Tingles

      Сердце Сонхва не может не трепетать каждый раз, когда он открывает свою дверь и видит миниатюрного и чувственного Хонджуна по другую сторону. Как бы глупо это ни звучало, но впервые взглянув на аккаунт Хонджуна в инстаграме, Сонхва очень вдохновился. Ему всегда приятно, если кто-нибудь отмечает его в социальных сетях, и он никогда не относится к подобным вещам с пренебрежением. Но Сонхва потребовалось немало мужества, чтобы написать этому эксцентричному и довольно устрашающему парню, после того, как он увидел картину с изображением звезды и поезда. Хонджун – самый настоящий король разносторонних талантов, Сонхва понял это с самого начала. И теперь, когда они стали друзьями, Сонхва просто счастлив, что живёт и имеет возможность наблюдать за тем, как Хонджун преуспевает во всех своих мечтах и стремлениях. То, как Хонджун запрокидывает голову, когда он вне себя от радости, то, как он одевается и самовыражается, то, как он принимает оборонительную позицию, если кто-нибудь смеет подшучивать над ним, даже то, как он двигается, дышит и буквально подпрыгивает на месте, когда пребывает в приподнятом настроении. Сонхва полюбил в нём абсолютно всё. Он очень милый и энергичный, а его краткое хихиканье лучше любой терапии. Сонхва точно не знает, когда это началось, и не уверен, что ему легко удастся отследить отправную точку, но он стал бояться. Всего этого. Он обожает, когда щёки Хонджуна как по щелчку вспыхивают нежнейшим оттенком тёмно-розового цвета. Ему интересно, если бы в такой момент он прикоснулся к его лбу, насколько тот был бы горячим. Когда Хонджун просто смотрит на него, Сонхва чувствует, будто весь мир разрастается до бесконечности и в то же время сводится к небольшому пространству лишь для них двоих, превращается в убежище, наполненное ослепительным светом. Смотреть на Хонджуна – всё равно что смотреть в калейдоскоп. Сонхва убеждён, что этому парню под силу заставить расцвести целый сад. Он также убеждён, что никогда не встречал более яркого примера того, как недостатки способны сделать человека таким невероятно красивым. Хонджун не пытается быть идеальным. Он просто изо всех сил старается жить достойно. В нём есть огонь, и Сонхва уверен, что для него не существует ничего невозможного. И ещё он уверен, что Хонджун выглядит совершенно как в своей продуманной и новаторской одежде, так и совсем без неё. В такие моменты Сонхва чувствует, как его разум уплывает, а губы становятся сухими. Даже обычные сообщения Хонджуна занимают отдельное место в его сердце. чем занимаешься? какие у вас с трэжер планы на сегодня? ^о^ как продвигается монтаж видео?? может ты знаешь как отмыть краску с дивана, спрашиваю для друга привет, от какого бренда те тени, которые были на тебе вчера, выглядело очень здорово какой сегодня день недели, спрашиваю для друга Он любит задавать вопросы, а Сонхва всегда максимально готов ответить на них. К его огромному смущению, Уён, Ёсан и Чонхо продолжают настаивать на том, что Сонхва по уши влюблён, но он лучше поподробней разберётся с тем, во что перерастают его чувства, чем полностью признает их правоту. Хотя какими бы эти чувства ни были, их становится всё труднее игнорировать. Сонхва считает, что ему следует сократить количество совместных видео с Хонджуном. Ведь меньше всего ему хочется, чтобы это выглядело так, будто он злоупотребляет своей властью из-за желания прикасаться к Хонджуну и просто находиться рядом. Но это такая редкость – иметь человека, которому комфортно и только в радость принимать участие в твоей работе, да и зрителям, кажется, очень даже нравится присутствие Хонджуна в кадре. Честно говоря, Сонхва будет в полном восторге, если им удастся достигнуть того уровня общения, когда можно просто проводить время вместе без каких-либо планов на съёмки. Он был взволнован и полон надежд, когда Хонджун и Сан пригласили его с Уёном