Убийство на Шайн-стрит

      Утро Агаты началось с обыденных водных процедур и сборов на работу. Солнце за окном стыдливо прикрывалось серыми тучами, иногда согревая проснувшийся Нью-Йорк ласковыми лучиками. Полицейский участок усердно работал в своём привычном ритме, стоило только сержанту дать сигнал о подготовке материалов для дела, занявшего, кажется, всё рабочее время персонала.       Девушка лениво перебирала бумажки, рассматривая досье на жертву преступления. Чёрные буковки мельтешили перед глазами, словно мушки, показывая ей совсем ненужную информацию о детстве, юности и работе. Лилиана Роналд родилась в Америке, штате Луизиана, мать родила её в 17 лет, после чего скинула ребёнка на плечи женатого мужчины, от которого и забеременела. Лили бросила школу в подростковом возрасте и сбежала из дома, но судьба привела её на распутную тропу, она начала зарабатывать на жизнь, занимаясь сексом с разными мужчинами, которые пользовались её услугами.       Вполне возможно, рыженькую девочку убил один из её клиентов, который остался недоволен её услугами. Возможно, тайный поклонник, который не хотел делить её ни с кем из существующих. Возможно, одна из завистниц, что чуть уступала Лилиане по красоте или сексуальности. Вариантов было очень много.       Агата как-то посещала морг, изучала разрез на шее, открывавший неприятный вид на щитовидную железу. Кожа была белая и холодная, словно снег, а пухлые губки посинели, выдавая нашедшее её прикосновение смерти. Было очень непривычно осознавать, что ещё недавно этот человек был жив, имел свои цели и мечты, а сегодня лежит на холодном столе среди горы трупов.       Можно было бы позавидовать тому, с каким упорством Харрис игнорировала расхаживающего по её кабинету Александра, который рассматривал висящие на стене награды.       — Если у тебя столько грамот, почему ты работаешь офицером? — ехидно спросил мужчина, вглядываясь в рамки, которые были начисто вытерты от пыли.       — Женщине всегда труднее получить повышения в полиции, — ответила она, не отрывая взгляда от папки. Этот вопрос уже давно не заставал её врасплох.       — Значит, недостаточно стараешься, — пожал плечами Нильсен.       Неожиданно для себя Агата со всей силы ударила кулаком по столу и устремила на него тяжёлый взгляд, прожигающий насквозь. У него по коже даже пробежали прохладные мурашки, и он успел пожалеть, что вообще решил её дразнить.       — Если ты собираешься трепаться, можешь выйти и не мешать мне, — прорычала девушка.       — Не будь такой строгой, нам теперь нужно находиться всегда вместе.       — Кто придумал это правило?       — Я, несколько секунд назад.       — Придурок.       — Кто бы говорил, мисс Снежная Королева.       На этом месте Агата замолчала, решив, что правильнее будет больше ничего не говорить, иначе мужчина найдёт ещё тысячу ответов на её откровенный стёб. Было очень непривычно, что кто-то общался с ней на её же ядовитом языке, который, она думала, присущ только ей и никому более в этом бренном мире. Внутри всё очень неприятно и даже противно сжалось, но Харрис в своей привычной манере не подумала даже намекнуть на то, что она раздражена.       Часы в кабинете размеренно тикали в такт шагам мужчины, приближая обещанный ланч, который она лучше бы предпочла пропустить, чем сидеть за одним столом с отравляющей харизмой Александра. Но мысли скоро вновь вернулись к преступлению и странной улице Шайн, находящейся на окраине Нью-Йорка. Там всегда проходило что-то странное, местные судачили о сверхъестественных явлениях, кто-то говорил о том, что по ночам по улице бродят странные существа и вообще выходить решается только отважный. Бредни.       Агата достала из-под стола коробку с уликами, которые нашли рядом с телом Лилианы. Дизайнерская сумочка с вышивкой известного бренда из очень хорошей кожи, кошелёк, небольшой смартфон, пачка презервативов и цветастая коробочка противозачаточных таблеток, маникюрный наборчик, косметичка, зеркальце и паспорт. Впрочем, набор обычной, среднестатистической американки. Предварительно надев перчатки, полицейская принялась рассматривать зип-пакетик с документом, но ничего нового там не нашла — вся информация была в досье. Затем пошла очередь зеркальца с парой жирных отпечатков, которые невольно заставили девушку сморщиться от неаккуратности и рассеяности жертвы. В кошельке валялась пара смятых купюр, центы, несколько купонов, кредитные карты и всё такое прочее, ничем не примечательное. Наконец, изящные руки коснулись телефона, который, на удивление, не был заблокирован паролем или графическим ключом. На заставке стоял милый котёнок, играющийся с клубком, а приложения ничем не отличались от привычного всем набора: браузер, контакты и журнал звонков, карты, пара бессмысленных игрушек, вроде «три в ряд», Инстаграм и мессенджер. Любая деталь имела значение, так что офицер решила начать с браузера.       — Рецепты блинчиков… Упражнения для ягодиц… Диеты… Нетфликс… — бубнила она, листая ссылки, которые предлагала сохранившаяся история. — Ничего полезного.       — Обычно Лилиана ничего другого не вбивала, — небрежно бросил мужчина.       — Стоп, что ты сказал? — всполошилась рыжая и подняла на него распахнутые в удивлении зелёные глаза.       — Говорю, девушки обычно ничего другого не вбивают.       — Но ты сказал что-то про Лилиану.       — Тебе надо побольше отдыхать, Харрис, — парировал Александр, закатив глаза. — У тебя уже глюки.       Агата растерянно отвела взгляд, будучи уверенной, что он что-то сказал, как вдруг телефон, находящийся в кармане мужчины, громко оповестил о новом сообщении. Лёгким жестом он включил его и зачитал:       — «Шайн-стрит. Новый труп. Ждём вас и офицера Харрис. Немедленно. Гудман.»       — Чёрт, — выдохнула девушка. — Я ведь даже не рассмотрела улику.       — Досмотришь потом, собирайся, — сказал Нильсен, натягивая куртку на свой неизменно деловой костюм, смотря на который возникал лишь один вопрос: «Учили ли его вообще носить форму?». Но нужно было отдать ему должное — костюм подходил ему, подчёркивал дьявольскую красоту, кажется, лучше, чем любая униформа.

