Печать на запястье

— Что ты сказала? Закинув в рот крупную ягоду ароматной малины, Мими щелкнула белоснежными зубами по мягким косточкам, выпуская кисло-сладкий сок из маленьких гранул, которые моментально пропитали каждый миллиметр рецепторов в свое послевкусие, крутившееся на кончике языка. Вики скользила небесного оттенка глазами от метки на запястье до демонессы и обратно, все еще переваривая ее слова, обрушившиеся на нее подобно снежной лавине в горах. Таинственная печать, родственные души, книга меток — она прокручивала в голове этот список, словно заучивая и пытаясь отыскать хоть что-то, за что можно было зацепиться и отыскать разгадку. — Где-то среди демонов находится твоя родственная душа с такой же меткой, Вики, — отложив хрустальную вазочку с малиной, Мими вернулась к разговору, еще раз внимательно осматривая черные пушистые крылья, которые с каждым днем прорисовывались все четче и создавала еще больше дискомфорта, — печать черная, значит он на темной стороне. От этих слов в глазах помутнело с такой силой, что точеный силуэт демонессы расплылся перед глазами, точно жгучая лава, вырвавшаяся из долго спящего вулкана. Ее родственная душа — демон. Вики ощущала всю абсурдность сказанных слов, от которых просто хотелось избавиться, вернув время назад и оставшись в библиотеке подольше, а не бежать к Мими, которая еще сильнее повергла девушку в шоковое состояние. Её никогда не тянуло на противоположную сторону, да и вообще, Уокер считала, что демоны — истинное проявление жестокости и бессердечности, от качеств которых, она, к своему счастью, была далека. Устало сложив голову на плечо, и задевая светящееся, словно ночная падающая звезда, крыло, Вики старалась не показывать демонессе своего внутреннего переживания, которое разъедало ее все сильнее, не оставляя почти ни одного живого места. Только пустоту. — И что мне теперь делать? — Говоришь, Люцифер забрал книгу? Поджав пухлые губы в одну полоску, Уокер сжала маленькие кулачки, сумев выжать из себя только сухой кивок в ответ. Мими приняла задумчивый вид, накручивая локон смоляных волос на пальчик и пытаясь понять, для каких целей сыну Сатаны понадобилась Riverclo. В голове постепенно складывались мелкие пазлы в одну большую картину, от которой рой мурашек безжалостно хлестнул по молочной коже, неприятно ее покалывая. Демон, встреча с ним в библиотеке и та самая книга, которую они вдвоем искали. — Ты думаешь…? — Так, будем действовать по ситуации, — девушка хмыкнула, призывая к себе своего дракона, чья перламутровая чешуя ослепительными бликами играла на солнце, — попробую подобраться к Люциферу, может, увижу что-то, только для начала мне нужно слетать в ад, поговорить с отцом, он точно знает что-то об этой книге, — она подмигнула Вики, которая только сильнее сжалась от этого жеста, на секунду представляя точно такую же печать на запястье демона, — а ты бы лучше отдохнула, видок у тебя не самый свежий. Дракон взревел, одним взмахом пестрого крыла располосывая душную струю воздуха и взлетая ввысь, скрывая в мутных облаках, опадающих с небес серой пылью, демонессу. Вики чувствовала, как недостаток сна сказывается на ее общем состоянии, но даже сейчас, когда глаза сами закрываются под натиском тяжести, не могла думать ни о чем, кроме этих чернеющих крыльев на запястье. Осень радовала своим жутким ветром, который заставлял обжигающую боль утихать на долю секунд, но стоило ему успокоить свои порывы, как она возвращалась с удвоенной силой, будто ошпариваясь кипятком. Не найдя выхода лучше, чем окунуть руку в озеро Лилит, славящееся своей ледяной водой, Уокер одним плавным движением разрушила идеальную бледно-фиолетовую гладь, срывая глухой стон облегчения с искусанных губ. — Versano… Ее спокойствие нарушил льющийся из озера шепот, от которого она дернулась, быстро отскакивая от него подальше. Крылья дрожали настолько сильно, что мягкие перышки клочьями опадали на землю, создавая вокруг непризнанной сливочное пуховое одеяло, покрывающее пожелтевшую траву. — Кто здесь? Окинув замерзшими льдинами весь сад и не найдя в нем ни одно живое существо, Вики почувствовала, как ее пробрала дрожь до самых кончиков. Либо она уже постепенно сходит с ума, либо этот голос шел от вод Лилит, которые выбрасывали на небольшой берег свои беспокойные лиловые волны. — Твоя печать — Versano, — он звучал тихо. Почти беззвучно. Ядовитый невидимый плющ обвязал все тело непризнанной в свои стебли, обездвиживая ее и пуская липкий слой страха, — очень редкий вид метки… — Откуда вы… — Не задавай лишних вопросов если хочешь узнать правду. Этим водам многое известно.

