой излучине реки.
Когда они добрались до нужного берега, то постарались не подходить слишком близко, так как их тени наверняка выдали бы их местоположение. Вместо этого они сидели в тишине, наблюдая, как солнце скользит за деревьями, все вокруг становится еще ярче, прежде чем не стемнело. Краем глаза Сакура заметила, как Мадара откинул голову, сделав глубокий вдох. К ее большому удивлению, когда он открыл глаза, на его губах расцвела легкая улыбка.
В рассеянных лучах солнца она могла детальнее рассмотреть его лицо. Его кожа, хотя и имела светло-фарфоровый цвет, все же не была такой прозрачной, какой казалась в пещере. В волосах, в основном черных, было немного темно-шоколадных прядей. Края радужки его темно-карих глаз, казалось, светились насыщенным карамельным цветом, а на нижней части шеи, как раз под точкой пульса, виднелась одна-единственная родинка.
Он был поразительно красив.
Резко сглотнув, Сакура попыталась избавиться от возбуждения, отводя глаза и сосредоточившись на воде внизу. Надеясь, что голод остановит порхание бабочек в животе, она сосредоточилась на планах на ужин. Ее рот наполнился слюной при мысли о жареной рыбе, и она не могла дождаться, когда сможет насладиться горячей сытной пищей. Когда ее взгляд вернулся к мужчине рядом с ней, она понадеялась, что от вкусной еды его красивое лицо вновь озарится улыбкой.
***
Не переживая о том, что тени выдадут их в тускнеющем свете дня, они быстро добыли себе несколько рыбин. Мадара с первого же раза поймал две рыбины и, несомненно, гордился своим уловом. С сетью в руке он стоял с торжествующим видом, словно безмолвно радуясь своему мастерству рыбака. Сакура хихикнула при виде этого, его гордая поза напомнила ей о Наруто, а самодовольный взгляд на его лице — о Саске. Решив проигнорировать последнюю мысль, Сакура быстро почистила и выпотрошила их улов своим кунаем. Осторожно, при свете фонаря, они вернулись за водопад. Сакура бросила последний взгляд на звездное небо, прежде чем исчезнуть за стеной воды, когда они беззвучно проскользнули через скрытый барьер и вернулись в пещеру. — Аккуратнее, — ухмыльнулся Мадара, когда они спускались по лестнице. — Вот только не надо, — предупредила Сакура, — если я упаду, то наш ужин упадет вместе со мной. — Ну, в таком случае тебе лучше держаться за меня. — Ага, значит, сейчас тебе не все равно? Все с тобой ясно, — отрезала она, притворяясь обиженной. — Конечно, не все равно. Я голодный как волк. Сакура знала, что он просто дразнит ее, но не хотела рисковать свалиться, чтобы он подумал, будто она даже ходить нормально не может. Конечно, лестница была скользкой и плохо освещенной, но Сакура сомневалась, что ее достоинство и самоуважение выдержат еще один такой удар. Он был основателем Конохи и одним из самых талантливых ниндзя, когда-либо живших, конечно, перед ним она не должна упасть в грязь лицом. Обхватив свободной рукой его локоть, она вцепилась в него, пока они спускались. Сакура почувствовала, как тело Мадары напряглось от ее внезапного прикосновения, но ведь она выполняла его же приказ. Если у него будут заняты обе руки, то он не сможет подхватить ее в том случае, если она опять упадет, поэтому придется ему еще немного потерпеть ее близость, пока они не спустятся. С помощью фонаря они вернулись обратно в пещеру, и Сакура теперь осознала, насколько та мрачная. Было ясно, что огонь, горевший прежде, уже потух. Ей вдруг стало интересно, почему же он погас, странно это. — А что случилось с камином? — Спросила она, на ее лице было написано смущение. — Прошло уже несколько дней. Придется зажечь новый, — деловито ответил Мадара, ставя фонарь на стол, чтобы Сакура могла начать готовить рыбу. — Несколько дней? — Воскликнула она, разинув рот. -Но нас не было всего час или два? — Снаружи — да. Но в этих стенах минуты превращаются в часы, а часы — в дни. — Это так странно, — размышляла она, укладывая рыбу на решетку. — Странно, что кто-то вроде тебя остался здесь со мной. Надеюсь, у тебя нет никаких коварных мотивов… — Почему тебе так трудно поверить мне? — Нахмурилась Сакура, наблюдая, как Мадара вдыхает жизнь в новый огонь. — Интуиция, — съязвил он, оглядываясь через плечо и