Scenery

- Я разрушу перед собой все стены, что помешают мне обнять тебя и защитить. - Обещаешь?

      Моменты жизни постепенно угасают стоит лишь наступить следующему дню. Отсчёт начинается сразу: время забвения идёт в ногу с происходящим, превращая прожитое сначала в воспоминания, а после стирает его в пыль. Это простая истина, обоснованная и подкреплённая временем. У людей с рождения есть линза, через которую видно мир. И чем старше, тем сильнее расплывается прошлое, чтобы сфокусироваться на настоящем. Никто не в силах противиться. Но, проснувшись одним серым утром в тёплых объятиях, Тэхен всем сердцем боится забыть это мгновение. Чужое жгучее дыхание обдаёт затылок, заставляя тело приятно подрагивать. Он не позволит себе это забыть. Ким кладёт руку на сердце, что пока Чонгук с ним, он будет запоминать каждый проведённый вместе день досконально, как какой-нибудь глупый школьный стишок. Прошлой ночью им не нужны были заурядные слова, требовался лишь кислород, который они дарили друг другу. Тэхен считает Чона своим воздухом. Он чувствует себя героем смазливой мелодрамы, которую они недавно смотрели вместе. Только вот в той истории трагичный конец, а у них будет по-другому. Тэхен надеется. - Проснулся? - Ким чувствует, как нежно перебирают его волосы. - Да, - переворачивается на другой бок к лицу напротив, - но я не хочу вставать. Давай ещё полежим так? - Все, что захочешь, солнце. Тэхен плавится от всей картины: Чон лежит сейчас рядом с ним, такой взъерошенный и сонный. Такой любимый. - Почему именно солнце? - Не знаю, тебе не нравится? - Я звезды люблю больше, да и ночное небо в принципе, - кривит лицо, - тем более «солнце» слишком заезжено, так каждого второго называют. - Ты прав, - перетягивает тело на себя, оставляя между ними минимальное расстояние. - Я выберу для тебя уникальное имя, чтобы оно было только твоим. Только дай мне время подумать, - прижимает к себе, - а пока станешь моим цветочком? - Когда ты стал таким романтиком? Я что, уже начинаю менять такого дерзкого парня? - смеётся. - Теперь я твой, можешь делать со мной все, что захочешь, - приподнимает голову и утягивает в ленивый утренний поцелуй. Чонгук всегда будет нежен с Тэхеном, он подарит ему самое незабываемое время вместе. Ему хочется во все горло кричать «навсегда», но страх равнодушия останавливает. Вдруг Тэхен охладеет к нему? А если не захочет больше видеть его? Уйдёт? Он ни разу не видел крепкой искренней любви, которая длилась бы больше четырех лет. Так какие гарантии, что с Тэхеном будет то самое «навечно»? Нет, теперь он не позволит ему уйти. Чонгук - отвратительный собственник, и пусть все подавятся, но если он захотел - значит присвоил. Он делал так всегда: начиная простой банкой колы, заканчивая людьми. Хосок долго не мог найти себе не то, чтобы пару, да даже друзей завести не удавалось. Чонгук обрывал все нити между ЕГО другом и кем-то другим. Ведь это ЕГО, чонгуков человек. Так было и с Юнги. Так будет и с Тэхеном. Из колеи медленного безумия его выводят обжигающие касания младшего. Тот осторожно ведёт пальцами по голому торсу, несильно царапая короткими ногтями кожу. Бёдра все настойчивее трутся о чонгуковы, а интимное дыхание в шею заставляет глаза старшего постепенно наливаться кровью. Чон готов наслаждаться этим вечно, но удержаться от порыва с каждой секундой становится все сложнее. Из-за Тэхена он не в себе. Почувствовав за ухом горячий язык, лениво лижущий покрасневшую кожу, Чонгук теряет выдержку. Он приподнимается и облокачивается на спинку кровати, а после несильным рывком тянет младшего к себе и усаживает на бёдра. - Играешь со мной? - ухмыляется и руками очерчивает талию Тэхена сквозь ткань футболки. - Развлекаю, - тихо на выдохе произносит Ким и, скрестив руки на шее Чонгука, решает не останавливается