Хання старшей школы

      – Ха, серьезно? И что ты сделала тогда? – Хиро облокотился на стойку рядом с Агатой и чуть улыбнулся.       – Да ничего конечно, я же не ирод какой-то. – Она хохотнула и в этот момент её телефон завибрировал. На экране появилось название контакта, который так настойчиво названивал девушке – «Фальшивка».       Хиро, увидев эту надпись, приподнял бровь:       – Фальшивка? Занятное имя.       – Это мой брат. Никак не может принять тот факт, что я устроилась на работу.       – Может, он беспокоится о тебе? – Мягко проговорил Хиро.       – Кто? Он-то? Ха, – девушка задорно фыркнула, – да этот бесчувственный чурбан может беспокоиться только о том, что он получил 98 баллов за тест, а не 100. Я тебя умоляю, скорее, он так проверяет сдохла я или нет. И то делает это по наставлению своего отца.       – У вас настолько прекрасные отношения? – Слово «прекрасные» буквально источало сарказм со стороны Хиро.       – О, да. Прямо каноничные брато-сестринские отношения, Хиро-кун.       – Стой. – Хиро нахмурился. – А почему он у тебя записал как «фальшивка»? Он что приемный?       – Пффф, судя по моим выходкам, скорее, тут приемная я. – Она кисло ухмыльнулась и, присев на небольшой стульчик, который располагался за прилавком, медленно заговорила. – Понимаешь, в детстве я была тем еще проблемным ребенком. Часто шкодила и была, так скажем, занозой в заднице. И именно поэтому бывало не следила за своим языком.       Хиро широко ухмыльнулся, смотря на сереброглазую бестию, что находилась прямо напротив него. Девушка же, перехватив взгляд его янтарных глаз, тыкнула пальцем в блондина:       – Эй, и не нужно мне здесь говорить, что я и сейчас такая, ясно?       – Я и не собирался. – Хиро с широкой ухмылкой вскинул руки будто в свою защиту.       – Ну да. – С подозрением протянула Агата. – Так вот о чем это я? А… Понимаешь, мой брат, он… Он в детстве очень отличался от меня. В том плане, он старше меня почти на два года и… Кстати, по факту я сейчас должна была бы учиться в третьем классе средней школы, а не в первом старшей.       – Да ну, ты гонишь. – Хиро выпучил глаза.– То есть ты на год младше меня?       – Стой, ты тоже в первом классе старшей? – Агата прищурилась. Она точно не ожидала, что теоретически она и Хиро могут быть ровесниками и, тем более, учиться в параллели.       – Ну да.       – Черт, я думала ты старше меня.       – Я что, так плохо выгляжу? – Блондин прищурил свои янтарные глаза.       – Нет, просто ты выглядишь взрослее. Я думала, что ты в выпускном классе или уже студент.       – Ха. Не угадала. Так что там про брата? – Он локтем уперся в столешницу и подложил руку под подбородок.       – А, точно. Так вот, он в детстве просто не переносил на дух поражения. И более того, он так злился, если я оказывалась хоть в чем-то лучше. Но знаешь, сейчас я понимаю, что, наверное, не стоило так гнать впереди паровоза и… Ха…– Она выдохнула. – Дети бывают слишком жестоки и беспощадны, смекаешь? Мне нравилось выигрывать у своего старшего брата и, более того, мне нравилось видеть его злое лицо. Черт, да я как самая настоящая мелкая садистка наслаждалась его побежденным видом. И в один из дней, я сказала кое-что, что задело его очень сильно. Я действительно не хотела ему это говорить, но тогда меня будто сами бесы подгоняли, понимаешь?       – Ну, почти. Так что ты ему сказала?       – Я сказала ему, что фальшивка никогда не сможет превзойти оригинал.       – Постой, что? И все? – Хиро приподнял брови. Он думал, что она сказала что-то более жесткое, но никак не думал, что она скажет нечто прозаичное, и это сможет задеть её брата и, судя по всему, задевало до сих пор.       – Да. – Она кивнула. – Я дочь старшего сына семьи, а он младшего, и как бы он ни старался, это невозможно изменить.       – А… Первенство крови, да?       – Ну, что-то типа того.       – Но я все равно не пойму, с какой стати ему бурно реагировать на твои слова? – Задумчиво проговорил Хиро. – Было бы понятно будь он приемным, но это не так, верно?       Агата замерла, пораженная словами блондина. Такая очевидная и простая мысль не посещала её умную голову никогда. Она чуть отвела взгляд и прищурила свои раскосые глаза, а её мысли ускакали куда-то далеко от этого места.       Светло-янтарные глаза Хиро блеснули. В них читался игривый огонек. Он уже не в первый раз появлялся в магазине девушки под самое утро. Конечно, он говорил, что они все равно должны будут идти на тренировку, и ему не сложно зайти к ней на работу.       И естественно, несколько раз он пытался её уговорить отменить тренировки или изменить время их проведения, но почему-то по неведомой причине для Хиро, Агата наотрез отказывалась это делать. Она его свято уверяла, что после ночной смены она может совершенно спокойно побегать с ним. И Хиро, в первый их такой день думал, что она просто так лукавит, и что они пробегут меньше или в легком темпе. Но каково же было его удивление, когда он понял, что несмотря на работу с десяти вечера и до пяти утра Агата вполне была в состоянии бегать так, как и обычно. И на следующий день тоже.       