the owl house: broken au

Луз открыла глаза и увидела свою старую комнату… Верно… Она вернулась на Кипящие острова… Воспоминания нахлынули, как товарный поезд. Ее друзья, ее семья… Ее мать… Мама… Мама. О, Титан, ее мама здесь, на Кипящих островах, о, Титан, нет, — ее сердце бешено колотилось, ее тревога росла. — О нет, нет, нет, нет! Она не может быть здесь! Она узнает обо всем и мы будем вынуждены снова переехать и никогда не увидим Иду или Эмити или- — О, пожалуйста, заткнись и дай мне подумать, Луз! — крикнули Селез, обрывая ее. Луз подняла глаза и посмотрела на Селез. Их лицо спрятано в ладонях, большие пальцы потирают виски. Они что-то тихо бормотали себе под нос… Но они дрожали? Те, кто являются ее обидчиком… Дрожат? Из—за какого-то человеческого дела? Луз медленно подползла к Селез и остановилась в полуметре от них. Она нерешительно положила руку им на плечо, но они тут же оттолкнули ее. — Н-не прикасайся ко мне! — прошипели Селез, и в их голосе зазвучал страх, и они мгновенно отпрянули от прикосновения. Когда они понял, что это Луз, онт немного успокоились и смущенно отвернулись. Луз смутилась. Такие растерянные. Она никогда не думала, что ее похитители будут бояться, я имею в виду, посмотрите, что произошло… Конечно, мама последует за ней в ее волшебную реальность, которая может быть очень опасной… Но… Селез боялись чего-то другого… Возможно, это связано с тем, что они упомянули, что в какой-то момент их «назначили»… Может быть, Императорами Ковена? — Великий Титан, мысли раздражают… — Луз оживилась, когда Селез заговорили снова, их голос больше не дрожал. — Чего ты боишься? И ты не можешь сказать, что это ничего, потому что мы слишком долго были вместе… Я пойму, что ты несешь фигню, — упрямо сказала Луз. Селез немного повернулись, чтобы видеть Луз краем глаза, и усмехнулись ее заявлению. — Люди… Такие чертовски настойчивые и любопытные… — Это я для тебя, — призналась Луз с легкой улыбкой. Ее левая щека пульсировала тупой болью от заживающих царапин, когда она улыбалась, но она не обращала на это внимания. — Ну, тогда называй это фигней… Я тебе ничего не скажу, — фыркнули они, вставая. Лицо Луз вытянулось. — То, что мы почти целый год думали об одном и том же, вовсе не означает, что я действительно соглашусь… Ты еще глупее, чем думаешь. А теперь давай выберемся из этой комнаты и заберем Камилу с Кипящих островов. Луз встала, потирая руки. Лозы схватили ее, и пока адреналин был на высоте, она пыталась вырваться из их хватки. Возможно, это вызвало какие-то синяки или царапины, но было плевать. Состояние комнаты свидетельствовало о большом движении или активности, даже запах говорил об этом, хотя было слишком сложно описать, кто на самом деле был здесь, кроме нее. Он также был несколько затхлым, что означало, что все, что произошло, действительно произошло некоторое время назад. Как долго она была без сознания? Луз подошла к двери и схватилась за ручку, чтобы дернуть ее. — Черт! — взвизгнули Селез, а Луз захныкала, когда оба схватились за руки от боли. Конечно, они делят основное тело, значит делят боль. Очевидно, когда Селез что-то делали с Луз, их тело чувствовало только эту боль, но в меньшем масштабе. Луз тряхнула рукой с шипением, вырвавшимся изо рта. Она повернулась и попыталась открыть окно. Случилось то же самое. Это было похоже на заклинание, которое Эмити использовала, когда Луз захватила близнецов Блайт и ее наставницу в плен к ползающим чудищам. Ида, должно быть, заколдовала комнату на случай, если Луз попытается сбежать… Похоже, она застряла здесь, пока Ида или Лилит не придут за ней. Луз подошла к своему спальному мешку и села на него. Она осторожно проводит рукой по ткани, но останавливается, когда чувствует на ней жидкость. Она наклоняется, чтобы рассмотреть. На спальном мешке еще не высохли мелкие капли… Слезы… Рукой она провела по лицу. Они были не ее. Луз глубоко вздохнула. Ее тело наполнилось отчетливым запахом. Запах Эмити… Она была здесь… Не одна, конечно, но она была здесь и плакала… Луз нахмурилась, ее глаза непроизвольно приобрели свой естественный ярко-шоколадный цвет. Она расстроила Эмити, причинила ей боль, как она делала это со всеми остальными. Луз никогда не хотела этого, но это случилось… Против ее воли… Хорошо… В основном против ее воли… Она не хотела, чтобы Эмити ввязалась в это дело… Так что ей нужно было отдохнуть, чтобы двигаться вперед… Хотя бы ненадолго. Луз плюхнулась на спальный мешок и устроилась поудобнее, уставившись