Одинокий странник

Заказ не давал ему покоя, отдать кому-то «голову» — проигрыш, в особенности этому человеку. Его унизили. Эррон валился с ног от усталости и напряжения. Но перспектива дурной репутации пугала его больше чем легкое головокружение. Он попытался мысленно распланировать свои дальнейшие действия, но в памяти все время всплывали слова Джина, сказанные им в шкафу, его запах и вкус его губ. Мысли вспышками ослепляли его разум вместе с лучами яркого солнца. Из конюшни он взял свою лошадь, заплатил смотрителю и отправился в путь. По пути вспомнил нескольких адекватных коллег по работе и понадеялся на их помощь. Перед глазами поплыл пустынный желтый пейзаж, он едва удержался в седле. Пройдя пару шагов, он слез с лошади, в ушах зазвенело. Внезапно раздался шорох в стороне, высокая трава зашевелилась, что-то стукнуло о землю, перед глазами возникла пелена густого дыма, лошадь встает на дыбы. Эррон вытаскивает пистолеты, но резкая боль в затылке погрузила все вокруг в черноту, рядом торопливо затопали сапоги. Последней промелькнувшей мыслей в его голове была только о том, как повезло тому малышу. Маршрут до «дома» — военной базы, занимал около 10 часов пешком — прикинул Джин и устало оглядел пустую комнату. Кровавые следы и пятна тянулись к выходу, трупа нет, разбросаны гильзы от патронов. Он поднял с пола грязные бинты. Закрыл дверцы шкафа. Изнутри едким стыдом покалывало воспоминание о поцелуе. В животе жгло от обиды и разочарования… или это от голода? он больше не пытался понять. Накинув капюшон, он прикрыл входную дверь и медленно пошел не оглядываясь. «— Ты одиночка, вот почему именно тебе я могу поручить это задание, только ты сталкивался с ним в бою и знаешь хоть что-то, повторяю, кроме тебя об этом никто не должен знать. —Понял, мэм. —Тебе будут мешать, возможно, даже свои, это опасно, уверен, что справишься? —Так точно, командир Блэйд…» Улицы еще пустовали, сонные жители лениво плелись по своим делам, кто-то открывал магазин, кто-то живо обсуждал выстрелы прошлой ночью. Глядя перед собой, он не сразу заметил того, кто в него врезался. Это оказался мальчик, который тут же протянул ладошку прося монет, на его щеке свежий след от прикосновения пули. Подняв взгляд Джин увидел знакомую женщину, стоявшую у входа в магазин, сквозь плачь она что-то рассказывала другой крупной женщине, а та сочувственно кивала. Он натянул маску, вынул несколько монет и небрежно сунул ему в грязные ручки, тот перестал дергаться от нетерпения и раскрыл рот в упор смотря на него. Мальчик успел разглядеть лицо. Джин поспешил в сторону дома из темно-красного дерева и краем уха услышал, как ребенок побежал, говоря матери о том, что видел того самого дядю. Сердце бешено колотилось, и в тоже время нахлынуло странное облегчение. Он бежал, но сворачивая за угол столкнулся со старым знакомым.  — Ху`нЧжан*…  — Ты ведь понимаешь, что я должен тебя убить в случае твоего отказа вернуться?! Дезертир!  — Вау! Звучит громко, подумаешь решил прогуляться… Солдат хотел схватить его за локоть, но Джин ловко отскочил назад.  — Прогуляться? — возмутился он и наставил пистолет. Джин медленно поднял руки. — Ты меня чуть руки не лишил!  — Скажи спасибо что не лишил, П`енДан*.  — Пойдешь со мной, у меня приказ, ничего личного.  — Ты меня уже второй раз ловишь с таким упорством, становиться похоже на личное… — скалясь он раздраженно цокнул. Военный напрягся. Они простояли с минуту буравя взглядами друг на друга. Их никто не мог видеть: с одной стороны — высокий плотный дощатый забор, с другой — глухая стена дома. Спереди проулок, назад пути нет.  — Как там Такеда? Солдат опешил.  — Просил не убивать тебя, но если ты откажешься вернуться, то он самолично надерет тебе задницу, а Кесси поможет ему… Джин не сдержал смешка.  — Дяденька, я хотел вам сказать… ой… Мальчик запыхавшись остановился позади Джина. Он замер на секунду глядя то на одного мужчину, то на другого, вдруг нагнулся к земле и нахмурившись стал с упорством бросать камушки в солдата, а тот неуклюже попытался уклоняться.  — Чертовы вояки… — усмехнувшись Джин бежит к солдату, тот стреляет, Джин едва успевает увернуться.  — Спасибо... за то что спас мою маму… — дрожащим голосом крикнул убегающий ребенок. Солдата он завалил на землю, поджал под себя и надавил на старую рану, от чего тот завопил, сжимая зубы, все его лицо напряглось и покраснело.  — Цха Ни Мао*! Ты чуть не убил меня! Джин, не развернув посоха, вырубил его ударом по голове и поспешил скрыться. Небо постепенно затягивало тучами. Он вышел на широкую дорогу, исчерченную следами колес от повозок и следами животных. Перед ним расстелилась засушливая равнина. Достал яркую сладость, которая немного успокоила его воспаленный мозг, он вспомнил слова кряхтящего под ударами бандита — «Запад…фабрика». На пыльной дороге ему показались знакомые следы ковбойских сапог, он решил не останавливаться пока не наткнется на что-нибудь еще. Со стороны востока приближалась стена дождя. На горизонте среди кучевых туч замелькали стрелы молний. Запахло озоном и пылью. По разным сторонам тропинки росли высокие подсушенные солнцем травы и цветки, под ногами промелькнула оранжевая ящерка, в лицо начала липнуть мошкара. Стало немного не по себе от того, что с существами этого мира он плохо знаком. Привычная постоянная тревога и неизвестность, ему уже приходилось приспосабливался к разным местам и мирам, опасным и враждебным. Такому как он необходимо быть умным и осторожным. Ошеломляющий Нью-Йорк в 16, академия Ву Ши при монастыре Шаолинь в 18, а затем Отряд Особого Назначения — общество военных.