пройтись по магазинам. Это было по-настоящему весело, и ему хотелось бы как-нибудь повторить, но также от подобных желаний в него закрадывается страх. Страх того, к чему всё это может привести. Потому что в тот вечер было довольно много интересных моментов. Даже слишком много интересных моментов. Моментов, в которые Сонхва не был уверен в существовании кислорода. Он боится спугнуть Хонджуна. Поэтому всё это время он старался жать на метафорическую педаль газа как можно легче. Хонджун абсолютно точно не использует его в каких-либо своих целях, в этом Сонхва не сомневается. Кажется, Хонджуну на самом деле просто нравится проводить с ним время. И этот факт, пожалуй, самый бесценный. Сонхва очень рад, что у него появилась возможность завести новых друзей, ещё и таких порядочных. Он поймал себя на мысли о том, насколько Хонджун отличается от последнего парня, к которому у него были чувства. Будучи от природы хорошим человеком, нужно быть готовым к тому, что рано или поздно тебе сделают больно. Его бывший хотел держать их отношения в тайне, и по иронии судьбы эта тайна оказалась тайной даже для самого Сонхва. В то время он был крайне наивен, и не знал, оправится ли когда-нибудь после того, как оказалось, что у его парня были интрижки с двумя девушками и ещё одним парнем параллельно с их отношениями. Он даже не мог представить, что подобное… возможно. Что после того, как ты отдаёшь кому-то сердце, этот человек способен притвориться, будто действительно делит с тобой ваш личный мир на двоих. Почему ты вкладываешь в партнёра всю свою доброту, а он отвергает её и поступает с тобой хуже, чем с куском дерьма? Это за пределами понимания Сонхва, он так и не смог осмыслить подобное. Но у Хонджуна, кажется, по-настоящему есть душа, и Сонхва пленён этим. Когда он вкратце поделился тем, что в прошлых отношениях к нему также не относились с большим уважением и заботой, сердце Сонхва отозвалось болью. Когда внутренний покой казался чем-то невозможным, АСМР поистине стал спасением для Сонхва. После расставания он чувствовал себя очень неуверенно и был просто в ужасе от мысли, что не предназначен для любви. В дни, когда ему было одиноко и неспокойно, когда был необходим комфорт, АСМР становился для него лучиком света, а по вечерам помогал избавиться от тревожности. За всю свою жизнь Сонхва точно понял лишь то, что он никогда не перестанет быть добрым человеком, хоть другие и использовали его доброту в своих интересах и мешали её с грязью. Сонхва действительно вдохновился работами и позитивом АСМР-блогеров, на которых наткнулся в интернете, и подумал, как было бы здорово, если бы он мог собрать всю свою боль воедино и превратить её в источник комфорта для других людей. По-видимому, для таких, как Хонджун. Весь этот бесконечный поток мыслей терзает Сонхва, пока он, Ёсан, Чонхо и Хонджун вместе тусуются на кухне в безоблачный будний день. Из динамиков звучит песня SHINee «View», а Ёсан излучает вайбы BLACKPINK, потому что неистово трясёт волосами, наклонившись вперёд, как в клипе «Boombayah». Хонджун, с торчащими из-под бини ушами и прядками волос, хватает с кухонной стойки банан и начинает петь в него, как в микрофон. Его хихиканье разносится по всему помещению, и Сонхва немного переживает, что он уже не будет так счастлив, когда узнает задумку для сегодняшних съёмок. В это время Чонхо снимает весь происходящий хаос на свой телефон. – Не отмечай меня на видео, – наполовину проговаривает, наполовину пропевает Сонхва. – А если я скажу тебе, что уже слишком поздно, – отвечает Чонхо, на что Хонджун разражается смехом. – Это разрушит мой имидж! – хнычет Сонхва, притворяясь расстроенным и пытаясь не танцевать слишком близко к Хонджуну. Ёсан громко фыркает, переводя дыхание: – Не разрушит, это настоящий ты. Сонхва хочется, чтобы Уён сейчас был здесь, как и Сан. Он чувствует, что они оба идеально