Декрет по-марсиански

      Когда-то давно, прикрывая непоседливого племянничка Модо от плутаркийских бластеров, генерал Карабина дала себе обещание не заводить детей. И Троттла в свою идею посвятила.       Но обещать себе можно что угодно, а влюбленная женщина все равно остается влюбленной женщиной, и с очередного свидания на Земле бесстрашный предводитель Борцов за свободу увезла на Марс не только себя, но и плод их совместной любви с рыжим горячим рокером. Первым тревожным сигналом, стало то, что всегда бодрая и боевая Карабина банально уснула перед совещанием с командирами Борцов за свободу и была обнаружена Стокером за этим занятием в собственном кабинете. Второй звоночек прозвенел, когда ее вывернуло сразу после пробуждения остатками ужина. Ну и огромный тревожный колокол зазвонил, когда марсианский генерал поймала себя на том, что топчется в гараже с байками, глубоко вдыхает бензиновые выхлопы, и ей очень хочется отгрызть кусок кожи от сидения ближайшего мотоцикла. Сложив раз, два, три и недавнее свидание, марсианка сделала выводы, почувствовала, как паника накрывает разум... но тут прозвучали сирены тревоги уже в реальности и пришлось шустро прыгать на байк, чтобы возглавить отражение атаки крысиного отряда на базу. В положении генерал или нет, а войну никто останавливать нужным не посчитал.       Так и пошло: только Карабина попытается удариться в панику, похандрить под влиянием гормонов, только отдастся ощущениям накрывающего токсикоза или возьмется за поедание набора несочетаемых продуктов, как кто-то обязательно примчится, позвонит, вызовет, и приходится все бросать, собираться и бежать спасать планету. Непрошеный визитер еще и поморщится, глядя в сторону тарелки с кусками разного сыра, политого вареньем, посыпанного солеными огурцами и приправленного горчицей. Вкуснота же, ничего не понимают! Огонек даже как-то уточнил, а точно ли генерал собирается есть ЭТО, и, получив утвердительный кивок, явственно зашуршал мозгами, что-то соображая.       А через несколько дней на пороге ее кабинета стоял явно нервничающий Троттл с букетом розовоцвета и во все глаза смотрел, как любимая блаженно обнюхивает еще дымящийся в ее руках бластер, а потом, также задумчиво пробормотав: «Интересно, что марсианские белки в нем находят?» — закидывает в рот семечко из подаренного цветка... Слова были излишни...       Тянуть со свадьбой смысла не было, и вот Борцы за свободу уже отмечали соединение двух мышиных судеб тяжелым роком, соревнованиями на дальность заезда по потолку и состязанием, кто точнее воспроизведет свадебный марш, газуя байком.       Карабина искренне пыталась соблюдать рекомендации врачей побольше отдыхать. Но кто ж заменит ее в планировании военных действий? Вот и сидела мышка до глубокой ночи в штабе Борцов за свободу, изучая доклады разведчиков и составляя планы атак на базы плутаркийцев. Новоиспеченный муж, конечно, не забывал напоминать ей, что надо себя беречь (ха!) и поменьше работать (ха-ха!), а потом уносился «накручивать хвосты вонючкам» по составленному любимой женой бессонной ночью плану. Возвращался рыжий всегда уставший (он же врагов крушил!), довольный собой (победил же!) и голодный («А что на ужин, милая? Ты ж тут была, на базе ничего не делала!»).       Шло время, и вроде бы пришла было пора оставить бои и сражения, чтобы готовиться подарить Марсу новую жизнь, но... то Стокер приедет посоветоваться, то Троттл карты подсунет: «Ты только посмотри одним глазком!», — то по разрушениям становится понятно, что пора вмешаться в мужскую стратегию ведения войны под названием «Пусть разнесу весь Марс, но прихлопну этого *нецензурная лексика*!». Так и пришлось мышке продолжить с утра до ночи читать донесения, изучать их и обсуждать боевые действия с командованием. Перевели на удаленку, в общем. С наездами в штаб по 2–3 раза в неделю. Вот такой «декрет» у генерала.       Однажды выехав на очередную геройскую миссию, полетав по галактике недельку-другую в погоне за сбежавшим Лимбургером, набив несколько десятков плутаркийских физиономий и залетев на Землю поесть сосисок, утомленный рыжий герой сдал пойманного-таки Бургера в марсианскую тюрьму и вернулся домой, где его ждала... Карабина, менявшая подгузник светло-рыжему мышонку и параллельно что-то обсуждавшая по видеосвязи со Стокером. Кажется, она даже успевала рисовать стрелочки, указывающие перемещения войск на карте.       Отойдя от удивления, задав крайне уместный вопрос: «Ой, а ты уже родила?» — и походив вокруг младенца, папаша-таки отважился взять его на руки, прижать к широкой шерстяной груди и счастливо вздохнуть. Контакт налажен, накормленный и чистый ребенок удобно устроился в сильных отцовских руках и начал тихонько сопеть, засыпая...       «Вот как выглядит счастье!» — умиленно вздохнула генерал и решила, что может позволить себе отлучиться в душ впервые за последнюю неделю. Закрыв дверь и все еще пребывая в эйфории оттого, что вот наконец-то пришел ее герой и теперь они разделят все заботы о новорожденном, и теперь ей не надо выбегать из душа, как будто за ней гонятся плутаркийцы, и можно спокойно съесть то, что лежит на тарелке, а не ловить горячие куски овощей прямо из мультиварки...       — Аааа! — коротко донеслось до мгновенно шевельнувшегося на звук уха. Материнский инстинкт тут же дернул Карабину к двери, но разум вспомнил, что там же отец, он теплый, взрослый, надежный...       — Ааааааа! — громче и настойчивее на фоне бормотания Троттла.       Решительное и громкое «ААААААААА!!!!» и «ДЕТКА!!!!», произнесенное хриплым от волнения голосом, слились воедино.       «Ну он же отец!» — простонала про себя генерал и повернулась в сторону душа.       — КАРАБИНА, С НИМ ЧТО-ТО НЕ ТАК!!!! — такой паники в голосе Троттла Карабина не помнила с того дня, как он искал ее во время песчаной бури много лет назад прямо перед тем, как они попали в плен к Карбункулу.       Выключив воду, мать новорожденного марсианина вышла спасать своего мужчину.       — Это девочка, вообще-то, — проворчала Карабина, пытаясь неопытной рукой сменить подгузник орущему комочку меха, а что делать? Она ж мать...