Её рабочие смены, в основном, были ночные. Но она все же не работала круглыми ночами. Она работала по сменному графику: две ночи через две. Но по ней нельзя было сказать, что она не высыпается или плохо себя чувствует. Сама же девушка не говорила, что из-за проблем со сном, которые и так постоянно её преследовали, сон в виде пары часов для неё уже был достаточен. После занятий в школе и после клубных занятий она приходила и спала пару часов, затем отправлялась в магазин 7/11, который был в паре кварталов от её дома.       Да и сама работа в этом магазине была не пыльной. Ночью покупателей мало, а район крайне благополучный, так что даже увидеть буянящего алкаша практически невозможно. Именно из-за её ночных смен у самого Хиро уже вошло в некую привычку приходить почти за час до окончания её рабочей смены и дожидаться сменщика вместе с Агатой. И уже после этого, подождав пока она переоденется, отправляться на пробежку. Парнишка был похож на какую-то рыбу-прилипалу, по крайней мере таким его видел сменщик Агаты.       Именно этот толстенький паренек который, скорее, всего был ровесником Агаты, зайдя тихо простонал:       – Ты задрал тут отираться, ничего с твоей девушкой не случится.       – А? – Агата подняла брови, отрываясь от своих размышлений. – Мы не встречаемся. – Хиро кивнул на её высказывание, буквально заставив себя проглотить слово «пока», которое едва не сорвалось с его губ.       – Мы друзья. – Вторила Агата с самым безобидным видом.       – Ой, ну да, конечно. – Отмахнулся пухленький мальчишка, поправляя свои круглые очки. – Надеюсь, что вы хотя бы не трахались в зале, а то у нас тут камеры знаете ли.       Агата едва сдержала рвущийся хохот, а Хиро хмыкнул и, включив свое актерское мастерство, в псевдоудивлении поднял брови:       – Да тут же рай для эксгибициониста, где же еще этим заниматься? Или ты предлагаешь заниматься этим в подсобке за лапшичкой? Аккурат на рисе что ли?       Шатенка зажала рукой свой рот и тряслась в беззвучном хохоте, она так была отвлечена, что не заметила того, как сквозь прозрачное стекло на неё уже долгое время кто-то упорно пялится. Темно-зеленые глаза выглядывали из-под глубокого капюшона, закрывающего все лицо. Юма, решивший проверить свою сестру уже в который раз натыкался на этого самого блондина в её обществе.       – Сука. Эта тупая тварь вообще соображает, что она делает? – Тихо пробормотал парень, сжимая свою руку в кулак.       Юма прекрасно знал того, кто в этот самый момент так мило разговаривал с его сестрой. Это был никто иной как Исида Хиро, младший брат главы клана Исида, и по совместительству второй человек в этом клане.       – Ты, конечно не знаешь, что у нас с ними натянутые отношения, но чтобы так любезничать с этим отбитым уёбком… – Тихо шипел, накручивая себя Юма. В этот самый момент Хиро сделал то, чего зеленоглазый точно не ожидал. Блондин протянул свою руку и заправил прядь выбившихся волос девушки за её аккуратное ушко. Его тонкие пальцы скользнули по щеке девушки, и Юма был готов дать руку на отсечение, что увидел, как его сестра немного смутилась. Блондин снова зашевелил «ублюдскими» губами, и Агата, улыбнулась. Она это делала так тепло и мягко, как не улыбалась своему брату уже очень давно.       Брюнет с силой сжал свою челюсть, на его лице заходили желваки и в груди поднялся гнев, который буквально сметал на своем пути все что видел. Он едва смог подавить импульс, поднять кусок камня с земли и бросить через стекло, аккурат в башку этому ублюдку из клана Исида. Как он смеет прикасаться к ней?! Как он смеет быть рядом с ней?! Как он смеет заставлять её так улыбаться?! Как он смеет… Юма сжал руку в кулак и отчетливо почувствовал, как в его ладонь впиваются его короткие ногти.       – Сука.       Выплюнув это едва слышное ругательство, он резко развернулся и пошел по направлению к дому. По мере того как он шел, с каждым шагом ярость его становилась глубже и уже не горела, она была подобна самой опасной кислоте, одна капля которой способна погубить все живое. Он подошел к лифту и услышал слова молодого охранника:       – Вы уже вернулись Абэ-сан?       Юма уже открыл рот и хотел было сказать: «Не твое собачье дело, вернулся я или нет. Ебало свое завали!», но вместо этого едва заметно улыбнулся и кивнул:       – Да.       