Семейные ценности Старков

Перекрытия торгового центра рушились, тут и там вспыхивало пламя, ядовитый дым просачивался из всех щелей. В атмосфере криков и паники Тони с Питером, как могли, помогали людям выбираться наружу, при этом Питер, в основном, спускал их на паутине с верхних этажей на асфальт, а Тони разбирал завалы и тушил огонь, где он больше всего мешал. ПЯТНИЦА уже доложила, что всю упакованную в паутину банду террористов окружила полиция, а на нижних этажах начали работать первые прибывшие команды спасателей. — Левый сектор — чисто, беру следующий этаж. Как там у тебя, Паучок? — Я пока на третьем, мистер Старк! — звонко отозвался в наушниках голос Питера. — Я… Вот черт! Стой, да куда же ты?.. Ух, поймал. Я почти закончил, сэр. Скоро тоже поднимусь! — Сразу активируй фильтр на максимум, — распорядился Тони, оценив клубы черного дыма. Горел пластик — мерзко и ядовито, и оставалось лишь надеяться, что посетители центра догадались запереться по магазинам и подойти к окнам. Это и то, что террористы успели устроить серию локальных взрывов на разных этажах до прибытия двоих Мстителей, осложняло спасательную миссию. Сверившись со схемой расположения гражданских, постоянно обновляемой ПЯТНИЦЕЙ по результатам сенсоров и кое-где работающих камер видеонаблюдения, Тони принялся разгребать завалы. Не хватало рук, пусть даже понемногу пробиваться к перепуганным людям получалось, переносить их на улицу — тоже. Потом застрял Питер: подхватил рухнувшее перекрытие, не давая придавить застывших от ужаса с десяток детей, не реагирующих ни на какие уговоры, и беспомощно потянулся по связи в костюме к Тони: — Мистер Старк! — Вижу твою проблему, шкет, но сейчас никак. У моих и минутки лишней нет, семеро уже без сознания! — Да, дым на вашей стороне, я вижу. Я держусь, сэр. Вытаскивайте их! Тони ускорился ещё больше, хватая и вынося из здания тех, у кого ПЯТНИЦА фиксировала наличие дыхания и пульса. Пока что — у всех, и это обнадёживало. На очередном рейсе он увидел, как раскалывается удерживаемая Питером плита, проанализировал искином за секунды, чего дальше ждать, оглянулся на ещё троих лежащих на полу и замешкался. В тот же миг к Питеру подбежал человек с металлической рукой и резво пополз под перекрытие за забившимися в угол детьми. — Держись, парень, я мигом! — уверенно пообещал он, сгребая в охапку сразу четверых и вытаскивая их. — Всё в порядке, я выдержу, сержант Барнс! — радостно откликнулся Питер. Больше на них Тони не отвлекался: продолжил свою работу, освобождая от пострадавших четвёртый этаж. Потом была ещё крыша, куда удалось выбраться нескольким десяткам человек, и пара спасательных вертолётов. Питер в итоге, спустив последнюю пару посетителей центра, угодил в лапы репортёров у входа. — Э-э, вы простите, я всё понимаю, но у меня наверху там ещё сержант Барнс! Очень сильно помог. И мне надо вытащить и его, — донёсся до Тони сквозь наушник взволнованный голос Питера. — Всё нормально, Паучок, — громко заверил его Тони, убрав шлем. — Барнса я беру на себя. — Правда? О, спасибо, мистер Старк! В общем, мы обедали с мистером Старком, когда услышали о захвате заложников… — Без звука, — распорядился Тони. Дым на крыше практически не ощущался — его сносил сильный ветер под палящим полуденным солнцем. Вертолёты тоже улетели, забрав наиболее пострадавших людей в клиники. Видя в десяти шагах от себя настороженно замершего и припорошенного пеплом Джеймса Барнса, несомненно слышавшего разговор с Питером, Тони лишь вяло поразился тому, что за целый год новой жизни встретился с ним в первый раз, а кэп, заезжая в дом Старков вместе с Бартоном и Романофф, ни разу не взял с собой и даже не заикнулся о своём дружке. Первым отмер Барнс: безнадёжно глянув вниз с крыши (четыре этажа для суперсолдата не смертельно, но приятного мало), полностью развернулся к Тони и поднял руки, сдаваясь, чем вызвал кривую усмешку. — И? — уточнил Тони. — Тебе решать, Старк, зачем ты остался тут со мной. — Я вообще хотел поблагодарить. За пацана. Ему бы от плиты ничего не сделалось, но детей бы завалило, и он стал бы переживать. Так что… ты вовремя. Тони медленно двинулся к нему. — Я услышал по радио и решил помочь, — явно нервничая всё больше, пояснил Барнс. — Как раз был неподалёку. Расстояние между ними сократилось до одного шага, руки Барнс так и не опустил. Тони прислушался к себе: злость на этого человека прошла давно, частично — после драки в бункере, окончательно — после изучения материалов ГИДРЫ об антигуманных экспериментах над Зимним солдатом. Он делился ими с Пеппер в те проклятые пять лет после первого Щелчка Таноса, и именно поэтому она позвала Барнса на похороны, показывая, что вражды между ними нет. — Старк, мне жаль, — выпалил Барнс. — За Говарда — больше, чем за кого-то ещё. Мы были приятелями. — Как-нибудь расскажешь, что он там творил. Цепляйся за меня. От извинений Тони почувствовал себя легко. Достаточно, чтобы подхватить неуверенно взявшегося за руку Барнса и взмыть с ним в воздух, оставляя защелкавших фотоаппаратами журналистов далеко внизу. И достаточно, чтобы передать через ПЯТНИЦУ послание для Пеппер: «На вечернем барбекю у нас будет плюс один».