В преддверии Ада

Прибыв в клинику, Джеймс узнал у персонала в какой палате находится Кристина, направился к ней. Мужчина тихо вошёл в палату, прикрыв неслышно дверь. Девушка дремала, приборы пикали, в руку была вставлена капельница. Услышав как вошли, она тут же проснулась, а увидев кто перед ней, едва ли не вскрикнула. — Что Вам нужно? — Кристи приподнялась слегка в постели, наблюдая как мужчина садится к ней на постель, опираясь на трость, венчающаяся позолоченной головой льва. Его глаза, цвета голубого неба, взирали на нее. Мужчина смотрел неотрывно на Кристи, словно пытался запомнить ее всю. Одет он был все так же элегантно в темный костюм с белой рубашкой, но вот только Джеймс был не столь великолепен как раньше. — Мне нужен мой ребёнок, — коротко ответил Волмер. Взгляд Джеймса был тяжёлым и колючим, казалось, он пытался разглядеть в Кристине то, чего не замечал раньше. — Предлагаю сделку, — снова проговорил Волмер. — Интересно какую же, Джеймс? — Кристина усмехнулась, презрительно смотря на мужчину. Доктор искривил свои тонкие, посиневшие от старости, губы в кривой ухмылке. — Ты отдаешь мне моего сына, а я тебе — вот это… — Он протянул чек на три миллиона фунтов стерлингов — сумму его залога в суде, которую когда-то внесли за него коллеги-учёные, чтобы Волмер мог выйти на свободу и продолжать свои исследования. — Думаю, — продолжал мужчина, — этого вполне достаточно, чтобы ты и твоя дочь могли безбедно жить в своё удвольствие, — он особо подчеркнул это: «твоя дочь», поскольку никогда не считал Антонину своей, но даром Дьявола, «сатанинским отродьем», как иногда называл про себя девочку. Более того, Волмер в глубине души боялся и ненавидел Антонину, ибо понимал, что девочка — будущая Избранная Ведьма — намного сильнее его самого, он чувствовал в ней угрозу для себя. — Мне не нужны Ваши деньги. Заберите! — Девушка отвела взгляд от мужчины, взглянув в окно и закусив губу. Она чувствовала как убыстряет свой темп ее сердце и в ушах неприятно зазвенело. — Ты хочешь забрать моего сына? Никогда, — проговорила девушка, прорычав как львица, защищающая свое чадо, — слышишь никогда ты его не получишь! В этот момент в палату вошли ещё двое посетителей: капитан Ливингстон и Антонина. Джейсон взял на себя заботу о девочке, пока её мать лежала в больнице. — Что Вы здесь делаете? — Насупившись спросил полицейский, узнав сильно постаревшего Волмера. — И как Вы нашли мисс Маркелл? — Это Вас не касается, сэр, — ответил, как отрезал, Джеймс. — Как раз очень даже касается, — голос Джейсона стал твёрже и решительнее. — Кристина не желает Вас видеть. Она сама мне об этом сказала… — Вот как? Не желает, значит? — Съехидничал Волмер. — А Вы кто ей такой, что она с Вами обсуждает подобные вещи? — Я — капитан полиции и моя задача — защищать невинных людей от таких ублюдков, как ты, Крамер! — Было заметно, что Ливингстон выходит из себя. Былое хладнокровие покинуло его. Казалось, ещё вот-вот, и он набросится на старика Волмера с кулаками. Или пристрелит из табельного оружия прямо здесь, палате. Этого нельзя было допустить. Кристи снова стало дурно… — Капитан Ливингстон, оставьте нас одних, прошу Вас! — Девушка вновь закусила губу, сжимая пальчиками покрывало. — Если что, я рядом. — Неохотно согласился мужчина, выходя с девочкой, которая так же неодобрительно посмотрела на мать и Волмера. — Ты не ответил на мой вопрос, Джеймс! — А я не обязан тебе отвечать, — с такой же ехидцей в голосе, как до этого Джейсону, проворчал Волмер. — Одно из двух: либо ты добровольно отдаешь мне сына и получаешь кругленькую сумму денег, либо… — Доктор зловеще сверкнул глазами: — Я найду способ его забрать от тебя. Но тогда ты ничего не получишь, кроме бесчестия. — Нет! Уходи. — голос Кристины дрогнул, слезы навернулись на глаза, неприятно защипав. — Уходи. Оставь нас, Джеймс! Прошу тебя… У тебя есть все о чем ты мечтал, а эти