Ты любишь меня ненавидеть

Холодный свет едва проникал сквозь щели в неплотно закрытых шторах. В комнате царил полумрак, я медленно открывал глаза, возвращаясь в реальность. Сначала было полностью спокойно, ни единой мысли в моей голове не промелькнуло за целых несколько минут, только наслаждение сладким забытьем на грани с реальностью, что настигает после пробуждения. Но после, сознание заполнили образы вчерашнего дня и ночи, и всех дней и ночей, что были до этого. Рука неосознанно потянулась к другому краю кровати: там никого не было, только холодный смятый участок простыни. Я скинул с себя пелену сна и сел, осматривая пространство. Наткнулся лишь на пустую темноту, и уже было огорчённо выдохнул от того, что снова остался один, если бы мой взгляд не зацепился за разбросанные по полу книги и лежащую рядом фигуру. Я не уловил дыхание, а все ещё белые волосы и светлые крылья вместо чёрных не внушили мне доверия. Резко вскочив с кровати, я подошёл к девушке. - Уокер... - не успел договорить то, что хотел сказать. В одно мгновение оказался лежащим лопатками на холодном полу, а девушка, в живости которой минуту назад я мог усомниться, нависала надо мной, приставляя нож к горлу. - Это был бы сюжет очень пикантного фильма, если бы ты убрала ножик от моей шеи, - прохрипел я. - Не стоит подкрадываться к убийце, - ответила она, убирая оружие и отстраняясь. Только сейчас я заметил, что она уже успела переодеться и была во всеоружии. На ней были чёрные ботинки, чёрный комбинезон с железными вставками и куча всевозможных ножей на поясе. Никак не могу привыкнуть к тому, что ещё недавно видел в ней слабую Непризнанную, а сейчас эта девушка - древнее существо и ходячая оружейная впридачу, ведь все это железо весит наверное немало. - Зачем столько металла? - не самая удачная попытка завязать диалог, но ничего другого в голову не пришло. А развеять неловкость и непонимание о том, что происходит между нами после вчерашней ночи, мне казалось до безумия нужным и правильным. Хотя я даже не уверен, что она помнит прошлую ночь. Зато я все помню. - Чтобы в любой момент иметь возможность себя защитить. Тебе тоже не помешало бы задуматься о безопастности, или хотя бы о самозащите. - Я вполне способен за себя постоять, котёночек, спасибо за заботу. - Это не забота, Люци, а дружеский совет. - Мы теперь друзья? - Партнеры, - поправилась девушка. - Кстати, я кое-что для тебя принесла. Она достала из-за кресла и протянула мне свёрток. Тщательно обмотанный старой тряпкой предмет был довольно массивным по размеру, но на удивление легким. Скинув ткань, я на секунду задержал дыхание от неожиданности того, что находилось внутри. Длинный серебряный клинок, увенчаний рунами на рукоятке и по всему лезвию. Острый как бритва, способный одним взмахом снести несколько голов. Древнеангельские символы сияли на нем, указывая на происхождение и историю клинка. Едва ли у него было имя или свои победы в великих битвах, ведь такие мечи уже давно имеют владельцев, но этот тоже был не куском ржавого железа и ковался в оружейных рая века назад лучшими мастерами, которые только могли существовать. Я помню эти мастерские, они существовали ещё до моего изгнания. Лучшие из лучших, нет равных тем мечам, что ковались на небесах в том самом синем пламени, что сейчас течёт по венам Евы. Оно пропало из рая очень давно, по никому не известной причине, и все таки его свет вновь коснулся моих глаз через эту девушку, что сидела сейчас передо мной. - Что это за меч и где ты его достала? - Ты сражался им вчера, и по глупости бросил прямо там. Пришлось вернуться за ним и изрядно постараться, чтобы протащить незаметно ангельский клинок «обычной Непризнанной», - последние два слова она особенно выделила. - А насчёт того где достала можешь не волноваться: это подарок, не помню от кого, но он со мной сколько помню себя. Меч принадлежит мне, можешь взять попользоваться ненадолго, с живой сталью у тебя все равно дела пока не идут. - Ещё один секрет небес Евангелины Уокер. - Скорее ада, ведь именно там в темнице по озером я нашла себя без сознания, памяти и с этим мечом в руках. Я усмехнулся, Ева улыбнулась в ответ. Последнее время наше общение стало чуть теплее, хотя льда между нами ещё на целый ледниковый период хватит. В целом после признания и истории девушки мы стали лучше понимать друг друга, даже потихоньку начали принимать нашу связь. Но все равно нам ещё есть куда стремится. В последнее время мне кажется, что все, что сейчас происходит не случайно.  