Обыкновенная игра или Три Финрода на игре, не считая Феанора

Тронный зал Дориата. Большой зал с колоннами, на стенах — узорчатые светильники. Все очень красиво. На троне сидит Хэлен, уже в прикиде, рядом с ней Ириэн. Перед ними стоят остальные дориатцы — Сильва, Химемия, Элгелен, Таринэль, Глюк, Наина и Ринэльдо. ХЭЛЕН: Значит так. Нам нужно определить основные этапы действия, чтобы потом уже играть согласно выработанному сценарию. Лучше всего, конечно, сделать полную театралку, но мы просто не успеем все написать и выучить. Поэтому будем импровизировать, но в заданных рамках. НАИНА: А зачем вообще нужны какие-то рамки? ХЭЛЕН: Для того, чтобы уложиться в сюжет. У нас стоит задача воспроизвести игру по Толкину, строго по сюжету. Но в рамках сюжета некоторая свобода остается. Игры делаются, чтобы получать от них удовольствие, так давайте, делая игру на заказ, попытаемся при этом еще и удовольствие получить. РИНЭЛЬДО: На играх роли сами выбирают, а не распределяют по жребию. ХЭЛЕН: А что, тебе так неинтересно посмотреть на абсолютно чужого для себя персонажа? Ты же сам сказал, что играл как-то Горлума. РИНЭЛЬДО: Так то меня друзья попросили. Ради них я готов хоть Моргота сыграть. ХЭЛЕН: Вот и считай, что играешь ради них. Получишь после передачи кучу денег и устроишь друзьям праздник или еще что хорошее. ЭЛГЕЛЕН: Мне еще надо в Нарготронд сбегать, согласовать мое там появление... ХЭЛЕН: Сначала решаем проблемы в своей локации, а потом согласовываем с другими для тех, кому это надо. Химемия, Сильва, согласны? Впрочем, Сильва, тебя я могу освободить от инструктажа, тебе еще Поединок рожать. СИЛЬВА: И для того чтобы родить текст Поединка, придется изнасиловать Улю в особо извращенной форме. ГЛЮК (смеясь): Джедайской лазерной шваброй! СИЛЬВА: Я послушаю, а потом пойду. Уле ведь тоже в Нарготронде кучу всего надо согласовывать. ХЭЛЕН: Хорошо. Начинаем мы с прихода Берена. Вот там (взмах рукой в сторону двери) в том конце коридора небольшой зал, изображающий лесную поляну. Там еще деревья в кадках стоят. ГЛЮК: Пальмы? ХЭЛЕН: Нет, две елки и две яблони. ГЛЮК: А яблоки на них растут? ХЭЛЕН: Не растут. ГЛЮК: Жаль, а то я бы полакомился. ХЭЛЕН. В кухне два холодильника и один шкаф битком набиты продуктами. В том числе там и яблоки, и виноград, и персики и все, что угодно. Завтра еще подвезут, я спрашивала. Перед игрой мы часть продуктов отбираем на пир. ГЛЮК (потирая руки): А у нас будет пир? ХЭЛЕН: А чем же нам еще заниматься! Отберем, что поантуражнее и сделаем пир. Пельмени и макароны рекомендую есть до игры, а для пира возьмем фрукты, орехи, пару-тройку салатов сделаем и если успеем — то шашлык или жаркое. ЭЛГЕЛЕН: А в Дориате ели шашлыки? ХЭЛЕН: А почему бы и нет? Если была охота, то была и дичь, а дичь надо как-то готовить. СИЛЬВА: Где будем устраивать пир? У нас один зал и один коридор. Это в лесу можно кинуть две пенки, между ними разложить скатерть — и пиршественный стол готов. Но в таком антураже (показывает рукой на пространство вокруг себя) все должно быть соответственно. ТАРИНЭЛЬ: Я думаю, что в Менегроте были отдельно пиршественный и отдельно тронный залы. ГЛЮК: Да-да, я буду обедать в столовой, а оперировать в операционной! Позвольте нам принимать пищу там, где ее принимают нормальные люди, а не в передней и не в детской! ХЭЛЕН (смеется): Не знаю, какой Швондер нас уплотнил, но факт остается фактом — зал у нас только один. Есть предложение его разгородить, поставив