дети единственное что мое! Слышишь, мое! — Девушка взяла его за руку, крепко сжав пальчиками. Мужчина взглянул на ее руку, а после взгляд перевел на девичье лицо. — Даже не надейся, что я так легко отступлюсь, — проговорил Джеймс, вставая с кровати и опираясь на трость. — До скорой встречи, милая… — Последнее слово он бросил с явной издёвкой. Волмер неторопливо побрёл к двери и снова оглянулся на Кристину. — Зря ты отказалась от денег. Теперь же потеряешь всё, ради чего ты живёшь. В голосе Джеймса прозвучала явная угроза. — Не спеши праздновать победу! — Кристи ответила ему в тон, презрительно фыркнув и вздернув носик. Мужчина опасно сощурившись, вышел из палаты, закрыв за собой дверь. Маркелл прижав руку к губам, беззвучно заплакала, склонив голову вниз. Джейсон и Антонина вошли через несколько минут после того, как вышел Волмер. Девочка бросилась к матери и с криком: «Мама, мамочка моя родная, не плачь!», обняла Кристину. Джейсон уселся на край кровати, где до этого сидел Джеймс. Он взял бледную руку молодой женщины и начал поглаживать её ладонями, словно котёнка. Кристина улыбнулась сквозь слезы, крепко обнимая и прижимая к себе дочь, целуя в макушку светлых кудряшек. А после взглянув на Джейсона. — Прости. я просто устала от этих больниц, лечений.- Девушка пыталась заверить его в обратном и сжимая в ответ его руку. — Тебе небезопасно здесь оставаться, — произнёс Ливингстон. — Я отвезу тебя… — Он запнулся: -…к себе домой. И найму самых лучших врачей, которых только смогу найти, чтобы ты спокойно родила ребёнка в домашних условиях и чтобы никто тебя не тревожил. — Я не понимаю как он меня нашел. Через кого? — Произнесла она, все так же крепко держа его руку. Ливингстон поднес ее к губам, оставляя теплый поцелуй. В глазах Джейсона светилось столько нежности и любви к молодой женщине, что Кристи, невольно, улыбнулась ему, а её вопрос так и остался без ответа. Но и ответ вскоре пришёл, когда капитан Ливингстон, в сопровождении двух полицейских, эвакуировал ее из больницы: у кабинета главврача Кристи увидела миссис Трэвэрс, тоже в положении, сидящую на скамейке. Бывшая медсестра о чем-то болтала с двумя другими беременными женщинами и совсем не замечала Кристины, которая и так всё поняла. «Нелепое стечение обстоятельств», подумала Кристи, усаживаясь в полицейскую машину. Антонина уже ждала ее салоне, прижав к себе плюшевого мишку. Личико девочки было серьезным и каким-то сосредоточенным. Похоже, она о чем-то думала. — С тобой всё в порядке? — Спросил Джейсон, занявший переднее место возле водителя. Второй полицейский, в штатском, поехал на другой машине, как сопровождающий. — Да, — ответила девочка, взглянув на мужчину все так же серьезными детскими глазами. — Я хочу домой. — Не беспокойся, малыш, скоро вы с мамой будете дома.- Ответил Джейсон, ободряюще улыбнувшись. Кристи тоже улыбнулась и прижала к себе дочь, все так же ласково целуя в ее светлую макушку. Когда же они все втроем оказались в его небольшом двухэтажном доме, Кристи уложив спать свою девочку, спустилась в гостиную, где мужчина сидел около окна в кресле и читал газету. Девушка присев на диван рядом, откинулась на спинку, все-таки беременность 7 месяцев давала о себе знать. — Джейсон, я не хочу чтобы мы были для тебя обузой, понимаешь? — Неуверенно начала Кристина. — Что ты предлагаешь? — Мужчина опустил газету, взглянув на девушку серьезным взглядом. Кристи сидела расслабившись, измученная последними событиями и лечением для сохранения беременности. Ее такие же светло-русые волосы были небрежно собраны в пучок, из которого выбивались несколько прядок и падали на шейку. Серо-зелёные глаза, казалось бы, взирали на Ливингстона с некой тоской и печалью, хотя возможно так оно и было. — Ведь Джеймс более не предпринимает попыток связаться с нами. — Девушка слегка улыбнулась, сложив руки на груди. — Поверь, Кристина, это