Осенняя череда событий

«Слушай, мне кажется это перебор!..» «Представь его лицо, ха-ха!..» «Я не уверена, что он будет в восторге от этого… Э-эй, эй, погоди!» Это был всего лишь сон.

Окно небольшого купе было приоткрыто, за ним в темноте мелькали чёрные силуэты деревьев, фонари, меркнущие в их свете звезды на ночном небе. «Как можно было дойти до такого?» – думала Зиззи, поджав под себя колени. Порыв ветра, внезапно задувший в щель окна, всколыхнул ситцевую шторку и чуть не унес с собой фиолетовую шляпу зебры. Дохнуло холодом. Зиззи судорожно потянулась к грязному оконцу и с неимоверным усилием надавила на задвижку. Та щелкнула, и окно со скрипом закрылось. Девушка села на место и укуталась в пальто. «Сбежать из дома, не проронив ни слова. Так ещё потерять всё, что было!.. У меня ни работы, ни гроша. Последние деньги потрачены на билет. Так я ещё не знаю, что буду делать, куда идти! Может, ещё можно вернуться... Попросить у кого-нибудь денег на обратный проезд…» Зиззи была голодной и уставшей, ей было холодно, тоскливо и одиноко. Зебра не смогла больше сдерживать эмоции. Слезы сами покатились по щекам, оставляя за собой темные полосы. Скоро её голова отяжелела, прислонилась к обивке плацкарта, и обиды и сожаления утащили ее в беспокойный сон.

«Зиззи, не будь размазнёй! Подумаешь, разок испугается, и что с того?» «Мы в прошлый раз тоже его пугали, он потом из дома ни ногой всю неделю!» «В этот раз мы не будем так «сильно» пугать! Всего лишь квест, как в детективе!» «Ну да, чтобы позвать гулять, мы придумали целую головоломку, как в детективе! Вырезали все буквы из журнала моей мамы, зацепок оставили, так ещё рисунки мелом… Не проще было позвать гулять?» «В этом весь интерес, Зизз! Попудрит себе мозги, зато как напугается!» «Всё пропало, Фокс. Он нас заметит!» «Ах, Зиззи, ну ты чего! Ты же зебра, камуфляж у тебя в крови… Ну или в полосах!» «Он идёт!..» «Чшш!»

Толчок поезда при остановке разбудил Зиззи. Уведомление о прибытии, шум собирающихся людей, мысли в голове – всё слилось воедино. Как будто это было лишь сном и зебра окажется в мягкой кровати… Вот только всё оказалось реальностью. Зиззи встала с места, отряхнулась, ей ничего не оставалось кроме как покинуть вагон. Тушь растеклась по лицу, помада стёрлась, вдобавок глаза от усталости покраснели. На пути со станции зебре без конца встречались всевозможные кафе, продуктовые магазины, забегаловки. На витринах всё выглядело так аппетитно, а пахло восхитительно. Зиззи с досадой смотрела на еду, она не могла позволить себе ни крошки, поэтому, быстро зажмурившись и стараясь не дышать, зебра решительным шагом направилась к выходу со станции. Зебра не узнавала прежнее место, оно было забыто, брошено. Чем дальше Зиззи уходила от железнодорожной станции, тем тревожнее становилось. Фонари по дороге словно едва светились, становились всё темнее и темнее, пока и вовсе не погасли. Шорох листьев под ногами, каждый звук, даже стук каблука не давал зебре покоя. Зиззи ничего не видела, было темно и тихо, но затем вдруг послышался шорох в кустах и напряжение достигло апогея. Зебра сломя голову побежала, тут же споткнулась и упала, едва собрала силы, чтобы снова встать и побежать. Опомнилась она только очутившись за каким-то забором. Посторонних звуков больше не было слышно, лишь гулкий стук сердца отдавался в перепуганном мозгу. Зиззи судорожно вздохнула и обвела взглядом окрестности, где очутилась: густая трава, раскидистые деревья, колючие кустарники – забытое богом место, одним словом. Громкий гудок поезда заставил ее подпрыгнуть, а через пару секунд буквально в нескольких метрах от зебры, ослепив ее на мгновение, промчался поезд. Девушка поняла, что, покидая станцию, ушла не в ту сторону, и что ей придется