Райские острова

Плыть домой было настоящим блаженством. Шум волн, свежий бриз и запах соли казались дарами небес после всего, что мы пережили. Яхта рассекала воду, оставляя за собой длинный пенистый след. Океан простирался до самого горизонта и казался бесконечным, но нам всё равно не встретилось ни одного судна. Когда райские острова остались далеко позади, а небо над нами почернело, мы зажгли гирлянды на верхней палубе и притащили пледы. Стало очень уютно, и все расселись у газового очага. Кроме Рафи, конечно, потому что он управлял судном. Рокси с шумом откупорила бутылку шампанского, найденную в роскошном баре яхты. Золотистая жидкость с весёлым шипением разлилась по бокалам. Она подняла первый тост: — За нас, ребята! За то, что мы выжили! Мы выпили. Рауль, как самый младший, пил лимонад из бокала для шампанского, ощущая себя настоящим взрослым. В глазах грусть, но он переживал её определённо легче взрослых, его детский податливый мозг обещал стерпеть всё. В числе трезвенников был и Дейл, ограничившийся водой. Он погрузился в глубокие думы с того момента, как мы оказались в безопасности. Они то и дело тихо переговаривались с Джимом, пытались поймать радиосигналы с других судов, но ничто не могло заставить военного расслабиться хоть ненадолго. Его странное настроение беспокоило меня, но я предпочёл оставаться в приятном неведении и немного повеселиться. Мы продолжили пить. — Кто бы мог подумать, что после всего этого ужаса у нас получится устроить себе вечеринку, — проговорил Марк, откидываясь на шезлонге. Я был рад, что он остался жив. Обязательно возьму его Инстаграм, чтобы оставаться на связи. — Что будете делать первым делом, когда вернётесь? — спросила Рокси, обращаясь ко всем сразу. — Поиграю в Майкрафт! — воскликнул утёнок. — Повидаюсь с сыном, — Марк мечтательно улыбнулся и сделал ещё глоток. — А потом я свободен. Если заскучаешь, звони в любое время, — это предназначалось Рокси. — Я, если что, давно разведён, ребёнок только один. Я заинтересован в создании новой семьи. — Уймись уже! — загоготали мы вместе с остальными. На самом деле, Рокси была симпатична и мне, но, кажется, она отдала предпочтение белобрысому снайперу. — Я найду своих родных, если они ещё живы, — сказал Джим после небольшой паузы. — Не успокоюсь, пока не увижу их. Я прочистил горло, чтобы тоже поделиться своими мыслями: — Немного похудею и снова попробую себя в моделинге. В гонки я уже вряд ли смогу вернуться, но моё прекрасное лицо всё ещё может рекламировать спорткары. — Твоя самооценка размером с эту яхту, — крякнул Марк. Я его заверил: — Не только она! Мальчишкам мой ответ понравился. Рокси мечтательно посмотрела на небо: — Я бы открыла бар на пляже. Где-нибудь на Гавайях. Без зомби, без проблем, только пальмы, солнце и коктейли. — Фу, никаких пальм! — воскликнул Джерри. — Они меня уже заколебали! Я одобрительно кивнул: — Правильно! Нахер эти ваши райские острова! Нахер пальмы! В аду им гореть вместе со всеми зомби! Мы все засмеялись. Это краткое обсуждение планов на будущее сделало нас чуть ближе друг к другу. Мы пили, вспоминали о тех, кого потеряли, и на мгновение забыли о том кошмаре, который оставили позади.