возможно лишь затишье перед бурей. Кто знает что на уме у этого сумасшедшего? На его слова она лишь тяжело вздохнула и отвела взгляд, закусив губу. То что сейчас она чувствовала даже сложно описать словами. Кристи понимала, что Ливингстон был прав во всем. Он хотел ее защитить и всеми силами пытался это сделать. Спустя столько времени они ведь прониклись к друг другу симпатией, а возможно и другими чувствами, в которых Маркелл боялась сама себе признаться. Джейсон тоже испытывал внутреннюю борьбу, осознавая, что не может больше жить без этой женщины. Память о жене и дочери, как незаживающая рана, время от времени, давала о себе знать острой болью в сердце. Ливингстон понимал, что погибших уже не вернуть и что жизнь продолжается, что, как вдовец, он имеет моральное право на новые отношения с любимой женщиной. В собственных чувствах к Кристине он не сомневался, но вот что испытывает она к нему? Это оставалось для Джейсона неразрешимой загадкой. Возможно, молодая женщина, столько вытерпевшая в своей жизни, более не доверяет мужчинам? Возможно, её робкие ответы на его знаки внимания — всего лишь благодарность за спасение от Волмера? Кто знает? Чтобы хоть как-то отвлечься от этих назойливых вопросов, которые он сам же себе задавал, Джейсон попытался сосредоточиться на другом — на безопасности Кристи, Антонины и ещё не родившегося мальчика. Здесь, в его доме, они могли чувствовать себя вполне комфортно и под охраной. Вся территория была утыкана скрытыми камерами наблюдения, что, в принципе, не допускало постороннего проникновения. И всё же он беспокоился. Сидя вечерами в своей комнате, которую любезно предоставил ей Ливингстон, она рассматривала фото Энтони, Макса и… Джеймса. Воспоминания картинками мелькали у нее в голове. Особенно подолгу Маркелл рассматривала фото Волмера. Мужчина был красив, статен с гордо поднятой головой около своего замка. А сейчас? Что сейчас с ним стало? Стоило только вспомнить его последние слова. Кристина отбросила фотографии, ненавидя себя за оставшиеся чувства к этим людям. «От прошлого не сбежать.» В тоже время Антонина не спала в своей детской, сидя в кроватке и поджав коленки, обнимая себя руками. Девочка думала за Энтони. «Почему ты не приходишь ко мне? Почему бросил нас, когда ты нужен, дядя Энтони?» И Энтони пришёл. Как всегда, поздней ночью, в светящемся ангельском облике. Антонина спала, но, каким-то неведомым чувством учуяла присутствие гостя из потустороннего мира. Девочка проснулась и улыбнулась Ангелу-хранителю. Энтони протянул к ней свою сверкающую руку и легонько погладил по шелковистым волосам. И Энтони пришёл. Как всегда, поздней ночью, в светящемся ангельском облике. Антонина спала, но, каким-то неведомым чувством учуяла присутствие гостя из потустороннего мира. Девочка проснулась и улыбнулась Ангелу-хранителю. Хоук протянул к ней свою сверкающую руку и легонько погладил по шелковистым волосам. — Я не смогу защищать вас всегда, моё время в этом мире на исходе, — промолвил он. — Вам нужна человеческая защита. Антонина тут же подумала о мистере Ливингстоне. Джейсон был так добр к ним, что разрешил жить в своём доме… — Не уходи, — чуть ли не плача, среагировала девочка на слова Энтони, что его время в этом мире на исходе. — Ты нам нужен… Ангел покачал головой. — Это не мне решать, — в его голосе слышалась тоска. — Очень скоро я должен буду вернуться в этот мир, родиться маленьким мальчиком в какой-нибудь семье, я даже заранее не знаю, в какой именно и где. Став младенцем, я буду бессилен против того зла, которое угрожает вам, тебе и твоей маме… — Образ Ангела задрожал и начал расплываться, таять, а потом и вовсе исчез. Девочка вновь заплакала, прижимая к себе мишку и уткнувшись носиком в подушку, а после забывшись тревожным сном. Кристина заметила перемену в поведении Антонины. Малышка стала не так весела и игрива. На вопросы матери, о том что