возвращаться. Наконец, Зиззи вышла с привокзальной территории и теперь держала путь в центр города. Она шла по пустынной улице довольно долго, как ей казалось, и постоянно ускоряла шаг. Шорохи пугали, несмотря на яркий свет фонарей и окон домов. Она была одна, совсем одна. Одна в городе, одна в жизни - предоставлена сама себе. Девушка снова вспомнила о старых друзьях. «Они бы с радостью встретили меня на вокзале, если бы… Если бы мы все еще поддерживали контакт…» - вздохнула про себя зебра. Впереди послышались громкие голоса и ругань, звук разбивающегося стекла, такой резкий в ночной тиши. Зиззи невольно представила, как какая-то загулявшая компашка не дошла до дома и... Тут её мысли прервал шум потасовки. «Пожалуй, я туда не пойду». Зебра подняла голову и осмотрелась: неподалеку виднелся переулок. Она, ни минуты не медля, двинулась туда. Дорога постепенно стала узнаваемой, и впереди начали вырисовываться силуэты деревьев, а шум листвы нарастать. «Это же тот самый лес на окраине! Я смогу срезать и пройти через старую детскую площадку!» Идея была замечательной, но чем дальше девушка углублялась в лес, тем менее эта мысль казалась привлекательной. Звуки ночных птиц, листьев и веток под ногами и скрип проволочного забора, огораживавшего территорию, наводили тревогу. Молодой подлесок сменился колючим кустарником. Зиззи отчаянно продиралась сквозь него, с отчаянием подумав об испорченном пальто, единственном, что у неё было из более-менее теплой одежды. Она сделала рывок, ещё один и, ожидая ступить на усыпанную пожухлой листвой землю, не ощутила под ногами ничего. «Что такое?» - на миг пронеслось у зебры в голове, прежде чем она с немым ужасом канула в пустоту. У неё не хватило сил закричать, колючие ветки били по лицу, цеплялись за одежду, путали волосы, но ничуть не смягчали падения. Зиззи кубарем покатилась по отвесному склону, хоть как-то пытаясь прикрыть голову от ударов о твердую землю. - АЙ!.. Что-то больно впилось ей в бок, и головокружительное падение вдруг прекратилось. Оборванные полы пальто накрыли Зиззи с головой. Голова гудела немилосердно, все тело саднило в местах ушибов и боль в боку нарастала. - Не двигаться, или буду стрелять! Резкий мужской голос одернул шокированную девушку и окунул в котел глупого страха. «Я прошла через всё это ради такого конца?» Вопреки приказу невидимого человека, вероятно уже целившегося в неё, Зиззи заворочалась, пытаясь откинуть с лица ткань. В глаза ударил ослепляющий свет – чёрная фигура стояла прямо перед ней. Вдруг луч света заплясал, и зебра услышала севший голос. – Т-ты... как... что ты тут делаешь? Ещё не поняв, что происходит, Зиззи хотела что-то сказать, но тут её схватили за руку и резко, но аккуратно, вытащили из куста, и поставили на ослабевшие ноги. – Господи, что с тобой стряслось? – тоном, не требующим ответа, сказало существо с фонарем. Он быстро отпустил зебру и брезгливо вытер руку о брюки, а зебра оперлась о какую-то шершавую железку. Она все ещё пыталась восстановить дыхание. Зиззи подняла голову: незнакомец отвел фонарик и смотрел куда-то в сторону, пристально вглядываясь в кусты. Теперь, когда он стоял не против света, зебра могла различить светлую рубашку с темными погонами и тускло поблескивавшие в свете показавшейся из-за облаков луны глаза. Она тоже посмотрела туда. Ей показалось, или там на секунду мелькнул какой-то неестественный огонек? - На выход. Быстро! - голос одернул ее прежде, чем она успела рассмотреть то нечто в облаках. Нетерпеливый рывок за руку заставил идти вслед за фигурой в погонах. Когда же они вместе выбрались из места, которые раньше было детской площадкой, и вышли к машине на свет, Зиззи, наконец, смогла рассмотреть своего спутника более внимательно. Это был пес шоколадного окраса, чуть