Brother of my sister’s husband

Пулей залетев в свой номер и захлопнув дверь, я прижалась к ней спиной. «Блять, блять, блять! Ебаный Крис, ебаный алкоголь, ебаная свадьба, ебаная я. Точнее, нет. Я осталась цела, к огромному счастью… Сука!» Как можно было быть таким идиотом?! Я ведь действительно поверила, что у нас что-то было. А хотя… судя по его рассказу, то единственное, что спасло меня от «шага в пропасть», — а вернее, кто, — Джек. Святой человек. В очередной раз, прошу заметить. Господи, знали бы вы, сколько эмоций бушевало во мне тогда. Мало того, что башка трещала от похмелья, так еще и затуманенный разум стал проясняться. И то, о чем за несколько минут до этого рассказал Фальверт, стало всплывать перед глазами. Яркий свет в глаза от встававшего солнца, потом холод металлической стены лифта, удар спиной о деревянную дверь, чужие мягкие губы на моих, теплые прикосновения пальцев, электрически ток, которым прошибало все тело от этого — все то дерьмо моментально вспомнилось, стоило мне остаться одной. — Блять, блять, блять! — проорала-пропищала-прохрипела я, хватая себя за волосы и сползая по двери вниз. Мне не хотелось этого помнить. Вот вообще. Даже не знаю почему. Я запуталась. Так сильно запуталась, что уже не могла соображать. Так, вам для понимания всего ужаса! той ситуации — я, привыкшая контролировать себя, свои действия, чувства, эмоции и все вокруг, не знала, что делать, что со мной происходит, чего я хочу и что испытываю к ебаному Крису Фальверту! Как-то так. Нужно было что-то решать. Что-то сделать. Перетянуть одеяло на свою сторону так, чтобы ему ничего не досталось, то есть — он не мог мною манипулировать, как делал до того момента. И я знала, кто мог помочь мне в этом. Во всяком случае, разобраться в себе — точно. Камилла всегда знала, что сказать и как поддержать. К тому же, я знала, что Шейн после такой попойки, наверняка, начал бы пилить ее. А с похмельной головой такого не выдерживала никогда даже я. Потому и решила любезно спасти зад любимой подруги. Откинувшись назад и прижавшись затылком и голой спиной к прохладной двери, я вытянула вперед ноги и потянулась за сумкой. С трудом расстегнув ее, вытащила оттуда телефон и упаковку сигарет. Кстати, зажигалка валялась на полу в паре метров от меня. Видимо, выпала, когда мы выходили. С большим трудом включив мобильник и простонав от яркого света экрана, что резанул глаза, уменьшила яркость и постаралась разблокировать смартфон. Раза с пятого, когда у меня оставалась последняя попытка перед его блокировкой на десять минут, мне это удалось. Примерно так же медленно и с большим трудом в контактной книжке отыскала номер Кэм. Часы на столике у входа показывали 12 утра, значит, она должна была уже встать, — конечно, насколько это было возможно. Набрав номер, я зажмурила глаза и окончательно скатилась на пол, укладываясь на ворсяной ковер. Сил поднимать не было вообще. Ответили на мой вызов спустя несколько гудков. — Чар, пожалуйста, убей Стивса, если он снова решит нас потащить в клуб, — послышался в трубке хриплый голос Камиллы. — Или жениться. — С удовольствием, — так же прохрипела ей в ответ без доли шутки. — Блять, как же паршиво. Со мной такого года полтора уже не было. — Таже история, — поддержала я, перекатившись на спину. — Кэм, мне нужно поговорить с тобой. Срочно. — О том, о ком я думаю? — пробормотала она, зевая. — О нем. — Все настолько жутко? — Боюсь, да. — Ладно. Все равно быть с тобой лучше, чем выслушивать лекцию Солтлейка. Скинь название и адрес отеля, буду через час или два. — Хорошо. Я свихнусь без тебя. — Ты и так сумасшедшая, так что нет. Дальше уже некуда, — все же съязвила она. Мне