вписались бы в этот момент. Недавно Уён написал ему и, оказывается, они с Саном только что закончили слушать всю дискографию BTS от начала до конца, пока пробовали друг на друге свои средства по уходу за кожей. И ещё они сделали перестановку в коллекции плюшевых игрушек Сана. Сонхва не совсем понимает, что именно это означает, но ладно. После завершения песни Ёсан и Чонхо объявляют о своём отчаливании за покупкой мебели, и Ёсан не упускает шанса добавить, что они уходят для того, чтобы позволить Сонхва и Хонджуну побыть наедине. Сонхва швыряет в него подушку и контратакует словами о том, как по-семейному выглядит покупка мебели. Он косится на Хонджуна, который сидит на диване, прижав колени к груди, глядя в свой телефон и, кажется, игнорируя их дружеские подшучивания. Как только Сонхва провожает Ёсана с Чонхо, он плюхается на диван, оставляя подушку между собой и Хонджуном. – Я боюсь рассказывать тебе идею для сегодняшнего видео, – признаётся он. – Почему? Ой, извини, – Хонджун засовывает телефон в карман, – я отвечал Сану. Похоже у него была совместная ночёвка с Уёном? Сонхва не знает, почему сказанное Хонджуном слово «ночёвка» заставляет его так сильно покраснеть. Ему гораздо лучше удавалось маскировать свои эмоции, пока Хонджун не ворвался в его жизнь вприпрыжку. – Да, Уён тоже сказал мне об этом. Кажется, они очень хорошо ладят. – Ага. – Ага. Всё внимание Сонхва внезапно фокусируется на нитке, торчащей из подушки, которую он крепко прижимает к груди. – Итак… идея для видео? Страх? Из-за чего ты так нервничаешь, Сонхва? – Хонджун наклоняется вперёд и опирается подбородком на свою ладонь, будто намеренно подстрекая. – Ох, из-за твоей, твоей… – Сонхва заикается, – возможной реакции. Губы Хонджуна с любопытством приобретают форму буквы «О». – Естественно, всё совершенно полностью в порядке, если ты не хочешь, но, как бы эгоистично сейчас не прозвучало, мне очень хочется это сделать, поэтому я… Пока Сонхва запинается, Хонджун просто внимательно смотрит, и его мозг на секунду зависает. – Что? – Что? Им обоим нелегко. К Сонхва приходит осознание того, что время от времени у них бывают такие моменты, когда разговор неожиданно обрывается, но это не мешает созданному между ними комфорту развиваться всё дальше. Его разговоры с Хонджуном не такие, как со всеми остальными, кого он знает. По какой-то причине они оба очень синхронно отвлекаются, и в такие моменты Сонхва необходимо слегка тряхнуть головой, чтобы прийти в себя. – Да господи, просто спроси меня уже, – говорит Хонджун, нарушая тишину. Сонхва тяжело сглатывает. Существует несколько вещей, о которых он спросил бы Хонджуна, если бы был достаточно храбрым. – Ладно, эм, позволь мне всё принести, – объявляет он, вставая с места и направляясь в ванную, чтобы достать пакет, в котором хранится ключевой элемент его идеи. – Теперь ты заставляешь меня нервничать, – доносится крик из гостиной. Сонхва возвращается и снова садится на диван лицом к Хонджуну, скрещивая ноги и пряча за спиной коробку с вишнёво-красной краской для волос. Хонджун тоже поворачивается, повторяя его позу. – Ладно, в общем, я тут подумал, может, мы покрасим твои волосы? – застенчиво говорит он и подносит коробку к своему лицу, на котором застыло неуверенное выражение. Хонджун широко раскрывает глаза, но вовсе не от шока. – Оу! Будет весело! Сонхва так рад… рад тому, что Хонджун настолько открыто реагирует на подобное? Он серьёзно хочет покраситься без какого-либо предварительного предупреждения? Даже без выбора цвета? – Правда? – единственное, что может выдавить Сонхва. – Ну да, а почему нет? – Хонджун с улыбкой пожимает плечами и тут же снимает свою бинни. – Я уже давно ничего не делал с волосами, да и красный цвет я ещё не пробовал. Сонхва наконец-то может вдохнуть полной грудью. Он сам не понимает, почему вероятность того, что Хонджун может отвергнуть его идеи