Руминация.

      Член въезжает до упора сразу, без остановок и "плавного скольжения", о котором так много говорят на уроках полового воспитания. Видимо, это действительно важно, и не только во время первого раза у девочек. Питер кричит, распахивает глаза, на которых уже собираются слёзы, и выгибается, упираясь руками в чужие плечи, чтобы хоть как-то ослабить напор. Но напирающее тело не замирает ни на секунду: выдвинувшись почти до конца, мужчина двигается обратно, не давая ни секунды на осознание происходящего. Парень мечется под ним, елозит и всячески старается притормозить происходящее, но в результате добивается лишь того, что руки хватают и прижимают к подушке над головой.       -Потерпи немного, малыш, скоро станет хорошо.       Как может "стать хорошо", когда внутрь словно загоняют раскалённый штырь, понять нереально, но Питер пытается. Идея "первого раза с Тони Старком" уже не кажется такой привлекательной, но... всё же происходит... и вообще... кто сказал, что нельзя получить удовольствие от боли? В конце концов, может же быть такое, что...       Мужчина слишком резко подаётся вперёд и всё внутри скручивается в тугой комок боли. Мысль о том, чтобы превратить первый раз в этакое подобие "50-ти оттенков" пропадает сама собой. Невозможно наслаждаться разрыванием задницы, как бы не убеждал себя в обратном!       -Сейчас, дай мне несколько секунд, - бормочет мужчина и на жалкие несколько вздохов Питер чувствует себя лучше. Видимо, именно столько времени нужно на какие-то действия вне задницы, потому что, опустев, та стала заметно меньше болеть. И, когда член входит обратно, всё видится немного в другом цвете. - Как ты?       -Мне... мне не больно! - поражённо шепчет парень. - Как вы...       -Прости, я чуть-чуть не рассчитал, мне казалось - ты уже достаточно растянут, и потому можно не применять смазку с анестетиком...       -То есть, был вариант применить её с самого начала?!       -Да, но мне хотелось, чтобы ты почувствовал всё сам, без приглушения, особенно - в свой первый раз, да и вообще...       -А меня спросить было нельзя?!       -Ну... ты был вообще не слишком расположен к разговору, тем более - на эту тему и в такой момент. Я... я сделал всё настолько плохо?       -Что? У меня задница порвана! Не представляю, как теперь... - руки, ощупывающие вход, не находят ничего необычного, разве что - лёгкую припухлость. - Как ты...       -Это вышло случайно, прости. Мне следовало... - извиняется мужчина, всё ещё лёжа на нём и не двигаясь. И, когда пальцы случайно касаются его члена, вдруг всхлипывает, дёргаясь. От этого движения становится странно и самому Питеру: к нему стремительно возвращается возбуждение, о котором парень успел позабыть за пару прошедших минут, пока старался не разрыдаться под человеком, чуть не превратившим его первый раз в изнасилование. Хотя... он его превратил, причём - по глупости. "Гений, миллиардер, плейбой, филантроп и идиот, который чуть всё не испортил" - прокручивает в голове Питер и вдруг чувствует странно спокойным. Наверное, так себя ощущают люди, испытавшие самую сильную боль, "больные извращенцы", как любят величать их представители "нормального большинства", которые, пройдя через огонь, воду и неуверенность в победе, осознают беспомощность жизни перед усилиями, которые ещё можно приложить. Он попробовал то, что должно быть самой сильной болью в сексуальном плане, и не только выжил, но умудрился сохранить настрой. - Пит, ты как?       -Великолепно, - отвечает Питер и только потом понимает, что сказал.       -Наш малыш любит боль? - удивляется мужчина. - Или просто тащится от идеи изнасилования?       -Ни в коем случае. Просто... - парень замолкает, не в силах объяснить свои эмоции, и тут снова закрывает глаза, послушно приподнимая бёдра на резкий толчок внутрь. - Мы можем просто заниматься этим, без постоянных разговоров и обменом любезностями?       -Как скажешь.       