на начатом, вновь утягивая в уже глубокий поцелуй. Чонгук не знал, что Тэхен может быть таким страстным и милым одновременно; что так приятно касаться его. Чонгук не замечал, что грань между ними с каждой встречей размывала свои границы; что когда-нибудь они будут сидеть на смятой постели и долго целоваться, наслаждаясь друг другом. Чонгук не верил, что может желать кого-то так сильно, как Тэхена. Когда касаний через ткань стало недостаточно, Чонгук принялся медленно спускаться под футболку. Кончиками пальцев парень настойчиво исследует каждый миллиметр оголенной спины. Ногтями выводит кривые линии сверху вниз, предсказуемо переходя на талию. Чонгук догадывался, что Тэхен и вправду худенький, но нащупав прилично выпирающие рёбра под тонкой кожей, стало не по себе. Ким в это время лишь получал невообразимый кайф, требовательно терся бёдрами и все грубее перебирал чужие волосы, то и дело оттягивая назад, чтобы Чонгук сильнее запрокинул голову. Первый хриплый стон прошёлся по всей комнате, а за ним последовали и остальные. Тэхен так страстно овладел всей ситуацией, что Чону ничего не оставалось, кроме как подчиняться. Они все ещё одеты, но парню казалось, что если ещё один такой звук вырвется из губ Тэхена, то от наслаждения он окончательно потеряет здравый смысл. Прерывает настолько невообразимую обстановку классический стук в дверь. Причём настойчивый и громкий, сбивающий весь былой настрой. Ещё и Руми у двери мяукает, ждёт гостей. - Я думаю, стоит притормозить, - первым отстраняется Тэхен. Он смотрит на зацелованные алые губы своего Чонгука и уже покрасневшие пятна на шее, которые некогда, слегка прикусывая, он вылизывал. Ему настолько легко, так просто и сладко в душе, как будто он начал чувствовать радость проведённых дней. Как будто он потихоньку становится счастливым. Будет ли так всегда? К черту, Тэхен слишком устал от вредных мыслей, он впервые разрешает себе делать так, как хочется. - Да уж, - Чонгук дарит напоследок быстрый поцелуй и помогает Киму слезть с него. - Продолжим позже, Дандэлайн. - Одуванчик? Ты серьезно? - кривится, - Как слащаво. - Мы только первый день в отношениях, а у тебя претензий вагон и маленькая тележка. «В отношениях, - Тэхен сдерживает улыбку на этих словах, но внутри все стягивает и приятно греет». - Ладно, - сдаётся, - Одуванчик, так Одуванчик, мне все равно, хоть подсолнух. - Если бы не этот противный стук в дверь, я бы потребовал поцелуй за старания, - Чонгук ухмыляется, но после очередного стука тихо матерится и поспешно уходит в коридор, оставляя Тэхена нежиться в постели. На пороге стоял объявившийся Хосок, которого Чон не видел уже больше недели. - Хен, - с не скрытым разочарованием выпаливает тот. - Чего? - Ты засосал пылесос? Что с твоими губами? - Хосок пару секунд всматривается в друга, а после по-хозяйски проходит в квартиру и усаживается на стул на кухне. - Очень смешно. Ты меня вообще-то отвлёк. - Ты не один? - Представь себе, мне двадцать с лишним лет и я давно имею личную жизнь. - Понял, извини, - Хосок всматривается в приоткрытую спальню, пытаясь уловить хотя бы силуэт человека за ней. - Ну и кто же наконец смог завалить тебя в постель? Она хоть красивая? Сколько ей лет? Спутница на одну ночь? Проблем с законом не наблюдается? - Он. Красивый. Двадцать два, - разграничивая паузами каждое слово проговаривает Чонгук. - Он, - после переваривания непростой информации повторяет Хосок. - Так ты? - Нет, я не гей. - Би? - Нет. - Тогда проясни ситуацию, будь так добр. - Я, кажется, влюблён. Причём очень сильно. Он интересен мне, как личность, я хочу быть рядом постоянно. Меня тянет к нему, как магнит, и все мои мысли только о нем, так что я не придирчив к полу, мне просто нужен он. Целиком и полностью, - Чонгук сам немного поражён тем, как это звучит, ведь он