Зайдя в лифт, парень, как только двери закрылись, убрал эту фальшивую улыбку с лица. Смотря на свое отражение, он не видел своего лица, у него перед глазами все еще стояла эта сцена. И хоть он видел только улыбку Агаты, но в его голове предстала слишком живая и красочная картина того, как этот ублюдок Хиро наклоняется к Агате и целует её. Юма буквально видел, как тошнотворный блондин прижимает её к себе, и как эта тупоголовая шлюха раздвигает ноги сидя на сраном прилавке круглосуточного магазина. Он практически слышал её стоны, которые она издавала бы под мудаком из клана Исида. Внезапно Юма, сам того не ожидая, резко ударил кулаком по двери лифта. Убрав руку, он ощутил саднящую боль и увидел неглубокую вмятину, которую он оставил. Боль от кулака должна была быть довольно сильной и пульсирующей, но почему-то он ничего не чувствовал. В следующее мгновение, когда двери лифта разъехались, он вышел в коридор и спустя несколько секунд уже был в квартире. Юма ходил по гостиной подобно дикому зверю, ожидая пока эта тупая шлюха, читай его сестра, придет домой. Спустя пару часов он дождался. Раздался тихий «пилиньк», и дверь в квартиру с тихо открылась. Девушка разулась и прошла в гостиную. Она уже хотела было подойти к холодильнику, как увидела своего брата, что развалился в кресле.       – Ты чего не собираешься в школу?       – Юмэна… – Тихо произнес зеленоглазый.       – Да? – Девушка подошла к холодильнику и открыла его. Быстро найдя пол-литровую бутылку воды, она закрыла холодильник и перевела взгляд на Юма. – Чего тебе?       Она приподняла брови и с безразличным лицом откупорила бутыль с водой.       – Ты встречаешься с тем парнем? – Спросил он тихо, переведя взгляд на свою сестрицу.       – С каким? – Она нахмурилась. Агата действительно не понимала, о ком он вообще говорит.       – Я видел вас в магазине. Тот блондин, ты с ним встречаешься?       – Божечки–кошечки, какие вопросы с утра пораньше. – Она приподняла бровь и проговорила. – Твое-то какое собачье дело?       – Я тебя спросил, – он поднялся с места и медленно начал приближаться к Агате, – ты с ним встречаешься?       Девушка, сделала небольшой глоток из бутылки, и, поставив её на столешницу, наклонила голову к правому плечу:       – А я еще раз говорю: Какое. Твое. Собачье. Дело? Надеюсь, сейчас я произнесла это все членораздельно, и до тебя, наконец, дошел смысл. Это первое, а второе… – её лицо исказила гримаса презрения. – Ты следил за мной? Ты что, в сталкеры подался? Неужели тебе совершенно делать нечего?       – Я возвращался из нашего офиса и решил позвонить тебе, чтобы проверить как тебе работается и все ли в порядке. Ты все же девушка, которая работает поздней ночью в круглосуточном магазине…– Он явно пытался оправдываться, но чисто технически он действительно именно это всё и делал. Если не учитывать того факта, что он каждую смену периодически проверял то, как работает Агата. Естественно он делал это так, чтобы она не видела, ему не нужны были презрительные уколы в его сторону.       – Ха, какие удобные слова. – С сарказмом произнесла Агата.       – А подойдя к магазину, в котором ты работаешь, я увидел, как ты ласкаешься с каким-то щенком.       – Щенком? – Агата приподняла бровь. – Этот «щенок» по уму взрослее тебя будет.       – Что? – Юма резко поднялся на ноги.       – То, что ты делаешь, совершенно лишено смысла. Ты говоришь, что беспокоишься обо мне? Фальшивка, – она максимально пренебрежительно проговорила эту кличку, – тебе не кажется, что ты немного путаешь берега? Я не изнеженная девица, которая не может за себя постоять.       Лицо Юма буквально побледнело от злости:       – Что ты сказала?       – Что слышал. Хватит строить из себя фальшивую добродетель, меня от этого мутит. Видеть твою рожу каждый день для меня уже перебор, но, когда ты пытаешься включить режим порядочного брата, мне хочется твою физиономию стереть с лица земли.       – Ха. – Юма еще подошел к девушке, и теперь их разделяло менее полуметра. – Фальшивую добродетель? Стереть с лица земли? Что, так же, как и тогда, да?       Его гнусная ухмылка и злые слова задели её. Глаза Агаты неосознанно скользнули к его правому плечу. Сейчас на нем была футболка с глубоким вырезом, и она видела часть его татуировки. Они оба знали, что было перекрыто под этой татуировкой.       – Ты же помнишь, что оставила мне, моя дорогая сес-три-ца? – Его слова били не слабее, чем кожаный хлыст, вымоченный в соли.       Агата не могла это забыть, даже если бы хотела. Она просто не имела права выкинуть из памяти тот день, когда она пришла впервые на тренировку после смерти родителей. Именно в тот день она впервые отпустила свой собственный поводок гнева и агрессии. И тогда впервые она… навредила своим близким. Она навредила Юма. Она заставила его рыдать от боли и корчиться в агонии, пока наносила удары. Видя, как он истекает кровью, она просто не могла остановить свой гнев, который был подобен огненному торнадо, уничтожающему все на своем пути. Можно сказать, что тот день был днем, с которого их пути окончательно разошлись. И день, когда она окончательно потеряла стабильную связь с осколком, и больше не имела возможности контролировать его так же, как и до этого.       Она сглотнула, и её голос едва заметно дрогнул:       – Не передергивай мои слова. Ты сам знаешь, что я не…       – Да-да. Я знаю, ты не контролировала себя. – Он жестко произнес это, но девушку отчего-то эти слова ударили сильнее, чем что бы то ни было.       – Юма…       – Что? Ты, наконец, назвала меня по имени? – Он подошел к ней ещё ближе, а она, не осознавая того, отступила от него. Он сделал ещё шаг и ещё, пока девушка не уперлась копчиком в столешницу.       – Юма… – Её голос уже звучал более жалобно. Сердце девушки билось быстрее, а ладони вспотели. Агату пугал взгляд брата, с которым он смотрел прямо сейчас. И дело не в том, что она боялась Юма. Скорее, она боялась, что та ситуация повторится, боялась, что она навредит ему, черт, да не только ему, но и кому-то еще. Именно поэтому она пошла в тот клуб, чтобы хоть как-то пытаться удержать себя в руках, но этот мальчишка… Почему он всякий раз появляется тогда, когда все почти налаживается?       – Что за взгляд, моя любимая сестрица? – Произнес он тихо, но довольно жестоко. – Ты боишься?       – Отойди от меня. – Она подняла голову и взглянула ему в глаза. – Пожалуйста.       – Пожалуйста? – Он приподнял бровь и положил свои руки по обеим сторонам от девушки. – Какие интересные слова от тебя можно услышать, оказывается. Где же твоя дерзость, а? - Юма наклонился к ней еще ближе и почти на самое ушко прошептал:       – Что ты мне предложишь взамен на то, чтобы я отошел от тебя?       То, что он делал, было неправильно. Всё внутри Агаты буквально кричало о том, что Юма ведет себя не так, как полагается брату, и что он какой-то странный. Нет, он не странный, он опасный, он до одури опасен. Агата видела в его взгляде какой-то безумный блеск, который не замечала до этого. Выпрямившись он ухмыльнулся:       – Ты сейчас дрожишь, как кролик перед удавом. И это будущая наследница клана Абэ? Мелкая девчонка, которая не может контролировать свою собственную силу? Жалкая неудачница. Тебе стоило сдохнуть ещё тогда. Так было бы проще всем.       – Что? – Эта фраза послужила для Агаты ушатом ледяной воды. Она округлила глаза и сжала челюсть плотнее. Она говорила себе эту фразу миллионы раз, но впервые Агата услышала её не от кого-нибудь, а от собственного брата.       – Проблемы со слухом? – Гадко ухмыльнулся Юма.       В одно мгновение температура в комнате словно поменялась, а Агата больше не дрожала. Она резко подняла глаза и посмотрела на своего брата из-под нахмуренных бровей:       – Если тебе дорога жизнь, то заткнись прямо сейчас.       – А что если не заткнусь? Убьешь меня? – Он задал этот вопрос с улыбкой на губах, но сам он прекрасно видел ответ – она едва контролировала себя. Вот только сейчас он уже не был тем малолетним мальчишкой, который не сопротивлялся. Он тоже стал сильнее.       Не сговариваясь, они схватили друг друга за глотки, буквально впиваясь кончиками пальцев в горло своего противника. Он подался вперед, прижимаясь к своей сестре так близко, что она чувствовала жар его тела через свою тонкую ветровку и его футболку. Агате показалось, что она даже слышала бешеное биение его сердца. Хотя, возможно, это было её собственное.       Свободная рука парня с силой сжала край столешницы. Он надавливал на стол с такой силой, что его костяшки пальцев побелели, будто пытаясь сдержаться от чего-то иного. Их хватку нельзя назвать было сильной или излишне жесткой, скорее, она была просто ощутимой. В какой-то момент рука девушки отпустила его горло и перешла на его правое плечо, она скомкала под своими тонкими пальцами ткань его футболки. Одновременно с ней рука Юма чуть изменила положение и медленно скользнула на её затылок. Его длинные пальцы впились в высокий растрепанный хвост Агаты и потянули немного вниз, заставляя её запрокинуть голову. Они неотрывно смотрели друг другу в глаза. То, что они делали, было неправильно, и тут дело даже не в том, о чем они спорили. И не в том, что Юма сказал с явной целью задеть Агату, а в том, что и без того небольшое расстояние между ними постепенно сокращалось. И каждый из них не мог это прекратить. Злость и ярость, которая ослепляла их обоих, была все та же, но помимо этого примешивалось что-то еще. Что-то непонятное и еще не осознаваемое до конца. Но вот их лица разделяет двадцать сантиментов. Теперь пятнадцать. Уже десять… пять. Их носы едва не соприкасаются, а дыхание перемешивается. Почему-то одновременно они видели в голове одну и ту же картину, которую явно не одобрили бы те, кто знают их.       Юма все ломает голову, почему она не сопротивляется и не говорит очередные колкости и глупости? Вот только парень даже не догадывается, что Агата все это время задается тем же вопросом. Ровно перед тем, как последний шаг был сделан, раздалось тихое «пилиньк» со стороны входной двери. И спустя мгновение эти двое услышали голос:       – Доброго дня! Это Оба-сан. Вы еще не ушли?       Голос повара их семьи, заставил Юма и Агату, словно облитых водой кошек, отшатнуться друг от друга в сторону. Юма слишком резко дернулся и сбил рукой открытую бутылку воды, что стояла на кухонном островке. Бутылка с грохотом упала вниз, и холодная вода потекла по белому кафельному полу. Брюнет с растерянным лицом посмотрел сначала на бутылку, а после перевел взгляд на Агату. Девушка же, широко распахнув глаза, не отрывала взгляд от Юма. В их глазах застыл один единственный вопрос «Что сейчас произошло?».