Следующие несколько минут Питер наблюдает за тем, как его трахают. Именно так. Лишившись болевой составляющей, секс превращается в обычное ожидание непонятно чего. Мистер Старк - официально разрешивший звать себя в постели "Тони" - ритмично двигает бёдрами, погружаясь внутрь чужой задницы, его плечи напряжены, а на лице - максимальная сосредоточенность. Пару раз прикинув, доставляет ли происходящее удовольствие второй стороне, парень решает, что иначе всё бы уже давно прекратилось, и недовольно поджимает губы: вероятно, у него сильные проблемы, потому что секс как таковой не приносит описываемого в книгах "райского наслаждения", так - мелкие подрагивания в области шеи, скорее от общего напряжения, нежели из-за чего-то другого, да застывшие в неудобном положении ноги. Питер осторожно смещает ступню, приподнимая таз, чтобы немного разгрузить щиколотки, и замирает. Ничего, в принципе, не изменяется, но теперь толчки внутри ощущаются немного по-другому, острее, ярче и даже приятней.       -Что? - тут же интересуется мужчина, и приходится признать, что актёр из Питер никудышный: малейшее изменение моментально отразилось на лице.       -Эм... стало немного... ощущения изменились и...       -В худшую сторону или...       -Да.       -Гениально! - чуть ускорившись, Тони несколько раз проходится по нужному месту и парня выгибает в громком стоне. - О, вот теперь понятно... Значит, именно там... И как я не нашёл пальцами, а? Удивительно...       Видимо, кроме узнаваемой бородки и гениальности в области роботостроения, у мужчины ещё и привычка болтать во время секса. Или он нервничает настоль же сильно, как и сам Питер, у которого, даже несмотря на вибрацию внутри от накатывающего волнами удовольствия, ещё живо желание не ударить в грязь лицом. Хотя в то, что у Тони Старка, чья кровать пропускает через себя целые группы после особо удачных вечеринок, могут оставаться какие-либо комплексы, поверить сложно.       -Честное слово, я не хочу знать, о чём можно думать с таким лицом, так что не надо меня извещать, ок? - выдыхает в лицо мужчина и, приподняв его бёдра руками, совершает серию особо удачных рывков. Реакция не заставляет себя долго ждать: Питера снова выгибает, отчего член прижимается к чужому прессу и... - Вот так просто? Три удара по простате и у тебя снова встал?       -По.. че... му?       -Давай-ка кое-то попробуем! - и парень удивлённо констатирует, что его ноги заброшены на чужие плечи, а угол стал ещё правильней и ещё приятней. Теперь внутри не просто вибрирует - дёргает в нетерпении, заставляя кричать. И он кричит, пока его не затыкают поцелуем. - Ого, вот это растяжка! Ни одна женщина так не сможет!       "Я не женщина! - мелькнуло в голове у Питера. - Почему он вообще сравнивает меня с кем-то, если всё только на один раз?.. С другой стороны, если это - обычный одноразовый секс, то и бояться нечего, в завершении ночи мы попрощаемся с подобной стороной отношений навсегда. А значит..."       -Да, и ни один парень тоже! - подыграл парень и зачем-то подмигнул партнёру, о чём сразу же пожалел: лицо опалило стыдом от чуть расфокусированного чужого взгляда. - С Вами всё хорошо?       -Да, всё в... - мужчина задохнулся воздухом и вдруг выдал такой стон, что все волоски на теле встали дыбом, а с члена капнула на живот тяжёлая капля. Питер сконцентрировался на собственных ощущениях, но это было ещё не всё: рывки стали быстрее, потеряли амплитуду, а потом и вовсе превратились в непонятную смесь вибрации и секса, от которой не было возможности уйти без оргазма. - Ох ты, как тебе хорошо, прямо сжимаешься весь. Давай, кончи для меня, будь хорошим мальчиком. Ну же, ну!       Питера в очередной раз выгнуло, но орагзм подступал медленно, осторожно, то и дело опаляя своей близостью и вынуждая просить ещё. Он с трудом разобрал в своих же собственных словах просьбу "не останавливаться", забыв и про привычную вежливость, и про желание не отступаться от въевшегося под кожу обращения, но под конец, когда член внутри, словно издеваясь, ударил точно в нужное место, совершенно перестал быть собой: обхватил мужчину за шею и, прикусив ухо, сообщил:       -А вы будете хорошим мальчиком, кончив для меня?       