***
Очнулась Беатриче уже в медпункте, голова гудела, а затылок болел слишком сильно. Слышались голоса с соседней койки, достаточно тихие, но в тот же момент не шепот, скорее всего, просто Беатриче не до конца очнулась. — Мда… Отличная игра, — произнесла девочка, держась за голову от боли. Голоса притихли, Беатриче уже подумала, что ей кажется, и она одна в медпункте. — Мне, наверное, снова показались эти голоса, — произнесла Беатриче, как вдруг этот белый занавес, что разделял её с другими кроватями, открылся. — Все-таки не показалось, — произнесла она, смотря на покалеченного Драко, сидящую Панси на его постели и стоящего рядом Блейза. — Мы выиграли, ты словила снитч, но потом тебе прямо в затылок прилетел бладжер, но Флинт поймал тебя, поэтому ты здесь, — ответил Блейз, зная, что она здесь. — Мы переживали за вас обоих. — Понятно, — ответила Беатриче, а после этого настала мертвая тишина, сама Беатриче просто легла назад в постель, отвернулась и лежала, смотря в простыню. Было неловко разговаривать, а точнее, не было тем, из-за давней ссоры. Даже Серебряное Трио не находило тем для разговора после того, как проснулась Беатриче. Панси тихо снова отгородила их, понимая, что, возможно, Беатриче уснула. — Она, наверное, снова уснула, — произнесла Панси, которая подождала некоторое время. — Скорее всего, как-никак, ей тоже досталось, а ты по второму кругу руку сломал, — произнес Блейз, который видел перемотанную правую руку Драко. — Ага, первый раз меня скинула с метлы Беатриче, а сейчас бладжер, неудивительно, что она сломалась, — причитал Драко, которому уже вернули руку в норму, просто он ещё испытывал боль и пару дней должен не беспокоить руку. — Двойное комбо. — Как раз для тебя, — произнесла Панси, слегка издеваясь над другом, уже облокотившись о тумбу. — Зато победа за нашим факультетом, жаль, что Беатриче спасла тогда Поттера, я была бы не против, чтобы он тоже руку сломал. — Но он тоже потом помог ей, взаимопомощь, что удивило старшекурсников, — произнес Блейз, который понял, что их поколение ещё мягко себя ведет, хотя это, возможно, пока так. Ребята стали обсуждать матч, а время проходило достаточно быстро. Все эти два часа Беатриче спокойно спала, казалось бы так. Послышался холодок по шее, она тут же поднялась с постели, думая, что кто-то открыл окно в такую холодину. — Ей! Закройте окно! Холодина такая, не хватало по второму кругу заболеть, — произнесла Беатриче, смотря на три силуэта за белой пеленой. — Вы меня слышите? — спросила их девочка, а после спустила ноги с кровати, резко отдернув штору. То, что она увидела, было не то совсем, что она ожидала. Эти три когда-то её друга, имели подобие тени на их коже, а глаза светились отвратительным желтым светом, как тени в её прошлом сне. Ноги быстро побежали на выход, а дверь захлопнулась прямо перед её носом. — Откройте дверь! — кричала Беатриче, стуча в дверь. Подобие белой ночнушки на ней развевалось на ветру, а голые ноги стояли на холодном камне. Она уже чуть ли не плакала, как эти тени снова прилипли к ней, только в обличье её друзей или даже друзья в обличье этих теней, она ничего не понимала, просто хотела убежать, но не получалось. Холодная бледная рука закрыла ей рот, она слегка развернула голову, увидев белую макушку и эти желтые глаза, дрожь не покидала тело, как тут она снова вскочила с кровати, только уже в своей одежде с матча. Вся одежда была мокрой, как и само одеяло. Пот все еще стекал по её лицу и даже рукам. Она пыталась восстановить дыхание, снова она видела кошмар, снова эти тени, что оставили свои ужасные прикосновения на её теле. Так хотелось смыть их, ужас охватил Беатриче, хотелось кричать, но голос пропал, за окном уже не было дождя, и оно было закрыто. Услышав тяжелое дыхание, Блейз снова отодвинул штору, увидев дрожащую подругу, он тут же ринулся к ней. Её охватила паника, она ничего словно не видела, а судорожно пыталась убрать ужасные прикосновения со своего тела, стирая его руками через одежду. — Беатриче! Ей! Остановись! — говорил громко Блейз, крича уже на весь медпункт. Девочка схватилась за голову, а её волосы запутались и растрепались, прилипая к коже. Правая рука начала болеть, а родинку жгло, что было вовсе не приятно. — Не трогайте меня… Хватит… — говорила Беатриче, пока Блейз держал и тряс её за плечи. — Хей, с ней что-то не то, ей, наверное, приснился кошмар, — сделала предположение Панси, которая тоже пыталась вернуть подругу в чувство. — Беатриче, очнись! — выкрикнул Блейз, давая девочке звонкую пощечину. После нее жгло руку и щеку, что было не совсем приятно, но подействовало. Беатриче очнулась, её дрожь не прекратилась, но она уже говорила сплошной бред, видела все ясно и слышала голоса друзей. Пот прекратил литься с неё литрами, но волосы и одежда плотно прилегали к телу. — Прости, я не хотел тебя бить, — произнес Блейз, замечая, что Беатриче вернулась в сознание. — Это мне только помогло, поэтому все нормально, — сказала девочка, дотрагиваясь рукой до места удара. — Мне