У этой девушки много скелетов в шкафу, и сейчас я уже не поверю в то, что она оказалась в Эльгамуре случайно, что случайно столкнулась со мной и шпионила, пока я пытался и дальше жить своей обычной жизнью после встречи с ней. И уж тем более не поверю, что меня по несчастливой случайности потянуло обманом выкрасть ее душу, а эта мнительная, подозревающая все и вся в желании ее убить наемница, у которой врагов больше, чем перьев на моих крыльях, решила невзначай заключить довольно нелепую сделку с дьяволом, закрепив ее при этом собственной кровью. Вся эта история абсурдна, она похожа на пазл, в котором с каждым новым днём, с каждым новым происшествием мне открывается ещё маленькая частичка истории и тайн маленького дьявола по имени Ева. Но все ещё меня не оставляют в покое многие вещи. Например почему как только она попала в Эльгамур никто не понял, что она тот самый платиновый демон. Или никто не вспомнил, что она убивала демонов в аду и была близка к Сатане. Я не нашёл никаких сведений о ней, никаких воспоминаний. Ее как будто не существовало, хотя такого не может быть: в Эльгамуре невозможно скрывать свою личность, на него наложено древнее заклятие во избежание укрытия тут преступников или сбежавших из ада заключённых. По ее словам она была довольно известным головорезом, да ещё и в широких кругах адской свиты, представители которой не редкие гости в нашем городе. Или вопрос, почему ей так нужен был я, что она вертелась хвостом около меня довольно долгое время, и нарочно погано следила, чтобы я точно знал о ее присутствии. Уверен, она хороша в слежке, в заметании следов и в сокрытии улик. Она могла бы сама выслеживать тех, кто ей нужен, причём я уверен довольно эффективно. Тогда зачем ей сделка со мной. Может для того, чтобы я помог ей найти дочь Сатаны. Но она лучше меня ее знает и у неё больше шансов на успех. Тогда зачем это все было нужно? Меня долго волновали эти вопросы, и наверное сейчас я наконец решусь их задать. - Уокер, - хрипло начал я, - можно спросить кое о чем? Она кивнула, внимательно рассматривая мое лицо. - Как так получилось, что при твоём прошлом попав сюда никто даже ухом не повёл? Я имею ввиду, что ты явно убила не одну сотню демонов, и не только их, так почему тогда никто тебя не помнит? Девушка отвернулась, вздыхая, собираясь с мыслями. Видимо она ждала этот вопрос, но все ещё ответ давался ей тяжело. Она не хотела говорить, и мне казалось, что не из-за недоверия в мою сторону, а больше потому, что эти воспоминания и ответы вскрывают старые раны в ее душе. Я чувствовал это, но не мог сказать ей, что она может не отвечать. Мы связаны слишком крепко, чтобы эти тайны так и могли остаться тайнами. Поэтому все, что я смог сделать - это взять ее руку в свою, заставляя посмотреть на меня. - Я должен знать все. Мы ввязались в опасную историю, все округ предупреждает меня о том, чтобы я держался от тебя подальше. Каждый, кто знает тебя говорит, что ты опасна. Даже голос разума шепчет тоже самое. Но моя душа в твоей власти, она велит остаться, и для этого тебе нужно говорить со мной. Доверием между нами и не пахло все наше общение, но может партнеры все таки могут попробовать доверится друг другу? - Ты прав, - кивнула она, - и заслуживаешь знать ответ. Дело в том, что у меня несколько имён. И Евангелина - первое из них, так меня назвали при