так сильно пугает его. К тому же, для осуществления данной идеи несомненно требуется повышенный уровень доверия и преданность делу. – Вау, Хонджун, ты самый лучший. Сонхва подаётся вперёд, сокращая расстояние между ними. На мгновение он заключает Хонджуна в объятия, но тут же слегка отстраняется, шокированный действиями своего тела и ощущением теплоты и какой-то завершённости. Румянец разливается по щекам и даже носу Хонджуна, каким-то образом делая тон его кожи ещё более прекрасным. И всё же, Сонхва не планировал ставить его в неловкое положение. Его желудок словно делает кувырок и резко падает вниз. Маленькие ладони Хонджуна робко расположились на бицепсе и талии Сонхва. По счастливой случайности на Хонджуне сегодня красная безрукавка, которая идеально подойдёт к новому цвету волос. Кожа его рук невероятно мягкая. – Извини, – выпаливает Сонхва, когда его взгляд встречается с глазами напротив. – Нет, не нужно извиняться, всё… – у Хонджуна садится голос. Сонхва наблюдает за тем, как дёргается его кадык, когда он сглатывает. Несмотря на то, что Хонджун выглядит таким же шокированным, на его лице нет ни капли отвращения, и это хороший знак, но, тем не менее, что происходит? Взгляд Хонджуна бегает по всему лицу Сонхва, видимо, в поисках ответа на этот вопрос. Сонхва чувствует его дыхание, видит его слегка приоткрытые губы, и эти губы очень привлекательные. Его выделяющиеся передние зубы не менее привлекательные. Сонхва ещё ни разу не видел Хонджуна настолько близко, даже в тот незабываемый день, когда они укрывались от ливня на игровой площадке. В такой близи Хонджун кажется совершенно новым человеком. Всё тем же, но новым? Сонхва не может понять, выходит ли его сердцебиение из-под контроля или же просто полностью прекращает своё существование. Он знает только, что оба из вариантов вполне допустимы. Хонджун обладает довольно властным характером, но сейчас он настолько ошеломлённый, такой обмякший в его руках, что с Сонхва происходят странные вещи. Пугать Хонджуна действительно не входило в его планы. Он обеспокоенно закусывает нижнюю губу и надеется, что это действие не вызовет в Хонджуне ещё больше паники – это всего лишь плохая привычка. Сонхва ведь ничего не портит? Он никогда не простит себя, если причинит боль этому парню. – Я должен был спросить, прежде чем обнимать, – еле слышно произносит он. Хонджун снова сглатывает. – Т-тебе не нужно спрашивать разрешения, чтобы прикасаться ко мне… – тихо отвечает он. – Оу… ладно, – с трудом проговаривает Сонхва, чувствуя себя невероятно тупым и в то же время почти невесомым, как пёрышко на ветру. Он не знает, что делать с этой новообретённой информацией, данной ему Хонджуном. Парнем, который, скорее всего, очень ему нравится. Парнем, которого он почему-то боится потерять. Хонджун не говорит больше ни слова, и Сонхва втягивает в себя воздух. Он наклоняется вперёд и снова обнимает его, на сей раз с большим контролем над собой и осознанностью своих действий. Он чувствует, как обе руки Хонджуна обвиваются вокруг его талии. Чувствует, как на его плечо опускается чужой лоб. От Хонджуна исходит тонкий аромат чего-то сладкого… возможно, мёда? – Тогда я пойду подготовлю всё для съёмок. Когда Сонхва отодвигается, чтобы снова взглянуть на Хонджуна, тот просто кивает в ответ. Потеря этого контакта причиняет практически физическую боль. Сонхва не хочет отпускать его и не хочет, чтобы он снова когда-либо чувствовал себя одиноким. Отчего-то дрожащими пальцами Сонхва подготавливает всё необходимое для окрашивания волос в гостиной, и замечает, как Хонджун бредёт на кухню, чтобы налить себе стакан воды. То, с каким комфортом он передвигается по его квартире, вызывает в Сонхва желание обнять его снова. Как такое возможно, что в присутствии Хонджуна он всё больше и больше чувствует себя как дома, когда и так находится в своей квартире? Вскоре они