Amor non est medicabilis herbis

После звенящей тишины, нарушаемой лишь тихим скрипом старого колодца да щебетанием запоздалых птичек, шум мегаполиса просто убийственен. Давит на виски громкими криками озлобленных водителей в пробке, резкими звуками гитары, струны которой дергает молодая шпана под окнами и истошным мяуканьем соседского кота. Заткнись, не март же. После деревни очень сложно снова войти в ритм города и привыкнуть к его звукам. Но постепенно обязательно входишь в колею, а потом крик петуха с утра снова кажется дикостью. Рогозина появляется в коридоре института. Посвежевшая, без серых мешков под глазами, с обновленной стрижкой и естественным цветом лица. Некоторые студенты оборачиваются вслед, по началу не узнавая вечно измотанную Рогозину, которая вместо улыбки с утра предпочитала чашку кофе. Возле аудитории маячит Белая, меряя шагами расстояние от двери до окна и наоборот. Увидев женщину, Татьяна останавливается и хмурится, скрестив руки на груди. - Доброе утро, - приветствует девушку Рогозина, подходя ближе. - Почему Вас так долго не было? – тут же налетает на неё Белая, по её лицу можно было понять, что она обижена и разгневана. - Две недели!!! Это ужасно много. Кто же Вам разрешил столько отсутствовать?!? - Ректор, - улыбается Рогозина, еле сдерживая усмешку. - И где Вас носило эти две недели? Дома точно не было… - Белая прикусывает язык, поняв, что выдала себя с потрохами. - В деревне у отца была, - Галина Николаевна сохраняет лицо, услышав последнюю реплику, хотя очень хочется рассмеяться. Тут уже замолкает сама женщина, осознав, что она стоит и отчитывается перед этой девчонкой. – У меня пара. Женщина скрывается за тяжелой массивной дверью из красного дерева. Только в пустом помещении она может перевести дух и наконец-то снять пальто. Все две недели она настойчиво возвращалась в воспоминаниях в тот день и как киноленту прокручивала тот наглый поцелуй в коридоре. Боже, доктор наук, а до сих пор краснеет при мысли о том, что её поцеловала сумасшедшая студентка. Отвязаться от подобных мыслей у женщины не получилось. Рыбалка с отцом на старом озере, вязание крючком, поход в лес за грибами со старым лукошком и даже домашнее вино не смогли помочь. Рогозина подумывала отогнать воспоминания, заменив их другими, но в деревне не оказалась более-менее симпатичных женщин. Вполне спокойно прошла первая лекция, начался перерыв. Рогозина искала растворимый кофе и что-нибудь съестное, но обнаружились лишь засохшие крекеры, принесенные Белой пару месяцев назад и твердая карамелька. Вместо еды она достает два билета в кино. Сеанс сегодня вечером, судя по названию - мыльная опера. Только на большом экране. - Это свиданье? – ехидно интересуется Рогозина у вошедшей студентки. Белая, явно неожидающая этого вопроса, роняет на пол все свои книги и брошюры. Галина Николаевна терпеливо ждет, пока Таня соберет всю свою литературу, и повторяет вопрос. – Ты зовешь меня на свиданье? Белая кивает, стараясь не встречаться взглядом с женщиной. Щеки девушки украшает яркий румянец. - Ладно, - легко соглашается Рогозина, убирая билеты в стол. Вечером кинотеатр полон жизни, не то, что в дневные часы. Молодые ребята в униформе не спят у гардероба, девушки в бордовых жилетках улыбаются и охотно продают попкорн, а не уныло пялятся в экран телевизора, двери залов плотно закрыты - в каждом идет сеанс. Да, вечером кинотеатр определенно оживает. Рогозина приближается к маленькому столику, за которым уже сидит девушка. Для похода в кино она выбрала любимые джинсы и свободный ярко-зеленый свитер, немного не подходящий ей по размеру. Сама женщина облачилась в брючный костюм цвета мокрого асфальта и сейчас жалеет, что не надела темные джинсы и водолазку. На неё