Что скрывает тьма?

      Дни быстро сменялись ночами, а ночи пролетали слишком незаметно. Утро проходило всегда мимо, да и границы вечера были размыты. Так Эдгар провел уже почти три месяца, склонившись, корпел над новым романом. День путался с ночью, а ночь… а ночью происходило разное.       Три месяца По сидел в своей полуподвальной конуре, где было одно единственное окно, которое находилось почти под самым потолком. Оно было настолько грязным, что разобрать что-либо было практически невозможно, лишь силуэты ног прохожих, слонявшихся туда-сюда без остановки.       Это жилище нравилось Эдгару. Кому-то оно могло показаться тюрьмой, но здесь было все, что ему нужно: место где спать, где приготовить пищу, принять ванну, а самое главное, место, где он мог работать.       Роман был уже практически закончен. Ещё немного и он, Эдгар Аллан По, утрет нос этому детективу из агентства. Ведь то, что он создал теперь, было совершенно непохожим на прошлые его работы. Теперь то он поквитается с Рампо.       Желание отомстить туманило рассудок Эдгару. Эта ненависть и жажда признания не давала спокойно спать и есть, она толкала его на странные вещи. Но кажется сейчас он перешел ту невидимую черту, которая была проведена между детективами. Ведь то, что он написало было…       БАБАХ!       Громкий шум падающих предметов, лязг посуды заставил Эдгара отвлечься от работы. Мужчина оглядывается по сторонам, комната освещена лишь тусклой настольной лампой, но этого хватает, чтобы По понял, источник на кухне, а раз Карла нет в комнате, то скорее всего именно он устроил этот беспорядок. Эдгар идет на кухню, включает свет и что он видит: гора посуды, которую не мыли практически неделю с успехом разбилась в дребезги, а морда енота застряла в узкой банке с печеньем.       «Бедолага» — подумал мужчина, глядя на своего любимца, который отчаянно пытался справиться с ловушкой. В первые за долгое время Эдгар посмотрел с какой-то жалостью на своего друга, он испытал стыд и вину, за то, что маленькому любимцу пришлось столкнуться с такими неприятностями из-за того, что Эдгар так увлеченно работал. Когда Карл был спасен из капкана, По, в знак извинений, погладил его по жесткой шерсти своей худой рукой.       «БОМ-М! БОМ-М! БОМ-М!» — послышался звук из кабинета.       — Слышишь Карл, уже три часа… — беззаботно сказал Эдгар, но тут же замолчал. Его глаза широко раскрылись, а сердце пропустило удар. В комнате буквально за долю секунды стало невероятно холодно. До мужчины доходит осознание того, что в его доме никогда не было таких часов.       Он срывается с места и бежит к своему роману. Кажется, Эдгар догадался, что именно происходит. Подойдя к столу и взяв рукописи, мужчина теряет дар речи, он перебирает листы бумаги, но все они пусты. Какого чёрта? Ведь он точно оставил их на столе. По осматривает комнату, ничего не изменилось, часов нет, может быть ему показалось? Но что тогда произошло с его работой? Почему все страницы пусты?       Руки начали трястись, а колени подгибаться. Эдгару аж пришлось сесть на стул, силы как будто разом покинули его. Мужчина внимательно осматривает округу. Сомнений быть не может, он все там же, где и был. Он с Карлом находится у себя дома.       Снова тишина. В комнате стало холодно. Эдгар натянул на плечи свой темный плащ и потер руки, чтобы хоть как-то их согреть. Они были шершавые, а кожа в некоторых местах потрескалась. Вдруг из кухни прибегает испуганный Карл и запрыгивает сначала на стол, а затем на спину к мужчине.       — Что происходит? — испугался Эдгар и попытался снять своего питомца со спины, но тут он слышит откуда-то с кухни звук заводящейся бензопилы.       Внутри все сильно сжалось. По знал, кто это был. Он несколько раз описывал этот характерный звук в своей работе. Тяжелые шаги послышались в коридоре. Эдгар так сильно нервничал, что у него стало болеть в груди. Он буквально замер и выпустив Карла вцепился в свою пустую рукопись.       В комнату медленно зашел человек с бензопилой. Он был просто огромный, что в рост, что в мускулах. Его руки были похожи на дубины, лишь ими он легко мог сломать Эдгару позвоночник. Мужчина был одет в военные тяжелые берцы, в толстые кожаные перчатки, которые доходили ему до самых локтей. Какие-то военные штаны, которые прикрывал фартук грязного цвета.       По зажмурил глаза и болезненно сглотнул ком в горле. Он боялся взглянуть в лицо этому мужчине. Но звук приближающихся шагов заставляет Эдгара открыть глаза. Внутри все оборвалось. У мужчины с бензопилой не было одного глаза, а вместо него зияла дыра, большой нос был сломан и из него капала кровь. Нижняя челюсть была перекошена и выдвинута вперед, и эта неестественность не вызывала ничего кроме как отвращения и ужаса. Эдгар буквально оцепенел, глядя на ожившего героя своего произведения. Он не мог ни дышать, ни пошевелиться. Ноги в буквальном смысле приросли к полу. Мужчина с бензопилой замахивается и готов нанести удар по Эдгару, но Карл больно вцепился зубами в плечо своего хозяина и это отрезвило По. Он в последний момент уворачивается от удара и бежит к выходу, обернувшись замечает, что бензопила заглохла и застряла в полу. Отлично, у него есть время.       