готовы приступить к осуществлению задумки, которая, по идее, не должна закончиться катастрофой. Хонджун выглядит притихшим в своём кресле, что в принципе логично, потому что съёмка вот-вот начнётся, но эта тишина совсем другая. Из-за этого Сонхва встревоженно покачивается из стороны в сторону. – Будь осторожней, я собираюсь дать оценку парикмахерской Марса, когда мы закончим, – острит Хонджун, оборачиваясь, чтобы посмотреть на Сонхва. Его шутка – это самое настоящее облегчение. Сонхва улыбается ему в ответ. – Подожди… прям в белых джинсах? Не планируешь переодеться? – Хонджун приподнимает бровь, указывая пальцем на его штаны. – Ты что, вконец обезумел? Сонхва смеётся. На нём действительно белые джинсы с прорезями на коленях. – Ну, что сказать, я безумно хорош, – Сонхва подмигивает, испытывая ещё большее облегчение от того, что между ними, кажется, всё в порядке. У Хонджуна отваливается челюсть из-за его дешёвой фразочки. – Окей, не то чтобы я прям супер хорош, но поверь мне, я бы не предложил покрасить твои волосы, если бы хотя бы чуть-чуть не знал, что делаю. – Хочешь поспорить на что-нибудь? – предлагает Хонджун. – Если на твоих штанах появится хотя бы малюсенькое пятнышко, то ты будешь должен мне что-то. Если нет, то должен буду я, но такого, очевидно, не произойдёт. Сонхва отвечает ему аналогичной ухмылкой, тем самым подтверждая, что он в деле, и затем они приступают к работе. Съёмки решено разбить на несколько частей: сначала Сонхва нанесёт осветлитель на волосы Хонджуна, чтобы микрофон записал все приятные уху звуки. Далее они смоют всё это в ванной, вернутся, чтобы заснять нанесение краски, снова сходят в ванную и, наконец, снимут процесс сушки. Сегодняшние съёмки проходят довольно спокойно, за исключением тех моментов, когда Хонджун взвизгивает из-за холодной воды, а Сонхва вдоволь веселится, наблюдая за его драматичностью и вытирая его мокрые волосы полотенцем. Пока осветляются волосы и затем впитывается краска, они обсуждают последние k-pop камбэки. Сонхва пытается сохранять спокойствие, пока орудует феном. Получившийся цвет выглядит настолько великолепно, будто был создан для Хонджуна. Сонхва полностью доволен результатом и тем, что ничего не испортил. После того, как волосы высушены и уложены, Сонхва нервно протягивает зеркало, чтобы Хонджун мог оценить готовый результат. – Охренеть, просто безумие какое-то! Сонхва, это так здорово выглядит! Хонджун выглядит искренне восхищённым своим новым образом, в неверии взъерошивая волосы. Сонхва весь светится от счастья. – Хочешь прошептать что-то в микрофон? Может, дать честную оценку? – предлагает он, указывая на один из микрофонов, установленных рядом с креслом Хонджуна. Он думает, что можно отредактировать этот кусочек и вставить в самый конец видео. Возможно, это заставит улыбнуться кого-то из зрителей. Хонджун на секунду задерживает на нём свой взгляд, на лице всё то же ликующее выражение. Затем он поднимается, поправляет штаны, наклоняется к микрофону и тихо фыркает от смеха: – Парикмахерская Марса, оценка 10 из 10, советую каждому, – шепчет он, стараясь звучать как можно мягче. Хонджун показывает в камеру два больших пальца и после тихо постукивает по зеркалу в микрофон, выглядя гордым собой за это действие. Сонхва омерзительно счастлив. Будет очень унизительно просматривать отснятый материал и монтировать видео, потому что его взгляд, обращённый на Хонджуна, наверняка вызывает смущение. – Я искренне рад, что тебе нравится, – признаётся Сонхва, выключая съёмочное оборудования и приступая к уборке. Хонджун скачет на месте, и его волосы подпрыгивают вместе с ним. – У тебя есть скотч, пинцет, бритва и красные тени? – внезапно и настойчиво спрашивает он, словно они оказались в эпицентре катастрофы, и их жизни зависят от конкретно этих предметов. – Э-э, да? Подожди. В следующий момент Сонхва уже сидит на бортике