Longue virage

***

      Недели шли, а в жизни Гарри Поттера ничего не менялось. Гриффиндорец продолжал жить в Выручай-комнате, учиться и тренироваться, не забывая периодически навещать своего крёстного в больнице.       Гарри ещё больше погрузился в учёбу и самодисциплину. Поттер добился значительных успехов в окклюменции, продолжал тренироваться в боевой магии. Плюс ко всему Гарри добавил для себя занятия по танцам, колдомедицине, артефакторике, «настоящей» истории магии, зельям, и как ни странно рунам и ритуалистике. У Гарри еле-еле хватало на всё времени, но он продолжал тренироваться сам и тренировать свою команду по квиддичу, ходить в тренажёрный зал — всё та же Выручай-комната — и поддерживать своё физическое тело в идеальном состоянии.       Гарри стал значительно меньше времени проводить со своими друзьями, на что представители семьи Уизли сильно обижались, Грейнджер с Луной и Невиллом лишь молча пожимали плечами и понимающе смотрели на друга.       Скромную персону Гарри не обделили вниманием и преподаватели Хогвартса, бросая на Поттера заинтересованные взгляды, а некоторые даже спрашивали, всё ли у него в порядке. Приближался конец октября. Погода становилась всё дождливее, а замок потихоньку готовился к празднованию Хэллоуина. Вся школа была украшена волшебными огоньками, тыквами и летучими мышами, но у Гарри совсем не было праздничного настроения.       Гарри всегда считал, что Хэллоуин — глупый и бессмысленный праздник. Поттер сам не знал, почему у него сложилось такое мнение о любимом празднестве большинства студентов. Может, это было связано с тем, что сиротой Гарри стал как раз тридцать первого октября, а может просто жизнь его и так была наполнена болью и войной, что наряжаться в страшилки в один из немногих спокойных дней парню казалось глупым. Поттер не собирался так бестолково тратить своё время, к тому же нарушать свою маленькую традицию, но перед этим ему нужно было поговорить с деканом.

***

      Профессор Снейп сидел за столом своего кабинета и проверял контрольные шестого курса. Северус как раз рассуждал на тему, что на удивление Лонгботтом справился с работой на отлично, когда в дверь постучали, прерывая его размышления. — Войдите. — Добрый вечер, профессор Снейп.       В кабинет Северуса вошёл Поттер. Поттер! Снейп только недавно ломал голову над тем, что происходит с глупым гриффиндорцем и когда придётся спасать его в очередной раз. Снейп только недавно смог заставить себя перестать думать о Поттере, когда это недоразумение нагло вваливается в его кабинет! — Профессор, у меня есть к вам просьба… — Поттер, мне некогда! Я не обязан бросать свои дела, если нашему Избранному понадобилась помощь. Если вам что-то нужно, обращайтесь напрямую к директору. Уверен, профессор Макгонагалл обязательно уделит вам время, — профессор гневно взирал на Поттера, так что студенту не оставалось выбора, как покинуть кабинет, бросив напоследок: — Простите, что потревожил, профессор.

***

      Северус Снейп буквально летел по коридорам, размахивая подолом своей мантии и уничтожая студентов взглядом. Профессор был зол. На глупых студентов, на директора, на коллег, но главное — на Поттера. Какого Мерлина его понесло в Годрикову лощину на Хэллоуин? Не то чтобы Северус любил Хэллоуин и жалел о пропущенном пире, но сама мысль, что ему необходимо сопровождать Поттера, раздражала.

