Какого лешего я в "Наруто"?!

В голове слишком много мыслей. Они сменяют друг друга со скоростью света и мешают сосредоточиться на главном. На моём скором отдыхе. Не курорт, конечно, но жаловаться не приходится. Мне хватало забот, честное слово, и сидеть у Хокаге в этот солнечный день не входило в мои грандиозные планы. Грандиозными, конечно, их можно назвать с большой натяжкой, но всё же я уже месяц пашу как тот самый бессмертный пони из всем известной поговорки, а значит, заслужила "грандиозный" отдых. —...именно поэтому, Хитоми, — Итачи приостановил свою "крайне увлекательную" речь и с лёгким укором посмотрел на меня. — Ты совсем меня не слушаешь, — однако, он тут же выдохнул и сменил гнев на милость. — Но я не могу тебя за это осуждать, учитывая, сколько всего ты сделала для деревни. Особенно в последние, крайне трудные для Конохи, недели, — а недели выдались действительно крайне тяжкими. — Надеюсь, вы хорошо проведёте время и отдохнёте, — вздохнул Ита, которому отдых только снился. Если он спит вообще. Раскланявшись с Хокаге, я рванула из Резиденции как ужаленная. Не могу больше сидеть на месте. Послы Казекаге, которые должны были прибыть по какому-то супер-пупер важному делу (в которое меня, естественно, не посвятили), не прибыли, но пригласили к себе на переговоры. Итачи не поехал, ибо не может, но наша "фантастическая четвёрка", в которую входили мы с Карин и Наруто с Шикамару, были немедленно направлены туда. Я уже давненько хотела повидаться с Темари, Гаарой и Канкуро, только вот ни времени, ни сил не было. Моё настроение, скакавшее туда-сюда, было основной причиной (не считая хвостатых), однако, теперь я чувствую прилив сил и бодрости, который не покидал меня долгое время. Честно говоря, мне пришлось пить для этого курс таблеток, который выписала мне Сакура. Дома мне даже не пришлось собирать вещи, потому что они были собраны ещё в момент, когда я только узнала о том, что направляюсь в Суну. А это было достаточно давно, практически месяц назад. Конечно, это будут серьёзные переговоры, но я в них не буду толком участвовать, ведь моих красивых глазок вполне хватит. Нет, без шуток. Направление Наследницы Клана Хьюга в столь далёкий край, покажет всем, что Коноха настроена благоприятно. Гаара в этом даже не сомневался, но есть ещё и Советники, которые из-за своих старых взглядов на мир не доверяют другим Великим Странам. Только уже давно пора признать, что их взгляды сыпятся песком. Впрочем, как и сами Советники. —Не хочется признавать, но я завидую, — вздохнула Ханаби, которой ещё не давали таких тяжёлых миссий. Она смотрела на собирающуюся меня с белой завистью, но я не могла взять её с собой. Отдых отдыхом, а до Скрытого Песка топать далеко. —Не волнуйся, солнце, — я потрепала мелкую по голове и улыбнулась. — Чуть подрастёшь и твои миссии будут гораздо круче моих, — мы стукнулись кулачками — это было только наше рукопожатие, которым Ханаби, несомненно, дорожила. — Но, пожалуйста, не взрослей слишком быстро. Порою взрослая жизнь приносит разочарование. Твоё взросление никуда не денется, оно преданно дождётся, но как только ты решишься, то назад пути уже не будет. Просто помни, что с приключениями, наступает и ответственность, причем не всегда только за свои действия, — притихшая Ханаби слушала внимательно, ведь я редко говорила так серьёзно. — Но, Хани, я привезу тебе сувенирчики. Пока-пока! — напоследок чмокнув младшую сестру в макушку, я побежала к главным воротам, ибо уже опаздывала. Когда я подбегала к месту встречи, то меня нагнали двое Узумаки, которые, на моё удивление, тоже опаздывали. В итоге раньше всех пришёл Шикамару. Хотя он просто пришёл