***

      – Вы не можете это сделать или не хотите? – Рыжеволосая девушка прищурила свои раскосые глаза и устремила взгляд на секретаря.       Каваками Сайко сидела в кресле прямо напротив секретаря господина Камакура Наками, директора Терикагаяку. Женщина секретарь была крайне скромно одета. Её некогда дорогие туфли темно-коричневого цвета имели несколько тонких царапин и потертостей в районе носка. Клетчатая шерстяная юбка почти достигала середины её икры и прикрывала стройные ноги, обтянутые плотными черными колготками. Светлый свитер крупной вязки был частично заправлен за пояс юбки, а на шее висел шнурок с каким-то медальоном. Темные густые волосы женщины были убраны в высокую прическу, а приятное лицо имело минимальный макияж. Все буквально кричало о том, что когда-то она имела отнюдь не плохой доход. Все вещи на ней были брендовыми, но устаревшими на три года. Сайко зацепилась своими хищными темными глазами за немолодое лицо секретаря и мягко заговорила:       – Ниямура-сан, я же не прошу вас отдать мне документы, я…       – Я уже говорила, Каваками-чан, как секретарь и работник школы Терикагаяку, я не имею права раскрывать личные дела и медицинские карты учеников никому. Даже ученическому совету. – Ответ женщины был довольно холоден и бескомпромиссен.       Её гордость была задета этой мелкой выскочкой, которая лишь и могла выезжать на благополучии своего обеспеченного папаши. Сайко чуть улыбнулась:       – Я же не говорю это делать бесплатно.       – Взятки в стенах нашей школы неприем… – Фраза, которая проговаривалась секретарем не одну сотню раз, внезапно была прервана тихим шлепком папки о стол. Секретарь перевела взгляд на папку, и затем на темноволосую девушку с каре, которая стояла позади Сайко. – Что это?       – Прошу вас, посмотрите.       Секретарь едва заметно нахмурилась и снова посмотрела на папку. Едва слышно выдохнув, она наклонилась и взяла её со стола. Открыв и углубившись в текст, женщина едва заметно вздрогнула:       – Что это?! – Она зло посмотрела на Сайко. У женщины в глазах была ярость, перемешанная со злостью. – Что это, я вас спрашиваю?!       Женщина резко поднялась на ноги кинула папку назад на стол.       – Ну-ну, не стоит так нервничать, Ниямура-сан. У вас и так последние два года хватает переживаний.       – Ты мелкая…– женщина зло стиснула зубы, прерывая себя на середине в попытке обуздать свой гнев.       – Вы же знаете, что мой отец является главным акционером госпиталя Хироко, не так ли?       Женщина села назад в кресло и уставилась на Сайко.       – И что с того?       – При нашем госпитале есть благотворительный фонд, который работает как раз с вашими случаями, Ниямура-сан.       – Ради личного дела и медицинской карты ты собираешься…– Она не смогла проговорить слова, которые рвались наружу. Но в ответ получила лишь милую улыбку малолетки:       – Скажем так, это задел на долгосрочную перспективу, Ниямура-сан.       – Но… Когда я искала того, кто бы мог мне помочь, в вашем госпитале не было никаких фондов, которые помогают детям с ОЛЛ* и вдруг, оказывается, у вас есть фонд, который перекрывает стоимость лечения?       – Хм… Да. Именно так.       – То есть ты не хочешь даже сделать вид, что этот фонд был создан не для того, чтобы подкупить меня?       – А зачем? Все понятно вам, все понятно мне. И единственное, что вам нужно сделать, – она достала ручку из своего брендового рюкзака, – подпишите эти бумаги. И уже сейчас мои люди начнут транспортировку вашей дочери в нашу больницу.       Женщина внимательно смотрела на эту девушку. Прямо сейчас внутри неё шла недюжинная борьба. Она могла стоять на своем, и тогда все останется, как есть. Огромные счета на лечение. Продажа автомобиля, дважды заложенный дом и развод. Но если подпишет… Секретарь посмотрела на бумаги. Это был обычный типовой договор, в котором говорилось об оказании услуг, и о том, что фонд будет поддерживать и полностью покрывать лечение её дочери. Женщина крепко сжала ладонь в кулак, так что её костяшки пальцев побелели. Затем женщина выдохнула и, протянула руку к печати. Раскрыв колпачок, она поставила свою фамильную печать и, уколов палец, оставила кровавый отпечаток своего большого пальца.       – Отлично. – Проговорила Сайко, смотря на подпись. Она давно хотела взять под контроль эту суку-секретаршу, но никак не доходили руки. А тут подвернулся крайне хороший повод. Женщина секретарь поднялась на ноги и проговорила:       – Наверное, по своей забывчивости я оставила ключи от кабинета и шкафа с личными делами и медицинскими картами на столе, когда меня вызвали в больницу к моей дочери. Но никто же не будет смотреть их в мое отсутствие, верно? У нас крайне дисциплинированные дети в школе.       Сайко хмыкнула, смотря на то, как эта женщина, сохраняя последние капли своей гордости, бросает увесистую связку ключей на столик.       – Конечно, никто в нашей школе такое никогда бы не сделал. – Проговорила рыжеволосая, широко ухмыляясь.       Ниямура быстро направилась на выход из своего кабинета, едва не столкнувшись с третьей подружкой Сайко. Светловолосая девушка стояла, облокотившись на стену и жевала жвачку, играя в какую-то игру на телефоне.       Как только секретарь вышла, светловолосая проговорила:       – Я думала, это будет не так легко.       – У каждого есть то, на что можно надавить, моя милая Икихико.       Сайко поднялась на ноги и взяла ключи со стола. Быстро подойдя к необходимому шкафу, она открыла его и стала искать нужную фамилию.       – Но я все еще не понимаю, зачем тебе вообще нужна была эта секретарша. – Светловолосая оторвалась от экрана смартфона и перевела взгляд на Сайко.       – Так-так… – Сайко прошлась кончиками пальцев по корешкам папок, пока не остановилась на необходимой. – Не разочаровывай, Лили.       Секретарь директора в школе, это подобно хранителю печати императора. Завладев им, ты завладеешь всей империей. Достав нужную папку Сайко нахмурилась.       – Какого черта она такая тонкая? И где медицинская карта? Тут только краткая характеристика! – Проговорила рыжеволосая вполголоса.       Открыв папку, девушка пробежала взглядом по тексту, и внезапно её лицо исказил оскал.       – О, а дело будет еще веселее, чем можно представить.       Девушка с каре наклонила голову, от чего её черные волосы немного легли на лицо:       – Ты прочитала там что-то интересное?       – Ты даже не можешь представить насколько, Мико