Тело в его руках содрогнулось, в заднице сразу же стало мокро, а силы будто покинули сильное тело, роняя его сверху. Питер тяжело дышал, его прижимали к кровати, кажется, что-то шепча в шею, потому что она слишком быстро стала мокрой.       -Что? - на всякий случай переспросил парень, опасаясь упустить что-то важное, однако снова не сумел ничего разобрать из-за грохочущих в ушах ударов сердца. И потому он позволил себе расслабиться, растягиваясь на кровати, чтобы дать отдохнуть напрягшимся мышцам, надеясь, что важная тема наверняка ещё не один раз всплывёт в обычных разговорах перед тем же телевизором. А потом скосил глаза на до сих пор ловящего губами воздух мужчину и добавил: - Спасибо.       -Да не за что, - прохрипел в ответ тот. - Обращайся...       ***       Собираясь утром в школу, Питер внимательно осмотрел свою шею, но не нашёл ни одного следа, способного навести на мысль, будто он этой ночью лишился девственности. В принципе, ему было абсолютно всё равно, что подумают окружающие, но лишний раз светиться не хотелось. Почему - он и себе не мог ответить.       -Пит? - осторожно постучала в дверь спальни тётя, и он в который раз порадовался, что ночью всё же решил вернуться домой. Мэй оказалась в гостиной, где с нетерпением ждала возвращения блудного племянника, готовая обзванивать больницы и морги. Но всё обошлось, удалось даже наплести ей что-то насчёт Нэда и будущего проекта по биологии. Однако она вдруг стала более ласковой и заботливой, что проявлялось в желании постоянно держать двери открытыми. - Ты в порядке?       -Да, в полном, - застегнув пуговицы рубашки под самое горло, парень ещё раз крутанулся перед зеркалом, но там отразился привычный девственник-неудачник, не способный заговорить с нравящейся девочкой. - А что?       -Тони Старк очень пытался отпросить тебя на сегодняшнюю ночь. Мне стоило согласиться или я правильно сделала?       Тони... Он тряхнул головой, отгоняя воспоминания о прошедшем вечере, о чужих руках и губах, ведущих линии по телу, о жалобном "может останешься?" в конце и молчании, когда он одевался и собирался. Всё, нет больше никакого "Тони", только "Мистер Старк", которому срочно понадобился помощник в исследованиях!       -Пит?..       -Думаю, я сегодня загляну к нему после школы. Мы занимаемся очень интересным проектом, основанным на взаимодействии частиц, там надо постоянно мониторить показатели, чтобы не потерять весь прогресс.       -Знаешь, эта твоя стажировка... Она, конечно, очень помогает финансово, но, возможно, тебе стоило бы проводить больше времени с друзьями? Может, с девочками или...       -Мэй... - он выскочил из комнаты, удивляясь сам себе, и с трудом заставил мчащееся вперёд тело затормозить около женщины. - Мне нравится работать с Мистером Старком, он - грамотный руководитель и гениальный изобретатель. Думаю, именно в его лаборатории у меня получится осуществить все свои задумки. Поэтому не переживай о том, что время проходит мимо. Когда поступлю в Университет - тут же найду девушку и буду проводить время с ней и какой-нибудь весёлой компанией, честное слово.       -Ох, милый, я ведь не об этом, - она погладила его по волосам и вдруг замерла, словно что-то поймав. - Пит... Это кусок розового лепестка?       -Что? - мысли заметались и, заставив себя выглядеть как можно более равнодушным, он коротко бросил: - Может. Не знаю. Вероятно, поймал где-то. Или ветер принёс.       -Ветер принёс... - задумчиво повторила Мэй и снова всмотрелась в его лицо. - Пит, ты ведь обратишься ко мне, если вдруг попадёшь в дурную компанию или вляпаешься в проблемы, да? Я могу тебе верить?       -Разумеется, я сразу же расскажу. Ты можешь мне верить, я люблю тебя.       Уже выскакивая из подъезда, он выхватил из кармана телефон, быстро отбил "Не звони мне домой" и нажал "Отправить". Мобильник пиликнул почти моментально. С экрана не него смотрело ухоженное лицо, рядом с которым висели огромные клетчатые трусы, видимо, забытые в спешке в ванне...       ***       Предмет одежды надо было вернуть. Питер моментально представил себя на месте Мэй, встретившей его поздним вечером в дверях в джинсах на голое тело, а потом не обнаружившей одной пары трусов в стирке. Он подумал о том, увидела ли она то, что их на нём нет, и насколько скоро начнёт задавать вопросы относительно розового лепестка, непонятным образом попавшего в волосы и оставшегося там спустя проведённую в родной постели ночь. Вероятно, он сам на месте тёти уже проверял бы все шкафы на предмет чего-то запрещённого, а заодно - залез бы под кровать. Обыск... Слава богу, неактивированный костюм напоминает что-то среднее между пижамой и карнавальным нарядом, а то пришлось бы отвечать на значительно более резкие вопросы. Да и паутина спрятана достаточно надёжно, чтобы не попасться под руки просто так, к тому же - подписана как "проба плесени №36". Разумеется, никто не станет открывать баночку с такой надписью, а худшем случае - "плесень" окажется в мусорном ведре, а в лучшем - в ящике стола, из которого он регулярно выкидывает кучу всего.       -Утро, - привычно возникает рядом Нэд и, оглядев его с головы до ног, заключает: - В тебе что-то изменилось.       -Да? - тут же начинает нервничать Питер. - Что? Сильно видно?       На форумах пишут, что лишение девственности - крайне заметный для близких процесс. Но Мэй ничего не заметила, а если и заметила, то предпочла промолчать. Ждать подобной тактичности от друга не стоит, он уже давно заявил о своей позиции "полной открытости" в отношениях и, если теперь...       -Кажется мне, что ты стал врать своему лучшему другу.       -Что? Нет, Нэд, я просто... - парень путается в словах, с трудом подбирая те, в которых нет ничего обидного или подозрительного. Но потом соображает, что вообще-то и не врал никогда. Просто не договаривал. - О чём ты говоришь?       -Вчера вечером твоя тётя звонила, просила тебя к телефону. Разумеется, я тебя прикрыл: заявил, что ты в туалете и провёл там уже столько времени, словно собрался остаться жить до конца дней своих и строишь хижину на сваях. Она вроде бы успокоилась, но потом звонила ещё трижды. Последний раз трубку взяла моя мама и сказала, что ты "только что ушёл". - Нэд кривится и по выражению лица ясно, что за столь грубую ложь его маман потребовала как минимум месяц намывать посуду за всей семьёй. Мысленно поставив отметку заглядывать каждый день и помогать, Питер уже открыл рот, чтобы поблагодарить, но друг его опередил: - И вообще: ты обещал рассказывать мне, если идёшь на свидание. Но всегда отмалчивался.       -Это потому, что я не хожу на свидания.       -Да? Теперь я в этом не уверен.       -Правда.       -Тогда где ты был вчера?       -У Мистера Старка, мы занимались...исследованиями.       -Судя по тому, как ты запнулся, вчера вы снова спасали мир. Мог бы так сразу и сказать, в конце концов, не чужие люди, о подлинных личностях друг друга знаем, - поджал губы Нэд, намекая на то, что недавно поделился информацией о своих никах на многочисленных взрослых сайтах. - Я вот ничего от тебя не скрываю.       Парень задумался. В принципе, он мог бы поделиться с другом своими переживаниями, основанными на разовом сексе с Тони Старком, и тем самым переложить проблемы с больной головы на здоровую, но делать это было... нечестно? Он оглядел пухлую фигуру, словно раздувающуюся с каждым годом, и прикинул, какое лицо будет у Нэда, когда он поймёт, что любая "стажировочная ночь" может означать... О, боже, Питер никогда от этого не отмоется, если хоть кто-то узнает, тем более - не способный держать себя в руках друг. В школе полно любителей поиздеваться, потом пойдут слухи, потом подключатся СМИ... Нет-нет-нет, ни в коем случае, он - абсолютно нормальный подросток с абсолютно обычными увлечениями и способами времяпрепровождения. Так что никто и никогда не догадается, что временами он вспоминает, как чужие пальцы аккуратно обвели яички и, нырнув в не до конца сжавшуюся дырку, развели внутренние стенки, вызвав шквал восторга в виде стонов и страстного желания остаться. И Питер бы остался, но...       -Ты точно ничего не скрываешь?       -Нет, - принял решение Питер.       Он рта не раскроет по этому поводу.       А Мистер Старк... он вряд ли будет болтать.