вовремя, а мы опоздали. Но это не помешало мне подколоть его: —Что, Шика, неужто настолько по Темари соскучился, что раньше всех тут оказался? — такие шутки я ненадолго прекратила. Иногда такие шутки, даже если я выкидывала их сама, давали чувствовать себя некомфортно и раздражённо. Всё это время я пыталась анализировать, почему так, но к выводу так и не пришла. Именно поэтому решила просто игнорировать и ждать, когда само пройдёт. —Конечно, — на моё удивление Шикамару даже не закатил глаза, а ответил мне также, как и я ему. — А ты опоздала, потому что унимала свою ревность? — Наруто аж присвистнул, а я осталась стоять столбом. Какая, к чертям собачьим, ревность? Я сжала руку в кулак, но необъяснимая злость отступать никуда не собиралась. Я не могла не ответить, но отвечать было нечего. —Если только её к тебе, — всё же фыркнула я и пошла за пределы Деревни. Куда делось моё хвалённое настроение? —Я это и имел ввиду, — хмыкнул Нара. — А ты что подумала? — этот выпад я не могла крыть и просто молча шла вперёд, не обращая ни на что внимания. Дело было уже не в злости, но Шикамару на язвительность никогда не отвечал язвительностью в ответ. Значит ли это, что я уже достала своими подколами, и он злится? Чуть позже мы прибавили скорость, но настроение было паршивей некуда. Шикамару описал то, чего я не могла понять всё это время. Это была ревность. Я никогда в жизни никого не ревновала, а потому не могла сразу понять и описать свои эмоции. Вот только данная эмоция была точь-в-точь, какой её описывали сопливые книги, как бы ужасно это не звучало. Но ревность ведь бывает и дружеская? Я глянула на спину командира, которым единогласно был выбран Шикамару, и втянула носом воздух. Тяжело. Неужели я настолько привязалась к Шике, что не хочу отпускать его к кому-либо, пусть это и будет Темари? Но ведь с другими это не работает. Я обеими руками за то, чтобы Наруто женился (или вышел замуж, неважно), я не теряю надежду, что даже сердце Карин возможно растопить. «Глупый ребёнок» — вдруг спокойно произнёс Курама, а я вздрогнула. Всё не могу привыкнуть, что мои мысли теперь вполне досягаемы. Как минимум, для хвостатых. — «Не надо сейчас пытаться найти ответ, к которому ты пока не готова. Время расставит всё по местам». «То есть, предлагаешь мне притвориться, что проблемы нет?» «Я не предлагаю притворяться, никакой проблемы действительно нет. Тебе стоит успокоиться и не пытаться понять каждое своё действие. Иногда единственное, что нам может помочь — время». «Ты так редко говоришь умные мысли, что я прислушаюсь к тебе, моя милая будущая шуба» — я сразу же отключила ментальную связь, чтобы не нарваться на крики Лиса. Но Ку прав. Пора прекратить уже заганять себя в клетку самокопания, в которой я ещё ни разу не была. Добраться до Деревни Скрытого Песка было нелёгким делом: она так-то далековато, а я в последнее время не часто бегаю по миссиям, чтобы свыкнуться. И всё же нужно сказать спасибо Шике, который часто делал остановки, чтобы я могла отдышаться. И хоть мы всю дорогу провели в неловком молчании, но мне, наверное, стоило бы извиниться. Мне стоит быть поаккуратнее с такими шуточками, пора уже это понять, а не играть в маленького капризного ребёнка. Намереваясь поговорить с Шикамару вечером, я неспешно гуляла по тёплым улицам Суны с Темари. Она то и дело водила меня по магазинам и показывала всякие интересные места. Их климат убивал меня, но мы с семьёй Собаку-но видимся так редко, что даже ужасная жара и прогулки по магазинам одежды не мешает наслаждаться прогулкой. Ну, пока Карин ушла обмениваться опытом с ирьёнинами Суны, Наруто находился где-то рядом с Казекаге, а Шикамару обсуждал что-то важное с какими-то важными людьми, я могла посвятить себя ничего не деланью. Нехорошо, наверное, но мне нечем занять себя. Тем более не в своей Деревне. —Ты какая-то задумчивая приехала, всё хорошо? — Собаку-но-Темари порою казалась людям бесчувственной, но я как никто знала, что она очень чуткая. Только вот живя без матери, да с двумя младшими братьями, особо не проявишь свою нежную сторону. —Я бы не сказала...