The Fog (Туман)

      «Насекомые населяют землю с незапамятных времён, с того периода времени, когда динозавры плодились и властвовали над миром. Они словно окно в доисторическое прошлое. Там столько всего неизведанного…»       Школьные годы Ван Ибо не помнил, да и, если честно, не хотел помнить, но речь учителя, в котором жил внутренний энтомолог, вспомнилась чётко, стоило менеджеру всучить ему брелок с каплей смолы, в которой навечно замурован не то богомол, не то ещё какая-то тварь. — Систематическая десенсибилизация. Слышал о таком? — менеджер не смотрела на него, таращилась в свой планшет и постукивала стилусом. Ван Ибо слышал, знал и даже делал попытки избавиться от этой проблемы. Но вот все его планы рушились о график. Времени не оставалось даже на сон, что уж говорить о психотерапии. Час его времени стоит дорого. — Спасибо, — дежурно произнёс парень, пряча брелок в глубины адидасовской сумки, в надежде, что каким-то образом он его потеряет, раздолбает или его утащат фанатки.       Усталость сморила и остаток пути до места съёмок он проспал, чему был рад и не рад одновременно. Он выспался, но у него затекла рука и головная боль дала о себе знать. Явление не редкое и даже привычное.       Решение приехать в национальный парк Аокигохара принадлежала его партнёрше по съёмкам, с которой ему выпало несчастье лететь вместе. Лу Джули была восходящей звездой, родившейся в Австралии, но решившей что ей непременно нужно стать айдолом в Корее, Китае или Тайване, где угодно, но стать. Благо внешность располагала, мозги вроде есть, а голос, ну на любителя, скажем так. Шесть часов перелёта из восьми он слушал, как Лу Джули с восторгом рассказывала о выдающейся книге, которую она когда либо читала — «Полное руководство по самоубийству». История её жизни схожа со многими другими подростками, оказавшимися в жерновах шоу-бизнеса, кто-то пробивается, кто-то нет. Банальщина. Вот только Ван Ибо совершенно ни к чему эта информация и только предупреждение менеджера, чтобы он держал свои порывы заткнуть Лу Джули (лучше кляпом) при себе, поскольку эта особа — любимица директора агенства.       Печально известный лес у подножия Фудзиямы был сумрачен, пугающ и ужасающе красив, той мрачной красотой, что лилась из фотоколлажей к преддверию Хеллоуина, не отмечаемого в Азии, но известным по всему миру. Собственно коллаборация двух именитых брендов и приурочена к Хеллоуину. — Ван Ибо, — визг Лу Джули наверняка слышали все духи и демоны леса. Не то чтобы парень в них верил. — Я так рада, что ты согласился. «Мгм, как же, согласился» — Уверена, фотосессия будет что надо, а еще несколько промо-роликов. У нас здесь ещё запланирован эпизод. Разрешение уже получили, команда уже всё подготовила… — Лу Джули болтала, самозабвенно таращась на него, а он смотрел на стенд позади девушки, на которой виднелась выцветшая фотография парня с пометкой «пропавший без вести». — …кстати, что тебе заказать, мой стафф поедет в город. Ты как? Чикенбургеры ешь? Самый вкусный делают только в Нью-Джерси. Такие мягкие воздушные булочки, а котлетка, ммм, просто оближешь пальчики. Не уверена что и тут что-то подобное есть, но если будешь в Нью-Джерси обязательно попробуй. А, топиока! Будешь топиоку? — Нет, — выдал Ван Ибо и, заметив, как пристально таращиться на него телохранитель, дескать, нужна помощь, обошёл девушку. — Нужно переодеться. — А да, точно. — Махнула рукой девушка. — Ты ещё не готов. Собственно о местонахождении этого эпически вкусного чизбургера Лу Джули конкретики не сказала, видимо это осталось в истории навигатора ее менеджера и водителя. — Радуйся, у тебя сегодня только эта фотосессия. — Почему? — Рейсы отменили из-за погодных условий, так что сегодня ночуем в отеле, а завтра вылетаем около полудня обратно.       Настроение плавно катилось по наклонной, раздражение находило волнами и ему хотелось свернуть шею Лу Джули, как курёнку, чтобы она наконец-то заткнулась. Её голос будет сниться ему в кошмарах. Тени раздражали глаза, у блеска для губ был странный вкус, желудок скручивало, и он буквально чувствовал, как по ноге что-то ползет. Возможно, это ему казалось, но стоило девушке показать ему нечто с усиками и лапками, которое ползало у неё на ладошке, ему стало казаться, что мелкие насекомые ползают по всему его телу. — Перерыв. — Объявил фотограф, недовольно сморщив нос.       Ван Ибо готов был возносить хвалу богам за это. К вечеру холодало и он, то и дело, растирал мерзнущие руки, всё же тот балахон а-ля «маг» мало чем помогал. Стрекотание насекомых давило, кофе был остывший, а желание сбежать множилось. Накладки с аппаратурой были чуть более серьезными и не казались странными. Но сначала у менеджера выключился смартфон, потом у визажиста не включился планшет, лампы то и дело мигали, а наступающий со всех сторон туман пробуждал неуместные флэшбеки из просмотренных ранее ужастиков.       Лес Ван Ибо любил, но ненавидел насекомых, у него конечно не случалось панических атак, он не терял сознание, стоило ему на руку приземлиться бабочке, но всему есть предел. Пройти прогуляться не казалось ужасной идеей, да и отошёл он буквально метров на 10-15 от съёмочной группы, но обернувшись, единственное, что он увидел — это проступающие в тумане стволы деревьев. Ни треск качающихся веток, ни шороха опавшей листвы и травы под ногами. Ничего, только туман и тишина. А также копошение маленьких лапок где-то над ухом. Рука дернулась к голове и с омерзением скинула с себя насекомое, Ибо дернулся и зашагал обратно, как он думал к площадке. Паника разгоралась по мере того, как он все быстрее и быстрее шёл, понимая, что уже давно должен был прийти. Голос потонул в тишине и даже малейшего отзвука эха не было слышно. Характерный треск заставил остановиться и медленно посмотреть под ноги — панцири жуков. Сотни жуков копошились под его ногами и тут его накрыло. Вероятно, он никогда так быстро не бегал, в панике Ван Ибо не отдавал себе отчёт куда бежит и поэтому его забег остановило дерево, изогнутое почти у земли и спиралью уходящее в высь к небу. На грани уходящего сознания промелькнуло, что деревья до странного похожи на древние столбы.