буквально влюбился в человека за месяц. - А в «целиком и полностью» член входит? - Пошёл нахуй, - цыкает Чон и саркастично улыбается в ответ. Тэхен практически на цыпочках выходит из спальни под пристальный взгляд Хосока. Он знал его лишь по рассказам Чонгука. То он сжёг его микроволновку, то несколько раз покупал просрочку по неосторожности, аргументируя словами «думаю есть можно, главное быстро», то закрылся в его комнате и отказывался ехать домой. Тэхену сейчас не то что неловко, а стыдно, как будто в чём-то провинился и его разглядывают с ног до головы, чтобы вот-вот начать читать нотации. - Хватит пялиться, - недовольно фыркает Чонгук, закрывая вид на Тэхена. Хосок не растерялся и даже встал ради такой встречи. Он знает Чонгука с рождения и за двадцать лет впервые видит его жадные глаза. Чонгуку впервые не наплевать на кого-то после первой ночи. Хосок просто обязан познакомиться с этим счастливчиком. А счастливчик ли? - А ты у нас? - растягивает свой вопрос. - Тэхен, - мнётся от непрекращающегося досмотра. - Да ну, - Хосок прикрыл рот от удивления и повернулся к другу. - Серьезно? Тот самый Тэхен? - Да, - Чонгук опять закрывает вид на своего парня, отодвигая Хосока назад. - Хватит уже его рассматривать, ему неприятно. - Ахуеть, - все ещё поражён, - а Юнги в курсе? - Пока что нет, мы официально начали встречаться вчера. - Официально, боже мой, - закатывает глаза и садится обратно на стул. - Я в душ, - еле слышно сказал Тэхен, смотря в чонгуковы глаза, а после одобрительного кивка направился в ванную. Он слышал. Слышал весь их разговор от начала и до конца. Тэхен вслушивался в каждое чонгуково слово о влюблённости. Неужели Чонгук действительно так сильно влюблён в такого, как он? - Гук, а ты не торопишься? - Хосок отпивает чай, который сам себе налил. Чонгук никогда не был гостеприимным, а Хосок далеко не стесняшка. Да и как сказал друг «Мне все равно, хоть живи здесь, я даже не замечу». - С чем? - Ну, со всем этим, - в воздухе проводит пальцем по свежим засосам на шее друга, а после указывает в сторону ванны. - А чего ждать? - Ты хочешь сказать, что вот так просто, спустя шесть лет одиночества и перепихов на одну ночь, ты вдруг за месяц влюбился во-первых, в парня, а во-вторых, влюбился? - С твоих слов это очень странно звучит, - кривится Чон. - Не поверишь, но на деле это ещё страннее. - Считаешь я не готов для отношений? - Нет, просто задумайся, а не мимолетное ли это влечение. Чонгук молчит в ответ. Думает. Это и правда очень неправдоподобно звучит. А точно ли то, что он чувствует к Тэхену - влюбленность? Он ведь даже не знает, как это должно быть. - Ну вот и проверим, - кривит губами и нелепо улыбается. - Чонгук, не пользуйся им. - Хватит учить меня, - Чон устал выслушивать вечные нравоучения от старшего. - Я сам разберусь. - Юнги не простит тебя, - строго и доходчиво. Хосок, как никто другой знает о ночных похождениях друга и об их одинаково противных концовках. Сначала алкоголь, потом секс, а на утро «пиздуй побыстрее, пока я ещё предлагаю такси.» - Думаешь меня волнует мнение Юнги? - Ты поступаешь эгоистично. Если ты разобьешь сердце этому парню, то, - не успевает договорить Хосок, как младший перебивает его. - Я никогда не смогу сделать ему больно, - «Я поклялся, - остаётся не озвученным». - Впервые слышу от тебя такие слова, - друг издевательски прикладывает ладонь ко лбу Чонгука, искусственно проверяя на наличие температуры, но другой беззлобно скидывает чужую руку и хмыкает. - Ладно, надеюсь, у вас все будет зае... замечательно, - Хосок удивлен, что его никудышный друг начинает меняться. Похоже, все и правда не так, как было раньше. Чонгук никогда не пускал посторонних дальше спальни, а Тэхен, видимо, уже долгое время не просто знакомый. - Моя душенька теперь спокойна. Чон в ответ лишь