рождении. Что касается Ребекки - то она считается Непризнанной, и лишь немногим известно кто она на самом деле и что она буквально падала с небес на землю, а затем вернулась назад. Смертной дочерью Непризнанной никого не удивишь, потому вопросы и не возникли. Высшие Серафимы знали всю эту историю с матерью, но только Эрагон понял, что я и платиновый демон - это одно существо, ведь только ему довелось сталкивался со мной лично. Не думаю, что это он подстроил то убийство в саду, чтобы заманить туда мать, меня и Сэми, но уверена, что давно точил на Ребекку зуб. Я была как бонус к смерти матери, хотя меня убивать они не планировали. - Он приказал твою смерть ангелам прямым текстом, у тебя помутнилось сознание, котёночек, - меня возмутила последняя фраза, я отчётливо помню как на нас надвигались с мечами и гору трупов, что мы оставили чтобы выжить. - Он же знал кто я и на что способна, хотел бы убить - поступил бы иначе. Ему нужно было знать, как далеко я могу зайти и сколько черт смогу перешагнуть. Ева Уокер всего лишь Непризнанная, но он, весь ад, да и весь свет знает меня под другим именем - Диана. Я опешил, это имя не сулило ничего хорошего. И как бы хотел чтобы все мои догадки на этот счёт оказались ложными, это сейчас казалось несбыточным желанием. - Не та ли Диана, которую называют «тёмной принцессой» ада? Не та ли Диана, что перерезала пол преисподней, а затем построила пьедестал с троном из костей? Не та ли Диана, чьи руки были по локоть в крови, а на голове была корона измазанная ей же? Не та ли Диана, что стояла во главе армии, насчитывающей миллионы детей Лилит? Эта Диана? Она кивнула, а я не мог поверит услышанному. Помимо высших демонов, таковых по рождению, и низших, которые когда-то были Непризнанными, есть ещё демоны - дети Лилит, их называют отреченными. Они не имеют никакого другого облика кроме демонического, уродливы как снаружи, так и внутри. Без души, без жалости, без милосердиться. Такие демоны хотят только крови и боли, они ради неё живут. Идеальные солдаты, превосходные убийци. Они никогда не нападают в открытую, им нужен предводитель, достаточно искупавшийся в крови им подобных чтобы завоевать их страх и признание. Стоит сказать, что темная принцесса идеально вписывается на эту роль. Молва далеко разнесла слухи о ней. В те времена меня это не интересовало, плевать было на демона, что якшается с отреченными. Я спускался в ад, чтобы посмотреть на нее однажды, но так и не встретился с с ней. А потом забил - главари отреченных меняются так же быстро, как день сменяет ночь: очень скоро безжалостные демоны уничтожают и низвергают своих царей. Я решил, что то же стало и с тёмной принцессой. - Эти времена остались в прошлом, - проговорила Ева дрожащим голосом, - я не вернусь в ад, не стану той, кем была. Девушка вздохнула и сжала мою ладонь в своей. Я смотрел в пустоту, собирая в мыслях все, что только что услышал. Несмотря на все те ответы, что я получаю, вопросов все ещё больше. Все, что происходит, происходит по какой-то непонятной мне пока логике. Я пытаюсь вникнуть, но пока что происходящее со мной кажется лишь какой-то странной шуткой. Откуда ни возьмись взявшийся первый всадник апокалипсиса, я, чуть не вызвавший второго, Эрагон и тайны Ребекки Уокер, - все это запутанно, нелогично и я уверен, что даже сама Ева не знает всей правды этой истории. А ещё и осознание того, что она хуже любого черта, да ещё и предводительница целой армии отреченных демонов, самой смертоносной армии ада, обуздать которую пытались многие, включая меня, но никому не удалось. - Люцифер, - девушка мягко коснулась моей руки, выводя из раздумий. - Все хорошо? - Да, конечно, - ответил я, переплетая наши пальцы. - Я ожидал всего, кроме того, что услышал, - она виновато посмотрела на меня, будто сожалея о том, кто она такая и своём прошлом из-за того, как это подействовало на меня. Я поспешил перевести тему, не мог смотреть на неё в таком