ванны, наблюдая, как Хонджун делает на своей брови разрез в форме косой буквы «Х». Потом он красит брови единственными красными тенями, которые удалось отыскать, а Сонхва думает, что этот небольшой побочный эффект от нового цвета волос должен быть запрещён законом. Это выглядит… горячо. И идеально ему подходит. Это абсолютно в стиле Хонджуна. Когда они возвращаются в гостиную, Сонхва практически не знает, куда себя деть, он просто очень рад, что всё прошло хорошо и что вскоре на его канале будет такое весёлое и особенное видео. Хонджун скачет кругами по полу, и его счастливый вид стирает всю неловкость, которую ранее испытывал Сонхва. Затем он падает на диван и заявляет: – Окей, пришло время проверить твои штаны, мистер. – Прошу прощения? – Наше пари? Сделка? – объясняет Хонджун, притворяясь оскорблённым. – Оу, да, точно, – Сонхва закатывает глаза и подходит к нему ближе. Он останавливается прямо перед Хонджуном и затем медленно поворачивается на 360 градусов, пока его белые штаны проверяют на предмет наличия малейших пятен от краски. Когда он приподнимает руки, Хонджун легонько хватает его за колени, чтобы остановить. – Подожди, повернись спиной, кажется, я что-то видел. Сонхва подчиняется, буквально становясь задницей к его лицу. – А… не-а, здесь ничего нет. Когда он поворачивает голову, чтобы посмотреть на Хонджуна, то видит на его губах ухмылку. – Это ты так пытаешься оскорбить меня? – возмущается Сонхва, а его лицо пылает от осознания того, что Хонджун просто хотел заценить его задницу. Он разворачивается, и единственным ответом на его обвинение служит озорной смех. – То есть, я несколько часов вожусь с твоими волосами, а взамен получаю вот это. – Да шучу я, шучу, – ноет Хонджун. – Поздравляю, ты отвратительно чистоплотен и хорош во всём, что делаешь. Ты победил, я тебе должен, – он поднимает подбородок, чтобы встретиться со взглядом Сонхва. – Что ты хочешь, чтобы я сделал для тебя? То, как Хонджун произносит эти слова, звучит очень интересно. Мягко выражаясь. Это не самое идеальное положение для того, чтобы спрашивать подобное. Потому что, учитывая, что один из них сидит, а второй стоит, лицо Хонджуна буквально находится на одном уровне с ширинкой Сонхва. – Ты и так достаточно делаешь для меня… – робко отвечает Сонхва, пытаясь не покрыться потом и избавиться от некоторых очень непристойных и запретных мыслей. – Я могу воспользоваться своим желанием позже? – Мне нравится, что ты относишься к этому, как к подарочному купону, – ворчит Хонджун. – Почему у меня такое ощущение, что новый цвет волос пробудит в тебе ещё больше природной дерзости? Хонджун хихикает, и, вероятно, это самый исцеляющий звук из всех, что Сонхва когда-либо слышал. Он умиротворённо вздыхает: – Можно я сфотографирую тебя для инстаграма? Вместо ответа Хонджун сразу же начинает театрально позировать, подняв руки над головой, как это делают супермодели. Сонхва фыркает от смеха, и Хонджун меняет позу, показывая два сердечка пальцами и мило улыбаясь в камеру. – Дай посмотреть, – говорит он, как только Сонхва присаживается рядом. – Нравятся? – Да, сойдёт. – Ты похож на Питера Пэна, – комментирует Сонхва, – или на Ариэль. Хонджун делает вид, будто сейчас укусит его, а затем молча опускает подбородок на его плечо. У Сонхва перехватывает дыхание. Он не понимает, почему Хонджуну сходят с рук любые мелочи, а ему не удаётся даже обнять его без того, чтобы на Землю не обрушилась кара божья. Сонхва чувствует приятную тяжесть на плече, пока они вместе пролистывают все фильтры с кошачьими и кроличьими ушами в SNOW и делают селфи. Они находят фильтр с прозрачным дождевиком в жёлтый горошек, и Хонджун копирует Сонхва, высунув язык для фото. – Перешли их мне, – просит он, растягивая последнее слово. – Не-а, думаю, я лучше оставлю всё себе, – говорит Сонхва, чувствуя себя слегка сонно и невероятно расслабленно. Хонджун