жить, как раньше

деку достает учебник информатики и тетрадь, на столе обнаруживает карандаш. – о, – бакуго, кажется, что-то задумал. – дай-ка тетрадь, деку. – э? – мидория непонимающе замирает, глядя на парня. – зачем? – посмотрю, какие темы ты не прошел и с чего начать. ну, может быть, не только. не мог же каччан вот так вот взять и придти к нему исключительно чтобы помочь с уроками, верно? может, он все-таки догадался?.. изуку дрожащей рукой протягивает раскрытую на последней исписанной странице тетрадь. бакуго всматривается в нее пару секунд, пытаясь разобрать слова. – а, это информатика, – фыркнул кацуки. он быстро снимает с себя портфель и начинает что-то в нем перебирать. видимо, учебники. на самом деле бакуго старается сунуть руку глубже в портфель и найти нужный ему предмет, чтоб зеленоволосый не видел, как дрожат его руки – он очень взволнован (не меньше деку!), но старается вести себя спокойно. – так, глава... – вторая, – изуку начинает говорить тише. – ага. бакуго быстро перелистывает страницы учебника, останавливается на одной из них. в эту же минуту он берет тетрадь задрота, открывает с конца и невозмутимо отрывает один лист. – каччан, что ты- – заткнись, – бакуго тоже понижает громкость, почти говоря шепотом. – есть второй карандаш? получив утвердительный ответ и карандаш соответственно, бакуго прокашливается и начинает читать вслух. при этом он начинает писать что-то на листе. довольно сложно одновременно записывать что-то, зачитывать абсолютно другую информацию.. и при этом пытаться не сменить интонацию или заткнуться, чтоб за дверью ничего не заподозрила мать деку. действительно сложно, но бакуго справится. это – меньшее, что предстоит сделать, чтоб помочь другу. – первая тема из тех, которые ты пропустил, задрот – кодирование звука и видео, – мидория кивает, забирая тетрадь обратно и начиная записывать в ней тему и дату. между тем бакуго продолжает зачитывать, но при этом что-то пишет на листе. – звук – это колебания среды, которые воспринимает человеческое ухо. в эту же секунду мидория получает ощутимый тычок в руку и удивленно опускает глаза. в уголке листа, который отрывал бакуго, он что-то написал. – ластик есть? изуку в недоумении поднимает глаза. – че смотришь, пиши давай, – бакуго усмехается. учитывая, что прямо сейчас под их дверью стоит и подслушивает мать изуку, он, наверно, выбрал самую удобную тактику. – а.. хорошо, – мидория кивает, глядя на угол оторванной страницы, и начинает писать уже на ней. – да, есть. спустя пару секунд на листе появляется еще запись. – не налажай. с помощью микрофона звук преобразуется в непрерывный электрический сигнал, который в любой момент времени может принимать любое значение в некотором интервале. эй, что у тебя происходит? мидория заносит руку над листом и замирает. внутри снова разгорается дилемма. как же все-таки объяснить, что происходит в его жизни? – меня бьют, – рука несмело выводит эти чертовы буквы. – для работы со звуком необходима звуковая карта – специальное устройство, которое полученный с микрофона аналоговый сигнал превращает в двоичный код. это называется оцифровкой звукового сигнала. кто? изуку поднимает взгляд и поворачивает голову по направлению к двери вместо ответа. блять, серьёзно? она? – более кратко, оцифровка – это преобразование аналогового сигнала в цифровой код. как долго? мидория замирает. ох, черт. задрот опускает голову, но даже так видно, что на глаза у него наворачиваются слёзы. возникает тишина, и бакуго тут же старается заполнить ее чем-то, чтобы инко ничего не заподозрила. деку плачет и теперь что-то увидит хреново, так что как вариант – просто выводить каракули на листе, чтобы создавалось впечатление, что задрот пишет. он пододвигается к задроту, при этом делая мелкие круги на листе карандашом. на плечо зеленоволосого ложится рука, и тот окончательно обмякает, начиная беззвучно плакать. – дай гляну, что ты там написал, – бакуго наклоняется к плачущему однокласснику и едва слышно шепчет, – ластик на столе? парень кивает, пытаясь не создавать звуков, и замирает. – хрень полная, стирай и пиши по новой, – бакуго останавливает наклонившегося вперёд изуку, выразительно смотря на него. он слегка качает головой, мол, не делай ничего. что каччан собирается делать? сзади слышно, как от двери, наконец, отходят – видимо, инко убедилась, что они учатся, а не обсуждают что-то. шаги удаляются, и взрывной парень выдыхает только когда слышит, как в доме хлопнула дверь. зеленоволосый закрывает заплаканное лицо руками и шмыгает, дрожа. – каччан.. кацуки замирает. он ведь может сейчас помочь ему, да? потрогать хотя бы? бакуго поворачивается к задроту всем телом, несмело протягивая руку. можно же? можно, да? деку видит, что парень тянется к нему, но не шарахается – просто вздрагивают плечи от истерики. не видя сопротивления, бакуго подаётся вперед всем телом и обнимает парня. изуку приходится опустить руки, чтобы обнять друга детства в ответ. они сидят так, понимающе молча, около пяти минут, пока деку не стихает окончательно, и плач не прекращается. обнимать кого-то в новинку кацуки, но парень в его обьятиях постепенно стихает и успокаивается. бакуго осторожно проводит рукой по спине веснушчатого, пытаясь погладить его и при этом не причинить боль. честно говоря, обнимать бакуго довольно непривычно, особенно учитывая, что тот его травил. да и в принципе веснушчатый парень довольно таки долгий промежуток своей жизни не получал никакой ласки. но это казалось приятно, пусть спина слегка побаливала от прошлых ударов по ней – каччан уж точно не мог знать, куда его били, и не виноват, что попал по синякам, верно? – задрот, глаза зажмурь. парень повинуется, пусть и не понимает, для чего. по щекам большими пальцами проходятся чужие руки, стирая дорожки слёз. – хуево будет, если она поймет, что ты плакал, – подмечает светловолосый, продолжая убирать следы слёз с чужого лица. деку шмыгает носом, все еще жмурясь и обнимая друга. – спасибо, каччан, – изуку шепчет, наклонив голову. складывалось ощущение, что он прильнул к руке бакуго. – неважно, – кацуки хмыкает, потрепав задрота свободной рукой по зеленым кудряшкам. непривычно, но чем-то неправильным это не кажется. – с этим надо что-то делать, задрот. – но мама... она может избить меня снова, – счастливый блеск в глазах угасает, и парень снова грустно опускает взгляд. – я не в восторге от этого, каччан. мне страшно каждый день даже просто выходить из комнаты, приходить со школы, – изуку наклоняется вперед, надеясь на поддержку. – она бьет меня за любую провинность, – срывается на шепот он. – я не знаю, как она будет вести себя каждый день, когда я возвращаюсь со школы, когда она заходит в мою комнату и следит, что я делаю- – ты не должен это терпеть. серьёзно, даже для тебя это слишком, – кацуки тоже переходит на шепот, все же поглаживая чужую щеку, будто на ней остались слезы. – но что я могу? каччан, что я могу, если я бесполезный? – у деку, кажется, начинается паника. – молчать, – бакуго затыкает ему рот все тем же большим пальцем. – мф-ф... – для начала нужно сделать так, чтобы у тебя была возможность сгонять на улицу и не вызвать никаких подозрений. она вообще бывает доброй или вроде того? – парень вопросительно смотрит. изуку замолкает, глядя перед собой. не плачет. видимо, думает. – вроде того, время от времени, – говорит мидория, приподнимая голову, чтобы чужой палец не давил на губу. – но обычно это длится меньше месяца. и мне нельзя надолго задерживаться где-то. – значит так, – кацуки убирает обе руки от чужой головы, но чуть наклоняется, внимательно смотря в чужие глаза. – как только будет возможность, идёшь ко мне. вообще-то, желательнее, чтоб ты пришёл почти сразу, если она снова изобьёт тебя... – парень закусывает губу, видимо, сомневаясь в чем-то. – а потом? – а потом – узнаешь. но сейчас тебе, задрот, лучше поторопиться и начать писать в тетради. усёк? мидория шмыгает носом. господи, он и правда счастлив – от него не отвернулись, и... учитывая, что это кацуки, конечно, стоит быть осторожнее в своих словах, но деку был более, чем уверен, что бакуго попытается помочь и не навредить подростку – как-никак, он уже и так натворил дел. – я понял, каччан. бакуго хмыкает, пытаясь потянуться в сторону за учебником. – ...но можем мы еще немного так посидеть? – деку заглядывает в глаза светловолосого, вжавшись в него. – наверно? – бакуго слегка нервничает: как-никак, ему не доводилось кого-то обнимать, и он без понятия, как долго это вообще делается. но он соглашается и между тем начинает думать, как помочь другу детства. определенно, первый шаг – это снятие побоев, но что же дальше?..