Трудное решение

       В этот же вечер появились строгие правила, точнее, такое ощущение, что профессора ничего лучше не могли придумать. Все ученики должны были находиться в своей гостиной, как только часы покажут шесть часов вечера, а на все занятия их сопровождал профессор. Никаких исключений не было, как им сообщил декан. — Замечательно! Осталось только гнить в гостиной! — воскликнула Беатриче, находясь уже в комнате на пару с Панси. — По мне так ничего особого не изменилось, только профессора будут нас водить на занятия, что слишком проблемно, — произнесла Панси, которая видела страдания подруги. Беатриче была отрезана от своей любимой библиотеки, любимого уголка и комнаты спасителя. — По мне так изменилось все! Я же тут со скуки умру! — вопила девочка на своей постели, ей уже хотелось покинуть это место. — Даже квиддич забрали у нас! Только тренировки, которые не приносят удовольствия из-за отмены матча! — Какие проблемы, я тебя не пойму, как и мальчиков, но все же, это же не конец света, — сказала Панси, которая не ощутила бы на себе особых изменений. — Я больше не смогу приносить тебе третьесортные романы, — сказала ей Беатриче с серьёзным лицом. А Панси немного перекосило, потому что она скрашивала свои вечера без подруги с помощью любимых любовных историй. — Ладно, теперь изменилось, — сказала Панси, которая, наверное, обрела зависимость от этих книжек про любовь. — Что нам теперь делать? Самим составлять книжки про любовь? — Не знаю я, теперь нужно будет скрасить чем-то времяпрепровождение, потому что даже в библиотеку меня теперь не пустят, даже меня, — намекнула она на себя, как на частого посетителя библиотеки.        Девочки тяжело вздохнули, как к ним постучали в дверь. Панси лениво встала с кровати и подошла к двери, чтобы открыть её. Там её встретили два взгляда, которые что-то задумали. — Беатриче, нам не будет скучно, — сказала Панси, обращаясь к подруге, а та лишь села на втором этаже своей кровати. — Что нужно? — Разрешение для входа в комнату для начала, — сказал Драко, который ждал, пока их уже впустят. Панси отступила, а мальчики спокойно зашли, закрывая дверь. — А теперь совершенно не скучный рассказ от тебя, Беатриче. Потому что, скорее всего, ты здесь единственная знаешь, что это за чудовище, — произнес мальчик, указывая на подругу. — Ты прав, я знаю, что это такое, — ответила ему девочка, собираясь рассказать все. — Чудовище из Тайной комнаты — это Василиск. Василиск — огромный змей, известный также как «король змей», живущий не одну сотню лет. Очень сильное магическое животное. Как он оказался там, я не знаю, но вот почему нашла информацию, так это по ощущениям. Я трогала его, — ответила Беатриче, а все слушали её. — Он не проявлял ко мне агрессии, он лишь довел меня к гостиной, где позже меня перехватил Драко, потому что я была чертовски напугана. Я жива, только потому что зажмурила глаза, была темнота, и мне просто повезло. Если бы я тогда не ушла от Гермионы, может быть, она сейчас не лежала камнем в больнице, — высказалась Беатриче в общих чертах, хотя ребята знали все в подробностях. — Как-никак, ты тоже змееуст, может, он тоже это почувствовал, — произнесла Панси, которая до сих пор удивлялась ее способностям. — Хотя почему он тебя не сожрал? Вот в чем вопрос. — И я о том же, — сказала Беатриче, которая прекрасно понимала, что он мог легко съесть её, даже не моргнув. — А ты хотела, чтоб съел? — Нет, это так, вопрос, который не дает спокойствия, — ответила ей Панси без зазрения совести. — Нужно что-то придумать, потому что мне кажется, или ты уже сама что-то придумала? — Еще ничего, потому что наше время обрезано, а по Поттеру было видно, что они что-то удумали. Гриффиндорцы — плохие вруны, все по взгляду видно, — сказала Беатриче, которая на самом