For one night

      Чон Чонгук — владелец огромной корпорации. У него в руках целая империя, направленная на различные сферы жизни. Но даже его смогли обвести вокруг пальца, как маленького ребенка. Его это бесит до трясучки. От его бешенства уже успел пострадать кабинет. Пару раз пыталась зайти секретарша, только вот ее никто не впустил. Ей хватило одного лишь взгляда начальства, чтобы понять о том, что сюда лучше не входить и никого не стоит впускать. В противном случае можно и работы лишиться. Эта бедная девушка из-за такого настроения босса целый день сидит, словно на минном поле. Она лишь слегка боится того, что может случиться дальше. Даже вздрагивает, когда слышит как стационарный телефон перед ней начинает звонить.       — Да, господин Чон.       — Позвони в компанию Мин и назначь им встречу через два часа в ресторане.       — Какая кухня должна быть у заведения?       — Мне плевать какая кухня, Виен! Я просто прошу тебя забронировать стол на троих и назначить встречу, а потому будь так добра избавь меня от лишних вопросов.       — Хорошо, господин Чон.       В последний раз у Чонгука было такое настроение года два назад, когда тот пытался заключить контракт с весьма важной компанией. Тогда в офисе стояла просто адовая атмосфера, которую сложно с чем-то сравнить. Виен до сих пор вздрагивает, когда слышит, как где-то хлопает дверь, а еще иногда и подпрыгивает с места, слегка наклоняясь вперед для приветствия. И вроде бы ее начальник не такой, каким может показаться, но когда дела идут из ряда вон плохо, то существовать с ним в одном помещении весьма страшно. Он готов рвать и метать.       — Добрый день, прошу прощения за беспокойство, вам звонит секретарь Чон Чонгука, мы бы хотели перенести вашу встречу на завтрашний день.       Да, теперь ей предстоит отменять или переносить встречи на другие дни, потому что сейчас о подобном не может быть и речи. Она хорошая секретарша. Всегда грамотно и правильно выполняет поставленные ей задачи, чувствует настроение Чона и если что корректирует расписание, как, например, сейчас. В такие моменты телефон из ее рук не исчезает ни на минуту.       — Виен, я уехал, — при выходе из кабинета произносит директор. — Отмени все встречи на сегодня. Все, кроме семьи Мин. Если меня спросят – я на переговорах.       Все что успела сделать секретарша — встать с места и поклонится. Она не произносит ни слова. Просто дожидается, когда Чонгук уйдет из офиса и продолжает разговор.