***

— Ох, в вашем времени все такие шалуны, я каждый раз диву даюсь. — Я же много рассказывал, Не-сюн, а ты только про это запомнил. — Рассмеялся мужчина. — Уж прости, но я живу во времена, в котором о таком развитии промышленности и слыхом не слыхивали. У нас и драгоценности-то осужденные да рабы добывают в шахтах. Куда уж там до великих свершений. Да и на самом-то деле, те же яйца только в профиль. Времена меняются, а натура человека нет. — Хм, человек? — Да, мы с тобой люди… — Да нет, — перебил его Не-сюн, — там человек. Фантомный силуэт арки таял в тумане, наползающем выше по стволам деревьев. — Сегодня туман резвый, — с дрожью в голосе произнёс Не-сюн. — Пошли, если повезет, успеем добраться до твоего убежища. — Мы не можем его так оставить. — Можем. — Не-сюн, я надеюсь, это в тебе говорит страх. — Ну вот, что ты за человек, Сяо Чжань. В твоём времени вы все такие мягкотелые. Сам его потащишь! И он потащил. Выглядел мужчина, на поверку молодой парень, довольно субтильным, но весил очень даже много. — Быстрее, гэгэ! — То, что ты призываешь меня бежать быстрее, не помогает.       Он сам старался идти быстрее, поскольку туман наползал всё больше и больше, стелился по земле, поднимался выше, и за спиной он уже слышал шорох опавших листьев под лапами не то зверя, не то монстра. Парень едва слабо простонал на ухо, но в сознание так и не пришёл. До дома, служившему ему пристанищем, они добрались аккурат к тому моменту, когда туман уже скрывал их ноги, а ужас поднимал волоски на теле. — Никогда, никогда больше так делать не будем! — Прижался к запертой двери Не-сюн. — Согласен, — пропыхтел Сяо Чжань, сгружая парня на кровать. — Красавчик. Небось наследник чей-то. Ты смотри, в нижних одеждах шлялся. Бесстыдник. — Нижние?       Он бы не обратил на них внимания, если бы не Не-сюн, который внимательно осматривал крой, шов и ткань, щупал, вертел и приговаривал, что хоть и хороша, но тонковата. Вода. Он совсем забыл про воду, дичь из силков-то вытащил, картофеля вот накопал, а о воде совсем забыл. В бочке оставалось совсем немного, обмыть гостя явно не хватит, а извалялся он знатно, да еще и кровь засохла. — Я сделаю нам чай, — произнёс Не-сюн, подпуская Сяо Чжаня к парню.       Под одеждой скрывались хорошо развитые мышцы, что собственно и объяснило, почему парень был такой тяжёлый. Но привело в ступор Сяо Чжаня не это, на внутренней стороне легкой накидки-халата был ярлычок со знакомым брендом. И действуя порывисто и не очень хорошо соображая, в надежде, что он не ошибся, оттянул резинку штанов. — Шалун, — хихикнул Не-сюн. — Руки убрал, — сипло гаркнул парень, который пришёл в себя. Сяо Чжань отпустил резинку. На нижнем белье красовалось GUCCI. — Как грубо, молодой господин. — Хохотнул Не-сюн. — А где же благодарность за спасение? — Ты ополоумел? — так же сипло произнёс Ибо, вглядываясь на парня перед собой. Он был смутно знаком, но вспомнить не получалось. — Вы вообще кто такие? — Не Хуай Сан, младший господин дома Не. — Представился парень в ханьфу. — Сяо Чжань, — тихо произнёс парень, ненамного старше него. — А ты? Твоё имя? — Это ты так шутишь, да? — Я оказался прав, — фыркнул Не-сюн, — чей-то наследник. Пафоса-то, пафоса! — Не Хуай Сан. — Повысил голос Сяо Чжань. — Где был и что последнее помнишь? — Что?

