Новый путь

— Брат... — Глаза Яо все ещё были наполнены тревогой, сжимая в руке Хэньшен. Нерешительно опуская взгляд, Яо коснулся алого пятна, растекающегося по ханьфу и окрашивая золотистые одежды кровью. — Остановись пока не поздно, А-Яо. — Дрожащей рукой сжимая Суйхуа, Цзысюань тяжело сглотнул, пытаясь сдержать дрожь в голосе. Только что ему пришлось проткнуть тело брата, ради сомнительной цели. Каждый день... Цзысюаню приходилось каждый день наблюдать за страданиями жены. Яньли настолько была уверенна - тёмный путь не является злом, что со временем, видимо, он сам начал верить в это. Однако, даже в самых страшных снах, ему не могло привидеться, что Цзинь Гуанъяо, будучи в центре великого ордена, решит поступить столь фривольно! — Не поздно? Я лишь останавливаю мятежника пытавшегося убить тебя! Старейшина Илин так хитер, что даже Ханьгуан-цзюнь попал в его сети. Мы станем великими, уничтожив подобное зло. — С лица Гуанъяо не сходила улыбка, показывая в глазах безграничные страдания и переживания о Цзысюане. — .... — Все слова, что были в мыслях самого Цзысюаня, растворялись, так и не будучи озвучены. Он был и вправду... безумцем.  Поднимая Суйхуа, заклинатель болезненно сжал губы. Это все должно закончиться, сегодня же! В ужасе от того, что предстоит сделать Цзинь Цзысюань закрыл глаза, нанося последний удар. Не смотря на всё, будучи, пусть и не самым лучшим человеком, как он мог позволить продолжать плести такие нити лжи. Чёткий звук лезвия, заставил того взглянуть на неожиданную преграду,  удивленно поднимая брови. — Цзэу-цзюнь? — Глава клана Цзинь, позвольте... Позвольте забрать этого человека, а после обсудить наказание, которое, я понесу вместе с ним. — В этот миг, голос Сичэня был наполнен скорбью,  а с лица падали слёзы. Он не был таким же сдержанным, как его брат, но точно так же, как Ванцзи, Сичэнь не мог позволить умереть дорогому человеку. Не так, только не так! Было не важно, что в этот момент подумают или скажут другие, даже если существует призрачный шанс спасти Яо, он сделает это. Отправиться куда угодно, лишь бы... Лишь бы появился шанс.

Немного ранее

Вэнь Нин находясь в покоях, с каждой минутой ощущал себя все более неуютно. Это всё настолько странно, что даже расслабиться было просто невозможно. Зачем главе Цзян так неожиданно менять о нем мнение? Или же... или же это все просто игра собственного воображения?  Если подумать, это вправду лишено всякого смысла. Наконец покидая душное место, Призрачный генерал пошёл вдоль берега, смотря на лотосы. Это и вправду было прекрасное место. Единственный раз, когда тот видел Пристань лотоса... в тот день, реки наполнились кровью. Если вспомнить это, да и все поступки клана Вэнь, ненависть всех вокруг была оправдана. — Если душа черства, а сердце загрубело, ни в одном деле не добьешься удачи. Если сердце покойно, а дух уравновешен, счастье само придет к тебе. — Тихий голос позади начал размеренно произносить каждое слово, наполняя воздух тоской. — Это единственное, что я чётко запомнил. Одни с последних слов отца. В этот раз, Цзян Чэн вышел с тени, будучи освещенным лишь ночным небом, не торопясь показывать всю свою ненависть или злость. Всё что было - печаль. Избегая взгляда на стоящего рядом мертвеца, Ваньинь подошёл ближе, направляя задумчивый взгляд на отблеск луны в воде. Поджимая губы в размышлениях, Вэнь Нин все же собрался с духом, тихо проговаривая: — Простите, что моё появления... « Заставило вас вновь страдать». — Хотел было продолжить Вэнь Нин, но его остановили с тяжёлым вздохом. — Не нужно, прошлого не вернуть. — Хриплым голосом проговорил Ваньинь, борясь с собственными эмоциями. — Я был настолько глуп, что чуть не потерял ещё одного члена семьи. Почему... почему он это сделал? — Господин Вэй? Он видел, как вам было плохо... Видел, что жизнь без духовных сил была бременем, потому и пошёл на этот шаг. На самом деле, он не стал плохим, каждый раненый зверь обнаживает когти.  — С тихим выдохом начал отвечать Вэнь Нин. Он хотел, чтобы каждый знал, что Вэй Усянь совсем неплохой. Не такое чудовище, как все говорят. Вина за эти слова, так же лежала тяжёлым грузом, на душе мертвеца. По воле рока, его клан являться причиной множества бед, и всё что осталось - расплачиваться. — Раненый... Верно, каждый будет защищаться. Можно спросить ещё кое-что? - Несмотря на всю злость, которую он так усердно копил, пытаясь найти как можно больше причин, следовать мнению великих кланов. Быть таким, как хотят его видеть, что напрочь забыл о главном. О нем самом. — Всё что угодно. — Начал кивать Призрачный генерал, направляя взгляд на главу клана. Пусть тот всё так же смотрел на водную гладь. — Какого это... Быть мёртвым, среди живых? — Хрипло проговорил Цзян Чэн, наконец направляя взгляд на собеседника. — Будучи живым, меня все избегали, тверя о моих слабых способностях. После смерти, мало что изменилось. Меня так же избегают, думая, что я не больше чем марионетка в руках Старейшины Илин.  Только теперь, я вижу мир куда чётче. Больше не существует пелены беззаботной жизни. Но я не могу, не радоваться тому, что могу быть рядом с сестрой, что не оставил её. Каждый раз... когда я думаю, что тот день мог быть последним, моё сердце разбивается. Пусть и не живое, но всё так же чувствует сердечную боль. Моё тело стало холодным, но я все ещё дышу. Могу ощутить вкус горячей каши и тёплые лучи солнца, которые никогда не смогут обогреть. — Ты... рад такой жизни? — Выбирая между смертью и жизнью. Я, конечно, выберу второе.  Но если, моя жизнь будет приносить беды Господину Вэю, не сомневаясь сам сдамся.  Вы... ненавидите меня из-за того, что я мертвый, или потому что, такой, как я получил шанс вернуться к жизни? — Не нужно было думать о том, к чему именно был этот вопрос. На самом деле, Вэнь Нин даже не понял, что именно сказал, но после осознания виновато прикусил губы. Ведь если выбирать, Госпожа Цзян, как и предыдущий глава... были куда достойнее такого шанса. — Я... не ненавижу. Возможно, завидую... — Тихо ответил Ваньинь отворачиваясь, вновь направляя взгляд на отражение луны в воде. — Пристань лотоса, всегда была домом. После... После того, что случилось, все изменилось. Все ждут, когда будет тот неверный шаг, после которых можно сказать, какой же глупый новый глава. Сестра теперь жена Цзинь Цзысюаня и её место в Ланьлине. Вэй Ин же и вовсе отступник пути меча, живущий на Луаньцзан. Вокруг всё изменилось, остались лишь реки... неизменны.  Прежде чем хорошенько подумать, Вэнь Нин опустил руку на плече главы клана, надеясь, что это движение поможет в утешении, но и на удивление мертвеца, жест не был отвергнут, впрочем, как и принят. Цзян Чэн стоял все так же неподвижно теряясь в собственных мыслях. — Господин Вэй... — Мысли Вэнь Нина были разорваны под звуками призрачной флейты. Он как никто знал этот призыв. — Мне... Мне нужно идти, простите Глава Цзян. Собираясь убрать руку, поверх неё легла тёплая ладонь, направляя тёмный взгляд на Призрачного генерала. — Что случилось? — На горе Луаньцзан беда. — Невозможно. — Многим хочется убить тех, кто там живёт, прошу. Там... Там моя сестра. Господин Вэй вместе с Господином Ланем уже отправились. Даже при попытке вырваться, Ваньинь, сильнее сжал руку качая головой. — Нужно сообщить Главе клана Лань и Цзинь Цзысюаню. Думаю, это не бедствие. — А что же? Господин Вэй, не бросился бы на помощь в такой час, ради шутки. — Уловка. И если я прав, нужна подмога.  С ними все будет в порядке, но пойти туда необдуманно - чревато смертью. Немного подумав, Вэнь Нин всё же согласно кивнул. Пусть он и был достаточно сильным, но мысль, что другие смогут пойти на защиту, изменила решение. Всё-таки имея такую поддержку, можно всё закончить без лишних жертв.  Не так давно, на встрече кланов, Лань Сичэнь попросил Цзян Чэна остаться и немного поговорить. Конечно, это была странная просьба, однако он её исполнил. Именно тогда, Ваньинь узнал, что Ханьгуан-цзюнь принял решение, остаться подле Усяня. Ещё тогда Сичэнь ожидал чего-то, потому и вручил фейерверк с сигналом бедствия клана Лань. Если что-то и произойдёт, не теряя времени, ему нужно было лишь подать знак. Используя сигнал, глава клана Цзян, направился к Цзинь Цзысюаню, которого, к счастью, встретил на пол пути.

