В преддверии Ада

В последующие дни Кристи вновь ходила сама не своя. Она вспоминала Энтони и Макса, то как они общались и каждый раз сознание подкидывало события того злосчастного вечера, когда оба они погибли ради нее! Ради нее черт возьми! А она? Предала их воспоминания пойдя на поводу у Джеймса. Будь он не ладен! Каждый раз, когда Кристи кидала взгляд на этого человека, она чувствовала как сердце начинает быстрее биться. Что же с ней было? Девушка стала сравнивать Энтони и Волмера. А как бы Фальк вел себя с ней в столь интимном плане? Как бы все с ним произошло или не произошло вовсе? Встречаясь взглядом с Крамером, Кристи поспешно отводила свой, хотя щеки предательски краснели от воспоминаний о той ночи. Джеймс награждал молодую женщину лишь снисходительной улыбкой, проходя мимо по своим делам, иногда по-заговорщицки подмигивал, словно знал какую-то, общую для них двоих, тайну, но не более того. А если в этот момент он с кем-то разговаривал, то делал вид, что и вовсе не замечает Кристины, хотя девушка прекрасно понимала: всё-то он замечает! Но ждёт, когда она сама приползёт к нему на коленях и станет умолять, чтобы он подарил ей хотя бы ещё одну такую ночь... Крамер же не забывал последнюю встречу с Хозяином, его слова и ту силу, которой Сатана одарил молодую мать и её дочь. И он так же знал, что противовесом этой колдовской силе может быть только Любовь - единственное, с чем не способны совладать все Демоны Преисподней! А она в свою очередь находила небольшие , но весьма дорогие подарки у себя на прикроватной тумбочке. Теперь и букеты цветов стали чаще благоухать в ее аппартаментах. Каждый раз открывая очередную коробочку с украшением, либо же какой то безделушкой, Кристи улыбалась и закусывала губку своими белоснежными зубками. Для Джеймса это была всего лишь игра, многоходовая комбинация, хитросплетенная паутина, в которую уже угодила прекрасная бабочка... Волмер, коварный паук, наслаждался, наблюдал, как она, тщетно пытаясь вырваться из сетей, ещё сильнее в них запутывается. Странным было и другое. После спиритического сеанса Энтони, в виде Ангела, больше не приходил к Антонине, но, наблюдая за девочкой через вебкамеру, доктор замечал, что она как бы общается с кем-то невидимым. И это его настораживало. Оно действительно было именно так.. Девочка увлеченно разговаривала с невидимым призраком, но лишь слышался только голос с едва различимыми словами. Мисс Маркелл так же стала замечать все чаще странное поведение своей дочери. Ее терзали сомнения стоит ли обратиться с этой мыслью к Волмеру. Играя очередной раз в прятки , девочки весело смеялись и Кристи вздрогнула, столкнувшись спиной с кем-то. Она узнала этот аромат мужского одеколона. Теплые мужские руки опустились на ее плечи. По телу пробежались мурашки, девушка вновь испытала как и тогда, как поднимается возбуждение.. Закрыв глаза, она слегка откинула голову на грудь Крамеру. - Не ожидала нашей встречи? - Бархатным, мурлыкающим голосом прошептал Джеймс, касаясь губами мочки уха Кристины. Пальцы Волмера прошлись по её плечикам и спустились по рукам на талию, чуть сжимая её и привлекая молодую женщину к себе. Кристи почувствовала возбуждение мужской плоти и её саму от этого прошибла дрожь. - Нет, -тихо ответила девушка, кладя свои ручки поверх его, закусывая губку. Она чувствовала как сердце начало быстрее биться, дыхание участилось. Тем временем ладони Крамера продолжали поглаживать её бедра, слегка будоража и дразня. - Хорошо, - таким же мягким, соблазнительным голосом прошептал ей Джеймс, ослабляя свою хватку и наперёд зная, что Кристи, на самом деле, очень желала продолжения. Но не при дочери же? - Жди меня. Я обязательно приду к тебе... Маргрет так и осталась стоять в сладостном оцепенении, а когда пришла в себя с лёгким головокружением от нахлынувших на неё фантазий и воспоминаний о той ночи, Джеймса и след простыл, точно его тут и не было вовсе. Но осталось ощущение его рук, его ладоней и пальцев на теле, а мужской голос всё ещё продолжал звучать в её голове, словно аудиозапись, которую запустили на многократный повтор...