Смена полярностей

Если бы Северусу пришлось составлять словарь, то сложившаяся ситуация стала бы отличным описанием слова «неловкость». Впрочем, обычная неловкость не отразила бы и половины эмоций, которые испытал зельевар в эту секунду, в ту самую, когда осознал очевидное. Да как это вообще возможно! В школьные годы мальчишка с засаленными волосами, в поношенной одежде, с вечно угрюмым видом и маниакальной страстью к зельям едва ли мог привлечь девушку вроде Элисенции Пруэтт. Он даже имени её не помнил, а может, и вовсе не знал. А она… Снейп сглотнул, сжимая в кулаке волшебную палочку. Хвала Мерлину, что магические инструменты зачаровывались от физического воздействия, иначе он непременно переломил её надвое. Элис подлила себе вина. Маска непроницаемого спокойствия вернулась на её хорошенькое аристократичное личико. Именно так должны выглядеть люди подобного положения: не плакать, не страдать от влюблённости в плебея вроде него. О своей маске Северус не задумывался. Как выглядит его собственное лицо, ошарашенное внезапным (внезапным ли) откровением? – Не хочешь спросить, как дела обстоят сейчас? Спрашивать он не хотел, но лишь потому, что, как ему казалось, отлично знал ответ и готов к нему не был. Собственные чувства к Элис Северус не мог облечь в какие-либо существующие слова. Храбрая ведьма, которая несла страшное бремя, похожее на его собственное, выглядела сейчас как женщина, оголившая душу. Он не заслуживал этой наготы, никогда не заслуживал ни от Лили, ни от Лис. – Полагаю, говорить об этом ты не хочешь. Элис хмыкнула и наградила собеседника пронизывающе холодным взглядом. – Ну, возможно, пять минут назад это имело значение. Сейчас, – она со вздохом сложила руки на груди, принимая закрытую во всех отношениях позицию, – это уже неважно. Так что, если для того, чтобы ты сосредоточился на нашем деле, требуется совершить прогулку по прошлому, то я готова. Она пыталась давить на совесть, но вопросы морали перестали волновать Северуса ещё в тот год, когда он спал с женой Джеймса, выкусигаденыш Поттера. И этот факт, ломающий и удерживающий на плаву одновременно, стал частью его нового «я». – Тогда, – он уже жалел, что поддержал эту тему, – как же дела обстоят сейчас? – Сейчас я слишком много сил положила на то, чтобы изменить историю. Так что мои чувства не имеют отношения к нашим с тобой совместным делам и никак не влияют на них. Принц-полукровка не мог похвастаться глубокими познаниями в женской психологии, но что-то подсказывало, что Элис аккуратно завуалировала в этой фразе и своё отношение к нему, и заодно отношение к тому факту, что он решил ворошить всё это на кухне в доме тёмного магического рода. – Ты собираешься выйти за Блэка? – Не будем уподобляться старшему Уизли, – Лис, очевидно, намекала на свадьбу в седьмой части книг, что они оба знали почти наизусть, – сейчас не лучшее время для свадьбы. Пресловутое «почему» застряло где-то в горле. Не сейчас. Значит ли это «никогда»? – Вы ведь были подругами. – Всё верно, но ты явно на что-то намекаешь, – Лис ухмыльнулась, касаясь ногтем края бокала. Она не притронулась к напитку, только гипнотизировала его содержимое прямым взглядом. – Лили не заслужила того, что случилось, – ещё больше мрачности в голосе, Северус. Нельзя выйти из образа бесчувственного сухаря, что бы ни случилось. В противном случае он выдаст себя с головой. Давать надежду – последнее, что он должен был сделать. – Разумеется, не заслужила. – А вот и мы, – хриплый голос Сириуса разорвал пелену, которая укрывала этот момент, заставляя реальность балансировать между пресловутыми «до» и «после». Теперь они оба, а точнее сказать трое, ведь Блэк тоже был замешан в событиях прошлого, преодолели отметку «после». Снейп оглядел воспитанника. Гарри выглядел весьма довольным, чего и следовало ожидать. В том, что наследнику ненавистной фамилии понравится общение с крёстным, зельевар не сомневался ни капли. Но, несмотря на то, что Сириус занял закономерное место рядом с Элис, сам Гарри уселся на стул около Северуса. Подобная мелочь грела эгоистичную душу наставника. – Предлагаю перекусить, я смертельно голоден. А ты, Гарри? Что любишь есть? – Пирог с почками, – мечтательно протянул юный волшебник. Тот факт, что Гарри хватило ума не назвать магловское блюдо, Северуса порадовало. Едва ли Сириус в курсе, что такое «гамбургер» или, скажем, «чипсы». – Я обещал Петунье, что верну его к ужину. – Я поем и дома, обещаю! – Северус тяжело вздохнул, почти сразу сдаваясь. Он и сам отчего-то не хотел покидать дом. Возможность наблюдать за Элис сейчас казалась необходимостью. Сириус посмотрел на Лис умоляющим взглядом, который ведьма явно расшифровала, так как, пряча улыбку, покачала головой: – Нет уж, дорогой, проси его сам. Давай-ка. Надо учиться взаимодействовать с ним. Слово «дорогой» отчего-то царапнуло нутро. Если бы кто-то называл так его самого? Испытывал бы он внутреннее удовлетворение? Называла ли его так Лили в те дни, которые они провели вместе? – Кикимер! – рявкнул Сириус после недолгих препирательств с невестой. Уродливый домовой эльф возник посреди кухни в ту же секунду. Он глубоко поклонился Элис, отвесил менее почтительный поклон в сторону Сириуса и едва качнул ушами, чтобы отметить факт существования для него других присутствующих на кухне волшебников. И хотя его действия едва ли можно было назвать достаточно уважительными, он вёл себя куда лучше, чем в пятой книге. – Это домовой эльф? – тихо шепнул Гарри, беззастенчиво разглядывая маленькое существо. По книгам своего первого домовика Гарри предстояло встретить лишь в следующем году, но перекроенная реальность подарила ему такую возможность куда быстрее. Кроме того, будучи хорошо подкованным относительно магического мира, мальчишка прекрасно осознавал, кого вызвал крёстный. – Верно, – подтвердила Элис, затем она обернулась к эльфу и ласково произнесла, избавляя Сириуса от необходимости общаться с навязанной прислугой: – Кикимер, будь добр, сваргань нам ужин. Если можно, то твой пирог с почками был бы весьма кстати. Неказистое личико эльфа расплылось в улыбке от похвалы, и он, сопровождая слова поклонами, пролепетал: – Как пожелаете, госпожа. – Кажется, вы с ним не ладите, – выдал Гарри, провожая домовика задумчивым взглядом. – Он любит Лис куда больше, чем меня, считает, что она сможет наставить меня на путь истинный, – фыркнул Сириус, орудуя палочкой, чтобы накрыть на стол. – Ты просто пренебрегаешь его чувствами. – Я не одобряю его взгляды, как и взгляды своей сумасшедшей мамаши. Но раз тебе нравится с ним сюсюкаться… Северус на мгновение потерял нить разговора, погружаясь в размышления о том, насколько абсурдной кажется ему вся сложившаяся ситуация. Он в фамильном доме, за одним столом с сыном заклятого школьного врага, Сириусом Блэком и его невестой, которая пять минут назад недвусмысленно намекнула, что замуж выходить не планирует.