***

      Стоя в школьном туалете, девушка еще раз умыла лицо холодной водой и посмотрела на свое отражение в зеркале.       Перед её глазами все еще стояла физиономия её брата, и она чувствовала запах его кожи и шампуня, который будто окружал, куда бы она не пошла. Его запах невозможно было даже спутать с чем-то иным. Агата притянула к себе белую рубашку и понюхала её. Вроде бы не пахло, но почему-то… Девушка еще раз взглянула в свое лицо. По нему стекали тонкие струйки воды, а мокрые волоски прилипли к лицу.       Эта ситуация буквально выбила почву у неё из-под ног, и даже дело не в том, как он себя вел, а в том, что он сказал до этого. Но…       – Какого черта… – Она сжала челюсти плотнее. – Что этот придурок себе там надумал? Вести себя подобным образом… У него что, последние мозги стряслись?       Она бормотала себе это под нос, и злость внутри неё накручивалась еще больше.       – Кем он себя возомнил, чтобы говорить что-то подобное мне? Он что... – Внезапно ей на голову полилось что-то склизкое и холодное.       – Ой, я спутала сиротку с мусоркой.       Агата подняла глаза на зеркало и пересеклась взглядом с рыжеволосой девушкой. Сайко, держа в своей руке коробочку с вскрытым молоком, открыто ухмылялась, глядя на шатенку. По темным волосам Агаты и темно-синему пиджаку стекало прокисшее молоко, которое отвратно воняло.       – Что, прости? – Агата приподняла бровь. Она подумала, что ослышалась, но Сайко, будто проявив чудеса любезности, повторила:       – Я тут кое-что узнала. Ты у нас, оказывается, сирота. – Сайко снова начала лить на макушку Агаты молоко. – Родителей потеряла еще в раннем детстве, и с тех пор ходишь к мозгоправу.       Агата округлила глаза, услышав эту фразу. Она уставилась в зеркало, по коротким прядям шатенки молоко стекало вниз по её лицу и одежде. В голове билось: «Что она только что сказала?». Сайко не заметила перемен в Агате, а посему продолжила разглагольствовать:       – И как такая ничтожная букашка посмела думать, что ты достойна того, чтобы быть рядом с моим милым Тео? – Она поставила коробку с молоком на макушку Агаты. – Не думай, что своей вонючей дыркой, ты можешь кого-то завлечь.       Сайко достала из кармана канцелярский нож и с характерным, скрипящещёлкающим звуком лезвие вылезло на несколько сантиметров. Брюнетка с короткой стрижкой, и её светловолосая хвостатая подружка, стоявшие по бокам от Агаты, переглянулись. Им было уже не впервой наблюдать и участвовать в таких «расправах» Сайко.       – Может, мне подправить твою мордашку? Чтобы ты, наконец, поняла, кто здесь мамочка, и кого нужно слушать? А может, волосы укоротить, что думаете девочки?       Блондинка и брюнетка, которые до этого стояли без движения, схватили Агату за руки. А Сайко, которая, как оказалось, была немного выше Агаты, схватила её за мокрые от молока волосы:       – Фу, даже трогать тебя противно. Но что не сделаешь ради моего милого Тео. – Оскалившись Сайко поднесла лезвие к глазу Агаты. – Ты на удивление спокойна. Видимо знаешь, кто мой отец, да?       – А ты для школьницы слишком дерзкая. Угрожать ножом своему кохаю, это тебе не кажется слишком? Ответственности не боишься?       – Даже если я тебя здесь на куски порежу, отец просто замнет все.       – Вот как. Богатенькая сучка, значит? – Волосы на затылке Агаты сжались сильнее, и Сайко злобно ухмыльнулась:       – Ничтожная шлюха, как ты, даже дышать с ним одним воздухом не должна. Такие люди, как ты, должны либо знать свое место… Либо сдохнуть, как и твои родители.       Агата растянула свои красивые губы в улыбку, отчего её клыки стали отчетливее выпирать из-под верхней губы.       – Сенпай, знаешь, в чем твоя проблема? – Она медленно заговорила, не отрывая взгляда от отражения Сайко. – Ты словно лабораторная крыса, действуешь ровно так, как и от тебя ожидают.       Рыжеволосая нахмурилась и дернула за волосы девушку сильнее:       – О чем ты?       – Ты же пролезла в кабинет секретаря и прочитала мое личное дело, так?       Сайко сдвинула брови к переносице. Она не могла понять, почему Агата, которая практически была в заложниках, и которой угрожала, была так… спокойна?       – Ты ведь даже не потрудилась прочитать дальше второй страницы, да? – Спокойно продолжила Агата. – И не задумалась, почему личное дело и медицинская карта не находятся в одной папке, верно? И тебя, конечно, не смутило, то, что толщина этой папки была буквально в пару листков.       – Что ты хочешь этим сказать?       – А то, моя милая сенпай, что, если ты хочешь узнать о человеке, который тебя беспокоит, ты должен узнать о нем все. Вплоть до того, какого цвета на нем белье. На тебе, кстати, красные танго.       Сайко сглотнула. Спокойный тембр Агаты её начал пугать, но она все равно приблизила нож к щеке девушки:       – Подсматривала, пока я поднимаюсь по лестнице?       – Комплекс «Сияние», пятнадцатый этаж, квартира 1521. – Агата буквально оскалилась. – Код от входной двери: 7912...       – Стой, ты не можешь… – Сайко вытаращила на неё свои глаза. Это точно был её домашний адрес, а цифры… Они были верными.       – 06. -Договорила Агата - Это год, месяц и день рождения твоей умершей матери, верно?       Икихико и Мико, которые удерживали руки Агаты, переглянулись. Вся ситуация явно выходила из-под контроля.       – Кто ты такая, ты сталкер? Ты пробралась ко мне домой?       – Пф. – Агата усмехнулась и взглянула на Сайко с пренебрежением, – зачем мне лично это делать? У меня не так много свободного времени.       Прямо сейчас девушка с серебряными глазами наблюдала за лицом «королевы» Терикагояку с нескрываемым наслаждением. Боже, кто бы мог подумать, что беспокойство Каноске может повернуть все в её пользу.       Пару дней назад, когда девушка припозднилась и возвращалась с пробежки, она застала этого лысого мужчину у входа в их комплекс. Он стоял, облокотившись на капот серебристой иномарки и курил. Увидев Агату, он как всегда растянул свои мясистые губы и широко оскалился, сверкнув своим золотым клыком.       – Одзё!       – Ты что-то рано.       – Это кто-то с пробежки возвращается поздно. – С ехидством парировал мужчина. –Кстати, мне тут птичка на хвосте принесла, что какие-то придурки в школе цепляются к тебе.       – Тц…       – Ты языком ещё цокаешь? Так это правда? – Лысый зло сплюнул и закатал рукава своей водолазки. – Твою мать, я этих тупорылых пиздюков дерьмо жрать заставлю…       – Там ничего такого.       – Ничего такого!? Мне сказали, что тебе землю подбросили в ящик.       – Вот как? И кто тебе это сказал? – В голове Агаты внезапно щелкнуло, и пришло осознание того, что в этой школе есть явно тот, кто сливает информацию её семье. Хотя, было бы странно, если бы таких людей не было.       – Это… Ну…       – Если ты не можешь мне сказать, то это явно был не Юма. Возможно, кто-то из преподавателей?       – Эм… – Каноске попытался отвести взгляд, на что Агата подошла ближе и, прищурившись, посмотрела на мужчину.       – Ладно. – В конце концов увидев, как по его виску стекает крупная капля пота, но он все равно не хочет ничего говорить, Агата сдалась.       – Одзё, – почесал шею Каноске, – я единственного не понимаю, почему ты ничего не делаешь.       – А что мне делать?       Он округлил глаза:       – Скажи нашим парням слово, и они дух из этой Каваками выбьют. – Каваками? – Она подняла бровь и перевела взгляд на мужчину. – Ты что, копал под школьницу? Ками-сама, Каноске, ну что за…       – Не то что бы копал, – попытался сыграть невинность амбал, нервно отведя глаза, – но попросил немного присмотреть за этой сучкой.       Агата устало потерла переносицу. Она уже и забыла, как это бывает, когда являешься наследницей клана якудза, и тебе кто-то начинает ставить палки в колеса. В её голове тут же всплыл давний случай. В начальной школе один мальчик хотел своеобразно поухаживать за ней и кинул фальшивого таракана в суп. Так Каноске после оставил под дверью того самого мальчишки целую коробку с дохлыми тараканами и запиской «тебе смешно?». Стоит ли говорить, что мальчика перевели из той школы, а родители в спешке переехали из того района.       – Ну. – Требовательно она посмотрела на Каноске. – И что ты сделал на этот раз?       – Ничего.       Девушка поджала губы и требовательно посмотрела на мужчину. Игра в гляделки продолжалась полминуты, пока наконец мужчина громче не крикнул:       – Ладно, ладно. Вот! – Он открыл дверцу машины и, покопавшись в бардачке, отдал ей толстую папку.       – Ты что, всё вплоть до её трусов что ли узнал? – С сарказмом проговорила Агата. Но пролистнув пару страниц, она приподняла бровь – А. Так и правда вплоть до трусов…       И вот, смотря на рыжеволосую девушку, которая уже не была такой бойкой, Агата продолжила:       – Просто, если бы ты видела мою настоящую медицинскую карту, то ты бы не делала таких вещей.       – Ч-что ты имеешь в виду?       В одно движение Агата вырвала руки из неумелой хватки Мики и Икихико. Затем схватив одну и другую за волосы на затылке, резко ударила их обеих лицом о каменную раковину. Не давая опомниться Сайко, Агата правым кулаком ударила ей в лицо. Отчего она практически отлетела от Агаты на полтора метра и упала на задницу. Все это произошло меньше чем за половину секунды. Вероятнее всего, им вообще показалось, что она сделала это все за одно движение. Девчонки упали на пол без сознания, словно марионетки, которым обрезали веревки.       Осоловевшая от такого поворота событий Сайко направила на Агату нож. Её руки тряслись, а голос дрожал. Агата задела её по касательной и приложив минимум усилий, но, судя по всему, попала прямо в скулу.       – Не подходи! Я… я все расскажу отцу, и он тебя…       Агата присела на корточки и приподняла бровь:       – Он мне что? Договаривай, мне интересно, что может предложить владелец клиники, который уже во второй раз закладывает дом родителей жены.       Сайко округлила глаза и крикнула:       – Как ты смеешь врать, сука! Мой отец он…       – Он игрок, алкоголик и неудачник, который едва может содержать ваш дом и бизнес. Кстати, ты что пообещала секретарю за то, что она даст тебе мое личное дело? Лечение ребёнка, да?       Сайко вздрогнула:       – Как ты…       – Спрошу тебя еще раз, – Агата уже открыто скалилась, – ты действительно не поняла, почему в моей папке было так мало бумаг?       – Ты… ты… – Внезапно на лице Сайко мелькнуло понимание, – ты все это продумала с самого начала?       – Ну, не то что бы сначала. Это был план на случай, если у тебя, – она накрутила прядь своих темных волос на палец, – пригорит до такой степени, что ты решишь снова докучать мне.       – Ты попросила секретаря заменить документы?       – О, нет. Все документы, которые содержатся у секретаря в кабинете, это лишь краткая характеристика. Которую, впрочем, ты все равно не удосужилась прочитать полностью.       