Ближе (Не)возможно

~ ¤ ~

Дочь пришла к себе в покои поздней ночью. Она замёрзла и устала. Её немного мутило и мир грозился уйти из под ног. В её покоях было необычно светло — кайбер, что подарил ей Брат, сиял в темноте. Россыпи радужных бликов плясали по сводам и стенам. Смотря на эти блики, Дочь вспомнила все радужные моменты с Братом:       Когда они были маленькими, Сын боялся выходить на свет. Он думал, что сгорит заживо в свете звезды. Как только Отец и няня не уговаривали его, он не выходил из замка, держась подальше от света. Из-за этого его кожа лишилась пигмента, а зрение адаптировалось ко мраку. Впервые он вышел на свет с ней. Дочь пообещала, что будет закрывать его от лучей, и что оставаясь в её тени, он не обожжётся.       Он поверил ей.       Они вышли на простор их тогдашнего мира на закате. Сын жмурился и жался к Дочери, а она уверенно вела его вперёд. Она говорила с ним и постепенно отходила всё дальше и дальше, пока не отдалилась настолько, что лучи заката окатили его с ног до головы. Он приоткрыл один глаз и растерялся. Видя его смущение, Дочь обняла его, уверяя, что с ней ему ничего не грозит. Он пообещал ей то же.       Она поверила ему.       Когда они подросли, их Дому настал конец. Они были вынуждены укрыться на Мортисе. Брат всегда был рядом с ней в трудное время. Он охранял её сон первые годы, потому что Дочери не спалось на новом месте.       Мир, созданный их Отцом, не казался ей домом долгое время. Он стал ей домом только когда Брат подговорил её исследовать его просторы. Они побывали в горах и лесах, на равнинах и в пустынях. Они вместе купались в озёрах и летали под сводом Мортиса на восходе и на закате. Брат заверял, что они всегда будут вместе и не расстанутся дольше чем на день.       И она верила ему.       Она вспомнила их первые объятия, которые выражали больше, чем обыденные нежности Брата и Сестры.       Она вспомнила его первый поцелуй. Требовательный и властный, мокрый и горячий. Она вспомнила, как опешила тогда от его напора, что даже не смогла сопротивляться.       Дочь припомнила их первый поцелуй на поляне. Тогда она была уверена, что Брат любит её. Она думала, что сблизившись, они обретут Гармонию… И вот они сблизились… И оказались далеки от Гармонии как никогда доселе. Дочь впервые в жизни не знала, как ей быть. Как быть с Братом? Как вести себя перед Отцом? Как сказать ему о случившемся? Ведь рано или поздно сказать придётся. Дочь почувствовала как мир уходит у неё из-под ног. Решив, что её выбили из равновесия переживания и дисбаланс, она присела на кровать. Мир продолжал качаться. Тогда она легла, тщетно пытаясь обрести опору. Её быстро укачало и затянуло в сон.

~ ¤ ~

Тем временем Сын проломился через ночной лес, на ту самую поляну, где они впервые сблизились с Сестрой. Он лёг на траву и уставился в небо. Звёзды, что он видел с Мортиса манили его. Он хотел покорить все миры, что вращаются вокруг них. Он хотел великого будущего для себя и Сестры, но та ни в какую не соглашалась отправиться с ним прочь из этой золотой клетки, созданной для них Отцом. Единственый выход был — убрать Отца. Противостоять старику в одиночку Сын не решался. Чтобы свергнуть самого могущественного из живущих Небожителей, ему нужна была помощь. От Сестры этой помощи было не дождаться. Зато у него появилась надежда, что их потомки помогут ему. И если скрыть от Отца факт зачатия и упрятать детей до тех пор, пока те не окрепнут, то Сын призовёт их к себе в нужное время, и вместе они покончат со стариком. Порадовавшись своей гениальной идее, Сын вальяжно растянулся на траве, предвкушая скорую расправу над деспотом-Отцом.

~ ¤ ~

Отец медитировал в своей келье. Деяние, что совершили дети, не открылось ему. Но он понял, что те перестали быть покорными. Он знал, что Сын нарушает его запреты, а Дочь не достаточно жестка, чтобы держать его в узде. Тревожные видения о беспокойствах в Галактике посетили Отца. Он понял, что как при участии Небожителей, так и без, мир всё так же далёк от Гармонии. Дисбаланс был настолько отчаянным в данный момент, что Отец нахмурился. Что-то в измерении Силы было очень неправильно. Забеспокоившись, он прекратил медитировать и призвал к себе Дочь. Своим присутствием она успокаивала и радовала его. Она была нужна ему сейчас.