Тело будто горело в тех местах, где касались его руки. Кристи дрожащей рукой коснулась шеи и слегка сжала свои пальцы, часто и глубоко хватая воздух. Облизнув пересохшие губы, девушка постаралась найти свою дочь и отвлечься от только что произошедшего в саду. Они продолжили играть, но мысли о нем не выходили из головы. А вечером Кристи расхаживала по своим апартаментам, после того как приняла водные процедуры, в одном лишь полупрозрачном халате. Молодую женщину не покидала мысль, что, кроме нее самой, в комнате ещё кто-то присутствует. Но, куда только Кристи не заглядывала, подозревая, что незнакомец мог спрятаться, например, в шкафу для одежды и исподтишка наблюдать за ней, ни одной живой души в её апартаментах не было. И тут... Кристина услышала мужской голос, напевавший песенку на немецком языке. Она подумала, что это Крамер, но голос был совершенно другим. Голос Энтони. Молодой женщине стало не по себе. Она резко оглянулась туда, откуда доносился голос, но снова никого не увидела. "Что со мной? - Испуганно подумала Кристи. - Неужели я схожу с ума и у меня начались галлюцинации? Ну да, точно. Оно не удивительно, если пять лет находишься в таком месте...". Кристина случайно оказалась возле туалетного столика с огромным зеркалом и посмотрела на себя. Она увидела собственное лицо, с глазами, полными испуга и ужаса, а рядом... Кристи снова резко повернулась. Нет, ей не мерещилось. Серебристое сияние, отдаленно напоминающее очертание мужской фигуры, словно огненный столп в пустыне, двигалось по комнате прямо к ней. Когда это видение приблизилось к ней вплотную, Кристина непроизвольно взвизгнула, но тут же прикрыла рот рукой, чтобы не напугать ребёнка. Но было уже поздно: Антонина вбежала в её комнату и тоже замерла, увидев призрака. "Она тоже его видит!" - Пронеслось в голове у девушки, но она тут же вспомнила слова Сатаны, что в теле её дочери теперь живёт душа великой и мудрой ведьмы, когда-то, давным-давно, сожженной на костре. Девочка, совершенно не боясь, подошла к призраку и протянула к нему свою маленькую ручку. В ответ из серебристого сияния к девочке тоже протянулось нечто, похожее на руку. Это напоминало приветствие двух старых друзей. - Почему ты не приходил? - С упрёком произнесла Антонина. - Я скучала за тобой... Ответа призрака Кристи не услышала: видимо, его слова были адресованы только девочке. Молодая женщина подошла ближе к странному свечению и едва не упала в обморок: вблизи его очертания и вправду напоминали Хоука, особенно - чертами лица, вот только одет он был в длинный балахон и внешне напоминал Ангела со старых икон... - Энтони..., - прошептала она, вглядываясь в очертания мужской фигуры. - Тони... - Маркелл взяла за руку Антонину и прижала к себе, боясь отпустить ребенка. - Солнышко, что он тебе говорит? Девочка взглянула на маму, улыбаясь, щебеча что то по детски, а после запнулась и прошептала на ушко, крепко обнимая ее за шею: - Мамочка, он скучает. Любит тебя, это правда мамочка? Кристи снова взглянула на призрака. Теперь она уже не сомневалась, что это, действительно, Энтони Хоук. Призрачный мужчина улыбался ей. А ещё он общался с её дочерью! Неизвестно сколько времени... - Правда. - Прозвучал откуда-то из загробного мира голос призрака. - Люблю... И всегда буду любить. Целую вечность... Предательские слёзы покатились из глаз Маргрет. Она, в безумном порыве, попыталась обнять Энтони, но её руки ухватили лишь светящийся воздух. - Мамочка, не плачь! - Раздался совсем рядом голосок Антонины. - Дядя хороший. Он мне сказки рассказывает. - Энтони, - голос Кристины дрожал, - прости меня, прости меня Энтони! Я предала память о тебе, чтобы остаться в живых! Я знаю что ужасно поступила! - Горячие слезы катились по щекам, искусанные губы распухли. Кристи дрожащими руками обнимала свою дочь, целуя ее в висок. - Я прошу только одного, береги её, если со мной что-то случится! Умоляю тебя.