ниже самой Зиззи, с одним полувисячим ухом и мягкой на вид, слегка растрепанной челкой. Лицо украшали темные круги под тусклыми карими глазами, вероятно от недосыпа. На нём была светло-синяя рубашка с закатанными рукавами (на которой красовался полицейский значок) и чёрные брюки со следами грязи. Зебра затруднялась ответить на свой вопрос о его возрасте: телосложение, поджарое и крепкое, со слегка сутулыми плечами, не соответствовало измождённому лицу, походившему из-за этого на старческое. В это время офицер, убрав вещи на заднее сидение своей машины, обернулся, скрестив руки на груди, и вперился в зебру испытующим взглядом, не предвещавшим ничего хорошего. Куда подевалось то изумление, чуть ли не испуг, когда он увидел её, лежащую под кустом? Озадаченная, Зиззи неуверенно переминалась с ноги на ногу, не зная, чего он от неё хочет. Молчание продолжалось, давя грузом возможных догадок и предположений о каком-либо проступке, как обычно это бывает при виде обративших на тебя внимание полицейских. «Превысила скорость? Но я даже не умею водить машину! Потревожила чей-то покой? Но я, вроде как, не кричала. По крайней мере, под окнами. И из забегаловок на вокзале ничего не крала...» Тут у неё снова заурчал живот. Офицер прищурился, но все еще сохранял молчание. Зиззи не выдержала. - Что?.. - Что? Что?! Ты еще спрашиваешь что?! - рявкнул пес, но увидев усилившийся страх и непонимание в глазах зебры, понизил тон и грустно покачал головой. - Ты забыла меня, не так ли? Зиззи, как ни старалась, не могла понять, кто стоит перед ней. Может, от невыносимой усталости, а может, от тянущей боли в боку. Офицер закатил глаза и фыркнул. - Пять секунд на размышление. И… время вышло. Догги. Позор, Зизз. У девушки отвисла челюсть. Её потряс не столько тот факт, что этот... этот постаревший пес - её ровесник, сколько то, что первым, кого она встретила в родном городе, был её друг детства, снившийся ей в вагоне поезда. На глаза невольно навернулись слезы счастья долгожданной встречи. Зиззи хотела было броситься в объятия Догги, но тот отстранился от неё. Чувство обиды больно кольнуло её. «Ну, он всегда был вспыльчивый, но быстро отходчивый. И мы могли запросто развеселить его раньше. Не могло же всё настолько измениться?» - терялась в догадках о причинах его поступка зебра. Догги внимательно осмотрел Зиззи, остановившись на глазах. Потом развернулся, открыл дверь машины и убрал кипу бумаг с переднего пассажирского сиденья, затем какие-то рабочие инструменты, пошарил в бардачке, достал небольшую белую коробочку с красным крестом и протянул девушке. - Покажи бок, - потребовал он. Зиззи послушно откинула пальто и увидела разорванную ткань фиолетового платья. Красное пятно продолжало расплываться, но рана, вопреки ожиданиям, была не глубокой - всего лишь большая ссадина. - Жить будешь, обработать сама сможешь? Потом я забинтую. - Д-да, думаю, да... - Тогда в машину, по дороге это сделаешь. Зиззи послушно села в машину, Догги занял место за рулем, и машина вскоре выехала на дорогу. Монотонное гудение автомобиля, редкое ойканье зебры, обрабатывающей царапины, и больше ничего - Догги не издавал ни звука. Зиззи выронила ватный диск и наклонилась за ним, но тут увидела выпавшую фотографию. Она судорожно вздохнула, слезы снова заблестели в ее глазах, подсвечиваемые светом придорожных фонарей. Догги бросил на неё хмурый взгляд. - Я не понимаю, как можно было уехать, не сказав ни слова, не писать, не звонить, не сообщить о своём приезде, в конце концов. - Догги, я... - Зиззи все еще держала фотографию, где были изображены она, Фокси и Догги маленькими, и пыталась придумать что сказать. - Не трудись, расскажешь позже, - буркнул пес. - Прости меня, пожалуйста... Просьба осталась без ответа.