ухмыляясь. — У меня свои причины, — защищалась она, присоединяясь к нему перед камином, держа в руках их будущий ужин. — Их больше одной? — Обычно так и бывает, — заметила Сакура, наблюдая, как Мадара устанавливает края решетки в выемки по обе стороны очага. Он ничего не ответил, только смотрел на языки пламени, когда они начали жарить их улов. Усевшись на пол у камина, он скосил глаза на пустое место рядом с собой, а затем снова на нее. Поняв намек, Сакура присоединилась к нему, не сводя глаз с мерцающего огня. Вскоре до них донесся аромат пищи, и пока они терпеливо ждали, у них буквально текли слюнки. — Итак, если я правильно понимаю, ты медик? — Спросил Мадара, решив поддержать разговор, пока готовился ужин. — Да. В прошлом году я стала главврачом, так что забота о людях — это моя жизнь. — Ясно, — понимающе кивнул он, — так вот почему тебе здесь нравится. — Как я уже сказала, у меня есть свои причины. — Ты не можешь спасти меня, — вздохнул он, поворачивая к ней голову. — А кто об этом говорил? — Возразила Сакура, бросив на Мадару обвиняющий взгляд. — Я не хочу, чтобы ты оставалась здесь потому, что хочешь вылечить меня. Если это одна из причин, лучше тебе уйти прямо сейчас. — Ты не знаешь, о чем говоришь. — Разве? — Рассмеялся он. — Ты сама сказала: забота о людях-это твоя жизнь. Я могу лишь предполагать, что твоя первоначальная реакция на мою неизбежную кончину-попытаться остановить ее, но это напрасные усилия. Это произойдет. И когда это произойдет, тебе придется вернуться к своей жизни и столкнуться с тем, от чего ты убегаешь. — Я знаю, — призналась Сакура с явным чувством вины на лице, опустив глаза в пол. — Но, — добавил Мадара, обхватив ее подбородок и подняв ее голову, — это случится не сегодня. Их глаза встретились. Сакура знала, что Мадара прав, и слабо улыбнулась ему, оценив тот факт, что он был с ней настолько честен. Она на самом деле убегала от своих проблем, но со временем разберется с ними. В данный момент ее внимание было сосредоточено на этом мужчине. Он улыбнулся ей в ответ, и она не смогла сдержать легкого трепета, охватившего все ее тело от одной его улыбки. Было что-то в том, как простой жест с его стороны казался чем-то гораздо большим. Она не до конца понимала его, но все равно чувствовала себя с ним непринужденно. В каком-то смысле Мадара был подобен самому огню. Теплый и манящий, но в то же время мог быть разрушительным и смертельным. Если она не будет осторожна, то может сгореть в его пламени. Но, как и все пожары, он однажды потухнет и превратится в пепел, и она еще не была уверена, что об этом думает. В любом случае, она должна была подготовиться. В конце концов, только потому, что существует риск что-то потерять, не означает, что надо обязательно лишать себя этого. — О чем ты там думаешь? Выглядишь очень серьезной. — А? — Выпалила Сакура, быстро повернувшись к Мадаре, когда ее оторвали от размышлений. — Что творится у тебя в голове? — Так, ничего особенного. Можешь мне поверить. — Что-то я сомневаюсь, что это правда. Ты рассеянная, иногда кусаешь ногти или накручиваешь на палец волосы. Почему ты так волнуешься? — Я не… — начала она, поймав его укоризненный взгляд. — Ладно, может быть, я и правда немного волнуюсь. А ты разве не волновался бы? — Не уверен, что понимаю… с чего бы мне волноваться на твоем месте? Здесь тебе ничто не угрожает, даю слово. Кроме того, ты хорошая компания. Сакура была немного шокирована его признанием. Ее всю жизнь называли надоедливой, а тут внезапно нашелся тот, кто действительно ценил ее присутствие. Увы, это не продлится долго. Но, как говорится, все хорошее когда-нибудь заканчивается. Она просто не была уверена, что такого человека, как Мадара, можно исторически назвать «хорошим». С сожалением она подумала о том, как это жестоко, что никто никогда не узнает, каким он был на самом деле. В этом смысле ей повезло, повезло встретить кого-то вроде Мадары и провести некоторое время с одним из Великих людей. То, что их пути пересеклись опять, но уже при других обстоятельствах, казалось странным совпадением, однако Сакура была уверена в одном. Складывалось такое впечатление, что этому просто суждено было