улыбнулся и начал разговор о работе, краем уха слушая звук воды в ванной. Ему сейчас так хорошо. Сказать, что Тэхен удивился наличию лишь одной работающей лампочки из должных шести - ничего не сказать. Полумрак без окон или хотя бы дополнительного фонарика рядом. Дверь закрыть придётся в любом случае, так что выбора нет. С небольшими трудностями у Тэхена все-таки вышло принять горячий душ, осталось отыскать у Чона какой-нибудь крем для лица, потому что у парня очень сухая кожа, что уже причиняет дискомфорт, если обходиться без увлажнения. В ванной была лишь скромная полка с полотенцами и ещё одна за зеркалом. Он потянулся, чтобы открыть полку перед собой, но его вовремя окликнули за дверью. - Чонгук? - Тэхен-и, выходи побыстрее, нам ещё нужно успеть вовремя выйти. Они уже куда-то собираются? С утра пораньше? Парень тут же выходит, оставив свои злосчастные попытки найти крем. - А где твой друг? - Тэхен заглянул на кухню, но там никого. - Ушёл уже, точнее, я его дружелюбно выпроводил, - довольно улыбается. Очарован. Тэхен и подумать не мог, что Чон бывает таким милым. Если это только первый день их отношений, то что будет потом? Кстати про отношения. - Гуки, - парень подошёл к столику и скрестил руки. - Говоришь, официальный первый день? - Тэ, что не так? - он хмурится от непонимания. - Значит, первый день есть, но только вот официального предложения мне не приходило, - лицо Кима сразу стало игривым. Он надул губы и устремил взгляд куда-то в окно, будто о чём-то задумался. - Странно это, не находишь? - Ах, вот как, - растягивает Чон, подходя ближе к парню. Он кладёт руки на талию, а после скользит вверх по телу, останавливаясь на тонкой шее. - Ким Тэхен, согласны ли Вы стать моим законным парнем? - Даже не знаю, - не сдерживает смех, - а ещё варианты есть? - Нет, сэр, к вашему счастью я - единственный экземпляр, - Чонгуку нравится, когда Ким с ним флиртует. Это умиляет и заводит одновременно. - Тогда я приму Ваше сердце за поцелуй, - указывает на щеку. - Вот сюда. Теперь Тэхен его. Это была немая клятва со стороны младшего, но к чему она приведёт - уже другой вопрос. «Влюблённость» скажут многие. Даже сам парень так бы обозначил эти чувства, да только ощущение, будто эта «влюблённость» куда глубже, сильнее, чем должно подразумеваться. Совсем не бабочки в животе, как описывают многие, а покалывание в сердце и горячий мёд, стекающий по рёбрам, приятно обжигающий легкие. Тэхен заставляет его печься изнутри, а Чонгук так благодарен. Парень обхватывает ладонями горячие щеки, сжимая, и покрывает короткими поцелуями все лицо своего уже официального парня. Тэхен в ответ лишь смущенно смотрит в глаза напротив, а после широко улыбается, как никогда прежде. Оба не осознают, как сильно их тянет друг к другу, но они ещё успеют это проверить. - А куда мы собираемся? - Тэхен все также скован в объятиях Чона, поэтому удобно устраивает голову на чужом плече. - Увидишь, - Чонгук наконец отстраняется и чмокает кончик носа. - Я возьму все необходимое. Нам надо уже поторапливаться, так что одевайся, - бросает Чон и быстрым шагом уходит в ванную. После душа всегда следовали дозы таблеток, но сейчас, рассматривая белый бутылёк в руках, совсем не хочется их принимать. Он хранит все препараты за зеркалом, чтобы каждый раз, смотря на себя, вспомнить про них было проще. Чонгук не хочет, чтобы Тэхен знал, что тот болен. Всем сердцем не желает. Но он не может предугадать свои дальнейшие действия, если обойдётся без пары привычных пилюль. Слишком уж давно он на них подсел. Чон не раз задумывался, а не переросло ли лечение в наркозависимость. Но очевидный ответ постоянно отлетал на позднее рассмотрение. - Ты готов? - парень рассматривает Тэхена с ног до головы, обращая внимание на привлекательные пропорции тела. - Да, поехали уже.

