жить, как раньше

с того разговора, наверное, прошло чуть меньше недели. мать изуку все-таки "подобрела" и разрешила сыну сходить в гости к семье бакуго. сам же мидория, к счастью, не вызвал у нее никаких подозрений. в тот же день, когда ему разрешили сходить к бакуго, кацуки собирался уходить домой по окончанию уроков. через какое-то время он услышал за собой знакомый голос и обернулся на звук чужих быстрых шагов. – каччан! бакуго остановился, дожидаясь, когда парень наконец добежит. изуку остановился в метре от него, оперевшись ладонями о колени, и пытался отдышаться, выравнивая дыхание. – чего такое, задрот? – он старался говорить мягче, правда, но привычная резкость рвалась наружу, и получалось с трудом. деку кашлянул пару раз, поднимаясь, и сказал заветную фразу. – она разрешила придти в гости, – на одном дыхании выпалил изуку, опуская голову. бакуго замер, обрабатывая информацию. его мать разрешила задроту пойти в гости к семье бакуго. осознав все, кацуки попытался подавить нервную улыбку. он был взволнован, как ни странно. теперь оставалось привести деку и поговорить со старухой и отцом – он должен был убедить их в том, что задрот подвергается насилию, но единственный способ заставить их поверить в его слова – как бы это не звучало, но.. показать синяки деку. но сейчас нельзя стоять, как придурок – нужно немедленно что-то сказать. – задрот, она не уточняла, когда ты сможешь зайти к нам? – э? нет, кажется... – деку задумался. нужно действовать. – тогда пошли ко мне прямо сейчас. кацуки уверенно направился в знакомом направлении, но оглянулся, не услышав шагов за собой. – чего замер-то? не отставай. «нельзя тратить время, деку, почему ты не можешь поторопиться?» – пронеслось в какой-то момент у бакуго в голове. изуку ёкнул, тут же снова догоняя друга. – прости-прости, каччан!