хватило сил на легкое поднятие уголков губ. На этом все. После этой фразы она отключилась, а я окончательно выкинула телефон. И, пока была такая возможность, решила вздремнуть. Не помню, как дошла до спальни, но как-то дошла. Переоделась в большую простую длинную футболку. И даже успела послать Кэм сообщение с адресом. Потому что очнулась на кровати, завернутая в одеяло, облаченная в домашнюю майку. А разбудил меня настойчивый трезвон мобильника. Это была Маринерс. Я быстро ответила на ее вызов, сказала, в каком номере живу и успела натянуть спортивки до прихода подруги. В большой шкаф в спальне было встроено зеркало. И прежде чем отпереть дверь Камилле, я мельком глянула на свое отражение. Сказать, что выглядела я паршиво — ничего не сказать. Пожалуй, такого ужаса я не видела со времен университетских вечеринок, которые регулярно посещала на первом курсе. Черт знает, как давно это было. Но давно. Очень. И, думаю, что причиной тому был не алкоголь, которого, кстати, было не особо-то и много. И уж тем более не усталость, или похмелье. Нет. Главной причиной моего состояния был Крис Фальверт — его существование. Громкий стук в дверь заставил меня отлепиться от зеркала. Я отправилась открывать. Камилла, на удивление, выглядела намного лучше. Я даже трезвая не всегда выгляжу так, как выглядела тогда она. Ее вид так и кричал: «Похмелье? Неа, это не про меня». — Привет, — прохрипела я, потирая переносицу. — И тебе не хворать, — подружка быстро чмокнула меня в висок и прошла в номер. Я хлопнула дверью и тут же вздрогнула. Этот мерзкий звук хлопка волнами раскатывался по комнате, доставляя похмельной голове нестерпимые мучения. Двум головам. Я простонала от боли, зажав голову, а Кэм надавила на виски. Так всегда Люция делала, когда раздражалась. Чаще всего, на меня. — Прости, — прошипела я, приоткрыв глаз. — Я ближайшие месяца два и капли алкоголя в рот не возьму, — тем же тоном ответила она. — Согласна. Это разумно. — Да. Камилла расставила руки в боки и повернулась ко мне. Ее изумрудные глаза были скрыты солнцезащитными очками. Она сняла их, сложила и убрала в небольшую сумочку, что висела на плече. Она смотрела на меня долго, изучающе. Словно, оценивала состояние. — Выглядишь паршиво, — заключила брюнетка, немного скривившись. — Я знаю. — Чудно, — выдохнула она, плюхнувшись на диван. Я последовала ее примеру, закинув ноги на кофейный столик. Был день, солнечно. Потому я заранее задернула шторы, однако свет все равно пробивался через ткань и освещал большую комнату, в которой мы с Кэм сидели. С той секунды прошло еще около сорока минут, прежде чем я, кажется, впервые, обратилась к Маринерс, да и вообще кому-либо за советом насчет парней. Мы заказали завтрак в номер, придя к обоюдному мнению, что ни одна из нас не в состоянии оторвать свой задок он мягкого дивана. К тому же — солнечный свет. Я такое выдержать была не готова, совершенно. На подносе, что принес нам в номер официант спустя двадцать минут, был простой, но большой набор. Несколько чашек простого черного кофе и гигантская тарелка с горой оладий. И штук десять упаковок с джемом. На любой вкус. Обычно, я таким не питалась, так как, — во-первых, — не было времени, а, — во-вторых, — мне было лень их готовить. Но, на похмельную голову, я позволила себе расслабиться. В компании лучшей подруги, головной боли и оладушков с малиновым джемом. Вкуснотища! Довольно быстро мы умяли все, что нам принесли. Так же допили кофе и возвратили служащему отеля поднос с грязной посудой, после чего вновь улеглись на диван. Кэм забросила ноги на кофейный столик, а я вытянулась вдоль спинки дивана и положила голову ей на колени. И вот тогда