Башня Кои

—Так это ты... ты прокляла его? — Хриплым голосом прошептал Вэй Усянь, резко распахнув глаза от прилива новой волны боли. Тонкие иголки, умело пронзали духовные пути, которые долгое время были пропитаны тёмной ци. — Его судьба - умереть. Этот печальный конец ждёт всех мужчин. Зачем же ждать целые года? — Радостно хихикая, девушка вонзила последнюю иголку. — Хозяин, разве ты не рад, что вы умрёте вместе? — Сумасшедшая. Ты и вправду... — Неожиданно закашляв, Усянь сплюнул поступившую к горлу кровь, хрипло смеясь. Лишь сейчас, на руках, тёмный заклинатель ощущал оковы. Иголки в теле  не позволяли использовать темную энергию, по правде говоря, даже оставаться в сознании было сложно. Кое-как оглянувшись, Старейшина Илин уверенно мог сказать, что находится в закрытой тюрьме. Даже сорвав голос, никто бы не пришёл на помощь. —  Не важно, вы - мужчины,  не достойны быть выше. — Неужто. Злой дух, хочет быть верховной? — Собирая все силы Усянь засмеялся, никак не показывая свою слабость. Отсюда надо было выбраться и срочно. Чем дольше иголки в теле, тем больше вреда приносят, а ему были нужны силы, чтобы найти Лань Чжаня. — Раз ты все равно умрёшь, я могу признать это. — Подходя к небольшому столику, Син Ян взяла в руки нож, задумчиво прокручивая оружие в руке. — Конечно, не в этом теле. Оно ведь вновь умирает, я стану лучшей заменой тебя, хозяин. Я даже понимаю, почему ты так очарован другим мужчиной. Даю слово, впредь, буду выбирать мужчин не хуже. Единственное, что мне не по душе... — Замолчав, Син Ян, прижала кончик ножа к груди тёмного заклинателя, пронзая одежды, так и желая добраться до клейма на груди. Лишь увидев проступившие пятна крови, призрак убрала нож, невинно пожимая плечами. — Испортить такое тело, как несправедливо. — Ха-ха-ха-ха-ха. — Обессилено опуская голову, Вэй Ин засмеялся, тихо шипя от продвижений иголок глубже в тело. — Думаешь, меня остановит это? Во мне давно нет духовной энергии, которая бы рассеялась. Нет ядра, которое бы начало разрушаться. Боль в моем теле, не больше чем, чувство. Ты и вправду решила, что после тёмных духов на Луаньцзан... Сможешь меня оставить?! Я - Вэй Усянь, ты и вправду считаешь, что можешь меня остановить?! —С каждой фразой, голос заклинателя был переполнен ненавистью, наконец срываясь на крик. Подняв взгляд, улыбка коснулась губ Усяня. Впервые, его глаза излучали дьявольски красный оттенок. На самом деле, он мог бы сдаться и был уже на грани этого, но если подобное... Если такое же сделать с Лань Чжанем, очень скоро ядро разрушится, то чувство, потери духовной силы было слишком тяжким. Окутывая тело пеленой с тёмного дыма, Старейшина Илин закричал, не собираясь поддаваться боли. Цепи с грохотом начали падать на пол. — Возомнила себя бессмертной? Твоё существование - принадлежит мне! Твердо ставая на ноги Старейшина Илин поднял руку, сжимая пальцы. Ему не нужно было сражаться или пытаться схватить Син Ян. Стоило лишь сжать воздух, как и в теле девушки тут же закончился кислород. Лёгкое движение кисти и хруст ломающейся шеи, эхом отразился в стенах камеры. Худшим было - избавить тело от иголок, которые давно пронзили плоть. Оставаясь глубоко под кожей, мучительно врезаясь в кости. Неспешно, вырезая каждую с них, Усянь лишь смотрел на браслет, что так вовремя показался. Эта была единственная светлая нить среди темноты, что окружала его. Бросая на пол последнюю иглу, Вэй Ин схватил флейту, что так безучастно лежала