***

      — И так, Чонгуки, зачем же ты пригласил нас на обед? Разве твои вопросы нельзя решить посредством телефонного звонка?       Мин Юнги и Чимин — семейная пара, со своей сетью казино. Весьма зажиточные ребята, которые прокручивают некоторые махинации, чтобы разбогатеть еще больше. Сами разработали схему, благодаря которой прибыль с каждым днем становится все больше и больше. Раньше Чимин был против подобного, потому что не видел смысла в махинациях, но его смогли убедить. Они заставляют своих крупье учить все схемы, заставляют подписывать контракт о неразглашении тайны и выбирают только самых лучших. Эти хищники не зря сошлись. Чимин — тот, кто отвечает за то, чтобы в казино были хорошенькие девушки, которые смогут развести клиентуру на разорение кошелька, а Юнги — ответственный за махинации с картами и автоматами. В далекие времена, когда они впервые познакомились, те не могли даже взглянуть друг на друга, потому что недолюбливали, но у Мина свои методы имелись в кармашке, а потому ему и сдались.       — Мне тоже стало интересно, почему сам Чон Чонгук решил с нами встретиться спустя столько времени.       — Хватит вам уже надо мной смеяться, мне нужна информация по вашему рабочему.       В воздухе моментально повисает тишина, прерываемая лишь звоном приборов с других столиков. Эта парочка давно уже не виделась с давним приятелем. Они сразу поняли, что здесь что-то не чисто, когда приняли информацию.       — И что же мы получим, если предоставим ее? — первым в разговор включается Чимин. Он, словно хищник, складывает руки в замке пред собой и слегка облизывается.       — Я знаю, что вы оба за своих сотрудников всегда стоите горой, но мне действительно надо узнать о таком человеке, как Ким Тэхен.       — Ты прав, но мне нужно понимать что он натворил, прежде чем оказывать тебе подобную услугу.       — Как бы сказать... — он сидит, словно на иголках. Ему совсем не нравится весь этот допрос. К тому же, зная характер знакомых, добром это не кончится. — В общем, этот крупье переспал со мной, но по моей инициативе. Правда, в конце, этот придурок развернул все так, словно это он мной воспользовался. Назовем это так.       Да, он сейчас похож не на владельца компании, а на подростка. Это вызывает смех у Юнги. Вся эта ситуация смешит его так, словно сейчас Чон рассказал самый лучший анекдот. В первые за пять лет общения с ним, Мин видит его в подобном состоянии. Да его же обвели вокруг пальца, как ребенка сосущего палец!       — Юнги! — да, только Чим может успокоить его одной только фразой. — Прекращай, — хотя и тот едва ли сдерживает собственный смех.       — Просто я впервые вижу его в подобном состоянии. Ты ведь понимаешь, что наш лучший крупье смог обвести этого засранца?       — Ребят, давайте может…       — Ну уж нет, я теперь хочу, чтобы ты мне все расписал в красках, идет? — старший слегка успокаивается и приходит в себя после такой уморительной истории. — Потом в голосовом сообщении все скинешь. Я должен знать, как тебя стебать в ближайший год.       — Так, ладно. Я дам тебе информацию по этому крупье, а ты действительно запишешь Юнги эту историю.       — Бляяять….Вы издеваетесь…       — Нет, сладкий, мы просто готовы оказать тебе услугу за услугу, — тот подносит к губам бокал с водой. — Или ты думал, что мы попросим деньги за информацию? Знаешь ли, боюсь напомнить о том, что этим казино владеем именно мы и таких у нас достаточно много.       — Ладно, ладно. Я тебя понял, Чим.       — Что ж, тогда записывай.       Он ждет, пока Чонгук приготовит свой смартфон для записи всей информации. Правда, в голове его сейчас шастает идея о том, чтобы немного напакостить такому засранцу, как Чон Чонгук, который не помнит о своих друзьях, но об этом пожалуй позже.       — Что ж, Ким Тэхен. Ему двадцать шесть лет, не женат, детей нет. Номер телефона вышлю тебе чуть позже.       — Что касается адреса?       — Тебе повезло, малыш Чонгуки, его квартира находиться в том же комплексе, что и твоя.       — Как же у такого, как он, хватило на нее денег?       — Поверь мне, нашему лучшему мальчику мы платим достаточно хорошо, чтобы он мог обводить вокруг пальца, таких, как ты, — на ранее миленьком личике появляется нотка ядовитости. — Заезжай после в гости, мы будем тебя ждать.       — Хорошо, я заеду, только не надо мной прикалываться.       — Это мы еще посмотрим.       Чон вскакивает со своего места, словно укушенный. Ему срочно нужно увидеть этого Кима, чтобы разобраться со всеми играми. Он пытался, конечно, найти его собственными силами, но ничего не было так просто, как кажется на первый взгляд. Из-за этого придурка, ему теперь надо рассказывать подобный позор такому приколисту, как Мин Юнги, а потом еще год слушать о том, какой он ребенок малый. Возможно, несколько раз в этих шутках будет пролетать фраза о том, что такой ребенок, как он, не может держать в своих ручках такую большую империю, а затем будут предложения о том, чтобы ее выкупить. Потому что «Негоже ребенку во взрослые игры баловаться».       — Как думаешь, Тэхен после встречи сможет выйти на работу? — произносит Юнги, когда они остаются вдвоем.       — Кто знает, кто знает? Я думаю мы еще сможем над ними посмеяться.