просто приснился кошмар, нужно попросить у мадам Помфи зелья для сна без сновидений, после хорошей игры не помешало бы выспаться, — сказала Беатриче, слегка усмехаясь, все заметили её ужасное состояние — она не доедала, пропадала целыми днями где-то кроме уроков, а так же несколько раз спала в библиотеке. — Беатриче… — как-то печально произнес Блейз, понимая, что эта ссора никому не пошла на пользу. — Знаешь, ты правильно сделала, что заступилась за свою подругу, это мы были не правы, когда делали тебя чем-то виноватой из-за того, что у Драко статус намного выше. Я не хочу снова терять нашу дружбу, прости меня за то, что я тогда сказал, — сказал мальчик, потирая затылок, ощущая легкую неловкость. — Я тоже виновата, я бы так же поступила, с этого момента я так и поступлю, потому что ты моя подруга, одна моя лучшая подруга, и я тоже не хочу тебя потерять, — произнесла Панси, неловко улыбаясь, сразу посмотрев на Драко, как и Блейз. — Я крупнее всех виноват, возможно, после этого наша дружба не станет прежней, но прости меня за ужасные слова, давай продолжим общаться, я попытаюсь как-то загладить свою вину, — произнес Драко, который не сильно старался над словами «извинения», но сказал их от всего сердца, слегка краснея. — Вы тоже меня простите, я слишком остро реагировала на ваши слова из-за гнева, поэтому получилось все так, — сказала Беатриче, ощущая, что боль в руке не прекращалась, как и жжение, но улыбнулась от их примирения. — Наверное, от меня несет, поэтому мне срочно нужно в ванную. — Есть такое, но тебе лучше сейчас не вставать, можешь снова потерять сознание, — ответил Блейз, который беспокоился за свою подругу. — Здесь я протяну свою руку помощи, как-никак мальчикам нельзя в женскую ванную комнату у нас в гостиной, — сказала Панси, беря подругу под плечо, ведь она была ещё слаба. — Драко, выздоравливай, скажите мадам Помфи, что Беатриче придет к ней на осмотр после хорошей ванны, — сказала девочка, покидая медпункт. — Ты чего такой красный? — спросил Блейз у Драко, который чего-то смутился. — Твоя бледная аристократическая кожа все выдает на глаза. — Не твое дело! — сказал Драко, отворачиваясь к окну, ему было приятно видеть легкую улыбку на лице Беатриче от их примирения.***
Их дружба вернулась в прежнее русло, а Драко попытался загладить свою вину пирожным, которое им подавали на обед. Он отдал свою порцию, зная, что Беатриче обожает их. Девочка не была против, сказав, что почти простила его, только с него в будущем еще одно такое пирожное. В школе появился новый клуб, «Дуэльный клуб», а его открытие было как раз скоро, поэтому ребята решили посетить его. Оно проходило в Большом Зале, столы убраны, кроме одного, скорее всего, на нем будут соревноваться дуэлянты. По этому столу вышел Златопуст, который раздражал большинство слизеринцев. Все держали в руках палочки, надеясь поучавствовать в одной из дуэлей. — Всем добрый день! Это я, Златопуст Локонс! Открыл этот клуб, чтобы подробней показать вам, как я совершал свои великие подвиги! Посещая этот клуб, вы научитесь защищать себя, если вдруг так потребуют обстоятельства! Сегодня мне ассистировать будет профессор Снейп. Он немного разбирается в дуэлях, и любезно согласился мне помочь! — произнес Локонс, который уже достал Беатриче. Он говорил что-то еще, что уже не хотелось слушать никому. — Насчет «три» произносятся заклинания. Убийства тут не будет, разумеется. Раз, два, три… — Экспеллиармус! — блеснула молния из палочки декана Слизерина, а Локонс впечатался в стену. Ученики хихикнули, особенно те, кто не любил этого преподавателя. Беатриче понравилась такая быстрая победа её декана, он еще больше вырос в её глазах, и она хотела быть похожим на него. — Он жив? — спросила Панси, которая тоже недолюбливала его, как тут Локонс встал. — Жаль, — произнесла Беатриче, которая была бы не против другого исхода. — Умно, профессор Снейп, использовать обезоруживающее заклинание, — говорил Локонс, вытряхивая с себя пыль. — Я подумал, что ученикам будет полезно знать такое отличное заклинание, — произнес профессор Снейп, покосившись слегка на Беатриче, которая наблюдала за его точной победой. — Что ж, может, стоит проверить знание других учеников? — предложил декан Слизерина, а Локонс лишь согласился с ним. Несколько пар учеников побывали на этом высоком столе, кто-то проигрывал, а кто-то получал должную победу и немного уважения от учителя. На дуэль вышел Блейз и Панси, которые сражались против Рона и Гермионы, Панси победила, а вот Блейз проиграл Гермионе, потому что она смогла использовать заклинания за другие курсы, ведь уже изучала информацию за другие года. — Может, теперь Поттер и кто-то из противоположного факультета, именно Слизерина, — произнес Локонс, осматривая зал. — Предложите кого-нибудь из своих учеников, профессор Снейп, — произнес он, а Снейп остановился на двух вариантах. — Я думаю, что мистер Малфой весьма подойдет для «избранного», — произнес Снейп, а Драко лишь самодовольно улыбнулся, наставляя палочку на Гарри.