Новый путь

— Лань Чжань, ты точно уверен, что так должно быть? - Недоверчиво пролепетал Усянь, хватаясь за свободный край длинной ткани. Ну и кто говорил, что им нужно самим это всё делать? Так уж произошло, что Вэй Ин умудрился не так давно утверждать, что сделает своей шицзе самый лучший подарок. К сожалению, на нетрезвый язык было куда больше смелости нежели идей на трезвую голову. — Я спрашивал у портных. Всё должно быть правильно. — Рассматривая ткань, Ванцзи наконец смог начертить  в голове что-то более менее похожее на ханьфу. Сама ткань была цвета лаванды, на которой были изображены пионы. Даже создание такой искусной ткани заняло не меньше половины всего существующего терпения у торговцев. Усянь, как и предполагалось, подошёл ко всему слишком серьёзно, потому и хотел видеть  не простую ткань, а особенную. Но в момент как торговцы смогли выдохнуть все Облачные Глубины напряглись. — Да они ничего не умеют! — словно отрезав Вэй Ин фыркнул обиженно приседая на корточки. Не то чтобы он всегда себя так вёл, но...  За столько лет проведённых вместе ему пришлось по вкусу дурачиться. Пусть большинство заклинателей продолжали видеть в нем тёмного заклинателя, врага всей поднебесной - Старейшина Илин продолжал оставаться тем, кто не постесняется   и обидится на кусок ткани, а затем сожжёт ту если захочет справедливости! — Думаю... я понял. Дважды повторять не было нужно, в один миг обиженный ребёнок живущий в могущественном заклинателе внимательно посмотрел на собеседника, а затем начал увлечённо следить за каждым движением пытаясь помочь. На создание верхнего ханьфу пришлось потратить несколько недель, когда ткань наконец-то поддалась и получилось создать что-то немного похожее на одежду начался самый настоящий ад. Вэй Ин никого не подпускал к такой ювелирной работе, а сам решил изобразить на рукавах обереги, которые ранее создал.  Сейчас ему хотелось показать в этом заурядном наряде, всю тяжесть их судьбы.

13 лет назад...

— Это все равно  опасно, я против! — Верно, Старейшина Илин продолжает управлять Призрачным генералом. Кто знает, что он задумал на самом деле? - Нужно уничтожить мертвеца, а Вэй Ину следует вернуться на праведный путь или же умереть! Заклинатели все как один начинали поддерживать, некоторые даже успевали вскрикнуть о казни нечестивого заклинателя.  К сожалению это была самая обычная зависть. Если ты не способен быть таким же могущественным, то следует избавиться от противника любым возможным способом. Вэй Усянь вопреки всему смог не только подняться с колен, но и стать по истине выдающимся заклинателем. Неважно тёмный путь или путь меча, он остаётся тем самым мальчишкой, что однажды посетил Облачные Глубины. — Разве есть причины судить его подобным образом? Да, господин Вэй сошел с праведного пути, однако на его руках нет крови невинных людей. — Неожиданно для всех послышался мягкий, бархатный голос. Это был никто иной как Первый нефрит ордена Гусу Лань. Лань Сичэнь всегда держался отдалённо от таких разговоров. Считая, что выбор его брата является поводом, чтобы мнение самого Сичэня считали предвзятым. Но сейчас наблюдать за всем становилось слишком невыносимо. Он так же как и другие узнал о происходящем когда всё стало слишком опасно.  И сейчас все  заклинатели могли винить того кто пострадал ? — При всем уважении Господин Лань, я уважаю вас и ваш клан, но игнорировать подоб... — Не успев договорить губы заклинателя крепко сжались, не позволяя проговорить ни единого слова. — При всем уважении, — парировал Сичэнь обводя взглядом всех присутствующих. — В данной ситуации лишь вы игнорируете очевидные вещи. Прошло всего несколько дней с тех пор как всё казалось бы, закончилось.  Пусть Сичэнь забрал Мэн Яо для дальнейшего выяснения, все будто и не помнили о происходящем наивно полагая, что смогут уничтожить Вэй Усяня.  Невыносимый шум  неожиданно стих, будто и не было никаких споров. Широкие двери открылись и в большой зал вошёл Цзинь Цзысюань подле которого шла юная госпожа Цзинь, ранее известна как дева Цзян. — Достаточно споров. Су Шэ приговорён к казни без попытки оправдаться. Именно он был виновен в моем исчезновении, так же он был виновен в происходящем со Вторым Молодым господином Ланем. К сожалению, большинство злодеяний Цзинь Гуанъяо не имеют никаких подтверждений и поскольку он находится под стражей в Облачных Глубинах, его наказание исполнит глава клана Лань. - Будто выжидающее Цзысюань направил взгляд на Сичэня ожидая от него слова одобрения. В данном случае у них не было шанса на ошибку ведь окружившие их голодные волки были готовы нападать в любую секунду. — Лишение всех титулов и 300 ударов кнутом. — Сдерживая дрожь в голосе молодой глава клана  продолжил, — Отсутствие улик  большая проблема. Однако он сам во многом начал сознаваться. Триста ударов более чем достаточно, да и без титулов он не сможет ничего сделать. — Но как же Старейшина Или? — Неожиданно для всех крикнул один из заклинателей. - Что до А-Сяня, советую вам прекратить заниматься не потребностями. Несмотря на его выбор по отношению магии, он остаётся одним из тех кто спас не только моего супруга, но смог открыть правду на все происходящее, которое все не желали видеть. — В голосе Яньли не было ни злости, ни агрессии. Он звучал тихо и спокойно, но так же  в нем присутствовали ноты уверенности.  На удивление такие слова заставили всех прикусить язык.   Это был последний открытый разговор о желании свергнуть Старейшину Илин и убить последних  людей из клана Вэнь. Наказание привели в действие согласно всем законам, что чуть не стоило жизни самому Гуанъяо, лишь благодаря умелым рукам и большом желании спасти эту жизнь, удалось сохранить маленький огонёк надежды. Вэй Ин же пролежал несколько месяцев пока раны и душевное равновесие пришло в норму. К счастью раны Ханьгуан-цзюня не были тяжёлыми, так что он всеми силами пытался помочь брату. Всё то время пока гора Луаньцзан находилась без защиты, там часто могли видеть молодого господина Цзян. По началу, это вызывало много вопросов и перешёптываний, но с каждым разом всё становилось очевидно — Цзян Чэн питал странные чувства по отношению к Вэнь Нину, а ведь не  так давно их можно было назвать врагами, пусть эта ненависть и была односторонней.  После возвращения Цзинь Цзысюаня и наказания Цзинь Гуанъяо, мир заклинателей помалу приходил в обычное, скучное существование.  Нельзя сказать, что совершенно всем пришлось по вкусу такое положение дел, но что они могли? Главы четырех великих кланов поддерживали Старейшину  Илин, а значит даже пытаясь того уничтожить терпели полное поражение. Года шли, а за ними терпкие воспоминания прошлых побед и поражений. С каждым днем всё казалось лишь сном, не приняв одно решение их судьба могла быть совсем другой. Многие могли погибнуть, а злодеи наслаждаясь властью продолжали бы вести тайные интриги. Многие истории превратились в легенды витающие среди обычных людей. Победы и поражения, любовь и ненависть.

Две стороны одной истории, исход которой был в одном решении.