Сайко нахмурилась.       – Но где тогда твое настоящее личное дело?       – Как где? У нашего Джизо-сана, конечно. – На её непонимающий взгляд она пояснила: – У директора. Я об этом знала, а вот ты, судя по всему, нет. Серьезно, вы детишки, чертовски предсказуемые. Даже пытаясь издеваться, вы будто действуете по заранее отработанному алгоритму. Где импровизация и неожиданность, а?       – Предсказуемы?       – Конечно. Мусор, оскорбления и тычки. Игнорирование в классе и так далее. Сначала это было даже весело, но сейчас стало надоедать свой однообразностью. И дай это сюда. Если не умеешь обращаться, то лучше не брать в руки. Можешь навредить себе, – она с силой вырвала нож и руки Сайко. – Ты даже с ним обращаться не умеешь.       Девушка задвинула лезвие, и убрала нож в карман пиджака. Внезапно Сайко дернулась к Агате с явным намерением ударить её, но девушка схватила рыжеволосую за горло и поднялась на ноги. Крепкая хватка шатенки не давала вздохнуть Сайко. Её лицо покраснело, и она с усилием попыталась отцепить от себя руку Агаты, но та будто не ощущала её трепыханий. Шатенка приподняла её одной рукой так, что теперь Сайко едва касалась носками обуви пола. Это действие не потребовало от Агаты никаких особенных усилий, словно именно в этот момент её связь с осколком частично восстановилась.       – Знаешь в чем твоя проблема, Сайко-тян? Ты не увидишь опасность, даже если голову в пасть льва засунешь.       – Ч…что ты…       – Если бы ты прочитала немного внимательнее те несколько листочков, ты, возможно, была бы осторожнее. И знала, что ко мне не стоит лезть с ножом для бумаг. У меня крайне хреново с контролированием эмоций, смекаешь?       Она сжала свои пальцы сильнее на хрупкой шее Сайко. Черт, да Агата ощущала, что если приложит немного больше усилий, то может легко сломать её шею. Вот только проблема была в том, что она не чувствовала ни каких угрызений по этому поводу. Агата делала то, что действительно считала правильным. И сейчас она считала правильным проучить эту заносчивую суку – Сайко. В какой-то момент Агата разжала руку, и Сайко, как мешок с картошкой, упала на пол и начала судорожно кашлять, пытаясь прийти в себя. Рыжеволосая хныкала и кашляла, вытирая сопли, слезы и слюни, которые появились на лице из-за хватки Агаты.       – В следующий раз. – Шатенка присела возле Сайко, – перед тем, как найти себе новую жертву для издевательств, поинтересуйся, кто она и не имеет ли эта жертва больше власти чем ты.       Агата мило посмотрела на дрожащую от страха девушку и протянула к ней свою ладонь. Убрав прядь её волос за ухо, Агата тихо и спокойно проговорила:       – Ведь прямо сейчас я могу щелкнуть пальцами и через час от тебя и твоей семьи не останется никакого следа. Но я не хочу этого делать, понимаешь? Я просто хочу нормальной школьной жизни. Так что не вынуждай меня. Договорились, Сайко-тян?       Сайко хрипло и натужно проговорила:       – Ты… не Хоторибэ.       – О, так ты хотя бы что-то в личном деле правильно прочитала. Молодец.       Сайко, когда читала личное дело, была немного смущена тем, что написанная латиницей фамилия девушки была замазана корректором и исправлена от руки. Словно кто-то хотел скрыть то, как правильно читается её фамилия. И в этот момент до рыжеволосой девочки дошло, почему её транскрипция фамилии был замазана, и почему она пишется так же, как и фамилия еще одного человека. Каждый в школе знает этого наследника конгломерата. Все знают того, кого связывают с самым влиятельным кланом якудза. Абэ Юма. Вот только она не думала, что сказки о том, что у Юма есть сестра, на самом деле не сказки.       Агата поднялась на ноги и взглянула сверху вниз на рыжеволосую девушку:       – Я далеко не положительный персонаж в этой истории, Сайко-тян. Так что не нужно испытывать мое терпение.       Она пошла в сторону двери, но в какой-то момент остановилась и проговорила:       – И, если я узнаю, что кто-то болтает обо мне… – Агата снова улыбнулась очень мило и по-доброму. – Мы снова с тобой встретимся.       Сейко закивала головой, словно китайский болванчик.       – Я ничего не скажу. Обещаю.       Агата прищурила свои раскосые глаза и удовлетворенно кивнула. Подойдя к двери, девушка легонько её толкнула и вышла в коридор. Было тихо, вероятнее всего уже начались уроки, пока они там выясняли отношения. Агата выдохнула:       – Как же заебало. – Проговорила она тихо на английском.       – Да неужели? – Раздался знакомый голос совсем рядом с Агатой.       – Давно здесь?       Агата выпрямилась и повернула голову. Она не была удивлена видеть его здесь. Скорее, она была удивлена, что он не вмешался в её разговор с Сайко раньше.       – Порядочно. – На неё смотрели светлые голубые глаза. Сейчас цвет глаз Хендерсона казался иглами, которые впивались под кожу Агаты.       – Хочешь поговорить об этом?       – Был бы не против. У меня есть вопросы.       Агата устало выдохнула и вытерла с лица остатки кислого молока. Она перевела взгляд на Чикава, словно в голове в этот самый момент прикидывала что делать. Стоит ли прикинуться идиоткой? Тупо и бессмысленно, скорее всего, он слышал многое, если не многое, то большую часть. Отпираться бесполезно. Хотя, он и сам знал, что её пытаются травить, но…       – Хорошо. – Она наконец выдохнула – Если я скажу, что мы уйдем прямо сейчас, – ты согласишься?       – Да. – Не задумываясь ответил светловолосый, не отрывая взгляд от Агаты. Оставался один урок до конца занятий, но ему явно было интереснее узнать о ней, нежели чем слушать нытье классного руководителя об их экзамене.       – Тогда пошли ко мне домой.       – Что?...– Правда, такого поворота событий Чикава точно не мог ожидать.