деле тоже собиралась проследовать за Поттером и Уизли. — Даже если и задумали, это не наше дело, — произнес Блейз, который не хотел ввязываться в это все снова. — Мне хватило прошлого года, два часа с Панси на метле, и ты выпила яд ради «избранного», который мог легко все провалить. — А про меня даже не вспомнил, тоже мне, лучший друг, — произнес Драко, который тоже тогда блеснул своим умом. — Он прав, хватит нам рисковать собой ради наших врагов. — Они нам не враги, мы просто ученики этой школы. Это давняя вражда основателей до сих пор давит на нас и окружающих, все же, может, и враги в какой-то степени, но Гермиона моя подруга, — произнесла Беатриче, которая общалась только с ней, а так же редко с Фредом и Джорджем. — Я тоже твоя подруга, я не собираюсь тебя отпускать на верную смерть в схватке с Василиском, если такое дело, — произнесла Панси, которая не хотела, чтобы и Беатриче пострадала снова. — У тебя нет очков или зеркала, чтобы отразить его взгляд. Ты можешь умереть, а не закаменеть. Вдруг он захочет тебя и укусить. Куча версий! Поэтому теперь ты под моим контролем! — Да, Панси полностью права, я не хочу терять тебя, даже если на время, — произнес Блейз, казалось, что у них там совет, а не простой разговор. — Я думаю, что хватит с тебя приключений и одной прямой встречи с этим чудовищем, — сказал Драко. Все трое были настроены против опасных приключений, они хотели жить спокойно и в безопасности. — А разве не мы собирались одержать победу в этом году? Чтобы нам тоже начисляли кучу очков, только за дело, — произнесла Беатриче, которая стала вспоминать их обещание летом. — Вам же хочется, просто вы не хотите, чтобы кто-то снова пострадал. Но приключения без синяков и ссадин не обходятся. А мы должны достойно противостоять храбрецам, своей хитростью и силой, — говорила она воодушевляющие вещи, и всем уже захотелось отомстить за прошлую нечестную победу Гриффиндора. — Мы намного сильнее их, — произнесла Панси, которая загорелась огоньком от подруги. — Если мы будем и сейчас им противостоять, значит, это будет на всю жизнь. — И правда, я думал, что на квиддиче смогу отомстить Поттеру по полной, но он оборвался, остался только способ нашей победы и спасение всех закаменевших, — произнес Драко, который тоже стал гореть этой идеей снова. — Я просто хочу вернуть былое величие! — закричал Блейз, поднимая руки — он походу загорелся больше всех этой идеей. — Вот это настрой! — сказала Беатриче, выдвигая вперед кулак, как все трое тут же ответили на него своим. — Пришло наше время блистать, теперь уж, думаю, надолго.

***

       Команда была настроена только на победу, ребята отлично работали вместе. Беатриче нашла нужную ей книгу, но там не было страницы, которую она точно помнила. Драко и Блейз умело следили за оставшимися выжившими Золотого Трио, а Панси взяла себе очень опасную работу в виде допроса Дамблдора.        Она ничего интересного от него не узнала, как и от других учителей. Она была мастером допросов, но сама не уловила сути их слов. Беатриче зато уловила, поэтому девочки оставили мальчиков спокойно спать в кроватях, а сами проследили за Гарри и Роном.        Они поняли, зачем те взяли мантию-невидимку, и отправились по их пути. Конечно, такой же у них не было, но они шли не напрямую, а просто к окну, чтобы послушать их разговор. Только туда зашли мальчики, не успели толком начать разговор, как приперся Дамблдор и министр магии. — Что они тут забыли? — спросила Беатриче Панси, которая уже успела замерзнуть. — Молчи и слушай, — сказала ей девочка, закрывая рот, потому что разговор уже начался.        