Сёнити

Небольшая группа мастеров стояла в оживленном холле около тренировочных залов и беспечно болтала. Вокруг них семенили юнлинги и падаваны, торопящиеся на свои спарринги и лекции. Так же в холле слонялись различные дипломаты в ожидании своих аудиенций. Было крайне шумно и оживленно. У джедаев почти не было возможности собраться вместе, у каждого были постоянные разъезды и миссии. Спустя долгое время Квай-Гону, Талл, Мейсу и Пло удалось увидеться и теперь они старались наверстать время. Мастер Джинн очень дорожил друзьями, готов был пойти за каждым из них под залпы бластеров, но понимал, что они всё дальше и дальше становятся друг от друга с каждым годом. Всё меньше между ними было близости и открытости и больше пространных рассуждений о Силе, долге и предназначении. С легкой завистью он посмотрел на группу юнглигов, которых вел Йода — у них всё еще было впереди. — Достает Сенатор датапад и говорит, что если не подпишем сегодня, то … — увлеченно болтал Пло, рассказывая о последнем своем приключении во время дипломатической миссии к вукки. Талл и Мейс изо всех сил заинтересованно кивали его воодушевленной речи. Вдруг руку Квай-Гона резко закололо, он невольно вскрикнул. Боль была острой и неожиданной. Мастер резко отдернул рукав туники и удивленно уставился на запястье, на котором начали пролезать очертания символов. — Что случилось? — нежно спросила Тал, беспокойно глядя на него. Квай-Гон привык доверять своим друзьям, но сейчас чувствовал, что происходит нечто слишком личное, чтобы делиться им с другими. — Извините, я догоню позже, нужно бежать. Квай-Гон распрощался быстрым поклоном и пошел прочь. Мысли носились хаотично в голове, сердце стучало будто он бежал от стаи разъяренных бант. Взбежав по лестнице, Квай-Гон сделал глубокий вдох и еще раз посмотрел на руку. Там продолжали проявляться инициалы. Определенно, это было оно то самое — имя. Квай-Гон почувствовал, как его грудь сжалась. Он уже давно перестал верить в эту легенду, однако судя по проявляющимся буквам это всё-таки случилось. Его плеча неожиданно коснулись, выводя из размышлений. — Мастер, я вас везде ищу — это был Кстанатос — я думал у нас сегодня спарринг. — Ох, точно, прости, мой юный ученик, я немного ушел в себя — извинился Квай-Гон, — пойдём. Наставник и падаван прошли в тренировочные залы. Джедаи выполнили разминку и приступили к бою. Квай-Гон не мог сфокусироваться, он отрешенно глядел на Ксанатоса и медленно реагировал на его выпады, блокируя удары в самый последний момент или отскакивая назад. Перед началом тренировки Мастер Джинн замотал запястье бинтами и очень надеялся, что никто кроме него не увидит и не узнает об изменениях в его жизни. После разгромного поражения от ученика, который нахально и самодовольно улыбался, болтая про немощных стариков, Квай-гон невольно задумался о том, что не может примерно представить возраст своего избранника. А что делать если Соул уже старик? Имя проявилось пока он стоял в холле, в самом населенном месте храма. Там за день проходит весь Орден, а в полдень, когда они там были, находилась точно половина всего населения храма. Кто из них был его Соулом? И почему имя проявилось именно сейчас? Но ответов видимо нужно было подождать до вечера. После тренировки к нему тут же подлетел Мейс, ядовито прокомментировав его боевые навыки. Мастер Винду деловито начал рассказывать о новостях с Внешнего Кольца, затем потащил его к столовой. Вообще-то Квай-Гон любил болтать с Мейсом о политике и устройстве галактик, но конкретно сегодня он хотел убить каждого кто пытается с ним заговорить. А таких видимо собрался весь Орден. Пока они сидели в столовой, запястье начало ужасно зудеть и чесаться. Рядом