Эдгар выбегает на пустую улицу и бежит, куда глядят глаза. Пришел он в себя посреди какого-то ночного клуба, в толпе пьяных танцующих людей. По сразу же становится не по себе, внутри все переворачивается, но он понимает, что здесь сейчас ему безопаснее, чем снаружи. Мужчина старается взять себя в руки и успокоится, но колени все ещё дрожат. Толпа облепляет мужчину сильнее и Эдгару становится неприятно. Он хочет домой, обратно к себе, чтобы все было как раньше, чтобы ничего этого не происходило. Здесь слишком много людей.       Сердце казалось стало биться в такт музыке, странно, но это помогло успокоиться. По смотрит на свои руки и видит, что он до сих пор сжимает свою рукопись, замечает Карла на спине. Удивительно, насколько крепко вцепился он в спину своего хозяина. Эдгар снова виновато смотрит на своего питомца и в его взгляде отчетливо читается «прости». Но вдруг музыка прекращается. Вниз по лестнице к толпе людей спускается крепкий мужчина с уродливым лицом. Эдгар замечает его и хочет сразу же бежать, но люди хватают его за руки и разворачивает лицом к своему «творению». По изо всех сил старается вырваться, но все тщетно, даже попытки Карла помочь своему хозяину, кусая за пальцы людей оборачивается провалом. Эдгара ставят на колени, заламывая руки. По смотрит на толпу, но их лица искажаются, они сливаются в одну непонятную массу, перекручиваются и уже невозможно было различить в этом лицо, но тут же все возвращается обратно и на него уставилась безумная толпа с широкими неестественными улыбками.       Сердце снова набирало обороты. Оно так сильно и так больно билось о грудь, что казалось вот-вот не выдержит и остановится. По видит, как толпа расступается перед его «творением», они чуть ли не кланяются ему. Эдгар не понимает, что и почему это происходит. Крупный мужчина с изуродованным лицом склоняется над своим создателем. Он смотрит своим единственным глазом в глаза По.       Эдгар испуганно таращится на него. От «создания» неприятно пахло, и оно пытается… улыбнуться? Жуткая ухмылка появляется на перекошенном лице, слюни стали стекать по подбородку и капать прямо на грудь мужчине. Крепкие руки тянутся к шее По и ладони смыкаются на его горле. Сердце бьется еще быстрее, кажется оно и правда не выдержит. Но отчего он умрет быстрее? От рук собственного создания или его подведет собственный организм. Но подведет ли? Может это и есть спасение, от долгой мучительной смерти… В глазах мутнеет, все стало расплываться, вот и все, этот час настал. Взгляд Эдгара опускается на пол. Повсюду разбросаны пустые листы его рукописи. Видимо он выронил их, когда его заломали. Откуда не возьмись подул леденящий до костей ветер. Это привело в чувство По. Он снова смотрит на пустые листы своей рукописи и замечает проявляющуюся надпись, беззвучно, одними губами читает её:       «Ушам своим не верьте вовсе, а глазам — только наполовину» *       «БОМ-М! БОМ-М! БОМ-М!»       Снова часы, но вдруг появился какая-то яркая вспышка света. Она ослепляла Эдгара, заставляя жмурится. Внутри все перевернулось, создалось стойкое впечатление, что его куда-то затягивает. И вот По открывает глаза и он снова находится у себя в кабинете, а на плече его верный друг Карл.       Эдгар рухнул на стул, его тело буквально обмякло. Мужчина смотрит на свою рукопись, буквы снова вернулись на свое прежнее место. Он дома и теперь все в порядке. Сам не замечает того, как глаза стали смыкаться, и он засыпает в своем рабочем кресле.

***

      Эдгар Аллан По проснулся на следующий день ближе к обеду. Все тело ныло и болело из-за того, что он долго спал в неудобной позе. Мужчина проходит в ванную и, глядя в зеркало, замечает на своей шее и руках синяки. Болезненно сглатывает ком в горле и тут же возвращается в кабинет к своей рукописи. Он не сделал вчера то, что должен был. По берет свою рукопись и яростно разрывает её, не жалея ни единого кусочка, он буквально уничтожает свой труд. Карл вопросительно смотрит на хозяина.       — Я написал не детектив и ничего бы этим не доказал, — хриплым голосом объясняется Эдгар, — моя способность проучила меня, за то, что я хотел сыграть не честно. Она часть меня, а я всем сердцем хочу доказать, что я лучший детектив, и чтобы Рампо наконец-таки признал меня!

***

      И действительно Эдгар так злился и обижался, что впервые хотел подсунуть Эдогаве не детектив, а ужасы, откуда бы тот точно не выбрался живым. Но сердце По желало другого, поэтому его способность напомнила ему об этом. После этого случая Эдгар Аллан По старался не переходить ту невидимую черту и решил честно заслужить звание «лучшего детектива».