Октябрьские сказки

Лифт гудит, вздрагивает, останавливается. Матча-латте в картонном стаканчике покрывается мхом. По стенам и потолку кабины ползают бледные мотыльки – полупрозрачные, будто бы выцветшие – и откуда только взялись?.. Что-то колет руку – прямо из пола растут, обвивая ноги в идеально сидящих брюках с остро отпаренными стрелками, дикие розы, бархатно-черные, осыпающиеся пеплом при малейшем касании. Отражение в зеркале заметно запаздывает, подмигивает, а после и вовсе пропадает – попросту уходит за раму как ни в чём не бывало, будто бы жить своей, отдельной жизнью для зеркальных отражений обычное дело. Король Ночи вздыхает. Снова призраки в компьютерном клубе на верхнем этаже расшалились. А он вози им пиццу, чтобы простых смертных курьеров не пугать. Еще и лифт вырубили. Управы на них нет. Не за что привлекать – ничего дурного не делают. Просто играют, просто едят пиццу, просто вытворяют с лифтом безобидные иллюзии, от которых любой нормальный человек враз станет ненормальным, и даже ненормальный заработает пару седых прядей в волосах и дергающийся глаз в придачу. Королю Ночи, впрочем, бояться нечего: волосы у него и без того белее лунного света – работа трудная. А к нервным тикам он не склонен – был бы склонен, не вынес бы такой работы. Он тянется к кнопке вызова диспетчера, надеясь сдвинуть всё же застрявший лифт, но дикая черная роза хлестко шлепает Короля Ночи по руке, оставляя глубокие царапины от шипов. Вот ведь!.. Король Ночи машинально слизывает выступившие капли крови, удерживаясь от ругательства – не по статусу ему на такую мелочь ругаться. Приходится руками раздвинуть двери – благо, силы Королю Ночи не занимать, – с кряхтеньем выбраться, рискуя порвать эффектный черный плащ, и потопать наверх пешком, поправляя на плече совсем не сочетающуюся с королевским камзолом термосумку с пиццей на четверых. – Доставку заказывали? – устало спрашивает он всё те же черные розы, почти полностью скрывшие дверь компьютерного клуба. Розы перешептываются, кивают, осыпая пеплом королевские сапоги, и наконец впускают курьера поневоле, милостиво позволяя ему накормить призрачных подданных вполне себе материальной острой пиццей. Король Ночи надеется, что, насытившись, они оставят в покое хотя бы лифт. Надеждам своим, впрочем, не слишком верит.