- Малышка все так же крепко обнимала мать. Призрак Фалька, похожий на Ангела, некоторое время молчал, а потом негромко произнёс: - Я всё знаю... Тебе не в чем себя упрекать и оправдываться передо мной. Ты ведь живой человек, молодая, красивая женщина со своими желаниями. А я уже давно мёртв. Глупо было бы требовать от тебя, чтобы ты хранила верность мне, я это понимаю. К тому же, Крамер - отличный любовник, он умеет довести женщину до белого каления, свести её с ума своими ласками и сексуальными уловками, а потом ... бросить, как использованную вещь. Пока док не потерял свою мужскую силу, он был таким, сколько я его помню. Теперь Хозяин вернул ему эту силу и Джеймс не может натешиться своим мужским достоинством. Но... - тут в голосе Ангела прозвучали хитрые нотки: - Есть нечто, о чём Крамер даже не догадывается! А когда поймёт, будет уже поздно. Кристи смогла разглядеть торжествующее и какое-то злорадное выражение ангельского лица Хоука. - Что ты имеешь ввиду ? - Девушка усадила дочь на свою кровать, так же сев рядом сама и взглянув на призрачное свечение, закусила губу. Загадочная улыбка осенила лицо Ангела Энтони. - Крамер не знает, что, вернув себе мужскую силу, он утратил бессмертие! - Кристи невольно вздрогнула при этих словах. - "Элизиум" более не действует на него, сколько бы ампул этого чудо-эликсира он себе не впрыснул. И очень скоро старина Джеймс в этом убедится. Взгляд Кристины тут же померк, стал колючим и холодным. Она оставила дочь на кровати и подошла к камину, обнимая себя за плечи. В голове не укладывались его слова.. Ей претила мысль о том, что может такое случится.. Джеймс умрет? Неужели? А она как же? Что будет с ней и с этим санаторием?.. Кристина прикусила губу, смотря на пламя в камине. А Джеймс, тем временем, прихорашивался возле зеркала, готовясь к сегодняшней ночи. Он поклялся себе, что заставит Маргрет умолять продолжать, не останавливаться и как можно дольше не кончать, чтобы удовольствие продлилось, как можно дольше. А он, Волмер, помолодевший и набравшийся сил, будет дразнить её, приговаривая: мол, не могу дольше сдерживать себя. Расправляя воротник белой, накрахмаленной рубашки, мужчина взглянул на себя в зеркало и невольно встряхнул головой, словно отгоняя от себя наваждение. Что за...Длинные морщины, похожие на застарелые раны от кинжала, избороздили его щёки. Кроме того, на висках у Волмера добавилось седины, которую он почти вывел с помощью зельевой настойки, рецепт которой он вычитал в старинном манускрипте. Волмер прикинул в уме, что следующий приём "Элизиума" внутривенно должен произойти только через две недели. "Ничего, - успокаивал себя Джеймс, - ночью, в темноте, она и так этого не заметит.". С этой мыслью он закончил свои приготовления и направился к номеру Кристи. - Он здесь! Джеймс здесь! - Услышав стук, девушка вздрогнула и перевела взгляд на дверь. Сердце бешено забилось в груди, мурашки пробежались по всему телу. Призрак исчез, а девочка вдруг захныкала. Кристина подхватив ее на руки, ушла в соседнюю комнату, уложив малышку спать. Волмер вошёл в номер, заметив отсутствие Маргрет. Тихо закрыв дверь на внутренний замок, мужчина осмотрелся. Дрова в камине потрескивали, постель была расстелена. "Значит ждала.." - мужчина ухмыльнулся, задерживая взгляд на кровати, "Где она сама? Неужели решила сбежать от меня?" Спустя некоторое время, Кристина все же вошла в спальню, взглянув на мужчину и прижавшись спиной к двери. Джеймс обернулся на звук щелчка двери. Кристи стояла не двигаясь, тяжело и шумно дыша. Глаза поблескивали в свете огня камина. Локоны свободно ниспадали на плечи, тонкая полупрозрачная