***

— Всегда думал, что архангелы и архидемоны умнее, чем есть. В чем смысл писать название меток не по алфавиту? Люцифер захлопнул книгу, раздраженно цокнув от разрывающей голову информации. Ему казалось, что прошла целая вечность, пока в комнату не зашел Дино с одиноким полупрозрачным листом бумаги, через которую просвечивались имена всех новоиспеченных непризнанных, написанные от руки ангела. Записей было немного, что заметно облегчало поиски, однако стоило дьяволу вернуть кровавый взгляд на Riverclo, он тут же понимал, как выстроенная по тонким крупицам надежда на скорейшее завершение его мучений вновь разрушалась по натиском этой книги, которая, по меньшей мере, весила тонну. — Градация меток выстроена от самых слабых к самым сильным. — Ну, первые сто двадцать семь страниц никакого успеха не дали, — демон пожал плечами, выхватывая небольшой сверток из рук приятеля и раздвигая его в сторону, быстро бегая потускневшими глазами по аккуратно выведенным буквам, — Корнелия Смит, Агата Паркер, Дэвид Оушер, что? — его взгляд остановился на последнем имени. Сердце пропустило один громкий удар, вибрация от которого прошла насквозь, содрагая все небеса в колебаниях. Взяв подушечками пальцев за край выбеленной бумаги, Люцифер резко разорвал лист на миллиард мелких частичек, разбрасывая их по всему кафелю и пытаясь сдержать своих демонов внутри, чтобы окончательно не разрушить все к чертовой матери. — Какого черта тут написана фамилия Уокер? — Вики Уокер, — не обращая внимания на новую дозу раздражения со стороны Люцифера, которая, как по расписанию, появлялась в нем после разговора о метке, Дино попытался вспомнить образ девушки, с которой столкнулся в густых тучах водоворота, отправляясь на земное задание. Она была точной копией своей матери — мягкие черты лица, огромные глаза, обрамленные густыми черными ресницами и улыбка. Эта чисто ангельская улыбка, которая любому вселит в душу тепло и уют. Если этот любой, конечно, не Люцифер, — дочь Серафима, она погибла в автокатастрофе две недели назад. Извилистая линия густой алой крови от ранки на губе метнулась вниз по пульсирующей от злости фиолетовой венке на шее. Их было всего четыре в списке — четыре непризнанных, одна из которых — дочь Ребекки Уокер. Мстительной, дерзкой и идущей по головам ради достижения своих целей женщины, которая не щадила никого, кто преграждал ей путь на вершину. Люциферу она импонировала. Ее стремление вырваться из низов всегда восхищало демона, в чьих интересах было переманить ее на свою сторону, однако Ребекка была непреклонна. Она с самого начала прильнула к ангелочкам, называя демонов слабым звеном, и это только порождало еще больший гнев в каждой жилке и так слишком вспыльчивого наследника Сатаны. Ему вдруг до сжатия ребер стало интересно, как выглядит ее дочь. Он ухмыльнулся, переводя хитрый прищуренный взгляд на Дино, который, заподозрив неладное, принял строгий вид, скрещивая руки на груди. — Что бы ты там не задумал, предлагаю тебе вернуться к изучению книги. — Не будь занудой, ангелок, я просто хочу узнать, как выглядит эта Уокер и всего. Сомнения, подобно цунами, окатили тело Дино в свои бушующие волны, впитываясь под кожу огромными дозами. Он притянул книгу к себе, открывая толстый переплет с конца и втянулся в чтение, погружая себя в текст и изолируя от внешних источников. Люцифер бездумно перекатывал в пальцах очередной бокал глифта, намереваясь расслабиться и хоть на мгновение забыть обо всей чертовщине, творившейся в последнее время. Это порядком вымотало его. Сейчас бы не помешало расслабиться, снять накал и сбросить оковы, держащие его за мысль о какой-то там непризнанной, которая была с ним связана невидимыми нитями. Абсурд чистой воды. Из погружения, словно под теплую воду, в приятные мысли, Люцифера вырвал крик Дино, который вскочил на ноги, словно обезумевший, просверливая дыру своим пристальным взглядом в толстой корочке книги. — Versano! — Что? Вырвав Riverclo, демон, расправив жгучие перья, обвел взглядом вырисованную метку на пожелтевших страницах, сравнивая ее со своей. Внутри что-то болезненно сжалось, стягивая тугой вязкий ком в горле и перекрывая поток прохладного осеннего воздуха в легкие. Они были идентичны, настолько сильно, что казалось, будто их перерисовывали через копирку, не осекаясь ни на миллиметр. — Versano — небольшая печать на запястье в виде крыльев. Считается одной из сильнейших меток, связывающих души демона с непризнанным. Обладает тянущим ощущением нескончаемой боли, нарастающей с каждым днем все сильнее, пока родственные души не найдут друг друга. Что за… — Только не говори, что до сих пор не убедился в правдивости написанного. Кто-то из этих четырех твоя родственная душа, Люцифер, и чем меньше ты будешь упрямиться, тем быстрее мы ее отыщем. Нервы были оголены, как натянутые провода, испускающие из себя импульсы тока. Тронь их — и моментально твои крылышки превратятся в барбекю для демонов, которые щедро приправят их острыми специями. Эта мысль хлыстнула кнутом по замершему дьяволу, пытающемуся отыскать ключ к дальнейшим действиям, который никак не находился в темных закоулках сознания. — Черт, девчонка… Хлопнув себя ладонью по лбу, демон попытался воспроизвести в голове образ непризнанной из библиотеки, которая, какого-то черта, изучала эту долбанную книгу несколько часов. Мысли, словно старая кассета, никак не поддавались воспоминаниям, отчего наследник Сатаны только рыкнул, плотно сжимая скулы и пластая из себя невидимые языки пламени. — Что? Какая девчонка? — Девчонка из библиотеки. Она читала эту Riverclo. Дино, — он схватил его за руку, не давая возможности ангелу улизнуть от своего хитрого приятеля, который сейчас явно подключит все свое обаяние, чтобы надавить на жалость, — мне срочно нужно посмотреть на эту Уокер. Я не верю в такие совпадения.