***

- Почему сидения такие холодные? - Тэхен всю дорогу ерзает на месте. - Мы едем уже двадцать минут, а мне все ещё холодно. - Подогрев сломался, все никак не приходилось его чинить. - А вот теперь ты просто обязан это сделать, - парень уже извёлся. Он так ненавидит холод. - Конечно сделаю. Все, что попросишь, - Чонгук поворачивается к младшему, ненадолго игнорируя дорогу. - Можешь пересесть ко мне на коленки, Одуванчик мой, - игриво. - Откажусь, пожалуй, - цыкает Ким и ладонью отворачивает лицо Гука, чтобы тот был внимательнее за рулем.       Они подъезжают к какому-то побережью спустя почти час езды. Несмотря на почти обеденное время людей не было. Чонгук паркует машину возле небольшого холма и указывает Тэхену на место, куда они направятся. Это уютная полянка под высоким деревом, вокруг все усыпано подсохшей травой и одуванчиками, а с снизу открывается вид на песочное побережье реки. Самое то для пикника. - Нравится? - Чонгук нервничал всю дорогу, потому что понятия не имел понравится ли Тэхену такое. - Очень. Чон расстелил плед и принялся наблюдать за действиями другого. Тэхен завораживающе оглядывался вокруг и фотографировал красивые виды на свой старенький айфон. - Такая камера плохо передаст всю красоту этого места, - Чонгук сидел согнув колени, ладонью придерживая подбородок, не в силах оторвать глаз от Тэхена. - Что поделать, - пожимает плечами, - я не профессиональный фотограф, - с лёгкостью произносит он и отворачивается, дабы ещё немного поснимать. Чонгук же молча смотрит. Любуется. То, что лицезрели его глаза хочется навсегда оставить в памяти. И, к счастью, Чонгук может это оформить. Он достает из-за спины свой чёрный, местами потрёпанный рюкзак, и берет в руки камеру. Фотоаппарат, что парень носит с собой везде никогда не имел нужды снимать людей, но сегодня его дебют. Чон недолго копошится с ракурсом и освещением, а после делает пару снимков. Вдалеке виднеется подсохших лес, серовато-синяя река, местами засвеченная солнечными лучами и саженая трава помогает насытить кадр, а на переднем плане спиной стоит Тэхен. Чонгуку знакомы эти снимки, он испытывает дежавю и не может понять отчего. Как будто парень уже где-то видел подобное. "...он собирал картину по кусочкам, не представляя конечного результата. Это был пейзаж в нежных, даже тусклых тонах. Умиротворенная поляна, усыпанная завядшими цветами и сухой травой. Безжизненные деревья с опавшими листьями и небольшое озеро где-то позади. Безоблачное небо без солнечных огней." Решив не мучать себя догадками, Чон ещё пару раз вглядывается в знакомые очертания, а после убирает камеру обратно в рюкзак. - Смотри какая красота получилась, - Тэхен подбегает к парню и возбужденно отзывается о проделанной работе в роли фотографа. «Без тебя эти снимки совершенно пусты и бессмысленны, - думает Чон, разглядывая некогда завораживающие его самого виды.» Дело даже не в качестве, а в содержимом. Без Тэхена все пространство вокруг вдруг стало таким серым и однообразным. Кто-то скажет романтично, а Чону не по себе совсем. Чонгук всегда считал, что самые красивые пейзажи - те, что без души. Там, где создаётся впечатление ожившего места и без людей. Где уютно и тепло без помощи человека. Чонгук всегда считал, что истинной красотой наделена лишь природа. До этого момента. - Можно я тебя сфотографирую? - Тэхен садится рядом и неотрывно смотрит на Чона. - Ты выглядишь как тот, кто живет