***

      Вот так и шла жизнь молодой марсианской семьи. Карабина, оставаясь генералом и стратегом, изучала карты и донесения разведчиков, составляла планы проведения боев, одной рукой перебирая отчеты, второй — меняя подгузники дочери («Как же я буду ей трусы менять, она же девочка!» — заявил папаша), кормя («Какие смеси, милая??? Я тут прочитал, что нет ничего полезнее молока!!!») и укладывая спать орущего на весь штаб младенца, у которого резались зубы, пока отец этой сирены в компании лучших друзей под тяжелый рок гонял врагов Марса по галактике. Нет, Троттл, конечно, с удовольствием качал дочь, строил рожицы и даже как-то пару раз был застукан за напеванием колыбельной «Даже мотик спать ложится, чтобы ночью нам присниться...» своим глубоким спокойным голосом, но...       — Детка, а во что ее переодеть? А где это лежит??!!       — Карабина, а где погремушка?       — Слушай, она вертится, как двенадцатиног с Венеры, я не могу натянуть ей штаны!!!!       — Ааааай, дочь, прекрати драть папе шерсть на груди!!!!!       — Любимая, она хочет к мамочке!       И все это с искренней заботой и нежностью.       А потом марсианский воин и защитник снова уезжал вдаль спасать мир, оставляя Карабину с горой посуды, немытой неделями головой, войной с плутаркийцами и требующим ее постоянного внимания младенцем, просыпающимся по три-четыре раза за ночь.       — А чего ужина нет? Ты ж весь день дома была! — любимый так и не понял, почему всклокоченная, шипящая как пробитая шина жена с дергающимся глазом кинула в него грязным подгузником... и банкой детского питания (в лоб попала)... и косилась в сторону здоровенного кухонного ножа... «Видимо, это так на нее действуют гормоны, вызывающие лактацию!» — осенило Троттла, вспомнившего прочитанную по наводке жены статью.       Внимательно следя за тем, что попадает в руки супруги, Троттл осторожно подошел к злобно сверкающей глазами марсианской женщине и осторожно обнял ее, прижимая к себе.       — Шшшшш! Тебе надо больше отдыхать... — нежно прошептал он ей на ухо, ожидая, что любимая согласится с его идеей, расслабится и радостно поцелует... но вместо этого в ребра прилетел поставленный удар профессионального марсианского солдата и рычание сквозь зубы пополам с отборным матом на трех марсианских наречиях. Троттлу показалось, что еще немного, и его загрызут, расчленят и труп спрячут в кратере Олимпа. Все-таки, женщины страшны в период буйства гормонов...

***

      Так бы оно все и было, но жизнь идет. Дети растут, становятся все самостоятельнее, и проводить время с ними становится все интереснее. Так и Троттл дождался, когда его дочка наконец слезла с рук матери, спавшей последний раз больше четырех часов подряд почти три года назад, вложила свою маленькую пушистую ладошку в его широкую, мозолистую от постоянного вождения ладонь и отправилась помогать папе чинить байк. И она даже не колотила гаечным ключом по крылу, извлекая громкое «Бум-бум!!!!» из его двухколесного друга, заливисто хохоча на весь гараж. И не пыталась облизать промасленные болты и шурупы. И они два часа провозились в мастерской, а потом стащили из холодильника кусок пирога, съев его на двоих в обход обеда. А Карабина наконец-то просто уснула в тишине глубоким сном без сновидений, проснувшись оттого, что кто-то тихо накрыл ее пледом, поцеловал в кончики антенн и вышел из комнаты. Из-за двери донесся заговорщический шепот:       - Мама устала, пусть отдыхает, тшшшш! А мы пока давай почитаем, тетя Чарли прислала книжки, написала, что про мышек. Так, «Курочка Рябя», «Те-ре-мок», «Репка». И где тут мышки?..       Генерал счастливо вздохнула и, снова проваливаясь в сон, подумала, что эту войну она точно выиграла, пройдя первые годы жизни своей дочери, не сойдя с ума и не убив при этом мужа. Вспомнила, как ее рыжий мужчина подкидывает к потолку их рыжую дочь, и они оба счастливо смеются, как он тихо напевает свой любимый рок, на ходу переделывая его в колыбельные, как позволяет завязывать себе хвостики с бантиками на густой длинной челке... и что смотрят они оба на нее совершенно одинаковыми глазами: полными нежности, цвета теплого марсианского песка...       И сквозь сон Карабина подумала, что, пожалуй, надо предложить Троттлу завести второго...