— врать Темари не хотелось, мы же друзья, в конце-то концов, но и сказать было нечего. Вроде бы. — Знаешь, у меня складывается ощущение, словно все вокруг знают обо мне что-то, чего не знаю я, — наконец вспылила я. — Ходят, усмехаются, говорят, что пойму позднее, но я не понимаю! Курама, Карин, Наруто и остальные! Почему нельзя перестать изображать из себя невесть что, и просто сказать, что они думают. Я в грёбаном тупике и не знаю, что думать. Зато они все такие умные, всё прекрасно понимают! Так пусть поделятся! — я уже старалась восстановить дыхание, потому что за такую небольшую речь выпустила всё накопившееся за этот трудный день. —Легче? — всё это время Темари стояла неподвижно, прислушиваясь к каждому слову. И кто вообще посмел сказать, что Темари бесчувственная? Я оторву этому человеку язык. —Гораздо. Спасибо. —Обращайся. Мы ещё недолго поговорили с Темари обо всём, не трогая тему моего всплеска, за что я искренне была благодарна. Всё же мы сильно похожи, и она знает в какой момент меня лучше оставить в покое. Зато мы вспомнили наше знакомство, как ругались и мирились, как вместе составляли план тренировок. —Слушай, — перед тем как расходиться, всё же окликнула меня Темари. — Я в душу лезть не собираюсь. Сама ведь знаю, как это раздражает. А ещё я не умею поддерживать, хотя ты-то ты в курсе. Но если тебе будет некому высказаться или не к кому обратиться, то ты всегда знаешь, как и где меня найти, — а мне было тяжело не расплакаться от таких тёплых и искренних слов. Я такого давненько не слышала, и сейчас ощутила прилив сил. —Я...— слова благодарности, обычно сами вырывавшиеся, сейчас просто застряли комом в горле. Трудно было хоть что-то произнести. Я резко обняла Темари и всё же заплакала. Но я как никогда понимала, что это слёзы не отчаяния или усталости, которые преследовали меня в последнее время, когда я оставалась сама с собой. Это слёзы благодарности и облегчения, благодаря которым я знала, что смогу отпустить ситуацию и двигаться дальше. С новыми силами. Только теперь я не могла не испытать стыд за свои всплески ревности, пусть и дружеские. Темари замечательная подруга и просто хорошая и открытая девушка. Я не могу ревновать её и считать, что Нара — моя собственность. Особенно когда мы просто друзья, и я не имею права распоряжаться с кем ему стоит общаться, а с кем — нет. Даже мысленно. —Ну всё, всё. Знаешь же, я терпеть не могу розовые сопли, — она показательно закатила глаза, но я прекрасно поняла, что за этим жестом скрывается смущение. В гостиницу я пошла одна, попросив не провожать, а то только больше бы её смутила, а бедная Темари и так еле выдержала. Тёплые вечерний ветерок помогал проветрить голову, а также сушил мокрые от слёз глаза. Слишком большое количество впечатлений сделала своё дело, поэтому теперь вечер с самой собой казался мне шиком. Но я не могла всё так оставить. Мне стоило извиниться перед Шикамару и после разговора с Темари я лишь чётче убедилась в этом. Мы взяли две двухместные комнаты: одна наша с Карин, а вторая Наруто с Шикой. Я постучала в комнату мальчиков, и услышала разрешение войти. На кровати у окна лежал Шикамару, явно наслаждающийся тишиной, пока шумный сосед всё ещё достаёт Гаару. В