возле других орудий, наконец покидая чёртову комнату. Сквозь пелену, Усянь двигался по тёмным коридорам, пытаясь найти Ванцзи. Она же не могла его убить, верно? Значит, он должен быть где-то здесь, должен! Подняв руку, на которой был надет браслет, Вэй Ин, прислонился к стене, фокусируя свой взгляд. — Ты ведь можешь показать где он. Приведи меня к нему... прошу... я должен найти его... — Хрипло кашляя, заклинатель вытер кровь с губ, отчаянно смотря на последнюю нить надежды. — Где он... Яркие бусины, неспешно начали окутываться духовным потоком, похожим на их ауры. Невидимая нить, не торопясь преображаясь в самую яркую звезду, что дарит надежды на спасение, даже в самые тёмные времена. Вопреки ожиданиям, путь держался к выходу с этого места, если так, кто-то другой держит Ханьгуан-цзюня?   Ступая по длинной лестнице, Вэй Усяй, внимательно смотрел, на нить, что парила в воздухе. Ломая последнее препятствие, Старейшина наконец выбрался с подземной тюрьмы, тут же закрывая глаза от яркого света. « Старейшина Илин? » «Это Старейшина Илин! » « Схватить отступника! » « Вэй Усянь пришёл убить нового главу, схватить! » Эти голоса... Их было так много, что Усянь не сразу понял, что происходит, но холодное лезвие возле горла способно быстро побудить. Даже сейчас... Они сами... Сами виноваты в его присутствии здесь. Как все они смеют  говорить о том, кто отступник? — Где он?..  — Отбрасывая очередного бедолагу с помощью тёмной энергии, Вэй Ин откинул взглядом всех присутствующих. — Тебе не добраться к главе клана! — Достав меч из ножней вскрикнул один с адептов, нерешительно выходя вперед. — Кто же ваш глава? Человек отправивший брата в Преисподней?  — Наклоняя голову, Усянь растянул губы в усмешке, смотря на глупого мальчишку. — Ты даже не знаешь, за кого так отчаянно пытаешься умереть.   Такой неожиданный ответ, заставил адепта поникнуть, не зная какую же реакцию ему стоит показать, в то время как другие начали нерешительно перешептываться.  Конечно, помимо того, что это было на совести Старейшины Илин, ходили и другие разговоры. Почему Цзинь Гуанъяо, так неожиданно и скоропостижно поднялся на трон главы, возможно, он сам приложил руку к смерти прямого наследника клана Цзинь. Не желая терять времени на бесполезные разговоры, Усянь вновь последовал за нитью, которую, видимо больше никто и не видел. Изначально мысли были о том, что сам Гуанъяо решил принять участие в такой увлекательной встрече, но на удивление, нить вела в одну с башен.  Её вид был не настолько богат, чтобы здесь теснился глава клана, а значит, есть ещё кто-то? Распахивая двери, Усянь с трудом успел увернуться от сгустка тёмной энергии, что тут же решила атаковать его. Эта комната.... Эта энергия... Почему для Вэй Ина, это было чем-то таким знакомым?  Такой ужас просыпался лишь в момент когда его сбросили на гору Луаньцзан. Но это всё... Как?  Отбиваясь от тёмной ци, что не желала покоряться ему, Старейшина двигался вперёд, ища опору в флейте, которая то и дело, что служила тростью. Он ведь не может свалиться здесь! Не может, так просто проиграть! Небесно-голубая аура чувствовалась все сильнее, защищая самого нефрита от очередных нападений. Однако, даже его силы были на исходе. Вэй Ину не нужно было присматриваться, чтобы ощутить металлический привкус на губах Ханьгуан-цзюня. С каждым шагом, Старейшина оставлял часть душевной энергии, создавая путь отступления. Они не могли умереть так просто.             