случиться. Как будто она должна была быть здесь, насколько бы невероятно это ни было. Она просто не знала почему. Ее мама часто говорила ей, что все, что мы испытываем в жизни, нужно ценить. Что все, чему мы учимся на своем пути, когда-нибудь пригодится. И что каждый урок, полученный в прошлом, приближает нас к пониманию будущего. Возможно, это была одна из таких ситуаций. Может быть, быть здесь, с Мадарой, — еще один урок. Только время это покажет, и, насколько она знала, здесь, в этой пещере, у них его было предостаточно. Они были отрезаны, скрыты от мира ответственности, обязательств и ожиданий. Она могла бы наслаждаться этим и перестать думать о каждой мелочи. — Наверное, я немного встревожена, — призналась Сакура, — просто в последнее время у меня было много забот. — Полагаю, не все они связаны с работой? — Нет. Работа — это просто. Независимо от того, насколько напряженными или даже тяжелыми становятся события, я всегда справляюсь с такими проблемами. — Тогда что не так? — Это долгая история, — вздохнула она, в замешательстве наблюдая, как Мадара встал и исчез в комнате за камином. Мадара вернулся, держа в одной руке большую керамическую бутыль, а в другой — две маленькие керамические чашки. Он сел обратно на свое место рядом с Сакурой, ухмыльнулся, глядя на ее озадаченное лицо, прежде чем подвинуть ей одну из чашек. С хлопком вытащив пробку из бутылки, он щедро налил похожую на молоко жидкость. — У тебя был такой вид, будто тебе срочно надо выпить, злючка. Присоединяйся. — Думаешь, саке решит мою проблему? — Нет, но оно поможет тебе расслабиться. — А тебе не кажется, что ясность поможет мне лучше все обдумать? — Может быть, именно ясность и есть твоя проблема. Ты когда-нибудь слышала о гиперфокусе? — Раз или два, — солгала она, разглядывая стоящую перед ней чашечку. — Представь себе, что ты стоишь настолько близко к картине, что видишь лишь размытые линии и беспорядочную мешанину цветов. Иногда все, что тебе нужно сделать, это отойти чуть дальше. Как только ты отойдешь от картины, изображение становится ясным. — Это… и правда имеет смысл, — улыбнулась она, пораженная его внезапной мудростью. — Разумеется, — ухмыльнулся он, поднимая чашку. — За свою жизнь я кое-чему научился. — Могу поспорить, что так оно и есть, — хихикнула Сакура, повторив его жест. — За понимание, — промурлыкал Мадара, глядя прямов ее изумрудные глаза, мерцавшие в свете камина. — За понимание, — согласилась она, возвращая его горящий взгляд, когда они выпили до дна. Жидкость обжигала, спускаясь по пищеводу в желудок, внутри разлилось тепло. Вкус саке был суше и тоньше, чем ожидалось, но отдавал сладким фруктовым ароматом. Сакура была не из тех, кто часто пьет, поскольку всегда был риск, что ее вызовут посреди ночи при какой-нибудь чрезвычайной ситуации, но сейчас она по-настоящему наслаждалась алкоголем. По крайней мере, пока она здесь, ей не надо ни о чем беспокоиться, и она с чистой совестью может позволить себе выпить. Мадара был тихим человеком, но большую часть времени казался довольно беспечным, возможно, потому, что тоже получал удовольствие от выпивки. Рядом с ним Сакура чувствовала себя комфортно, и мысль о том, что она вернется домой, заставляла ее нервничать. Но, как он сказал, ей не надо думать об этих вещах, по крайней мере, сегодня. Наблюдая, как он перевернул рыбу на огне, она почувствовала, как заурчал ее желудок, ей уже было невтерпеж, ведь ужин был почти готов. Голод быстро заставил ее забыть о переживаниях. На самом деле это все Мадара виноват. Сакура удивлялась, что, оказывается, можно хорошо проводить с кем-то столько времени. Это не походило на работу и, в конечном счете, являлось дружеским общением, хотя и маловероятным, но вполне заманчивым. — А ты? — Спросила Сакура, протягивая свою чашку, чтобы Мадара налил еще. — А что я? — Расскажи что-нибудь о себе. — Какой неопределенный вопрос. Как вообще на него следует отвечать? — Не знаю, удиви меня. Расскажи мне что-нибудь такое, чего нет во всех учебниках. — Про меня пишут в учебниках? — Удивился Мадара, и его глаза расширились от шока. — Конечно, глупый. Да и как же иначе? — Не думаю, что, учитывая все обстоятельства, меня