голове мелькнула трусливая мысль сбежать и не мешать ему наслаждаться покоем, но мне пришлось сразу же отогнать эту заманчивую мысль. Я не собираюсь бегать, только этого не хватало. Уж я не понаслышке знаю, что чем дольше оттягиваешь момент, тем тяжелее с ним сталкиваться. —А, это ты, — Шика лениво приоткрыл левый глаз и взглянул на меня, с виду совершенно не удивлённый моим появлением. Знал, что ли... — Ты чего пришла? — значит, не знал. —Я тут по важному делу, — я вздохнула, и, собравшись с духом, а также заранее отключив ментальную связь с Ку, присела на кровать Наруто и начала говорить: —Я должна извиниться за своё поведение. Я слишком поздно понимаю, что мои шутки переходят границы. Пока меня не ткнуть точно таким же методом, то я не вижу этих самых границ. Правда, прости. Пока ты игнорировал эти шутки, то я и подумать не могла, что это может тебя задеть. Но ты не отвечаешь на колкости колкостями, поэтому я понимаю, что мои шутки могли тебе надоесть и мне стоит заткнуться. И вообще, я перехожу границы дозволенного. Прости, прости, прости! — всё моё раскаяние было произнесено на одном дыхании, громко и очень быстро. Но мне не приходилось сомневаться в умении Шикамару быстро анализировать сказанное ему. —Я даже не думал, что если просто поддержу твою шутку, то ты воспримешь это так серьёзно и начнёшь накручивать себя, — вдруг расслабленно проговорил Шикамару, но я отчётливо улавливала в его голосе скрытое напряжение. — Меня не трогают твои шутки, как минимум по тому, что Темари мне не интересна. Как максимум по тому, что язвительные комментарии — твои. —Это ты о чём? —О том, что неважно, что ты мне скажешь: я не обижусь. —О, Шикамару, — я не могла не улыбнуться. — Я тебя умоляю. Тебя же вообще ничьи подколы не волнуют. —Не волнуют и не задевают — это разные вещи, вообще-то, — он как-то мягко улыбнулся — я ещё ни разу не видела такой его улыбки. — Мы давно уже не оставались тет-а-тет, да? — вдруг спросил он. —Действительно, — я и не припомню, когда мы вдвоём оставались при спокойных обстоятельствах. От сердца отлегло. Он всё это время не только не держал зла на все мои многочисленные комментарии, но и поддержал один из них. Я не знаю, как воспринимать это, учитывая, что такое поведение совсем не в характере того Шикамару, которого я знаю. —Просто грех не воспользоваться моментом, — выражение крайней незаинтересованности пропало с лица Нары ещё в начале моей тирады, но сейчас, кажется, стало ещё живее. —Ого, сам Шикамару Нара заинтересован в беседе со мной. Уже можно считать себя хорошим собеседником? —А ты когда-то думала иначе? — он выгнул бровь, облокотившись о холодную стену. —Во-первых, некрасиво отвечать вопросом на вопрос, — хмыкнула я, не собираясь разглагольствовать на тему "а хороший ли из меня собеседник". — А во-вторых, возьми подушку и подложи её под спину. Простудишься. —Ого, сама Хитоми Хьюга заинтересована в моём здоровье. Уже можно считать себя больным? — вернул он мне мою шутку. —Скорее, можно считать себя тем, о ком я волнуюсь, — слова давались достаточно легко, хоть обычно это не так уж и просто. Я больше тактильный человек. И пусть я могу говорить о том, что люблю человека или дорожу им, но слова, связанные с проявлением волнения или заботы всегда давались слишком тяжело. — Не пытайся отвлечь меня и положи уже подушку под спину. —Мне лень, — прозвучало в ответ. Шикамару был сам не свой. Его взгляд был сосредоточен на мне, но он никогда не смотрит в глаза, когда говорит о своей "лени". Я тяжело вздохнула и пересела на кровать Шикамару, сама подложив ему подушку под спину. Неожиданно он улыбнулся и притянул к себе, обняв. И что это значит?