***

      Ван Ибо сидел в углу самого стрёмного дома, который он видел. Не сказать, что у него был опыт хождения по самым стрёмным домам, но он тоже был подростком и даже сбегал из дома, шастал с пацанами по кварталу и забредал на ветшавшие не первый год погорелые дома. Но это… Это как специально построенный для исторической дорамы традиционный дом, только с заколоченными окнами и нещадно чадившими светильниками на свином жире. Он перебирал свою память, силясь найти момент, в котором менеджер бы сказала ему, что он участвует в каком-то шоу по выживанию в лесу с чокнутыми несчастными, что подписались на эту дичь. Да только в памяти этого нет, только то, как он, подгоняемый ужасом, бежал куда не глядя. Голова гудела, желудок сворачивался и казалось поедал сам себя, тряпка пропиталась его кровью и водой, которой он смывал подтёки с разбитого лба. Чувствовал как немеет бок, там скорее всего синяк. А ещё было холодно. — Так, хватит с меня этой херни, — решительно встал с колченогой табуретки Ван Ибо, — вы как хотите, а я пошёл. — Куда? — Поинтересовался Сяо Чжань, методично разделывающий куропатку. — Уж простите, но мне работать надо. И явно не здесь, — он обвёл рукой полутёмное помещение. — Выйдешь за дверь, обратно не вернёшься. — Произнёс Не Хуайсан. — Угрожаешь? — набычился Ван Ибо. — Нет, это не угроза — это факт, — Сяо Чжань поднял на него взгляд. — Я тут уже лет шесть, а Не-Сюн около четырех. В тумане что-то есть. И оно охотится за людьми. Дом это самое защищенное место, особенно ночью… — Ты себя слышишь? — Перебил его парень. — Стивена Кинга насмотрелся? — Его сняли в 2007 году, да? — Что? — Фильм сняли в 2007 году, так ведь. Сколько тебе было, лет 10? — Вы тут оба из ума выжили. — Пойдём, покажу кое-что. — Сяо Чжань обтёр руки тряпкой. — Куда?       Он грубо схватил Ван Ибо за руку и потащил за собой, даже не удивляясь что парень и вырываться не стал. Дом казалось состоял из темноты и только неровно дёргающий огонёк от лампы разгонял её. Сяо Чжань поставил лампу на столик и снял одну доску с окна, стекло было мутным, а за ним только туман и ничего больше. — Смотри. Там туман. — Это я вижу, что там туман. Это спецэффекты, да? Здесь скрытые камеры? — Смотри, — только и произнёс Сяо Чжань.       Закатив глаза, так что наверное увидел бы свой череп изнутри, Ван Ибо приблизился к окну, минуты тянулись медленно и он было хотел возмутиться, посмотрев на Сяо Чжаня, как перед окном что-то промелькнуло. Вглядываться было плохой идеей, на него из тумана вперилось нечто, когда-то бывшее женщиной, с острыми зубами и пустыми глазницами. Он шарахнулся в сторону, едва не снеся столик на котором чадила лампа. — Ч-что это? — Призрак, гуль. Я не знаю. — Ответил Сяо Чжань, закрывая окно доской. — Но стоит выйти и тебя сожрут. Ван Ибо знал точное, теперь к списку его фобий прибавилась и боязнь туманов.