Одинокий странник

Незнакомцы. Ковбой вошел в помещение хлопнув дверью привлекая внимание окружающих, сидящих за небольшими столиками. Кто-то точил нож, кто-то играл в карты, несколько фигур сидели неподвижно как статуи, склонившись над стаканами. Старое пианино молчало. Косые оранжевые лучи с танцующими пылинками проникали сквозь деревянные щели и падали на пол. В воздухе стоял тяжелый дух от дыма сигарет, дешевого алкоголя и пота. Он пошел к барной стойке. Народу пока что было немного. Уставшие голоса рабочих и торговцев доносились с улицы. Хозяин трактира и по совместительству бармен: низкий пузатый мужичок, прекратил протирать стаканы и медленно ушел, сверкнув лысиной. Он вернулся через пять минут и озираясь по сторонам отдал мужчине сверток. Тот положил его во внутренний карман кожаной куртки.  — Тебе как обычно? Он кивнул.  — Ты сейчас весь пол зальешь кровью… — нервно сказал бармен. Эррон оглянулся и заметил багровые следы и капли тянувшиеся от входа к нему. Бегло оглядел себя. Краем глаза уловил то как человек, сидевший в темном углу, поднял голову.  — Ерунда, сейчас остановиться, — прохрипел он, запрокидывая стакан с горячительным. В комнате, находившейся за барной стойкой, что-то забурлило и зашипело, лысый мужичок поспешно удалился. Рядом с проходом на доске висели ключи с номерками. Немного было желающих тут ночевать, судя по их количеству, — так лучше для опасного наемника одиночки. Он окинул взглядом аккуратно выстроенные в ряд бутылки с алкоголем на полке в надежде увидеть, что — ни будь новое. Рядом стояли стеклянные банки с яркими полосатыми палочками-конфетами и просто маленькими и круглыми шариками, они выбивались из обстановки своими яркими цветами: бело красные, голубые, желтые. Эррон поморщился, представив какие они сладкие на вкус, лениво достал пачку Мальборо и закурил. Ему все еще не дает покоя тот факт, что за ним кто-то пристально наблюдает. Он, надвинув шляпу на глаза, повернулся в пол оборота и рассмотрел наблюдателя. Лицо сокрыто маской, миндалевидные глаза сверкнули и опустились к стакану. Сидел, выпрямив спину и напряженный как тетива лука, в одной руке держал стакан, так будто тот прирос к столу. Худощавый, но мускулистый, умеет драться — прикинул Эррон. На нем серо-черная одежда в смешанном современном и азиатском стиле: поверх плотно запахнутого халата длинной до середины бедра, накинута черная плотная куртка с капюшоном, закрывавшим голову, широкий пояс, черные джинсы почти облегавшие длинные ноги, заправленные в короткие кожаные потертые ботинки. Почти никто так не одевался во внешнем мире, точно пришелец. За его спиной в тени виднелся длинный замотанный предмет. Скрипя половицами, Эррон приблизился к незнакомцу, вальяжно сел на деревянный стул напротив и поставив локоть на стол, расслабленным жестом наставил на него револьвер. Юноша медленно поднял руки. Его тонкие светлые пальцы с аккуратными чистыми ногтями виднелись из-за обрезанных перчаток. Эррон сделал затяжку и пристально смотрел на него. Некоторые посетители стали с интересом наблюдать.  — Мы разве знакомы? Вставай— он дернул пистолетом, показывая подняться. В ответ он что-то прошипел себе под нос и быстро, как змея вывернулся из-за стола, которой перевернулся на Эррона, тот подскочил, он попытался пнуть руку с оружием, но ковбой увернулся снова прицеливаясь. Их взгляды встретились. Выстрел. Но он ловко уклонился и пнул Эррона в живот, тот согнулся и выплюнул кровь. Незнакомец замахнулся замотанной палкой для удара, но замер, держа ее над своей головой, Эррон оглянулся и увидел бармена с ружьем.  — А ну вон отсюда! Никаких перестрелок в моем заведении! Он, схватив свою небольшую сумку, пулей вылетел из бара. Что-то выпало на пол. Эррон резко подорвался, но споткнулся об перевернутый стол, зарычал от боли схватившись за бок. Кровь сильнее полилась из потревоженной раны.  — Вот же прыгун мелкий…черт бы тебя… — выругавшись себе под нос, он согнулся пополам. Если бы Эррон мог поднять пистолет, то пристрелил бы его. Его глаз привлекло что-то яркое в щели пола, он поднял конфету и осторожно встал.  — Эй! Он не покупал конфет…как он…–бармен раздраженно выдохнул и всунул ему в липкую от крови руку ключ с номерком, Эррон дал ему конфету, тот растерянно на него уставился. Он завернул в коридор за баром и вошел маленькую комнату. Она стала для него уже как родная. Часто Жук ему давал ключ именно от этой комнаты, у них была какая-то немая договоренность. Кровать с застиранным постельным бельем, в углу за перегородкой таз с водой, кувшин и полотенца. Окно почти под потолком, чтобы любопытные не заглядывали. И тумба с обязательным антисептиками и бинтами внутри. Рана была не серьезная если ее не тревожить. Просто ткнули ножом под ребро — его повседневность. Прежде всего он смыл кровь с рук, боясь запачкать сверток. Деньги он положил в свой кошель, осмотрел желтоватую бумагу с нарисованным чернилами портретом, именем и ценником под ним. «Разыскивается Живой или Мертвый…» После перевязки он вернулся за барную стойку. Несколько раз поглядывал в сторону входа и цеплялся взглядом за входящих. Опустошая очередной стакан, он раздумывал над недавней стычкой. Движения и стиль боя показались ему до боли знакомыми и как он занес ту штуку для удара. А эти пальцы точно не внешнемировца… Жук, бурча себе под нос, склонился над барной стойкой и что-то записывал, скрипя карандашом на пожелтевших страницах альбома.  — Странный тот тип какой-то, знакомый?  — Возможно… — потирая щетину ответил он.  — Подозрительный…может надо было кого-нибудь послать за ним… Он выглядел как шпион. Такие как он могут доставить много проблем… Эррон попросил повторить напиток. Рядом подсел мужчина с повязкой на глазу, локтем он пододвинул ему какой-то маленький кусочек бумаги. Жук, закрыв альбом, отошел, схватил трясущими руками и принялся протирать первый попавшийся стакан при этом разглядывая его с глубочайшим интересом. Эррон небрежно развернул листок, держа в зубах сигарету, узнал где примерно может быть его следующая жертва, в какие дни он будет дома, и во сколько. Человека рядом уже не было. Он поджег листок, но его любование огнем прервал бармен.  — Пожар устроить захотел? А ну, туши давай… — Жук неуклюже понес посетителю тарелки с закусками. Почти догоревший листок упал в стакан недопитого виски, он несколько минут любовался танцем тонкого дыма. Жук вернулся, увидев это закатил глаза, тяжело вздохнул и снова стал протирать стакан.  — Тебе тут хоть камин поставить бы или картину какую повесить… — Эррон перевел взгляд на голову трехглазого оленя, смотревшего на него с побеленной стены.  — Да ведь испортят же все… отбросы… а с камином возни много и денег надо… Ковбой поправил шляпу и вышел с черного хода, который находился недалеко от двери его комнаты. Закатное солнце перекрывали плывущие облака. Толпа крупных ворон вместе с насекомыми наслаждались трупом небольшого животного. На другой стороне дороги все те же заросли сухой травы и глухая стена большого деревянного дома. Эррон закурил очередную сигарету и услышал размеренный топот копыт. Мимо медленно тащилась лошадь темно зеленого цвета с темными полосками и небольшими перьями около ушей, она напоминала земную только была выше, он давно уже привык к местной фауне. С запряженной повозкой, накрытой плотной грязной тканью над которой летал рой мух. Он зажмурился от едкой трупной вони и натянул платок на лицо, бармен появившийся за ним усмехнулся, вытирая руки об фартук.  — Эй, Жук, я тебе тут мяса для твоих котлет привез!  — Да иди ты… Водитель повозки хрипло засмеялся и закашлял. Его лицо полностью закрывала деревянная резная по форме маска в которой были только отверстия для глаз. Капюшон накинут на голову, старая заношенная одежда висела на нем.  — Уже все карманы обчистил? — крикнул Жук скрюченному старику, тот повернул голову.  — Хочешь долю? — прокряхтел он в ответ не останавливая лошадь.  — Только попробуй расплатиться этими деньгами в моем баре!  — А чем же мне еще расплачиваться! Труповозка прошла мимо по узкой неровной пыльной тропе и скрылась за поворотом.  — Такие как ты, чаще остальных оказываются в подобных кучах… Будь осторожен с этим заказом. Эррон ничего не ответив выкинул бычок и пошел прочь.