***

После пробуждения, первым, что ощутил Ванцзи, это впивающиеся в тело струны. Этот приём... Приём клана Лань, каким образом, люди  Ланьлин Цзинь, знали его использование? С каждой попыткой сопротивляться, струны проникали сквозь кожу. — Второй господин Лань, не стоит так стараться. Вам лучше всех известна эта техника. — Улыбка появившееся на лице заклинателе, что сидел с книгой в руке, в миг стала ядовитой. — ... — конечно, первым, что коснулось лица Ханьгуан-цзюня было удивление. Всего на миг, а затем, он  вернул обыденную маску безразличия. Неужто, этот человек, был виновником многих бед? — О,  Господин Лань, не стоит вести себя столь высокомерно. В этой ситуации - вы проигравший. — Где Вэй Ин? — Единственное, что проговорил, Ханьгуан-цзюнь, не показывая впредь ни единой эмоции. Лишь сперва эта ситуация была способна развеселить человека рядом, но спустя миг, его лицо исказилось, смениваясь на подлинную злость. — В такой момент, Ханьгуан-цзюнь, способен задать лишь этот вопрос? - Рыкнув, заклинатель достал с ножней меч, направляя лезвие, к шее Ванцзи. — Убери Бичэнь, Су Шэ. — Ровным тоном, наконец ответил Лань Чжань. Человек, стоящий рядом, долгое время обучался в клане Лань. Не мудрено, откуда ему известна техника смертельных струн. Но вместе с этим... По какой причине, этот человек находился в клане Цзинь? — Не приказывай мне! — В гневе, Миньшань приложил больше силы чем планировал, оставляя на шее небольшой порез. — Хочешь знать, где Вэй Усянь? На пол пути в ад. Последние слова звучали не более чем  насмешка. Впрочем, на данный момент, это была ложь. Ванцзи видел, как странная нить, появилась из спрятанного под одеждами браслета, вероятнее всего она бы привела к Вэй Ину. — На самом то деле, печалиться не стоит. Господин Лань, вы последуете за ним. — Не скрывая ликования, Миньшань открыл золотистую шкатулку, позволяя сгусткам тёмной энергии окутать комнату. Возможно, это было странно, но всё, что появлялось, на первый взгляд с  маленькой шкатулки, целилось лишь на Ванцзи, будто Су Шэ и вовсе не существовало. В то время как Лань Чжаню приходилось собирать все силы, создавая хоть какой-то барьер, заклинатель стоящий рядом лишь довольно смеялся, будто впервые смог добиться такой желанной победы. — Должен попрощаться с Господином Ланем. Надеюсь, вы меня понимаете. Такая энергия слишком вредит душе и телу. — Завершая свои слова, в почтительном поклоне, Миньшань удалился, оставляя Ханьгуан-цзюня в одиночестве. Первым делом, Ванцзи призвал свой меч, разрезая струны и встречаясь с негативной волной энергии. Прятаться бессмысленно, чтобы это ни было, оно прекрасно знало какой след оставляет по себе его энергия, а значит, единственный способ был, с помощью защитного барьера найти выход. Сколько бы раз Лань Чжань, не выходил сквозь видимую дверь, оказывался на начале. Бессмысленная трата энергии. Казалось, что всё вокруг, существовало против него. Будто хищник, загоняющий свою жертву в угол. « Не сопротивляйся...» « Прими эту силу...» « Мы поможем тебе спастись, лишь доверься нам...» Тихий шепот звучал повсюду и в то же время его источника не было видно. Тёмная ци, начала сбивать дыхание. Всё вокруг, становилось таким тяжёлым, что попросту не давало сил даже для глотка воздуха. Нельзя слушать надоедливые голоса, нельзя поддаваться тёмной энергии. От этого всего, кружилась голова, заставляя использовать куда больше энергии, а звон в ушах был способен о глушить. — Лань Чжань... Видишь меня? Лань Чжань. — Несмотря на всю темноту, которую успел вобрать в себя Вэй Ин, барьер не отбросил его, а напротив пропустил.  В отличие от него, поддаваясь тёмной энергии, Усянь уже знал, что было нечего терять. В тот момент, единственное, что было ему важно - месть. Пусть это место в точности показывало момент, когда Вэй Ин ступил на путь тьмы, это не значило, что Ханьгуан-цзюнь не имел выбора. Это же смешно!  — Посмотри на меня, не слушай их.  Ты не захотел уходить с Луаньцзан, помнишь? Тогда... тогда ты сделал выбор. Выбор не в пользу, глупых стереотипов о праведности пути. Этот выбор был в сердце. Не отступай от него.  — Вэй Ин, держал тёплую руку возлюбленного следуя пути, который вёл к выходу. Тихо поговаривая слова, заставляя фокусировать внимания лишь на нем, а не на атакующей тёмной энергии. Миражи медленно исчезали, возвращая светлость  ума нефриту. Усянь пусть и пытался ничем не показывать свои слабости, но было видно, что его силы были так-же на исходе.  Подхватывая, тёмного заклинателя, Ванцзи притянул того к себе, заставляя опереться и не растрачивать понапрасну силы, молча направился прямиком к выходу. На их беду, единственный известный выход, был тем самым главным входом, возле которого уже стояла стража во главе с Цзинь Гуанъяо. — Ханьгуан-цзюнь, какая встреча. Услышав о том, что в Башню Кои пробрался Старейшина Илин, я не поверил, но теперь с ним вижу и вас. К чему эта скрытность? — На лице Яо не было никаких эмоций, кроме всем видимой улыбки, однако при виде бледного лица Старейшины Илин, мелькнула тень беспокойства, что тут же исчезла. Адепты не смогли бы причинить столько вреда тёмному заклинателю, тогда, как это произошло? — Вы более чем осведомлены происходящим.  — Твердо ответил Ванцзи, сжимая в одной  руке меч, а второй же придерживая Вэй Ина. — Взойти на трон главы клана по трупам. Какого это? Убить отца, а  затем и брата. Господин Цзинь  вероятно горд собой! — После нескольких глубоких вдохов, наконец произнёс Усянь. Повышая голос, чтобы все вокруг слышали, делая паузы, и завершая все печальной усмешкой на лице.  — Приготовить западню на Луаньцзан. Вы по истине сын своего отца! Лишь оглянитесь, нам приходится бежать через главный вход. Какой убийца, не изучит пути отступления? Кому, как не вам, глава клана Цзинь, знать каким образом уничтожить все преграды, не запачкав руки в крови! — Сжимая в руке флейту будто таким образом будет шанс удержаться на ногах, Вэй Ин сплюнул подступившую к горлу кровь, все же теряя сознания. Опускаясь на колено, Ванцзи поймал возлюбленного, плотно сжимая губы. Теперь было видно, как чёрное ханьфу полностью пропиталось кровью. Что... они делали? Все слова так небрежно брошены Вэй Усянем, ранили Гуанъяо в самое сердце. Он не был похож на отца! Он бы никогда не стал таким же! Хватаясь за меч, Яо забыл обо всем. Правила, игры, власть. Пелена злости накрыла того с головой, заставляя наносить необдуманные удары. Заметив затуманенный взгляд, Ванцзи крепче обхватил Усяня, закрывая того собой. Происходящее настолько было странным, что адепты молча наблюдали, не в силах двинуться, да и что они могли? Никто не пойдёт против главы клана! Отсутствие удара заставило Ханьгуан-цзюня поднять взгляд. Продолжая сжимать меч в руках, Яо замер. Медленно опуская затуманеный взгляд на причину неожиданной боли в боку. — Опусти меч, А-Яо!  — Призывая обратно Суйхуа, Цзысюань вместе с двумя другими главами клана, двинулся вперёд.

Сейчас

Цзян Чэн со злостью сжал руку в кулак позволяя Дзыдяни зай скрыться. Ещё бы немного и они могли опоздать! — Забери их. — Эти слова были сказаны мертвецу, который, оставался позади.  Услышав это, Вэнь Нин кивнул, на секунду останавливаясь. — Я отнесу их на Луаньцзан. Больше ни Вэнь Нин, ни Цзян Чэн, не произнесли ни слова. Наблюдая за тем, как с Башни Кои исчезают израненные заклинатели, Ваньинь мог на миг выдохнуть, направляя взгляд на Цзинь Гуанъяо. — Зачем ты это сделал?! Поймать их вот так, подло даже для тебя! — Я... Я не делал этого! Будь это моих рук дело... Зачем мне оставлять Ханьгуан-цзюня здесь? Пусть Старейшину Илин никто бы не искал, но Лань Ванцзи... Не обращая внимания на перепалку двух заклинателей, Цзинь Цзысюань тяжело вздох­нул. Нужно было принять верное решение. Направляя взгляд на адептов, тот начал говорить: — Сопроводите Господина Ланя и убедитесь, что Цзинь Гуанъяо будет надёжно закрыт. До тех пор, пока Ханьгуан-цзюнь вместе с Вэй Усянем не расскажут, каким образом оказались в таком положении, гадать не стоит.  А так же, схватить всех, кто был близок с Мэн Яо и посадить под стражу, никто не должен сбежать. Наследник главы клана и никем не любимый сын шлюхи, выбирать между существующими главами не было нужды. Потому повторять дважды Цзинь Цзысюаню не пришлось, каждый с адептов знал, что ему делать.  Пришло время закончить тайное сражение между великими кланами.