***

      За окном погода не из приятных. Слегка моросит дождь, небо затянуло облаками. Тэхен бредет из квартиры в магазин, шлепая ботинками по лужам. На нем кашемировое пальто, которое было бы неплохо не мочить, но все же уже поздно о подобном задумываться. Он медленно прикуривает сигарету и подносит к губам, вдыхая все смолы внутрь. Ему это нравиться. Сигареты в последнее время приносят неимоверное удовольствие, и он сам не понимает почему. Ему нравится, что на губах остается привкус кофе из-за фильтра, нравиться, когда дым доходит до легких. Это своего рода мазохизм. Ты просто уничтожаешь сам себя, пока меж зубов сгорает сигарета. Делаешь себе только хуже. Да, его подобное устраивает сполна. Ему больше ничего не нужно. В кармане список покупок и телефон, в другом — кредитка и пачка сигарет с зажигалкой внутри. Через несколько часов вновь на работу и он совсем не хочет сегодня находиться в зале. Он и так понимает, что сотворил и что за этим теперь последует. Но ведь он работает в той сфере, где экстрим — вещь приятная, где все приятно. Он стал слишком бойким в последнее время и тот маленький момент слабости ничего о нем не говорит. Он выкрутился, поставил одного богача на его места и вернул на землю. Ему нечего терять после подобной провокации, к тому же он и не потеряет. Его учили различным махинациям слишком долго, чтобы взять и все прошляпить в один прекрасный момент.       Сейчас он идет с тележкой между рядов. У него все хорошо. Всегда будет хорошо. Список покупок в правой руке, а в наушниках играет нечто тяжелое. Кажется, по его внешнему виду так и не скажешь, что тот любит AC/DC, курит тяжелые сигареты и может пить как не в себя. Это на работе он весь такой из себя вежливый и привлекательный парень, что своим видом и голосом старается забрать человека на свою сторону, но в жизни все совсем иначе. Он не такой уж и прилежный молодой человек, каким может показаться, он не пай мальчик, и самое главное — ему не надо всем угождать, чтобы начальство погладило по головке. Он может стать просто самим собой. Может вздохнуть полной грудью и на выдохе произнести простое «Блять… Наконец-то свобода…»       Киму нравится вот так вот беспорядочно бродить по продуктовому и класть в корзину продукты не только по списку, но и то, что просто понравиться. Только вот ему совсем не нравится то, что за ним наблюдают и он чувствует это всем своим телом, но пока никак не реагирует. Выжидает, сам пока не понимает что именно, но выжидает. Спокойно проходит на кассу самообслуживания и пробивает свои покупки, после оплачивая карточкой. Его совсем немного, но напрягает это ощущение слежки. Буквально самую малость. С этим же чувством тот идет в сторону дома и лишь у самого подъезда оборачивается, чтобы посмотреть в глаза этому засранцу.       — Долго еще будешь моим хвостиком?       Ему даже не дают рассмотреть этого гребаного сталкера, заставляя прижаться к стене, словно забитого котенка. Ему не дают выхода, не дают спокойно продолжить свое существование дальше. Он от этого мягко говоря устал, тяжело говоря – хочет вскрыться. Потому что подобное иногда происходит.       — Что зажался? В прошлый раз ты был увереннее, знаешь ли? — а голос то знакомый.       Причем если бы Ким немного раньше пораскинул мозгами кто именно его может преследовать, то сразу бы догадался, кто это и не стоял бы сейчас в таком положении.       — Простите, но мы с вами разве знакомы?       Наверное, одна эта фраза выбивает из Чонгука всю ту напускную уверенность в том, что он сейчас отомстит, что он прав. Мужчина даже как-то теряется, не знает как ответить и что сделать. Этот Ким Тэхен его уже изрядно бесит. Он одним своим видом уже несет в себе проблему и головную боль для одного такого Чон Чонгука. Кажется, подобное пора взять на заметку.       — Что ж, раз уж мы с вами не знакомы, то будте добры отъебаться от меня по-хорошему и дать уже спокойно пройти домой, — немного освободившись, Ким отряхивает кашемировое пальто и слегка отходит в сторону, чтобы поднять собственные пакеты с продуктами.       — А ну стой, это же ты, да? Ты тот самый крупье?       — Молодой человек, даже если это и так, то во-первых, если вы от меня не отстанете я вызову полицию, во-вторых, за стенами нашего заведения я не крупье и не обязан следовать вашим указаниям и терпеть к себе подобное отношение, окей?       — Ты меня кардинально затрахал, Ким Тэхен!       — Да? А мне казалось, что в тот раз ты был сверху.       Да, брюнет издевается. Ему совсем за это не стыдно. Он слегка кайфует от того, что сейчас здесь происходит. Вне стен казино он любит смотреть на людские эмоции, иногда даже не прочь на них поиграть. И ему никто ничего за это не сделает, а в случае чего доказательств нет. Ему даже нравиться смотреть, как перед ним сейчас краснеет от злости этот «император», что совсем недавно пытался показать себя папочкой на всеобщее обозрение. Как оказалось на деле он совсем еще Юн.       — Ладно, зайчик, я бы с тобой еще поговорил, но мне нужно идти, — Ким поднимает с земли пакеты и достает из кармана пальто ключи.       — А ну….       — Что?       — Мы не договорили.       — И что? К себе звать не буду и ужином тоже не накормлю. К тому же... — тот слегка проходит вперед и наклоняется к чужому уху. — Таким мальчикам как ты в моей квартире не место. Так что, чао.

Обидно ли Чонгуку? До безумия.

Хочет ли он ему врезать еще сильнее после всего? Определенно.

      Только вот есть одно такое маленькое «но». Кажется, он в этого придурка перед собой по самые уши и ничего с подобным не может поделать. Из-за него он становится слишком ручным. Да еще и мозг атрофируется на какое-то время. С этим определенно надо что-то делать. К тому же, не хотелось бы, чтобы поползли слухи о том, что какой-то крупье сделал из него вот эту лужу, которая ничего не может сделать.       — Да отомри ты и вали уже к себе. Давай-давай. Еще соседей мне распугаешь.       А он действительно замер на месте и ничего не делает. Как статуя или даже просто камень. Такого уж точно никогда в его жизни не было. Чон даже надеется, что не повторится.       — Я же.       — Да-да, ты не маленький мальчик и я тебе не папочка       — Да прекрати ты меня уже перебивать и дай нормально все сказать! — он никогда не видел подобного отношения к себе. Чонгук в ярости, но лишь внутри.       — Хорошо, у тебя двадцать секунд, потом я иду готовить ужин, — Ким демонстративно достает телефон и включает таймер. — Время пошло.       — Да что такое то!? Ты меня уже достал! Я требую материальную компенсацию и извинений, за моральный ущерб.       — Да что ты говоришь. Окей, подожди секунду, — тот точно так же демонстративно роется в своем пакете с продуктами, потом лезет в карман и наконец протягивает своему собеседнику то, ради чего он пришел. — Держи, кстати, в ответ я требую материальную компенсацию за причинение анального ущерба. Кстати, твоего время закончилось. Всего доброго.       С этими словами невыносимый, просто максимально раздражающий Чонгука, Ким Тэхен скрылся за дверью подъезда, оставив ему на прощание леденец в качестве моральной компенсации.