поминают добрым словом. — Говорят, приличные люди редко творят историю, — уклончиво ответила Сакура, не желая огорчать его правдой. — В основном упоминается про твои техники и боевые стратегии. Но я хочу узнать о тебе как о человеке, а не как о шиноби. — Быть шиноби — это все, что я когда-либо знал. Это часть меня как личности. — Да, но что еще? Я имею в виду, что тебе больше всего нравилось делать в детстве? У тебя есть самое лучшее воспоминание или что-то подобное? — В детстве я тоже был шиноби. Когда тебя в шесть лет кидают в бой, на игры не остается времени. — В шесть лет? — Она закашлялась, чуть не подавившись своим саке. — Да. Тогда было совсем другое время. Не было деревень, чтобы защитить тебя. Лишь кочующие кланы, и все они воевали друг с другом. — В этом возрасте я только поступила в Академию, — размышляла Сакура, приоткрыв рот, пытаясь поставить себя на его место. — Так и было задумано. Дети не должны воевать. Поэтому, когда Учиха и Сенджу основали Коноху и возникла идея школы шиноби, мы позаботились о том, чтобы у ребят было время побыть детьми. — Мы? То есть, ты и Первый? — Да. Хотя были и другие, которые тоже принимали решения, это была наша мечта-основать деревню, где оба наших клана могли бы наконец жить в мире и согласии. — Как вы умудрились это провернуть? — Ну, это долгая история, — ласково улыбнулся он, вспоминая своего старого друга. Слушая, как Мадара вспоминает дни своей юности, Сакура все больше очаровывалась его историей. То, как он описывал свое прошлое, множество эмоций, которые испытывал, пересказывая моменты своей жизни, поражало ее до глубины души. Она считала, что ей очень повезло самой услышать правду о том, как появилась ее родная деревня. Конечно, в свое время Сакура читала об этом в учебниках, но узнать предысторию от основателя и взгляд на одно из его величайших достижений было для нее бесценно. Покончив с едой, они продолжали выпивать и делиться воспоминаниями. Они без умолку болтали, наверное, несколько часов.***
Давно перебравшись на удобный диван, они уселись на противоположных концах, лицом друг к другу, предаваясь ностальгии. Покрутив в руках чашку с саке, Сакура заметила, что ее щеки давно красные. Она определенно чувствовала, как саке течет по ее венам, как напряжение покидает ее разум и тело. Алкоголь действительно ее расслабил, и она обнаружила, что становится более смелой. Вместо того, чтобы отводить глаза от пристального взгляда Мадары, Сакура отвечала ему тем же, касаясь своими пальцами его каждый раз, когда он наливал ей. В тот вечер воздух между ними буквально искрился, и Сакуре стало любопытно. Очаровательная манера, с которой Мадара ей ухмылялся, потягивая саке, манила ее все больше, и Сакура ловила каждое его слово. — Давай еще что-нибудь? — Она поймала себя на том, что говорит, надеясь узнать больше об этом завораживающем мужчине. — Хм, я уже достаточно о себе рассказал, — усмехнулся Мадара, — и теперь хочу узнать о тебе. — А что обо мне узнавать? Я не такая уж интересная личность, — Призналась Сакура, уверенная, что по сравнению с ним ведет довольно скучную жизнь. — Ну, я нахожу тебя очень интересной, — мрачным голосом возразил он. — Почему? — усмехнулась Сакура, — мои единственные занятия — это работа и сон. И так каждый день. — А как же Саске? — Ну, а что Саске? — Вздохнула она, при упоминании его имени ее настроение заметно испортилось. — Его никогда нет рядом. После войны я виделась с ним всего два раза. Я бы не назвала его частью своей жизни. — Печально, — подумал Мадара вслух, недоверчиво качая головой. — Ты все правильно понял. Я люблю его с детства. Почти всю свою жизнь я ждала от него ответных чувств, и вот мы скоро поженимся… а я до сих пор жду. В подтверждение своих слов Сакура залпом опустошила свою чашку и протянула руку за новой порцией. У нее в голове не укладывалось, что обсуждает такую тему, но что ей терять? Возможно, это позволит ей избавиться от некоторых мыслей и примириться с прошлым. Если уж у Учихи Мадары это получилось, получится и у нее. — Если ты не уверена в его чувствах, тогда зачем выходишь за него замуж? — Поинтересовался Мадара, наливая ей еще саке. — Откуда ты знаешь, что он тот