***

Позже, когда все разбрелись по разным углам, я сел на пуфик рядом с Джерри. Он выглядел задумчивым. Шиба дремала у него на коленях, ветер трепал её шерсть. — О чём думаешь? — я протянул ему ещё одну банку лимонада. — Что будет дальше, Джон? — он посмотрел на нереально яркие звёзды. — Не знаю. Но с кокаином я точно завязал, честное слово. Наверное, пройду оздоровительный курс, чтобы очистить организм от его яда. А что потом, ты сегодня уже слышал. — А ты… Ты ведь не бросишь меня? — его губы задрожали, глаза наполнились слезами. Я протянул руку и обнял его за плечи. — Даже не думай об этом. Мы же вроде договаривались, что я тебя усыновлю, и ты будешь готовить мне сэндвичи. — Ты самый лучший, — прошептал он, стыдливо вытирая глаза. Шиба приоткрыла глаз-оливку и посмотрела на нас с одобрением, потом снова задремала. — Знаешь, Джон… — после короткой паузы заговорил он, почесывая собаку за ухом. — Иногда мне кажется, что всё это просто сон. Будто я проснусь в своей комнате, мачеха позовёт меня к завтраку, а потом я поеду в школу… Но я не хочу просыпаться. Потому что если это сон, то значит, тебя больше не будет в моей жизни. — Это не сон, пацан. Я здесь. И никуда не денусь. Правда, не уверен, что являюсь достойным кандидатом, чтобы взять над тобой опеку, но ты же им расскажешь, как я суперски размозжил бошки сотням зомби? — Во всех деталях! — заверил меня мальчишка. Я взъерошил ему волосы. — Тогда, может, меня даже наградят медалью. Или хотя бы дадут бесплатный бургер в какой-нибудь закусочной. Джерри хмыкнул, но потом его взгляд снова потяжелел. — А если нас не ждёт никакое «потом»? — сказал он. — Если мир уже никогда не станет прежним? — Тогда будем строить новый. Наш. Иди поспи немного, ладно? Ты всё ещё растущий организм. Я думал, утёнок начнёт спорить, но он безропотно поднялся с пуфика и, взяв Шибу под мышку, пошёл в центр яхты, где были каюты. Может, мне тоже стоит отдохнуть. Проведаю ещё раз Рафи, принесу ему перекус. Утром мы будем уже в Америке.

***

Рассвет разгорался медленно. Первые лучи солнца пробили горизонт, разливаясь по небу багряными и золотыми полосами, словно художник мазнул по холсту кистью, полной огненной краски. Океан вспыхнул отражённым светом, а лёгкие волны окрасились в нежный янтарный оттенок. Виднелась земля. Америка. Майами. Мы возликовали. Дейл всё с тем же мрачным лицом облокотился о перила и уставился вперёд. Но чем ближе мы подплывали к берегу, тем тяжелее становился воздух. Среди этой красоты начинало проступать что-то чуждое, тревожное. Радость встречи с сушей быстро сменилась смутным предчувствием. Над городом, который должен был сиять в лучах восходящего солнца, клубились тёмные столбы дыма. — Это точно Майами?.. — пробормотал Марк, сжимая поручень до побеления костяшек. Майами не просто спал — он был мёртв. Разрушенные здания, опустевшие улицы, и даже с такого расстояния можно было различить бесформенные точки, медленно движущиеся вдоль причалов. Мы сразу всё поняли. Здесь не было спасения. Только город, давно сдавшийся хаосу. Мы подплыли ещё ближе, и теперь могли разглядеть детали. Перевёрнутая прогулочная яхта покоилась у самого причала, её белоснежный корпус был испещрён царапинами и копотью. Чуть дальше, набережную загромождал покорёженный автомобиль — будто его подбросило взрывной волной и швырнуло на бок. — Нет… Этого не может быть… — пробормотал я. Но самое жуткое было впереди. Нечёткие точки, которые мы заметили издалека, теперь обретали форму. Это были силуэты людей — или, вернее, того, что когда-то было людьми. Они шатались вдоль набережной, неспешно, но неотвратимо передвигаясь среди хаоса разрушенного города. В сером свете рассвета их движения казались ещё более неестественными. И хотя нас разделяли вода и приличное расстояние, мне казалось, что они уже чуяли нас. Дейл долго стоял молча, потом сплюнул в воду и оскалился: — Я так и думал. Джерри схватил меня за локоть ледяными пальцами. — Они повсюду, — прошептал он. — Даже здесь… Я закрыл глаза и выдохнул. Мы бежали с острова, надеясь, что он был лишь изолированным кошмаром. Мы верили, что на материке нас ждёт спасение. Но теперь стало ясно: этот кошмар охватил весь мир. — Что нам делать? — спросил утёнок печально. В его глазах больше не было детской наивности. — Будем сражаться, чёрт возьми! — сказал я. — До самого конца. Майами был мёртв. Но мы были живы. И впереди нас ждала новая борьба за каждую минуту жизни. Я не знал, как долго мы протянем, но одно было ясно — наше путешествие только начиналось. Мы больше не искали спасения. Мы стали теми, кто идёт вперёд, даже когда мир рушится вокруг.