виде. - А ещё не ожидал подарков от тебя, котёночек. Девушка слегка оживилась, приподнимая уголки губ в легкой улыбке. - Формально это аренда, меч все ещё мой. - Не порти момент, Уокер, мы наконец-то искренни друг с другом, момент войдёт в историю, - теперь она рассмеялась, и я улыбнулся, смотря на ее улыбку. Мне редко удавалось увидеть ее такой, сейчас она отдаленно напоминала мне ту девушку, что я увидел в одном из осколков воспоминаний, что остались с ее прошлой жизни. Возможно она и сама не подозревает о том, что это воспоминание осталось в ее сознании, сама не знает какой была много веков назад. - Тогда наслаждайся моментом, котёночек, - она понизила голос, чтобы спародировать меня. - А я оставлю вас с ангельским другом наслаждаться друг другом. - Куда ты? - Сначала на планерку с Геральдом, я обещала помочь в защите города, а дальше на встречу со старым другом. Очень надеюсь, что он придёт. - Что за друг такой и зачем тебе с ним встречаться? - в моей голове всплыло существо, стоявшее около всадника прошлой ночью, оно ведь тоже называло Еву «старым другом». - Сдаётся мне, что я улавливаю ход твоих мыслей и это не он. Понятия не имею, что за существо было вчера со всадником, видимо это та часть моей памяти, что была стёрта вместе с расколом души. Я немного успокоился, после вчерашнего я начал больше беспокоиться за неё. Она пришла, чтобы я не столкнулся один на один с Чумой, а потом я обнимал ее сгорающее тело, снимал с неё ботинки. Она полностью доверяла себя мне,  а это дорогого стоит, в особенности от неё. И хоть она едва ли помнит вчерашний вечер, а даже если и помнит, то предпочитает забыть, я почему-то не хотел бы забыть обо всем и потерять воспоминания о том, как мою ледяную кожу обжигал огонь ее тела. - Ты так и не ответила зачем. - Вернуть одну вещицу, что принадлежит мне. Не спрашивай об этом, ты все узнаешь позже. Ну и конечно же, найти нам союзника. - Мы хотим избежать войны, а не воевать, - напомнил я. - Нам нужны рычаги давления, а не союзники. Девушка закалила глаза. - Избежать - это идеальный утопический вариант. На практике мы имеем угрозу войны и нас с тобой, на чьих задницах скоро нарисуют круг и подпишут «мишень». Сатана не смотря ни на что готовится к военным действиям. Так же как и рай, который не уступит преисподней. Так же как и Мальбонте, который может и работает с Сатаной на первых парах чтобы сокрушить небеса, но поверь мне, как только рай падет этот альянс распадётся, наставляя ножи друг другу к глоткам. Мальбонте собирает сторонников в геометрической прогрессии, у Сатаны хватает сторонников среди высших демонов: после твоего ухода многие посмотрели на него по другому. Слухи о войне распространяются со скоростью света, и чем быстрее мы с тобой обзаведёмся сторонниками - тем больше шансов у нас выжить. - Я не сомневаюсь в твоём военном опыте, но вот по друзьям у меня возникли вопросы. Насколько я знаю, да и ты сама обмолвилась, что практически все хотят тебя убить. - Меня и правда много раз пытались прикончить, и я многим демонам действовала на нервы. Но тем не менее никто из них никогда не посмел бы усомниться в моей силе или влиянии. На мою сторону встанут некоторые демоны, как и на твою, главное подготовиться к нашему эффектному возвращению. Девушка поднялась на ноги. Оружие слегка звенело при ходьбе, когда она направлялась к двери. Я тоже встал: не хотелось, чтобы она так быстро уходила, обсудить стратегию и наши планы было бы верным решением. Но тем не менее, Эльгамур нуждался в ней не меньше, чем я сам. Мы часто избегали друг друга раньше, и хоть решили разделять один путь и одни цели, все же ни разу не обсуждали все это открыто с целью решить как нам поступать дальше. Каждый в основном делал то, что сам считал нужным, и это порой вставляло палки в колёса другому. Но вчерашний случай убедил нас, что работать нужно сообща, укрепляя нашу связь. Раз уж мы влипли в это дерьмо вместе, нам придётся