***

      Дорога заняла достаточно короткий промежуток времени, вопреки мрачным ожиданиям. Небо опять затянули серые свинцовые тучи, придающие городу мрака и атмосферы полнейшей безысходности. Дороги всё не высохли после дождя, оставляя грязные лужи, которые отражали небо, словно зеркало. и снова всё, как пару дней назад: машины, мигающие синими и красными огнями, снова жёлтая лента, снова криминалисты и снова труп молоденькой девочки, имевшей рыженькие локоны, собранные в хвостик, и курносый носик картошечкой. Из изящно длинной шеи снова сочилась алая кровь, словно сладкое вино, что означало нахождение пореза там же, где и у первой жертвы.       Невдалеке спорили пара новобранцев насчёт более лаконичного псевдонима убийцы, предлагая заместо «убийца, остановившийся на рыжих девушках и использующий неизменно метод перерезания горла» абсурдные варианты, словно бы это была какая-то кинолента про полицейских. Только жаль, что всё, как бы то ни было печально, происходило наяву. Это не было преднамеренно составленным сценарием, здесь нет площадки с режиссёром, нет актёров, которые готовятся к очередной порции восхваления от преданных фанатов. Есть только жестокая реальность во всех её неизменно чёрных и серых тонах, окрашенная кровью, смертью и бездушием.       Агата всегда жалела жертв. Когда-то они были такими же, как она, со своими целями, мечтами, амбициями, которые многие могли назвать слишком слабыми или ужасающе опасными. У них был свой дом, любящая семья, вторая половинка и домашнее животное: кошка, собачка или, на худой конец, хомячок или черепашка с кличкой «Пушистик». У жертв преступлений могли бы быть маленькие дети, оставшиеся дома, могли быть умирающие родители, которые бы ни секунды бы не протянули без их присутствия. Как убийцам вообще может без единой капли жалости приходить в голову отнимать жизнь у человека, не зная их историю? Что уж говорить, у больных людей атрофированы не только рамки приличий, но ещё и ядовитая совесть.       Жертва таинственного преступника безжизненно лежала на прохладном асфальте, поливаемая мелкими капельками дождя, капающими с неба. Харрис заворожённо рассматривала её волосы, задумавшись.       Почему именно рыжие? Почему именно горло?       — Вот, что нам удалось найти, — сказал подошедший криминалист и протянул девушке коробку с уликами.       Она всмотрелась в коробку, пробежалась глазами по содержимому: телефон, ключи, кошелёк, документы, пудреница… Но что-то привлекло её внимание своей необычностью, только подогрев энтузиазм разгадать сложившуюся загадку.       В прозрачном зип-пакете, испачканном изнутри кровью, лежала белая роза с длинными и острыми, как нож, шипами.       — Откуда это? — спросил Александр, тоже заинтересовавшись уликой.       — Лежало на ране, — невозмутимо ответил парень и ушёл, оставив полицейских в растерянности.