ткань халата практически просвечивала девичью талию. Но и Крамер был великолепен! Белоснежная рубашка, расстегнутая до половины груди, темные брюки, туфли, свет камина отражающие. Она не сводила свой взгляд даже тогда, когда Волмер двинулся к ней неспеша и опасно! Джеймс подкрадывался к своей жертве не спеша, как настоящий охотник, буквально пожирая её взглядом. Темная ткань его брюк в районе ширинки выразительно топорщилась, давая понять молодой женщине: "Я снова готов к бою!". Приблизившись вплотную к Кристине, Волмер обхватил её за талию и резко привлёк к себе, чтобы она почувствовала его мужскую мощь и решительность. Его ладони поглаживали её поперёк, после чего цепкие пальцы схватили женские ягодицы, сжимая и массируя их. Посмотрев в сверкающие от вожделения глаза Маргрет, мужчина склонился над ней, его губы прижались к её нежным устам, сливаясь в горячем, страстном поцелуе. Маркелл вцепилась пальцами в его рубашку, а горячие слезы скатились по щекам. Волмер подхватил ее на руки и понес к кровати, укладывая сверху на постель. Девушка выгнулась на встречу, отвечая на поцелуи и стянув с него рубашку, откинула в сторону, ногтями царапая грудь, плечи и спину. Джеймс сжал в руке ее локоны и слегка оттянул , открывая доступ к ее шее, впиваясь в нее поцелуи и оставляя следы. Кристи тихонько застонала. Вновь перейдя поцелуями на девичьи губы, развязал пояс халата и стянув с девушки, отстранился, любуясь обнаженным телом. Опираясь одной рукой о постель, второй медленно проводил по телу, задевая чувствительные зоны. Девушка , закусив губу, смотрела на мужчину снизу вверх, чувствуя прохладу комнаты, от чего тело вновь покрылось мурашками. А когда его пальцы скользнули вниз, где сосредоточено все самое самое, нежно касаясь влажных складочек, Кристи не смогла сдержать стон, выгнувшись дугой и сжав пальчиками одеяло, приподнимая его слегка. Зажмурившись в удовольствии, она отвернула голову, вновь чувствуя горячие поцелуи на шее и груди. И снова Джеймс заставил её испытать неземное удовольствие и всецело подчиниться его мужской власти. Маркелл даже не пыталась сопротивляться, чувствуя себя то невольницей, то наложницей в гареме султана, то просто тряпичной куклой, с которой дерзкий мальчишка волен делать всё, что ему заблагорассудится. Последний акт этой драмы наступил тогда, когда Волмер заставил молодую женщину встать на колени и сперва облобызать, с нежностью и лаской, его мужской инструмент, доведя его до горячего, почти обжигающего состояния, после чего Джеймс сам подошёл сзади, схватил девушку за волосы, намотав их на кулак левой руки, подтянул её голову так, что она запрокинулась, а потом внезапно вонзил в её женское сокровище свой раскалённый мужской жезл. Кристи негромко вскрикивала при каждом его толчке, она уже еле держалась, упираясь руками в пол комнаты, а Джеймс всё никак не унимался, пока, наконец, обильно не излился в неё своим горячим семенем, часть которого растеклась по ягодицам и ножкам Кристины. Мужчина тяжело дыша ей в затылок, поцеловал нежно в шею, все ещё крепко обнимая за талию и прижимая к себе. Джеймс нехотя отстранился и вновь подхватив ее на руки, уложил вновь на кровать. Укрыв их одеялом, Волмер обнял девушку за плечи, нежно лаская кожу кончиками пальцев, по отечески поцеловал в лоб Кристину. Она же положила голову ему на грудь, а руку на торс. Тяжело дыша, девушка закусила губу, пытаясь уснуть, что удалось с трудом. Крамер остался с ней до утра, что впервые такое случилось. Он и сам не мог понять, что могло измениться. Проснулся Волмер рано утром, когда Маргрет ещё мирно посапывала, уткнувшись в подушку. Он невольно залюбовался её сладкой улыбкой, застывшей на устах. Похоже, молодая женщина и во сне переживала снова и снова события прошедшей ночи. Джеймс, не одеваясь, как был, нагишом, отправился в душ. Умывшись под струями тёплой воды, на ходу вытираясь