***

Кубик эндорфина впитался под тонкую кожу, заполняя в Вики пустоту, которая уже разъела всю душу своей кислотой. Она крутила в руках небольшой бутылек с несколькими каплями лиловой воды, которая приятно скользнула по метке, втягивая в себя все перемешанные неприятные ощущения, которые отдавались жжением на запястье. — Возьми несколько капель из моих вод, они помогут тебе. И торопись, времени осталось слишком мало. Этот шепот въелся в кору головного мозга, оставляя невидимые следы на ней, которые крутились, словно вихрь, не давая возможности переключиться на что-то еще, кроме поиска родственной души. — По-крайней мере, я теперь хотя бы знаю название… Она опустила голову вниз, рассматривая свои медленно перебирающиеся по прохладному полу ноги, которые покрылись синим оттенком из-за недостатка отдыха. Да и какой может быть отдых, когда тебя буквально пожирает изнутри небольшая печать, способная, кажется, и вовсе уничтожить. С силой врезавшись в чью-то грудь, Уокер схватилась за разливающую багровую акварель щеку, которая неприятно саднила от удара и подняла застланные тонкой пленкой машинально выдавленных слез глаза на Дино, который, по всей видимости, слегка растерялся, не ожидая ее увидеть здесь. — Ой, Дино, прости, я что-то в последнее время совсем рассеянная. Люцифер стоит не двигаясь. Казалось, что у него отняли последний глоток свежего воздуха. Их глаза на секунду встречаются, пропуская ядовитый газ сквозь тонкую сетчатку, а после каждый переводит изумленный взгляд на свое левое запястье, разрываясь от прилива припекающей ломоты. — Черт… — их голоса переплетаются, когда каждый понимает, что встреча в библиотеке, была все же, неслучайна.