пройти через это плечом к плечу. - Мы ещё увидимся сегодня, Уокер? - спросил я, когда девушка была уже около самого выхода. - Может быть, - вдумчиво проговорила она. - А может и нет. В любом случае ты можешь быть уверен, что я всегда с тобой. После этих слов дверь за ней захлопнулась, и я остался в полном одиночестве. В моих руках все ещё лежал ангельский меч, что отдала мне Ева, и теперь я смог рассмотреть его лучше. Идеально сбалансированный, он создан для великих сражений и свершений. Невольно воображение представило Евангелину (не могу, да и не хочу называть ее по-другому) сжимающую рукоять этого клинка на поле боя. Да, она всегда сражается палкой, никак не запомню как правильно называть такое оружие, но тем не менее с мечом на поле боя ей не было бы равных. Хотя и сейчас нет. Я думал обо всем, что услышал и разглядывал руны на лезвии, пока мысли о прошлом и бушующем совсем не начали сводить меня с ума, и я не отложил клинок, пряча его в камине. Не то, чтобы я был мнительным или боялся, что в мой дом вломятся, но почему-то эта вещь показалась мне очень ценной, как в плане искусного ее исполнения, так и для владелицы этого шедевра. Я чувствовал себя особенным, что из всех живущих в мире смертных и бессмертных она отдала это оружие мне. Мне, и пусть я лишь партнёр, пусть мы с ней осознанно выбрали ненавидеть друг друга, этот жест показался мне слишком важным, чтобы хотя бы в своих мыслях не уделить ему достаточного количества внимания. Я не хотел чтобы о мече знал кто-то ещё, и потому лучшим решением было спрятать его подальше до того момента, как придётся им воспользоваться. Как бы мне не хотелось обдумывать этот поступок весь день напролёт, размышлять обо всем произошедшем и разбирать по полочкам случившееся и мои взаимоотношения с Уокер, я не мог позволить себе такого сейчас. Мы в хрупком положении, на пороге война или и того хуже, и чтобы выжить придётся проделать немалую работу. Не имело смысла дольше оставаться в квартире, я поспешил в душ, чтобы смыть с себя остатки тяжести прошлой ночи и наконец покинуть это вдруг ставшее пустым место, которое привык называть домом. Я много думал, стоя под горячими струями воды. Думал о войне, думал о Сатане и о том, зачем ему эта война, думал о Мальбонте. Все это вызывало у меня ярость и тревогу, ведь оно казалось неизбежным, а ситуация была вне моего контроля. И я винил себя, винил в том, что покинул ад, винил в слабости и том, что не смог удержать престол. Сейчас уже поздно что-то менять, сейчас уже точат клинки и готовят стрелы. Готовятся начинать обратный отсчёт. Неужели это я повинен в том, что сейчас творится? Неужели я буду в ответе за все те смерти, что принесёт война, где не последнюю роль сыграл мой побег из преисподней. Я поставил под угрозу Эльгамур, ад, рай, и даже землю. И если бы все ограничилось войной бессмертных, то это ещё можно было бы принять. Но я поспособствовал апокалипсису и чуть не приблизил все на шаг ближе к нему. Можно ли простить такое? Мне кажется, что нет. Ева утверждает, что что бы со мной но случилось, я всегда буду ангелом, ведь я порождение небес. Но можно ли быть порождением света, если внутри только тьма? Наверное нет, или по крайней мере у меня так не получается. Я уже долгие годы не чувствую себя живым, не чувствую себя собой, только тьма и холод в душе. И это бесконечное эхо, повторяющее мне кто я, приносящие с собой ничего, кроме боли и разочарования в самом себе. Я погряз в этой пучине, и пока мысли не затащили меня на самое дно больной души, спешу покинуть душ и одеться, чтобы наконец захлопнуть за собой дверь квартиры. На нижнем ярусе пусто, но стоит только подняться на верхний, как буйство красок и жизни застаёт врасплох. Когда-то я проводил дни и ночи на демонических вечеринках, в разных компаниях и с разными пассиями, и это было ещё совсем недавно, буквально вчера, хотя мне кажется, что прошла уже целая жизнь. Все эти ангелы, демоны