махровым полотенцем, вошёл в комнату, немного прошёлся по ней, но застыл перед тем самым зеркалом, в которое накануне вглядывалась Кристи... На него смотрел не статный мужчина с почти армейской выправкой, а совершенно седой старик со сморщенным лицом, запавшими щеками, усталым взглядом помутневших глаз и огромной залысиной на голове, где ещё недавно красовалась роскошная шевелюра. Дряблое тело этого старика тоже никак не напоминало спортивную фигуру Крамера, а на месте стальных мускулов теперь обвисали складки кожи. Джеймс уронил полотенце, разглядывая старика в зеркале. Он невольно взглянул на свой мужской член. Но тут-то, как раз, всё было в порядке: его пенис, сам собой, вздыбился от возбуждения и покраснел, наливаясь кровью, словно ожидая продолжения ночных приключений. Но у него теперь совершенно пропало всякое желание заниматься сексом. Он ещё раз посмотрел на Кристи. Девушка всё так же мирно спала в сладкой истоме. Волмер по-быстрому оделся и поспешил покинуть её апартаменты, думая на ходу: что бы это могло значить? "Нужно срочно колоть себе "Элизиум"!" - Пронеслось в голове доктора, хотя он прекрасно знал: до приёма следующей дозы - ещё целых две недели... Кристина проснулась довольно поздно. Сладко потянувшись в постели , она обнаружила что давно одна, простынь была холодная. Сев в постели, девушка скинула одеяло, подхватив халат и накинув сверху, вышла из комнаты, направившись в кабинет к Джеймсу. Она без стука вошла в его кабинет. Но там никого не было. Лишь тишину нарушали бой часов. Маркелл осмотрелась и заметив на рабочем столе Джеймса папку, подошла и раскрыв ее, увидела свое дело, которое было перечеркнуто красной линией. Она настолько увлеклась рассмотрением содержимого папки , что не услышала как в кабинет вошёл доктор. Мужчина увидев девушку, как назло, специально, хлопнул дверью. Кристина откинула папку вновь на стол, обернулась смотря на Крамера. Волмер сразу показался ей каким-то... не таким. Что-то было не в порядке с его внешностью. Джеймс зачем-то надел темные очки-хамелеоны с довольно большими стёклами, его лицо было заметно бледнее обычного (Кристи так и не поняла, что это - грим), да и волосы, всё так же спадавшие шевелюрой, казались какими-то неестественными. Можно было подумать, что Джеймс переборщил с краской или лаком для волос. На самом деле, это был парик... - Тааак, - протянул док, - вот, значит, чем ты занимаешься в моё отсутствие? Роешься в документах? Снова взялась за старое - хочешь статейку о нашем санатории написать? - Я ..., - девушка запнулась, закусив губу, - я всего лишь хотела пожелать доброе утро, Джеймс! Ты не так все понял. - Лепетание Кристины вовсе были неуверенным, явно она лгала. - Я совершенно случайно увидела..- С каждым сказанным ее словом, Волмер подходил все ближе, не сводя своих льдисто голубых глаз с ее. -Джеймс, ну если и так!? Что с этого? Я не имею права? Волмер покачал головой. - Ты же сама знаешь, - холодно произнёс он, - что жива лишь потому, что тебя оберегает сам Хозяин. И твою дочь - тоже. С ней то как раз всё понятно: твоя Антонина - будущая Избранная Ведьма. А вот ты ему зачем? Самая обычная женщина, не имеющая никаких особых талантов, серая посредственность, каких - миллионы... Казалось, что Джеймс умышленно унижает Кристину, у которой от этих оскорбительных слов слёзы потекли из глаз. Девушка не выдержала и прожогом бросилась прочь из кабинета доктора. "Да как он смеет!? После всего что было между нами !" Девушка вернулась в свои апартаменты, закрыв дверь. Успокоившись, Кристи взглянула на себя в зеркало. На нее смотрела исхудавшая девушка с красными глазами от слез, искусанными губами... Скинув ненавистный халат, она отправилась в ванную комнату. "Серая посредственность? Такая как и миллионы!?" Кристина набрала в ванну воды, девушка опустилась в воду, откинув голову на бортик. Слезы катились по ее щекам.