***

деку неуверенно ступил в чужой дом, едва слышно проговаривая привычное "простите за вторжение". за ним тут же хлопнула дверь – кацуки закрыл. – не бойся, – приободряюще (но все ж взволнованно, что иронично) сказал бакуго, тут же повышая голос. – старуха, я дома! откуда-то с кухни в ответ донёсся женский голос. – не называй свою мать старухой! скорее всего, для семьи каччана подобные разговоры в порядке вещей... деку наклонился, снимая обувь. честно говоря, казалось, что он будто неосознанно прячется за кацуки. – иди сюда, – бакуго снова говорил повышенным тоном, обратившись к матери. та что-то недовольно проворчала, но с кухни все ж ушла. по направлению к коридору раздались уверенные громкие шаги, и деку испуганно сжался. как-никак, это кое-что ему напомнило. – ох, изуку-кун! – мицуки удивилась, но была рада неожиданному приходу парня. – ты давно к нам не заходил. – ах, здравствуйте, мицуки-сан! – он тут же поторопился поклониться – еще и учитывая, что он едва снял левый ботинок, – но женщина вернулась на кухню, ибо там уже что-то во всю подозрительно бурлило и шипело. он вздрогнул, услышав вместо привычной ругани спокойный голос. – задрот, моя комната слева, – раздалось откуда-то сбоку, – подожди там, я должен поговорить со старухой. у мидории, честно говоря, уже начиналась паника: о чем же каччан собирался говорить со своей матерью, и для чего он, деку, должен был вообще придти к ним в гости? сняв, наконец, второй ботинок, он краем уха услышал удаляющиеся шаги, вздохнул и направился к нужной ему комнате. он осторожно открывает дверь, пытается не создать неприятных звуков. усилия оказываются напрасны – ручки и двери тут вполне нормальные и нисколько не скрипят. комната друга оказывается на удивление приятной глазам и чистой: напротив дверного проёма стоял небольшой шкаф (там явно есть как минимум одна фигурка всемогущего, деку просто уверен в этом), рядом с ним – приоткрытое окно; в другом конце комнаты стояла чёрная кровать, а около нее кресло. рядом стоял рабочий стол – недалеко от него, собственно, был обнаружен старый портфель друга, неаккуратно брошенный на пол. на первый взгляд тут было довольно комфортно. однако деку переминался с ноги на ногу, неловко осматривая комнату. – ну, чего встал-то? мидория шарахнулся от звука, резко оборачиваясь. кацуки был довольно сильно удивлён такой реакцией (да и к тому же мысленно подметил, что постарается больше задрота не пугать). – не знаю, куда сесть, – пробормотал деку, боясь смотреть в глаза другу. кацуки усмехнулся. – садись на кровать, все равно отличий от кресла особо нет. звучало странно – кровать абсолютно точно не выглядела жёсткой, как кресло, но изуку все-таки кивнул и направился к ней. оказалось, он ошибался: кровать действительно на самом деле была жёсткой. удивительно, как каччан спал на этом. рядом, собственно, сел и сам бакуго. – деку, – начал он, – я не смогу помочь тебе в одиночку. возникла тишина, нарушаемая только шкварчанием еды на кухне. деку непонимающе слегка наклонил голову. – к чему ты говоришь это, каччан? тот замолчал, нервно поджав губы. он опустил взгляд, пытаясь понять, как же правильно донести свою мысль. повисла неловкая тишина. – деку, ты доверяешь мне? – выпалил кацуки, боясь посмотреть в глаза парню. на самом деле, еще больше он боялся услышать отрицательный ответ на свой вопрос. деку нервно сглотнул. он замолчал, но скоро сделал глубокий вдох и ответил. – да, я доверяю тебе, каччан, – изуку кивнул, снова умолкая. – мы должны сказать моей семье о том, что с тобой происходит, деку, – выпалил бакуго. снова повисла неловкая тишина. голос веснушчатого предательски дрогнул и утих. – каччан... я боюсь, что все станет еще хуже, если рассказать. на плечо неожиданно легла чужая рука, но зеленоволосый даже не отшатнулся — разве что слегка дёрнулся. кацуки слегка подался вперед. – деку, просто поверь, что так действительно нужно. именно потому, что мы скажем моей семье об этом, то допустим меньше ошибок, – он торопливо заговорил. – они могут не поверить, каччан. – разумеется, поэтому тут мы оба, – бакуго быстрым жестом указал ладонью на изуку, тут же возвращая ладонь на чужое плечо. деку определённо понял, что он, видимо, будет выступать в качестве живого доказательства своих же слов. – но я волнуюсь, каччан, – он поднял глаза на кацуки. что в таких ситуациях вообще можно сделать? снова обнять или вроде того? – мы можем, ну, обняться, или вроде того? – бакуго неуверенно слегка развёл руки в стороны. он все еще не знал, что он может делать, а что делать не стоит, и очень волновался – не хотелось в придачу выставить себя придурком, как-никак. изуку улыбнулся. – да, каччан. веснушчатый развернулся к нему всем телом, подаваясь вперёд. что ж, значит, кацуки не налажал, и всё хорошо. – просто скажи, когда будешь готов. он тоже слегка подался вперед, заключая друга в объятия. бакуго тоже нервничал. он уткнулся подбородком в мягкие зеленые непослушные кудряшки. щекотно. провел по спине рукой – никакой реакции; деку старался выровнять дыхание, прислушиваясь к чужому ритму сердца. бакуго сильнее обнял его, продолжая поглаживания по спине. они сидели в полной тишине. она не была угнетающей, нет – с каждой минутой деку становился слегка увереннее в необходимости разговора с семьёй бакуго. он сделал еще один глубокий вдох – он успокоился, но руки по-прежнему дрожали, – и уткнулся в плечо друга. спустя какое-то время он слегка отстранился с уверенным взглядом. – готов.