~ ¤ ~

— Доченька, родная, скажи, что чувствуешь ты в Силе? Я ощущаю сильные беспокойства. Хочу убедиться, что мой старческий рассудок не обманывает меня, — заговорил Отец с Дочерью, когда она прибыла по его зову. — Нет, Отец, твой рассудок не обманывает тебя. На Мортисе, да и за его пределами, беспокойно. — Это тревожит тебя, милая? Или от чего ты сама не своя? — Отец… — Дочь поняла, что скрывать от Отца правду нецелесообразно. Ту правду, что она хранила, скрыть было всё равно невозможно, — Я должна рассказать тебе кое-что. — Ты можешь рассказать мне всё. Поведай мне, что стряслось? Я постараюсь помочь. — Я… Мы… С Братом… Он… — Дочь растерялась, не находя нужных слов. Отец насторожился и выжидал её откровения с маской внешнего спокойствия, в то время как внутри него рушились скалы и падало небо. Он уже понял, что Дочь хотела сказать ему. Он уже видел такое. Он бывал в такой ситуации сам. Он знал, что совершено непоправимое. Но ждал, что она скажет, давя в себе всевозможные реакции на новость. — Мы с Братом совершили необратимое. Мы... зачали потомство. Отец тяжело выдохнул и закрыл глаза. Как он и думал, Сын совершил вероломство неудел и не в срок. Отец тут же укорил себя в невнимательности. Смотря в небо, он не видел жизни у себя под носом. Он наблюдал за космосом, за многими мирами и существами населявшими их, но упустил из виду то, что творилось с его родными детьми. — Дочь моя, в случившемся есть и моя вина! — Нет, Отец. Вся вина моя! — Нет, милая. Виноваты мы все. Я, в том, что не рассказал вам об особенности продолжения рода Небожителей своевременно. Сын, в том, что не слушал меня. А ты… Ты дорогая, вероятно слишком мягка с ним и слишком добросердечна. — Но я не могу по-другому. Я люблю его. Я не могу избегать его или отталкивать. Нас притягивает друг к другу. Это непреодолимо. Я думала, что сблизившись, мы обретём Гармонию. Но я, видимо, ошибалась. — Дорогая, вы могли бы обрести Гармонию, совершив соитие в правильное время и при верных обстоятельствах. Но такие обстоятельства не наступили. Наоборот, сейчас очень неблагоприятное время и обстоятельства не те. Вы с Сыном слишком юны для взращивания потомства. Я не думал, что вы так быстро придёте к этому. Я знал, что вы начинаете притягиваться, но не представлял, что это приведёт вас к соитию так скоро. — Что же теперь делать, Отец? Старик задумался. Ситуация была щекотливая. Забрать зарождающуюся жизнь Небожителей было не просто. Отец мог бы это сделать, но не знал, что это повлечёт за собой и как отразиться на нём. И он был староват для столь серьёзных манипуляций с Силой. Позволить сделать это Сыну? — Но тот не согласиться, восстанет, и они увязнут в конфликте на многие годы. Позволить Небожителям явиться на свет? — Но сейчас не время. В Силе смута. В Галактике беспорядки… Да и Дочь слишком юна. Погрузить Дочь в долгий глубокий сон? — Сын будет против и попытается разбудить её. — Я думаю, Дочь. Думаю, что делать. Подойди поближе. Я хочу убедиться, что в тебе два плода, как положено. Дочь подошла к нему и Отец коснулся её живота. К его великому удивлению, он не почувствовал в там пары зачатков Небожителей, как должно было быть, а лишь одного. Мутанта, в ком концентрировались противоречия: Тёмное и Светлое, в одном сгустке Силы. Отец рассудил, что это существо не должно родиться на Мортисе и не может стать наследником Небожителей. Учитывая природу мутации, Отец предрёк, что долго мутант не проживёт. Его сгубят противоречия. А если отправить его в мир людей, срок жизни которых невероятно короток, то недолгосрочность его существования гарантирована. — У меня есть идея насчёт этого плода. — Плода?! — Дочь искренне удивилась. Небожители всегда зарождались по-двое. Они оставались едины до некоторого времени после появления на свет, но потом разделялись на две сущности, обычно с противоположными качествами. — Но... как же так? Разве так бывает?! — На моей памяти такого никогда не приключалось с Небожителями. Я уверен, это знак. Знак того, что нашему виду конец. Мы изжили себя. Дочь загрустила. В её глазах заблестели слёзы. Отцу стало не по себе. Ему не хотелось видеть Дочь в печали, однако, правда была горька. — Будет лучше, если этот плод не проживёт долго. Поэтому, я перенесу его из твоего тела в тело человеческой женщины. Я выберу ту, которая любит и хочет детей. Ту, которая живёт в забытом Силой мире. Таким образом мы гарантируем, что родившееся чадо не раскроет свой потенциал и проживёт жизнь как простой человек. Умерев менее чем через сто лет, он сольётся с Силой и баланс будет восстановлен. — Отец, ты уверен, что всё получится? — Да. При одном условии: твой Брат не должен знать об участи этого плода. Никогда. Ни под каким предлогом, ты не расскажешь ему, что мы сейчас решили. — Хорошо, Отец. — Скажешь ему, что я умертвил зачатки и не разрешаю вам продолжать род. — Да… — Садись напротив меня. Приступим к делу, — распорядился Отец и Дочь с тяжёлым серцем повиновалась. Отец начал ритуал переноса. Он вобрал в себя всю Силу Мортиса, согнул материю вселенной, и трансгрессировал плод из тела Дочери в тело женщины, с одной неприметной песчаной планеты обогреваемой двумя звёздами, на окраине Галактики. Эта женщина была добра и заботлива. К её великому несчастью, она не могла иметь детей, но очень хотела. Подселив плод в неё, Отец нарёк его мальчиком, надеясь, что родившись, он порадует одинокую даму, а подросши — станет ей опорой и помощником. Завершив ритуал, Отец поник и отпустил Дочь с миром. У него не осталось сил ни на что. Даже на наказание Сына. Он решил отложить все дела на потом и лёг отдыхать.