пытается выхватить его телефон, но не успевает. Их смех сливается в одну симфонию, и Сонхва снова оказывается в том состоянии, когда кажется, словно в мире действительно не существует больше никого, кроме них двоих. В последнее время он чувствует себя таким эгоистичным, таким жадным. Ему по-настоящему весело. Он искренне не хочет, чтобы Хонджун уходил сегодня. Но также он испытывает некоторую долю удовлетворённости, напоминая себе о том, насколько ему повезло, что Хонджун вообще находит для него время в своём плотном графике. И повезло, что Хонджун заставляет его чувствовать себя человеком, который достоин любви.

//////////

      Хонджун просто занимается своими делами, когда несколько дней спустя ему приходит сообщение от Сонхва. (сонхва): Сюрприз! К сообщению прикреплено селфи, на котором у Сонхва теперь почти такие же каштановые волосы, какие были недавно у Хонджуна – слегка пепельные и светлые; его ладонь находится у лица, будто он говорит «привет», а губы такие привлекательно розовые, что он похож на самого настоящего, блять, бойфренда. В последнее время Сонхва реально испытывает Хонджуна на прочность. Ему едва удалось выжить в тот день покраски волос и… объятий. Целых двух объятий. Сонхва обнял его дважды, на диване. А что, если бы они поцеловались? Нет, серьёзно, а что, если? Хонджуна сейчас уже не было бы в живых, вот что. Сонхва выглядел так, будто собирался поцеловать его, и ему не хочется надумывать ничего лишнего, но их носы практически соприкоснулись, господи блять боже. Хонджун держал его в своих руках, он буквально упал в эти объятия, он был беспомощен в той ситуации. Почему Сонхва всегда так приятно пахнет? Этот аромат настолько тонкий, что Хонджун не может понять, парфюм ли это или просто естественный... аромат его кожи? Он теряет рассудок, настойчиво запрещает себе погружаться глубже в подобные мысли, потому что они играют на его нервах. Но теперь Сонхва вот так берёт и присылает ему селфи? Даже такой мелочи достаточно для того, чтобы Хонджун покрылся потом. (сонхва): Я никогда не говорил тебе, но мне очень нравились твои каштановые волосы То есть, вроде бы я говорил, что мне нравятся твои волосы? Но и цвет мне тоже очень нравился В общем, да, ты вдохновил меня! Лол Хонджун: омг!!!!! тебе этот цвет идёт намного больше, чем мне :Р и я тоже никогда не говорил, что мне нравились твои светлые волосы (сонхва): Так ты предпочитаешь светлые или каштановые? Хонджун: не могу выбрать ; А ; СТОП ты что, хотел перекрасить мои волосы просто чтобы побыстрее украсть мой цвет ?!? (сонхва): Лол нет! Клянусь, я даже не думал об этом, пока мы не покрасили тебя Хонджун: мгм ок >.> у тебя прям выдающийся талант в работе с волосами (сонхва): Едва ли Моя старшая сестра училась в школе красоты И поделилась со мной множеством советов Хонджун: ты отлично справился с моимиии😤 (сонхва): Тебе нравится твой новый цвет? Хонджун слегка трясёт головой, чтобы пряди упали на глаза, делает селфи и отправляет Сонхва. Хонджун: !!! ДА я чувствую себя всемогущим (сонхва): Ты моя маленькая клубничка ^_^ Так, блять. Не настолько всемогущим. Он соврал. Хонджун рад, что не прочитал это сообщение, стоя на ногах, потому что его колени, вероятно, подкосились бы. У него уходит несколько минут, чтобы придумать, как вообще на это ответить. Хонджун: перестань, я краснею Вскоре Сонхва присылает ещё одно селфи, в этот раз без какой-либо подписи. На фото он поднёс два пальца к губам, растянутым в ухмылке, демонстрируя маленькое сердечко. Блять. Грёбаный Пак Сонхва настолько, блять, прекрасен, что Хонджуна это злит. Нет, он просто в ярости. Пока он решает, стоит ли ему сохранить все эти селфи, отправить своё селфи в ответ или же закончить диалог и пойти поплакать перед сном, ему приходит неожиданный поток сообщений от Ёсана. (ёсан): Эй Хонджун На следующей неделе у Хва день рождения 3го апреля Подумал, что