Взрослые пришли не просто так к Хагриду — они собирались заключить его в Азкабан. Причину девочки не услышали, так как они резко стали тихо говорить. Послышались шаги, и вот кто-то еще заходит в эту избушку. — Люциус Малфой? Что он тут забыл? — спросила Панси снова, получив злой взгляд, напоминающий о том, чтобы она молчала. Слышно было и так все ужасно.        Девочка это определила по голосу — он пришел сообщить о том, что Дамблдора хотят подвинуть с должности директора. Беатриче тоже уже замерзла, потому что уже было поздно, и холод пришел вместе с весенней ночью. Еще и сам отец Драко внушал некий страх, хоть она не видела его. — Если кто-то хочет что-то найти, пусть следуют за пауками. Пауки приведут их куда надо, — сказал просто так Хагрид, словно это было вовсе не подозрительно.        В итоге взрослые покинули этот домик, а мальчики тут же ринулись в лес, прихватив с собой ни в чем не виновную собаку. На пути в лес их остановили девочки, которые побежали за ними. — Стойте! Мы с вами! — произнесла Беатриче, которая пыталась отдышаться, как и Панси, которая не слишком хотела идти в тот лес. — Что вы тут делаете?! — спросил их Рон, который не думал, что за ними увяжется кто-то еще. — Она уже все сказала, мы с вами, — произнесла Панси, которая не очень-то и хотела находиться в такой компании. — Гермиона и моя подруга, поэтому я здесь, чтобы помочь, — сказала Беатриче, которая знала, что Гарри должен ее понять. — Ладно, пойдемте, только далеко не отходите, — сказа спокойно Гарри, продолжая путь в лес.        Один фонарь на четверых не очень внушал безопасность. Девочки не брали его, потому что уже знали тайные ходы, спокойно ориентировались в темноте, хотя пару раз испугались друг друга, пока дошли до Хагрида. — Почему именно пауки? — спросил с отвращением Рон, который корчил лицо, пока они следовали за маленьким подобием стаи из пауков. — У меня тот же вопрос, у нас взаимная неприязнь к этим существам, — произнесла Панси, которая уже пожалела, что не находится в теплой кровати, пусть и не совсем удобной. — У тебя неприязнь почти ко всему склизкому, противному, с несколькими конечностями, — добавила Беатриче, которая все еще вспоминала, как она помогала ей убраться у змеи. Гарри ничего не добавил к их разговору, как они пришли к огромному пауку. — Вау, как же это замечательно.        Паук начал вести беседу с ними, что не очень хотелось ребятам. Но после этого всего Арагог, как оказалось, и не собирался отпускать их живыми, и словно с неба посыпались пауки. — Фу, какая мерзость! — воскликнула Панси, которая словила пару пауков на лицо. Беатриче стояла в стороне, как вдруг и сзади появилась огромная куча пауков.        Их окружили, а мальчики, видимо, и не собирались использовать свои палочки по назначению, в отличие от девочек. Панси начала стрелять в пауков заклинаниями и чуть не попала по своим же. Беатриче же их тоже защищала, как вдруг почувствовала жжение в руке. — Нам не выбраться! — воскликнула Беатриче, которая защищала Гарри и Рона, а Панси палила во всех и вся. — Я не хочу умирать так рано, — начал ныть Рон, как вдруг к ним на помощь пришел автомобиль.        Машина тут же разогнала пауков, ожидая, пока все сядут в нее. Они начали чертовски быстро ехать, чтобы выбраться из этого проклятого леса. Пауки стали прыгать на машину, но они тут же слетали с неё. Беатриче стала чувствовать ещё большее жжение в руке, от чего тут же взглянула на нее. Её родинка увеличилась и пульсировала, отражаясь красным оттенком. Казалось, что она вот-вот сгорит без огня. — Беатриче, что с тобой? — спросила её Панси, смотря на подругу. Беатриче всматривалась в руку, разминая её, чтобы боль прошла. — Все нормально, — сказала она, которая даже и не поняла, когда они уже выехали из леса. — Это было рискованно, очень. — Хагрид никогда не открывал Тайную Комнату! — воскликнул Гарри Поттер будто бы умную мысль, что свидетельствовало о завершении этого ночного приключения.