веселье кончилось. Два больших кошачьих глаза выжидающе уставились на меня. Я вдохнула-выдохнула и начала. — Я запуталась, Кэм. — Я догадалась, — она пожала плечами. — Что именно не так? — Не знаю. Просто это все очень странно. То, что происходит со мной — странно. Я… я даже не могу точно сказать, что испытываю. Я выпрямилась и уселась напротив подружки, поджав коленки и глядя на нее, словно ожидая смертного приговора. Она нахмурилась, так же уставившись на мое лицо. — Так. Давай-ка разберемся. Он тебе нравится? «Действительно. Блять, а нравится ли он мне?» Мне потребовалось несколько минут, чтобы собрать свои мозги в кучу и дать неуверенный, но ответ. Тот, который, на тот момент, был наиболее приближен к правде. — Нет. — Хорошо. Это уже что-то, Чар, — Камилла в шутку пихнула меня в плечо, а я показала ей палец в ответ на обращение. Ей оно почему-то нравилось. — Ладно. Дальше. Он тебя бесит? — Да, очень! — выпалила я, не раздумывая. — Чудесно. Ты его хочешь? А вот там я остановилась. Как и первый вопрос Маринерс, этот заставил подумать. Да, я желала его в сексуальном плане. Но, во-первых, это могло быть из-за долго воздержания, потому что последний раз секс до этого у меня был с Шейном. Во-вторых, я, пусть и хотела его, но здравая часть меня понимала — одной ночи ему не хватит, а дальше все станет лишь хуже. Потому ответ мог быть как «да», так и «нет». — Пятьдесят на пятьдесят, — я скривилась. — Вау, — Кэм всплеснула руками. — Что ж, такого я у тебя еще не наблюдала, Вестман. Это точно. Она произнесла это так понимающе, так сочувственно, что я просто не смогла смотреть на подругу. Отвернулась, поджав губы. — Я могу дать тебе совет, — коротко произнесла брюнетка, привлекая мое внимание назад. — Доверься себе. Плюнь на разум, это все равно не о тебе. Хочешь переспать с ним? Так вперед. Сделай хоть раз так, как хочешь того ты, Чарли! Забей на то, что может тебя ждать. Даже если это и произойдет, чего ты не можешь утверждать, ведь не знаешь, как будет дальше, все равно выкрутишься. Хоть разочек позволь себе сделать то, что хочешь сама! Изумрудные глаза Маринерс были полны нежности, и дружеской любви ко мне. Она почему-то всегда знала, что мне нужно. И всегда давала верные советы. Однако, сомнения все равно оставались. Мне нужно было подумать. Но это могло и подождать. Его не было рядом, значит, я могла и расслабиться. — Я говорила, что люблю тебя, сволочь, да? — игриво спросила я, падая в объятья Маринерс. — Да, говорила. Кэм с радостью прижала меня к себе, поглаживая по волосам. Она уткнулась носом в мою макушку, вдыхая запах волос. Она любила так делать, всегда. Мы просидели вместе несколько часов, вновь говоря обо всем и ни о чем, одновременно. Только вот эту идиллию снова прервал Стивс. Он позвонил мне, а когда не ответила — набрал Кэм. Затем снова мне. Пришлось ответить. — Да, привет, Джош. — Чарли, — так же поприветствовал он. — Звоню сказать, что сегодня вечером ваши родители устраивают семейный ужин. Без Шейна и Кэм. Криса я предупредил. Судя по твоему голосу, чувствуешь себя не менее паршиво, чем он, так что мой совет — собирайся. Ужин в семь. — И отговорки не принимаются, верно? — Это была идея твоего отца. Не моя. Совершенно! — оправдался он, вполне серьезным голосом. — Ладно, до вечера. — Пока, — тихо промямлила в ответ и удрученно взглянула на Кэм. Пришлось выложить ей все. Блять, мне так не хотелось идти на тот ужин. Жуть, как не хотелось. Но «отговорки не принимались». Поэтому пришлось позволить Камилле Маринерс покопаться в моих шмотках, что я взяла с собой, а после и заняться макияжем. Надо было догадаться, что дорогой папенька выкинет нечто подобное!