и Непризнанные веселятся и идут по своим делам даже не подозревая, что где-то там, в подвале или где-то ещё не такая уж и древняя, но жестокая и коварная демоница, рождённая ангелом на земле, но выбравшая путь ада, придумывает план защиты их города и их самих, если война вдруг наступит. Хотя в нынешней ситуации если - неправильное слово, нужно говорить когда. Потому что чем больше я об этом думаю - тем отчетливее всплывает мысль о том, что сейчас это неизбежно. Старая система рая и ада уже не работает. Диктатура рая и попытки подчинения демонов небесам накаляли обстановку долгие тысячелетия хрупкого мира. Но сейчас это все уже трещит по швам. Не то, чтобы мое чувство вины куда-то делось, я до сих пор ощущаю себя ответственным за смерти всех, кто погибнет в грядущей войне. Но теперь к нему добавилась беспомощность перед лицом неизбежности. Мне нечего делать на оживленных улицах, и поэтому я направляюсь в своё любимое место, которое в последнее время слишком часто обагряется кровью. Там я планирую провести часы до заката в попытках обуздать свою живую сталь. Пользоваться ей в совершенстве крайне сложно, практически невозможно, ведь тогда нужен идеальный баланс между телом и энергией. Чтобы живая сталь, выкованная из твоей собственной энергии, повторяла не только движения тела и сознания, но и движение той самой энергии, была продолжением твоего тела и на бессознательном уровне всегда знала, какую форму принять в конкретную секунду. Я владел ей искусно, но все же не в совершенстве. Для меня взять в руки меч и перерубить всех врагов было куда проще, чем взять живую сталь и перерубишь врагов ей. Когда нет оружия под рукой она идеальный вариант, но на поле битвы я бы предпочёл прочную рукоять меча в своей ладони. И хотя было бы логично держать баланс с мечом, что лежит сейчас в камине, я хотел научиться использовать сталь хотя бы на половину ее возможностей. Чтобы она хоть грубо, хоть не всегда, но повторяла движения моего тела, была его продолжением благодаря балансу между физическим и энергетическим, ибо все физическое есть энергия в различных ее формах. И я упражнялся, в балансе тела, в балансе энергии. Превращал оружие в различные формы за доли секунды, оттачивал выпады и боевые приемы. Мне хотелось владеть этим видом оружия так же, как Ева. Я не видел ее с ее сталью, но видел со своей. Боевые навыки, отточенные до идеала меня поражали. А потому я решил превратить сталь в подобие палки и упражняться с ней. Учиться управлять ей, блокировать удары и атаковать. Одна рука за спиной, идеальная осанка и концентрация. Чувство каждой мышцы в теле, я держал баланс, делал резкие выпады, а затем ставил блок воображаемому противнику. Раньше я мало времени уделял тренировкам, но сейчас они приносили мне какое-то странное удовлетворение, я как наркоман кайфовал с того, что с каждым новым выпадом я все быстрее ставлю блоки и все резче нападаю на противника. Палка, или как там ее называют правильно, была хорошим выбором. С ней было не сложно управляться, и держать баланс. Но конечно, с любым оружием решает все не только оно, но и навыки боя. И это то, над чем мне было ещё работать. Я практиковался, разыгрывая сражения в своей голове, работал на износ, так, что при приближении долгожданного заката мои мышцы в физическом теле ныли от усталости, а руки едва держали оружие. Но я не хотел останавливаться, пока шорох чужих крыльев за спиной не заставил меня остановиться и замереть. В голове промелькнула мысль о вчерашнем существе у всадника. Я напрягся, принял боевую позицию и резко развернулся, наставляя острый конец палки прямо в грудь противника. - Люцифер, - произнесла напуганная израненная светловолосая девушка с чёрными, такими как у меня самого, крыльями за спиной. - Мое имя Лоралин. Диана сказала, что я могу тебе верить. Умоляю, спаси меня. После этих слов она упала навзничь, оставляя после себя лишь поднятые ударом о землю клубы пыли.