случилось, ребенок отвечал уклончиво, а ей оставалось лишь тяжело вздыхать и крепко обнимая, целовать своего маленького ангела. Сон Маркелл в последнее время так же стал неспокойным. Она все чаще просыпалась среди ночи, сжимая руками покрывало. Все чаще ей стал снится санаторий, его обитатели и Джеймс. А Волмер все эти месяцы тщетно пытался разыскать Кристину. Он догадывался, что в её исчезновении замешан Ливингстон. Но все его попытки узнать домашний адрес капитана полиции не имели успеха: такая информация была строго засекречена, чтобы обезопасить сотрудников правоохранительных органов от мести преступников. Однажды, бесцельно блуждая по особняку, Джеймс забрел в бывший номер Кристины. Молодая женщина забрала отсюда все свои вещи, но было видно, что собиралась она в спешке. Крамер начал рыться шкафу и туалетном столике, желая найти хоть какую-то личную вещь Кристины. Но и там было пусто. И вдруг… Под огромным зеркалом, у которого любила прихорашиваться Кристи, Джеймс обнаружил розовую резинку для волос, да ещё с несколькими мелкими волосками на ней. Доктор Волмер обрадовался, как мальчишка, нашедший пиратский клад. Наконец-то! Он знает, что делать с этой находкой. Целый вечер ушёл него на изготовление восковой куклы, которой он попытался придать облик мисс Маркелл. В расплавленный воск он домешал те несколько найденных волосков Кристины, а когда кукла остыла и затвердела, он надел ей на шею ту самую злополучную резинку, сдавившую фигурку, как удавка. Теперь нужна была кровь будущей жертвы. За этим дело не стало: в холодильнике его лаборатории хранились образцы крови всех пациентов лаборатории. Кровь мисс Маркелл он налил в специальную чашечку, потом раскалил на огне тонкую иглу от шприца, умокнул иглу в кровь Кристины и пронзил иглой фигурку… Очередная ночь проходила беспокойно. Кристи металась в кровати, издавая тихие стоны, сжимая разжимая пальцами одеяло и подушку, иногда она так сильно сжимала ими свои волосы, что вскрикивала, будто ее тело пронзало огнем. Джейсон будучи в эту ночь не на дежурстве, а в доме, так же не спал. Мужчина сидя у себя за столом, разбирая какие-то документы в ноутбуке, вышел на стон девушки. Открыв дверь, его глазам предстала данная картина — Кристина извивалась вся на кровати, кусая губу и тщетно пытаясь проснуться. Ливингстон сел на кровать и взяв ее за плечи, стал тормошить, пытаясь разбудить.  — Кристина! Кристина проснись же! Проснись! Девушка сквозь сон слышала как ее зовут, но все еще перебывала в данном состоянии. Когда же наконец капитану это удалось, мужчина инстинктивно прижал ее к себе, поглаживая по волосам. Тепло женского тела вновь пробудило в Джейсоне давно дремавшие чувства и желания, которые мужчина тщетно пытался скрыть, загнать куда-то вглубь себя или даже подавить, поскольку даже не смел надеяться на взаимность со стороны Кристины. Ливингстон почему-то внушил себе мысль, что молодая женщина, к тому же, готовящаяся стать матерью ребёнка, чей отец — изверг и маньяк, разочаровалась в мужчинах и более никого к себе е подпустит на пушечный выстрел. Сам того не осознавая, Джейсон поцеловал Кристину в щеку, при этом ощутив соленый привкус её слёз. Маркелл крепко обнимала его, пытаясь сдержать свои эмоции боли, слезы. Она уткнувшись ему в плечо, прошептала дрожащим голосом: — Прости, что разбудила тебя, прости. Но мне так больно, так одиноко и страшно, Джейсон. — Девушка взглянула на него, чувствуя как мужчина, гладит ее волосы, нежно переходя к ушку, щеке, от чего Кристи закрыла глаза и приластилась к его руке. А Джейсон продолжал ласкать молодую женщину, шепча ей какие-то нелепые в данной ситуации слова, приходившие ему на ум. Аромат женского тела вскружил ему голову, Ливингстону показалось, что он сходит с ума. Ещё чуть-чуть, и он не сможет контролировать себя… Идиллию нарушил детский голосок. Антонина сначала слышала стоны своей мамы