***

      Студент и профессор школы чародейства и волшебства Хогвартс не спеша шли по Годриковой лощине. Поскольку в этом году Хэллоуин выпадал на четверг, отправиться из Хогвартса удалось только под вечер. Весь день была хмурая погода, тучи заволокли всё небо, и лишь под вечер полил дождь. Когда Гарри и Северус дошли до кладбища, они полностью промокли из-за дождя, закончившего лить несколько минут назад. По щелчку пальцев Гарри его одежда, так же как и мантия профессора высохли. — Поттер, вам запрещено использовать магию вне Хогвартса, — недовольно гаркнул профессор. — Сэр, мне запрещено использовать палочку, а беспалочковую магию можно, вы же знаете, — Гарри было наплевать на мнение своего декана, но глупые придирки со временем стали надоедать. Профессор на это лишь промолчал. Когда студент со своим деканом подходили к мраморным могилам, Поттер не без удивления заметил, что Снейп шагает за ним следом. Вообще Гарри не имел привычки разговаривать с могилой родителей.       «Это же глупо. Могила — это просто место на кладбище. А родители, а скорее души папы и мамы, смогут всегда услышать его, где бы он ни был. И для этого необязательно говорить вслух».       Но Гарри всё равно поразился бестактности своего профессора. Пока Поттер шёл, он сомневался, стоит ли при профессоре, тем более при Снейпе, показывать свои новые способности. С одной стороны, приходить без цветов некрасиво, и вовсе не потому что родители обиделись бы. Просто Гарри сам чувствовал себя ужасно, считая себя неблагодарной свиньёй. С другой стороны, Снейп может ещё настойчивее пытаться разнюхать, чем же занимается «щенок Поттер» и где он пропадает. Всё-таки совесть переиграла разум. Подойдя к идеально изученной за шесть лет могиле, Гарри беспалочковой магией поднял с мрамора упавший листок и трансфигурировал его в охапку белых роз. Розы опустились на мемориал, когда Гарри наклонился к белому мрамору, чтобы стряхнуть с него засохшие листья деревьев.       Гриффиндорец без труда смог бы сделать это с помощью магии, но ему захотелось применить минимум ручной силы. — Белые розы? — странный вопрос от профессора прервал рассуждения Гарри. — Как видите, сэр. — Почему именно белые? — Белый — цвет совершенства, профессор, — Гарри порядком начала раздражать бестактность Снейпа, так что ему приходилось прилагать максимум усилия, чтобы не сорваться и не получить отработку у декана.       Свободное время теперь для Гарри имело вес золота. — Поттер, мне вот интересно, профессор Макгонагалл каждый год вас сопровождала? Или сам Дамблдор? Вы же явно не первый раз могилы родителей навещали. — Нет, сэр. Директор Дамблдор запрещал мне навещать могилы родителей, — Поттер специально выделил слова «Директор Дамблдор». — Трясся над безопасностью своего любимого ученика? — насмешливо протянул декан. — Берёг психику Золотого мальчика! — в тон профессору ответил гриффиндорец.       Поттер резко развернулся и стремительно зашагал прочь. Ему необходимо было срочно развеяться и остыть.       Снейп достаточно быстро нагнал Поттера, и дальше студент и профессор шли молча. Уже когда они собирались активировать портал, послышался тихий звук перемещения. Перед Гарри появился домовой эльф Кричер. — Хозяин Гарри, — забормотал эльф, сопровождая обращение низким поклоном. — Чем обязан, Кричер? — удивлённо спросил подросток. Раньше Кричер появлялся только после того, как Гарри звал его. — Хозяин, — бурчал эльф. — Хозяин Сириус приказал старому Кричеру передать вам письмо в восемь часов вечера на Хэллоуин, хозяин, — эльф протянул свои тоненькие ручки, бережно передавая письмо Сириуса.       Гарри удивлённо взирал на письмо крёстного в своих руках. Вряд ли это завещание, но ни о каких письмах крёстный не предупреждал, когда ещё был в состоянии это сделать. — Спасибо, Кричер. На будущее, всегда дожидайся, когда я буду один, чтобы что-то мне передать, — предупредил Поттер, пряча письмо в карман мантии. — Старый Кричер не виноват, Кричеру приказали… — Я знаю, Кричер. Если это всё, можешь быть свободен.       Кричер исчез с негромким хлопком, оставив Гарри наедине с профессором и со своими нерадужными мыслями. Всю оставшуюся дорогу в замок Гарри старался не думать, что всё это происходило на глазах до сих пор молчавшего Снейпа.