в потолок. Мысли закружились в ее голове одновременно, пока она смотрела. Ее зрение начало расфокусировываться. Луз повернулась к Селез. Они сидели поодаль друг от друга. Луз встала и подошла, плюхнувшись перед остроухим подростком, но оставив некоторое пространство между ними. Она щелкнула пальцами у них перед носом. Селез отреагировали мгновенно, протянув руку, чтобы ударить того, кто стоял перед ними. Луз ахнула и бросилась назад, чтобы избежать их удара. — Ох… Это опять ты… Чего ты хочешь теперь? — недовольно сказали они, когда Луз поднялась. — Хорошо… Мы застряли здесь и кто знает, как надолго, — она нервно заломила руки, глядя на свои колени. — Может, расскажешь мне, в чем дело? Луз не могла заглядывать в их мысли так часто, они заблокировали большую часть своих мыслей от любопытных умов, таких как Луз. Селез посмотрели на Луз, их брови нахмурились, затем позади них появился экран размером с театральный. Он представлял собой то, что Луз видела в своем мире. Это напомнило ей один фильм… Селез вздохнули, когда они повернулись, чтобы посмотреть на Луз. Они выглядели усталыми… И немного побледнели от страха. — Отлично, — наконец прорычали они, глядя вниз на что-то, чего Луз не могла видеть. — Мне больше нечего делать… Если он узнает, что я тебе сказал… он наш глава. Селез нарисовали магический круг своей рукой. Луз почувствовала, как боль отступает, и посмотрела на свои руки. Травмы исчезли, не оставив после себя никаких болезненных ощущений. Она провела рукой по щеке, и царапина исчезла. Она снова посмотрела на свою руку, особенно на предплечье. Синяки немного поблекли, но остались такими же, как и все остальные раны… Все это она нанесла себе сама… Как механизм преодоления боли… Она знала, что это неправильно… Но физически она не могла сделать ничего другого. Особенно быть запертой в своем собственном мире с этой ведьмой. Луз оглянулась на них и увидела, что они стиснули руки. Ее сердце, казалось, тоже зажило, никакой жгучей боли не ощущалось. — Я напал на тебя не нарочно… Ну, не для этих целей. Я очень долго не знал, что ты существуешь… Меня назначили найти тебя… Клянусь императором Белосом… — Они вздрогнули, произнося его имя. Луз подавила желание выкрикнуть ругательства и восклицания, придерживая язык. — Он не хотел, чтобы ты участвовала в его планах, — продолжали Селез. — Он не хотел твоей смерти… По крайней мере, так я понял. Другая мысль была о том, что если ты вернешься на Кипящие острова… Я доставлю тебя к нему… Позволю ему делать все, что он захочет… Я не хотел, чтобы это случилось с тобой, Луз! — Селез посмотрели на Луз, их оранжевые глаза были полны отчаяния и страха. — Я узнал о тебе благодаря этому заданию, и ты показалась мне хорошим ребенком… Я… — Их голос слегка дрогнул, и они снова опустили глаза, чтобы собраться. Луз посмотрела на склоненную голову Селез с некоторым удивлением… Сочувствие? Жалость? Она не была уверена… Она сочувствовала им, но… Они могли бы выбрать другой способ справиться с этой миссией… С другой стороны, император Белос был виноват даже в том, что дал это задание кому-то вроде их. Мысли метались между гневом и жалостью, но отодвинула их в сторону, когда Селез снова зашевелились. — Я вырос верными императору Белосу и его Ковену… Кроме этого, Я ничего не знал. Ни родственников, ни друзей, ни дома, кроме замка. Ковен учил меня быть неумолимым чародеем, делать то, что лучше для ковена и королевства… — Они хмуро смотрели на свои трясущиеся руки, в основном на ту, что с веревками, привязанными к пальцам. — Я был создан, чтобы стать солдатом императора… Т-Титан, я был создан, чтобы быть ужасным монстром! — говорили они, пряча лицо в ладонях и хватаясь за волосы, когда они начали закручиваться в спираль экзистенциального кризиса. — Я сделал тебе больно, не подумав! Я сделал тебе больно, чтобы угодить ему! Глаза Луз расширились от удивления, когда эмоции Селез хлестнули и оставили их дрожащим беспорядком перед ней, они тихо бормотали «прости» себе под нос. Поэтому Луз, будучи заботливым и ласковым человеком, каким она и является, подвинулась, медленно наклонилась вперед и крепко обняла их. Селез мгновенно напряглись от прикосновения, но затем, постепенно, расслабились. Когда они обнялись, эмоции вырвались наружу. Они обняли Луз и зарыдали, уткнувшись ей в грудь, рядом с человеческим сердцем, от которого исходило теплое красное сияние… Луз увидела глубокую перемену в Селез. И почувствовала глубокое облегчение и гордость за них.