ты захочешь быть в курсе Возможно мы что-нибудь организуем, чтобы отпраздновать Но я гарантирую, что он до последней минуты ничего тебе не скажет Ну знаешь, он же такой стеснительный Хонджун издаёт сухой смешок. Не такой уж он стеснительный. Хонджун: йо спасибо что сказал!! надеюсь мы сможем сделать для него что-нибудь особенное, было бы весело В голове Хонджуна тут же начинают крутиться шестерёнки из-за мыслей о том, какой подарок он мог бы сделать Сонхва. Ему хотелось бы подарить нечто особенное. Но сдержанное. Он решает дать себе некоторое время на размышления и ещё раз смотрит на последнее полученное селфи. Ладно. Он сыграет в эту игру. Развалившись на диване, Хонджун по-детски показывает язык в камеру и сразу отправляет фото Сонхва. – Ты же пятнадцать минут назад уже делал селфи, – комментирует Минги из кухни, поедая мандарины. Хонджун игнорирует его, и, прежде чем он успевает это осознать, проходит приблизительно тридцать минут, в течение которых он и Сонхва просто перекидываются своими селфи. Они буквально решили забить на существование слов и общаться с помощью фоток. И Хонджуна это устраивает. Хотя его определённо всё ещё злит великолепие Сонхва. Время близится к десяти вечера, когда на телефоне Хонджуна высвечивается очередное селфи, на котором Сонхва проводит пальцами по своим песочно-каштановым волосам, его подбородок слегка приподнят, на губах играет мягкая ухмылка, а взгляд направлен прямо в камеру. На нём однотонная чёрная футболка, должно быть, заменяющая пижаму, и свет достаточно тусклый, но Хонджуну кажется, что он видит кухню на заднем плане. А пялиться на фотографии своих друзей – это жутко? Потому что Хонджун думает, что всё происходящее плохо сказывается на его кровяном давлении. Он просто лежит в постели и отвечает на электронные письма, поэтому лишь прижимается щекой к подушке. Поверх его головы натянут капюшон от толстовки, и Хонджун фотографируется прямо так, слегка выпятив губы. Из-за плохого освещения качество получается не очень, но он всё равно нажимает «отправить». (сонхва): Иди спать🌙✨ Сообщение приходит около одиннадцати, на этот раз без селфи. Хонджун серьёзно не понимает, почему ответственность Сонхва заставляет его вести себя дерзко и непослушно. Не дожидаясь даже нескольких минут, он отправляет в ответ короткое видео, в котором перекатывается на спину и, надув губы, говорит «не хочу идти спать». Хонджун чуть ли не откидывается, когда Сонхва тоже присылает видео. Похоже, он так же лежит в постели, держа телефон у самого лица, и его голос звучит даже ещё мягче, чем обычно. «Для хорошего здоровья тебе нужен сон. Я хочу, чтобы ты прожил долгую жизнь.» Хонджуну хочется сказать что-нибудь остроумное, правда хочется, но все мысли куда-то улетучиваются. Его предаёт собственный разум. Он снова поворачивается на бок, вытягивает руку с телефоном и нажимает на кнопку записи. – Я тоже хочу, чтобы ты прожил долгую жизнь, – едва слышно бормочет он, прижимаясь лицом к подушке. И отправляет. Спустя несколько минут Сонхва присылает видео, в котором тоже лежит на боку. «Сладких снов, Джун.» Хонджун практически отшвыривает телефон в противоположную сторону комнаты. Сладких снов, Джун? Сонхва, валяющийся в постели и желающий ему долгой жизни и сладких снов? Да вся его жизнь сейчас похожа на прекрасный сон. К данному моменту им, наверное, уже было бы проще созвониться по FaceTime. «Ну почему мы Такие?» – думает про себя Хонджун. Его мозг реально дымится, поэтому он решает уйти с миром и оставить всё как есть. Бывают времена, когда ему ужасно мало времени, проведённого вместе с Сонхва, но иногда бывает и так, что он остаётся вполне удовлетворённым их общением, и сегодня как раз этот случай. Хонджун: спокойной ночи🌙✨ Через пару часов Хонджун наконец-то засыпает, и многочисленные мысли о приближающемся дне рождения Сонхва растворяются вместе с сознанием.