и даже почувствовала её боль, как свою собственную, а потом вдруг боль отступила и стоны стихли. Девочка ощутила присутствие в комнате другого человека и решила посмотреть: кто это? Стоя в дверном проёме, Антонина несколько минут молча наблюдала за своей мамой и капитаном Ливингстоном, а потом вдруг произнесла, обращаясь к мужчине: — Теперь ты будешь нашим Ангелом хранителем? Вместо дяди Энтони? Услышав имя Хоука, Кристи тут же пришла в себя и легонько отстранила от себя Джейсона, давая ему понять, что это была лишь минутная слабость, ничего более, ничего серьёзного. Ливингстон неохотно отпустил девушку из своих объятий, обернувшись к Антонине и подойдя к ней, присел, беря детские ручки в свои и крепко их сжимая. — Я постараюсь им быть, если тебе так хочется, малышка. — Мужчина улыбнулся девочке и подхватив ее на руки, продолжил, взглянув на Кристину теплым и нежным взглядом. — А теперь твоей маме нужно поспать, а мы почитаем сказку да? — Девочка закивала и крепко обняла Ливингстона за шею своими маленькими ручками. Кристина не смогла сдержать улыбки и слез. Ее сердце дрогнуло от увиденного. Похоже, что после всего пережитого, у Джейсона проснулись не только чисто мужские чувства к красивой женщине, но и отцовские. Последние три года он жил воспоминаниями о своей погибшей жене и их дочери, но теперь у Ливингстона появилась новая забота — Кристина и Антонина. И для первой, и для второй он должен стать Ангелом-хранителем. Энтони… Девочка произнесла это имя и у Джейсона невольно взыграла ревность, но тут он напряг память и вспомнил, что именно так звали Хоука — помощника доктора Волмера, которого тот, по словам Кристи, убил двумя выстрелами из пистолета. Но тело этого человека так и не было найдено, а все поиски его среди живых тоже ни к чему не привели. Энтони Хоук — настоящее имя: Антон Фальке, опять же, со слов Кристины, словно сквозь Землю провалился. В буквальном смысле этого слова. Вместе с другим без вести пропавшим — инвалидом Максом Лэндэром. А вдруг Кристи соврала об убийстве и Хоук вместе с Лэндэром — живы? Тогда, вполне возможно, один из них мог навещать и мисс Маркелл, и её дочь, даже выдавая себя за Ангела… Злые мысли и сомнения не давали Джейсону покоя даже когда он читал Антонине свою любимую, ещё с детства, сказку о Маугли — мальчике, воспитанном волками. Будучи ребёнком, Джейсон, рассматривая цветные иллюстрации в «Книге Джунглей» Р. Киплинга, часто представлял себя тем самым Маугли, живущим в джунглях, отстаивающим честь своей стаи и сражающимся против тигра Шер-Хана. Став взрослым, Ливингстон принял решение: стать полицейским, ведь современный жестокий мир — те же джунгли, где все люди — либо хищники, либо их добыча. Полицейские, защищающие невинных и карающие преступников, ассоциировались в его воображении с «серыми братьями» Маугли — волками, благородными, хоть и хищными, зверями, а бандиты — с тигром Шер-Ханом, шакалом Табаки и обезьянами Бандерлогами, врагами Маугли. — О чём ты думаешь? — Спросила Антонина, когда Джейсон в очередной раз сбился во время чтения. — Я просто устал, — соврал капитан Ливингстон, поймав на себе укоризненный взгляд ребёнка. — Тебе нравится моя мама? — Вдруг спросила Антонина, смотря на мужчину, который обнимал ее одной рукой, второй держа книжку. Мисс Маркелл стояла у дверей в детскую, слыша их разговор. Джейсон в это время тихо ответил девочке: — Очень нравится. Она необыкновенная женщина, обладающая самыми лучшими качествами. — Вы будете жить вместе? — Все не унималась Антонина — Если только твоя мама не против. Тем более сейчас вам обеим небезопасно где-то быть без меня. — Дядя Ливингстон, а правда что вы нас никогда не бросите? — Правда, никогда. — Ответил капитан Ливингстон, нежно целуя макушку светлых завитков Кристина улыбнувшись их разговору, вновь отправилась в свою постель, в которой она вновь проведет эту ночь в одиночестве.