Семейные ценности Старков

— …И тогда чародей Стивен смог вернуть моего брата сюда! — закончил свою громогласную и торжественную речь до неприличия счастливый Тор. Проморгавшийся после внезапно возникшего Радужного моста Тони перевёл взгляд на Локи — хмурого, высокомерного и одновременно смирившегося с тем, что так просто выбраться из-под руки старшего братишки не удастся, — и снова на Тора, освещавшего своей почти безумной улыбкой всю площадку у шалашика Морган. — Вот. Ну а вы тут без меня как? — Неплохо. Мозг Тони зацепился за непривычно синий костюм Локи (в прошлый раз вроде был зелёный, нет?), оценил количество оружия на его теле и под плащом (хватит для захвата небольшого городка), припомнил двухлетней давности рассказы Тора о том, что младший изменился, всё переоценил и осознал, да ещё и Таноса завалить попытался, — и свой скепсис (Таноса кто угодно мог считать своим личным врагом). Потом понял, что это отголоски мести Стрэнджа за возвращённую ему директрису Хогвартса, и немного расслабился: док всё же был не такой сволочью, чтобы привести в мир землян того, кто снова станет им угрожать. Затянувшуюся паузу нарушила Морган: высунулась вдруг из-за спины Тони, куда он рефлекторно задвинул её, и шагнула к Локи, во все глаза уставившись на его пояс. — Что это у тебя? Локи опустил взгляд, коснулся пальцами длинного узкого кинжала. — Это мой клинок. — Очень острый? — деловито уточнила Морган, по-взрослому скрестив руки на груди. — Острейший в Девяти мирах, юная леди, — с достоинством ответил Локи. — А что ты умеешь им делать? — Всё. Снова повисла пауза, в которую Тони с гулко бьющимся сердцем переводил взгляд со своей дочери на озадаченного гостя с кинжалом, потом на Тора — ещё более счастливого, чем минуту прежде (как у него только не треснуло лицо?). Впрочем, именно Тор тишину и нарушил: — Локи необычайно искусен в обращении и метании ножей. — Покажешь? — моментально отреагировала Морган. Локи ответил не сразу. Недовольно покосился на брата, после, с сомнением, — на Тони. Наступил момент истины, и Тони следовало решить: поверить увещеваниям Тора (и стоявшему за возвращением Стрэнджу), что опасному асгардскому божку всё-таки можно доверять, или быстренько свернуть беседу и распрощаться с незваными гостями. Дело решили широко распахнутые, умоляющие глаза Морган, а также недобитые остатки веры в людей. — Только не отходите далеко. — Есть! — завопила Морган, резко обняла Локи за ноги, а потом вцепилась в левую руку и потащила за собой. — Идём скорее, пока папочка не передумал! Её напора не выдержало даже опасное асгардское божество и покорно двинулось следом к деревьям. Тони же, вполуха слушая возобновившего рассказ о своих последних подвигах Тора, не мигая, наблюдал за жонглированием холодной сталью Локи под восторженные вопли и аплодисменты Морган, за тем, как он втягивается и перестаёт хмуриться рядом с ней, сам показывает разные трюки, даёт подержать свой кинжал за рукоятку, а после наколдовывает ещё один, поменьше и полегче, и учит его бросать. — Босс, ваша жена просит зайти к ней на кухню. Возникли вопросы по поводу числа гостей, — звонко объявила ПЯТНИЦА в очках. — Уже иду. Тор, отвечаешь за обоих. — И единый волосок не упадёт с головы твоей юной дочери, Старк! — Ну, смотри. Убедившись, что Локи пристально следит за тем, чтобы Морган не порезалась об острое лезвие, и терпеливо объясняет ей технику безопасности, Тони быстро зашагал к дому, на ходу вполголоса поручив ПЯТНИЦЕ активировать все трекеры на Морган и отслеживать каждый шаг. У него возникли новые дела: объяснить Пеппер, почему у них сегодня именно такие гости, и сделать всё, чтоб она не узнала, чем играется на поляне их семилетняя дочь.