буйно общались малыши лет пяти, и сосредоточиться не получалось абсолютно. Он рассеянно кивал Мейсу, и тот видимо был в некотором шоке от его сегодняшней послушности. Во время всех этих киваний Квай-Гон даже согласился пойти на лекцию о каком-то новом производстве астродроидов. Где пришел в себя, зажатый между Талл и Мейсом. Зато там наконец-то появилось время подумать и разобраться в происходящем. У Квай-Гона начал созревать план. Сначала он посмотрит имя, а потом, влетит в жизнь своего избранника как ураган. Или нет, наверное попробует позвать его в тот ресторанчик. Хотя если у избранника не будет инициалов Квай-Гона? А если у него уже будет партнер? И, ох, может он окажется нормальным прагматичным джедаем, неверящим в легенды далеких планет. Хотя с чего он вообще решил, что Соул будет джедаем? Вдруг он, например, уборщик? Квай-Гон нервно засмеялся, Мейс удивленно посмотрел на него. На слайдах показывали устройство антенн астродроидов R7 и весело судя по всему было одному только Квай-Гону. Мастер напустил своё самое серьезное и невозмутимое выражение лица и попробовал вникнуть в новые технологии. Наконец, лекция закончилась. Квай-Гон радостно вскочил с места, попрощался с магистрами очередным быстрым поклоном за сегодня. Талл и Мейс смотрели на него с большим недоумением, явно желая расспросить, но решили воздержаться. Мастер Джинн уже летел по коридору, на ходу перебирая варианты возможных партнеров, когда его резко перехватил Йода. Гранд-мастер абсолютно не стесняясь ударил его по голени, чтобы привлечь внимание. — Разговор нам предстоит, — наставительно заявил Йода. — О, Сила, сейчас? — вздохнул Джинн. — Дела есть более важные у тебя? — Нет, Мастер — грустно ответил Квай-Гон. Видимо Сила решила испытать сегодня его терпение. Джедаи медленно прошли по коридорам к небольшому залу для медитаций. Там они расположились на пуфах и приготовились к разговору. — Падаван меня твой беспокоит, — прояснил тему Йода. — Ксанатас? — Темную сторону я в нем ощущаю. Квай-гон удивленно посмотрел на магистра. Он конечно не был наивным, но считал себя внимательным. Ксанатосом мастер гордился, считал, что юноша имеет большие перспективы и нравится всем окружающим. — Привязан к семье он слишком и горд. Растет только его тщеславие. Вернулся он с миссии и темнее всё аура вокруг него. — продолжил Йода. Квай-Гон задумался, он замечал порой всплески эмоций ученика, но всегда они казались несерьезными и порой курьезными. Ксанатос взрослел и имел нестабильный характер, однако это не было чем-то из ряда вон выходящим. Сейчас же, если сам Йода вывел его на разговор, то дело было серьезное. — Не принимай сразу решений, наблюдай. И осторожен будь — посоветовал гранд-мастер. — следи за падаваном. — Хорошо, наставник. Может быть помедитируем вместе? Йода кивнул и они погрузились в медитацию. Квай-Гон сортировал свои воспоминания и выискивал в них изъяны в поведении Ксанатоса. Он провел несколько часов в этом состоянии, закончил уставшим и мрачным. С благодарностью кивнул Йоде и побрел в свои комнаты. В голове роились мысли о возможности падении падавана на темную сторону, перемешанные с руганью себя за поощрение общения юноши с влиятельным отцом и учительскую невнимательность. Джедай чувствовал себя выжатым как лимон. Квай-Гон зашел в комнату и направился в ванну. Там задумчиво посмотрел на своё отражение. Когда же он наконец вырастет и потеряет свой романтизм и слепость к близким людям? Дуку давно говорил, что ему нужно стать более серьезным и закрытым. Квай-Гон машинально размотал бинты на запястье и уставился на руку. Там черными буквами прорисовывалось имя, абсолютно ему незнакомое — «Оби-Ван». Джедай вздохнул и включил душ.