оглядываются любопытные подростки, с интересом наблюдают взрослые люди, ожидая какого-то шоу или еще непонятно чего. Да, она совсем не похожа на человека, желающего просто насладиться сеансом. На столе стоят два больших стакана с попкорном и содовая в простой прозрачной бутылке. - Я столько не съем, - сообщает Рогозина, присаживаясь за стол. - Я обязательно помогу, - уверяет её Белая, отправляя в рот немного попкорна. Галина осматривает зал. В центре, вокруг столика с тремя женщинами, бурно обсуждающими какой-то журнал, бегают довольные малыши, явно ожидающие начала сеанса нового мультика. У окошка устроились несколько влюбленных парочек, они держатся за руки и мило перешептываются, не замечая ничего вокруг. Молодые люди пришли либо на комедию, либо на мелодраму. Напротив расположились качки, молча уничтожающие хот-доги и ожидающие сеанса боевика, не иначе. Рогозина мысленно гадает, к какой же из групп можно отнести их и приходит к выводу, что только к влюбленным. Неожиданно послышался знакомый голос, сначала тихо и вдалеке, но потом набирая децибел и приближаясь. Сомнений не оставалось. Неприятной встречи не избежать. - Галочка, рада тебя видеть, - к столику подходит улыбающаяся Антонова. Облаченная в открытое бежевое платье, на высоких каблуках и с идеальными уложенными волосами. Она выглядит безупречно, как всегда. Рогозина невольно одергивает белую рубашку и с грустью смотрит на растянутый свитер своей спутницы. – Познакомишь? Антонова улыбается, заметив немного сконфуженную девушку за столом Рогозиной. - Нет, - резко отвечает на выпад Галина, начиная злиться. - Знаешь, - тянет гласные блондинка, продолжая ощупывать взглядом Таню, - я была лучшего мнения о твоем вкусе. Рогозина приподнимается со своего места, желая высказать в лицо наглой даме все, что она о ней думает, но не успевает произнести и слова, как слышит голос Белой. - Знаешь, - лицо девушки пылает то ли от стыда, то ли от злобы, – катилась бы ты ко всем чертям. Завидуешь – завидуй молча. Ни слова не говоря, Белая сгребает попкорн и бутылки с газировкой, берет за руку обалдевшую женщину и направляется в сторону зала, где через десять минут должен начаться их сеанс. - Ну, ты даешь, - наконец-то обретает способность говорить Галина Николаевна. - Я не люблю наглых людей, - спокойно отвечает девушка, усаживаясь на свое место. - Ты тоже наглая, - шепчет ей женщина и смотрит на экран. Появляется заставка, а далее титры. - Себя я тоже не люблю, - шепчет в ответ Белая и концертирует все свое внимание на фильме. Французская мелодрама, снятая во время войны, а сейчас переделанная на современный лад – совсем не впечатляет. Рогозина всегда предпочитала оригинал, считая, что все последующие версии являются полнейшей ерундой и не представляют собой ничего стоящего. Вот и в этот раз она убедилась в собственной правоте. - Мне очень понравилось, - заявляет довольная Белая, когда вы покидаете кинотеатр, - а Вам? - Ты оригинал видела? – интересуется Рогозина и получает отрицательный ответ. – А если бы смотрела, то подобная самодеятельность школьного актерского кружка показалась бы тебе ужасной. - Вы жалеете, что пошли сюда? – спрашивает погрустневшая девушка, теребя рукав своего свитера. - Меня тысячу лет никто не приглашал в кино, - Галина улыбается, наблюдая как тоненькие пальчики сжимают ткань, - спасибо тебе. Огромное. Женщина проводит рукой по волосам Танечки. Они мягкие, пушистые и очень податливые. Приятно обвивают пальцы, словно желают, чтобы прикосновения не прекращались. Но вместо этого она быстро одергивает руку, понимая, что ей хочется большего. Быстро прощаясь с девушкой и широкими шагами направляясь в метро, Рогозина все еще думает о волосах своей студентки. Вот и кто еще сумасшедший.