стол вон за теми колоннами. ТАРИНЭЛЬ: Здесь есть стол? ХЭЛЕН: Есть! Красивый, дубовый, резной, не иначе как из музея эпохи возрождения сперли. СИЛЬВА: А мы его дотащим? ХЭЛЕН: Попросим кого-нибудь. Здесь есть группа обеспечения, пусть они и работают. СИЛЬВА: Вроде полигонной команды? ХЭЛЕН: Ага, они самые. Ладно, продолжаю дальше. Значит, Берен и Лютиэн встречаются в лесу. ГЛЮК: Под пальмой. ХЭЛЕН: Под елкой! Полчаса на разговор вам хватит? ХИМЕМИЯ: Думаю, что хватит. ЭЛГЕЛЕН (с кислой физиономией): А о чем говорить? ХЭЛЕН: Если вы не знаете, о чем говорить, предлагаю вам сесть и написать на бумажке краткое содержания будущей беседы! ГЛЮК (покатываясь со смеху): И выходит Берен и читает по бумажке... умора! ХЭЛЕН: А тебя, родич, я буду воспитывать ремнем... дерзок больно! ТАРИНЭЛЬ (с обворожительной улыбкой): Ну, зачем же ремнем? Можно скалкой. И это моя обязанность... Глюк, делая испуганное лицо, отшатывается от Таринэль, та ловит его за шкирку и встряхивает. ГЛЮК: Отпусти меня, супруга! Я буду молчать, как рыба! ХЭЛЕН: В это время мы сидим на пиру. Через полчаса я спрашиваю, где моя дочь и ты, Даэрон, отправляешься на ее поиски. НАИНА: Даэрон их случайно встретил. ХЭЛЕН: Я знаю, но нам надо уложиться в данное нам время и пространство. Ты идешь, наблюдаешь их издали, бежишь ко мне и вызываешь меня на разговор. НАИНА: Почему издали? Я хочу Берену морду набить! ХИМЕМИЯ: Ты же менестрель! Тебе бить морду в квенту не влазит! НАИНА: Почему? Потом, лютня — это ударный инструмент! ХЭЛЕН: Не надо никому бить морду. У Даэрона характер не тот. НАИНА: Ага, тонкий, звонкий и прозрачный... он тебе не черный менестрель! ЭЛГЕЛЕН (вскидываясь): А что ты имеешь против черных менестрелей? НАИНА: То, что от них никакой пользы! А от Даэрона есть польза — он руны придумал! ТАРИНЭЛЬ: По лостам от темных менестрелей была однажды польза — они на разведку в эльфийский лагерь ходили. ГЛЮК: Небось после такой разведки все эльфы из лагеря убежали куда глаза глядят! Таринэль выразительно смотрит на Глюка. Тот делает страшные глаза и замолкает. ХЭЛЕН: Далее ко мне приходит Лютиэн и я делаю ей выволочку, опять-таки наедине. Все остальные могут продолжать спокойно пировать, потому как больше такой возможности не представится. ГЛЮК: То есть как? Мы все съедим? ХЭЛЕН: А ты сможешь спокойно есть, когда узнаешь, кого полюбила моя дочь? ГЛЮК: Я могу спокойно есть, даже находясь в двух шагах от Лорда Вейдера, не знающего о моем существовании! ТАРИНЭЛЬ (с притворным раздражением): Супруг, ты несносен! Я с тобой разведусь! ХЭЛЕН: Хорошо, кто очень голодный — может есть хоть всю игру! Дальше, Лютиэн приводит Берена сюда и мы перемещаемся из пиршественного зала в тронный. И следует знаменитая сцена, где я посылаю Берена за Сильмариллом. Всем остальным просьба молчать и не рыпаться! (выразительно смотрит на Глюка). ГЛЮК: И сразу я! Я буду молчать, как рыба! ХЭЛЕН: Дальше у нас примерно час времени, в который мы обсуждаем произошедшее, я толкну какую-нибудь речугу, вы можете мне возражать.. СИЛЬВА: А я как раз примерно в это время уйду... ХЭЛЕН: Брат мой, как же я без тебя! СИЛЬВА: Постараюсь к своему уходу воспитать своего внука так, чтобы тебе не было стыдно за такую родню! ХЭЛЕН: Потом мы получаем сигнал, что Берен в плену и Лютиэн идет к Мелиан за разъяснениями. Отыграете эту сцену? Или набросать вам схему разговора? ИРИЭН (неуверенно): Я попробую... ХЭЛЕН: Потом Лютиэн идет к Даэрону и