в такой атмосфере. Чонгук, кажется, всю жизнь ненавидел направленные на себя камеры; быстро закипал и просил убрать; агрессивно отзывался и сразу же удалял каждый снимок, не всматриваясь. - Конечно, цветочек, - улыбается парень и пытается расслабиться, как только на него наводят объектив. Тэхен делает парочку кадров и мило отзывается о каждом. Чонгук никогда не принимал комплименты во внимание, но почему-то каждое приятное слово от Тэхена проносится в голове дважды, а может и больше. - Подожди, - младший подрывается с места и останавливается возле одинокой Магнолии, которая скоро должна начать цвести. Тэхен возвращается спустя пару минут, что-то пряча за спиной. Со смущенной улыбкой он подсаживается как можно ближе к Чону и, проигнорировав непонимающий взгляд напротив, одной рукой очерчивает скулу парня, а после заправляет отросшую прядь волос за ухо. Продержав недолгую паузу, Ким достаёт из-за спины только что сорванный одуванчик и цепляет на волосы. Довольный своим замыслом, Тэхен отстраняется назад, чтобы сфотографировать, но его останавливают. Чон притягивает парня обратно, даже ближе положенного и держит контакт глаз. В его взгляде не было злости или радости, непонимания или умиления. Это что-то другое, эту эмоцию Тэхен не может описать. - Что ты делаешь со мной, - вздыхает старший и наклоняется вперёд, сократив расстояние до минимума. Он нежно проводит носом по щеке Тэхена, а после сдержанно целует. Ответа долго ждать не пришлось. Ким поддаётся вперёд и сразу же расслабляется. Окольцовывая руками шею, он наваливается на Чонгука, думая, что тот его придержит. Но старший, на удивление, ухватывается за чужие бёдра и валится на спину, оказываясь головой на земле. Тэхен улыбается сквозь поцелуй, но не отрывается, лишь подкладывает ладони под затылок парня, чтобы тому было удобнее. Чонгук целует чувственно, медленно сминая желанные губы. Ему не хочется большего, сейчас он нуждается именно в нежности. А Тэхен дарит ее. Он дарит себя и Чону этого, как никогда предостаточно. Они выглядят, как два подростка, сбежавших со школы на пикник вдвоём. Чонгук слышит, как бешено колотится сердце Тэхена, а своего не слышит вовсе. Ему хочется продлить этот момент, запомнить на ближайшую вечность, а мысль, что у них все ещё впереди только сильнее обжигает грудь. - Гуки, аккуратнее с цветочком, - разрывает поцелуй Тэхен и аккуратно возвращает упавший одуванчик на прежнее место. - Я долго выбирал самый красивый. - Тэ, ты думаешь не о том, - Чонгук не скажет, что расстроен концу их идиллия, потому что даже сейчас ему кажется, что в воздухе пахнет Тэхеном. - Я хотел тебя сфотографировать, подожди, - Ким достаёт тянется за телефоном и хочет привстать с бедер Чона, но его не отпускают. - Фотографируй так, не слезай. Что-то пролистав в телефоне, парень включает камеру, но фото не делает. Отводит гаджет на вытянутую руку и держит перед их лицами, а после наклоняется вниз и целует Чона родинку под губой. - Что ты делаешь? - Снимаю на видео, как я тебя целую, - хмыкает Ким, выключая запись. Чонгук шустро выхватывает из его рук телефон, приподнимается на локти и принимается выцеловывать парня. Он покрывает легкими поцелуями все его лицо, а после удовлетворённый ложиться обратно, вручая телефон владельцу. - Вот так надо снимать поцелуи, малыш, - Тэхен смотрит последнее снятое видео и заливается смехом. - Гуки, ты совсем не умеешь снимать, - разворачивает