самый единственный? — А я не знаю. Да и мне не с кем сравнивать, — фыркнула Сакура, смущенно закусив губу. -Как я уже сказала, я до сих пор жду. — Ждешь… — задумчиво протянул Мадара, — Но если ты до сих пор ждешь, что он ответит на твои чувства, значит, между вами ничего… — Не было… — Хмуро закончила за него Сакура, уставившись на дно вновь пустой чашки. -Ни объятий, ни поцелуев в щеку. Ничего. И именно потому, что я должна проявить терпение. Ничего. А пока я смотрю, как все мои друзья женятся и счастливо живут. Ради Ками, они уже задумываются о детях! И не просто задумываются, но и хотят подгадать так, чтобы их дети дружили и вместе посещали Академию. А я так и осталась девственницей, которая ждет от своего жениха хоть толику внимания. Схватив бутылку, Сакура щедро плеснула себе саке, желая проглотить его -и свои слова-как можно быстрее. Она не могла поверить, что только что выдала столь унизительную правду, и сейчас желала только одного — потеряться в этой пещере навсегда. Ей было почти двадцать, а у нее не было абсолютно никакого опыта в любви. Как по-детски… — Видишь? — Сакура ткнула пальцем в Мадару, который продолжал за ней спокойно наблюдать. — Я же говорила тебе, что неинтересная. — Напротив, теперь ты стала мне еще интереснее. — И чем же? — Невозмутимо спросила Сакура, бросив на него свирепый взгляд. — Я нахожу интересным, что столь красивая и умная девушка отказывается от удовольствий в надежде, что однажды какой-нибудь невежественный идиот волшебным образом даст ей именно то, что она хочет. Как ты вообще можешь знать, чего хочешь, если раньше никогда и ничего не испытывала? — О чем ты сейчас говоришь? — Грубо спросила Сакура, а ее глаза сузились от его слов. — Это все равно что сказать, что твоя любимая еда- та, которую ты никогда раньше не пробовал. Ты продолжаешь убеждать себя в этом, считая неизвестную пищу лучше любой другой, в надежде, что однажды ты ее попробуешь, и это будет все, чего ты желал, и даже больше. Что эта пища стоила того, чтобы ждать. Но что, если все окажется не так? Ты явно не понимаешь, что именно так люди узнают, что им нравится, а что нет. То же самое можно сказать про что угодно. Это все пробы и ошибки. — То есть ты хочешь сказать, я должна просто пойти и «попробовать» с кучей случайных мужчин? Уверена, это сделает меня счастливой. — Нет. Я хочу сказать, как ты можешь судить, является ли что-то правильным, если нет никаких оснований для сравнения? Хотя ее голова слегка кружилась, Сакура задумалась над его словами. И снова Мадара — со всей своей мудростью-дал ценную информацию. Чем больше она думала об этом, тем больше верила его словам. Возможно, именно это и беспокоило ее так сильно. Она понятия не имела, был ли Саске ее единственным, главным образом потому, что последние годы они почти не общались. Все упиралось в нее и ее собственные иллюзии. Теперь она видела реальность, словно бы перед ней разбилось зеркало и его осколки упали к ее ногам. Впервые Сакура поняла, что ее опасения по поводу свадьбы были просто подавленным страхом оказаться абсолютно ненужной Саске. Она ничем не могла похвастаться перед ним, в то время как Саске в своем путешествии, вероятно, не постеснялся набраться опыта: как в физической любви, так и в романтической. Кто знает, чем он занимался с тех пор, как покинул деревню. Она боялась, что всю оставшуюся жизнь он будет смотреть на нее, как на наивную малолетку, поэтому Сакура вдруг почувствовала, что вынуждена отправиться в свое собственное приключение. Как еще она могла назвать то, что делала в данный момент? Может быть, Мадара все-таки сумеет ей помочь. — Ты абсолютно прав, — выдохнула Сакура, ставя чашку и бутылку на пол. Добравшись до его половины дивана, Сакура опустилась перед Мадарой на колени, на что он удивленно поднял бровь. Она видела, что он все еще сбит с толку ее действиями, но игривый блеск в его глазах подсказал ей, что он, возможно, захочет ей помочь. — Покажи мне, — прошептала Сакура, шумно сглотнув под устрашающим взглядом Мадары. — Что именно показать? — Протянул он, ставя чашку на пол, прежде чем снова обратить внимание на ее дрожащие губы. — Покажи, чего мне не хватало все эти годы.