просит его помочь ей спасти Берена. Даэрон приходит ко мне и я заключаю Лютиэн на Хирилорн... НАИНА: А Хирилорн чем отыгрывается? ХЭЛЕН: Вы не поверите, но деревом и отыгрывается! В тот зал, где стоят елки и яблони, притащат большое дерево, а на нем что-то типа талана... хотя больше всего это похоже на люльку, в которой рабочие дом красят! ХИМЕМИЯ: А как я с нее слезу? ХЭЛЕН: А там веревочная лестница спрятана. ХИМЕМИЯ: А если я свалюсь? ХЭЛЕН: Там полтора метра, так что не страшно. Караулить тебя будем Маблунг, ты споешь ему песенку и он заснет... ХИМЕМИЯ: Но я петь не умею! ХЭЛЕН: Значит, декламировать будешь! Либо текст из «Лэ о Лэйтиан» возьми, либо с тобой сочиним что-нибудь на скорую руку. РИНЭЛЬДО (с презрительной усмешкой): И это все, чем я должен заниматься на этой игре? ХЭЛЕН: Ты можешь рассказывать всем подряд о военном положении в Белерианде. Мы даже с тобой можем поругаться на тему нашего неучастия в Дагор Браголлах. НАИНА: В какой момент я ухожу? ХЭЛЕН: После побега Лютиэн, когда захочешь. У тебя есть в запасе час минимум, поговори со мной и Мелиан, можешь еще кому-нибудь на судьбу пожаловаться. Потом как раз успеешь переодеться и добежать до Нарготронда. ТАРИНЭЛЬ: Мы узнаем о смерти Финрода? ХЭЛЕН: Мы до этого момента не доигрываем. ТАРИНЭЛЬ: Но посланцы Келегорма сообщили о том, что Берен и Финрод мертвы... ХЭЛЕН: Я на это скажу — а кто видел его мертвым? ТАРИНЭЛЬ: Кстати, будут они, эти посланцы? ХЭЛЕН: По сюжету должны быть, я уточню у феанорингов. ГЛЮК: Пусть будут! Хоть какое-то развлечение! Внутрикомандку играть абсолютно не с кем! ТАРИНЭЛЬ (делая страшные глаза): Как это не с кем? А жена тебе на что? ГЛЮК (делая такие еще более страшные глаза): А жена меня совсем затерроризировала, я ее боюсь! ХЭЛЕН: Заканчиваем игру мы по сигналу. Я постараюсь дойти если не до логической точки, то хотя бы до запятой. Потому что возвращение Берена и Лютиэн, к сожалению, не отыгрывается, а зря. Придется обрываться на середине. Вопросы есть? НАИНА: Я могу читать стихи, а не петь? ХЭЛЕН: Да пожалуйста! ИРИЭН: А о чем нам с тобой говорить? Я Мелиан вообще себе не представляю! ХЭЛЕН: Сейчас со всеми закончу, поговорим с тобой отдельно. ТАРИНЭЛЬ: Когда Мелиан сообщит Лютиэн, что Берен в плену, кто еще об этом узнает? И знает ли она про Финрода? ХЭЛЕН: Она может и не сказать про Финрода. ТАРИНЭЛЬ: Я могу догадаться, что Берен пошел именно к Финроду. ХЭЛЕН: Ты можешь придти ко мне с этой догадкой. Тут два варианта — либо я тебя пошлю сразу, либо до меня дойдет, что я натворил... СИЛЬВА: А раньше до тебя это не дойдет? ХЭЛЕН: Ну, я же страшный человек! Тиран, деспот! Коварен, капризен, злопамятен (смеется). А если серьезно, с тобой у нас о чем поговорить... вот сразу после ухода Берена и поговорим. Кто еще на разговор со мной наедине претендует, давайте списочек составим! ГЛЮК: И у трона Тингола лежал бизнес-организатор, в котором он составлял расписание деловых встреч... ХЭЛЕН: А тебе, мой дерзкий родич, я уделю время вне очереди, чтобы рассказать о правилах приличия в королевском дворце! ГЛЮК (церемонно раскланиваясь): Я буду внимать твоим словам, о, мой старший родич! Ты не найдешь родича прилежнее и послушнее, чем я! ХЭЛЕН: Ну что же, я запомню твои слова, родич. (ко всем) Общий инструктаж закончен, кому надо в Нарготронд — можете идти. Заодно насчет посланцев разузнайте. Жена моя, иди сюда, остальные свободны! ГЛЮК (восторженно): Воистину император Палпатин!