экраном к парню и продолжает звонко смеяться. - Я унижен, - Чонгук видит на записи лишь светлую макушку и небо на половину экрана и только по звуку можно было вообще понять, что там происходило. Он смущен, но ему это даже нравится. - Вот так надо снимать поцелуи, малыш, - издевается Ким и от смеха уже держится на живот. Чонгук очарован. Тэхен для него, как воплощение всего самого святого в этом мире. Он готов поклясться, что сделает ради него все, лишь бы этот смех никогда не утихал. Он выглядит сейчас, как идиот, который лежит и лыбиться, смотря на своего парня. Но ему все равно. Пока Тэхен где-то рядом, Чонгуку наплевать на весь мир. Они пролежали так ещё долго. Время остановилось, давая возможность растянуть момент. Но начало холодать и когда загорелись первые фонари им пришлось уезжать. - Не хочу уходить, - бубнит Тэхен, сворачивая плед. - Мы ещё вернёмся сюда, хоть завтра, - Чонгук снял с себя рубашку и накинул на Тэ. - Ты весь замёрз, я же сказал одеться потеплее. - Тогда быстрее домой. Ты ведь согреешь меня? - спросил он, надув губы. - Кажется, сегодня тебя будет греть Юнги, - Чонгук показывает на экране телефона кучу пропущенных от друга и пару тройку сообщений с не очень приятными пожеланиями.

***

В доме непривычно тихо целый день. Юнги названивал кучу раз Тэхену, который, на секундочку, должен быть дома, а чуть позже выяснилось, что этот ребёнок даже телефон с собой не взял. Юнги злится, очень злится. Но ещё сильнее волнуется. Как давно его уже нет? Он ушёл утром или ещё той ночью? Чонгук его увёз? Юнги очень жалеет о том, что познакомил их. Теперь ему придётся не по отдельности присматривать за ними, а как за одной большой, нет, гигантской проблемой. - Надо разорвать их связь, пока не поздно, - Мин тяжело вздыхает, закидывая голову на спинку дивана, и прикрывает глаза. Он видит Чонгука. Ему всего лишь девятнадцать, а все тело изуродовано шрамами, царапинами и ожогами. Такой яркий и улыбчивый, но со сгнившей душой. Юнги пытался помочь ему, просил звонить, если будет плохо и постоянно звал к себе. Так было безопаснее. Чонгук давно уже не просто друг, он родной человек. Они прошли через много дерьма вместе и Юнги жаль, что со временем он оставил Чонгука разбираться со всем этим одному. Мин знает о таблетках, знает о диагнозе, но не понимает, что произошло. Ведь Чонгук не помнит детства, не помнит того, чего нельзя вспоминать, даже лекарства пьёт, чтобы точно не узнать о прошлом, но, кажется, ему становится с каждым днём все хуже. Он читал о его болезни и то, как ведёт себя Чонгук давно уже не подходит по признакам. Хосок все твердит, что характер у него такой, но это бред. Юнги помнит Чонгука как игривого, улыбчивого, неловкого и очень доброго парня. Но он не знает человека с этим же именем сейчас. Иногда, конечно, бывает, что проскальзывает его Чонгук, которого он всей душой хочет вернуть, но следом возвращается тот пустой, практический мёртвый человек. Чонгука что-то погубило и продолжает убивать до сих пор, а Юнги жаль, очень жаль, что он и пальцем не повёл до сих пор, чтобы исправить это. Тяжело видеть, когда ещё один родной человек медленно растворяется. Тэхен ведь такой же. Почти. Юнги вспоминает маленького резвого мальчишку, который срывал цветочки с соседских горшков и мчался со всех ног дарить их брату. Вспоминает тёплые вечера, когда они сидели вместе под одеялом и смотрели мультики. Тэхен всегда был очаровательным и эта черта, к счастью, осталась с ним до сих пор. Только вот детство у маленького было не из лёгких. Он часто сбегал из дома, а под утро возвращался, но не в родительский дом, а к Юнги. Тэхен по сей день даже слышать о родителях не хочет, а брат все понимает, он сделал бы также. Юнги жаль, что он слишком поздно заметил светлые рубцы от порезов на тонких запястьях подростка. Тэхен доверял ему все, готов был отдать даже свою жизнь за брата и Юнги верил, ведь он сделал бы также. Он часто ругал младшего за прогулы и запах алкоголя за километр, твердил, чтобы тот сменил круг «друзей», а Тэхен не слушал. Зря. Юнги растил Тэ, как своего сына, хоть разница в возрасте была мизерной, но если родителям стало плевать, то Юнги был готов отдать последнее, что у него есть, лишь бы Тэхен улыбался. Он корит себя, что в свои восемнадцать Тэхен сделал не тот выбор. Юнги пиздецки сожалеет, что не уберёг его тогда, поэтому сейчас и до конца его жизни он обещает себе не дать Тэхену сломаться вновь. Замочная скважина наконец поворачивается, вырывая парня из мучительных воспоминаний. Тэхен заходит тихо, сильно опустив голову, будто в чём-то провинился. А вообще да, ещё как провинился, Юнги весь день был на взводе, пока тот, ясно дело, развлекался. - Привет, хен, - виновато растягивает тот, со все ещё опущенной головой. Тэхен знает взгляд Юнги, когда тот злой, поэтому уж лучше вообще не смотреть. - Где ты был? - спокойным голосом начинает старший. Он никогда не начинает кричать с порога. - Да так, с Чонгуком гулял, - Тэхен готов прям сейчас на коленях просить прощения, лишь бы Юнги не говорил так спокойно. Младший знает, что если голос ровный и томный, значит брат на пределе. - И что вы делали? - стиснув зубы проговаривает он. - Просто сидели на траве и разговаривали обо всем, - Тэхен медленно подходит к дивану и садится на край. Он понимает, что разговор не окончен, а значит, нужно ещё немного понервничать. - О чем? - Юнги равнодушно смотрит на опущенные глаза, не собираясь смягчать тон. - Да так, - нервно усмехается, - а у тебя как день прошёл? - Ты что-то чувствуешь к Чонгуку? - игнорирует вопрос. - О чем ты? - от неожиданных слов поднимает голову, встречаясь лицом к лицу с братом. - Ты слышал меня. - Он мой друг и все, - чеканит Тэхен. - Такой же друг, как и прошлый? - Нет, - Тэхену больно от воспоминаний, а Юнги будто специально ковыряет вновь. - Ты же знаешь Чонгука, он не такой. - Зато я знаю тебя, - Юнги подходит вплотную, грубо поднимает за подбородок голову младшего и всматривается в глаза. - Ты опять принимал? - Юнги тяжело даётся вести себя так спокойно. Он чувствует, что вот-вот сорвётся. - Нет, хен, я правда не принимал ничего! - Тэхен хватается за футболку брата и умоляюще просит поверить. А Юнги не может не верить, ведь это Тэхен. Тот, кем он дорожит больше всего. Но сейчас его гнев гораздо сильнее. - Ещё раз ослушаешься меня, - старший резко убирает руку и отводит взгляд, - можешь мне даже на глаза не показываться. Юнги очень жаль, но он не может по-другому. Он не позволит себе ещё раз упустить Тэхена. - Да, хен, - еле слышно говорит младший, после громкого хлопка дверью, за которой скрылся брат и наконец даёт волю слезам.

Израненными пальцами я тушу последнюю свечу в своем мире. Вокруг один мрак, мне страшно открывать глаза. Я машу руками в воздухе, мечтая ухватиться за твою ладонь. Но тебя все нет. И я шепотом умоляю: "спаси".