Трудное решение

— Ты и правда думаешь, что мы уйдем? — спросила её Панси, а Беатриче подняла голову. — Не зря же мы слушали это все, скрывать это и даже не смотреть в твою сторону после всех пережитых моментов? Возможно, когда-то я пожалею о своем выборе, но ни за что не отвернусь от тебя, Беатриче, я не уйду, — сказала Панси, вспоминая тот удар, но лишь крепко обняла Беатриче. — Не одна ты, Панси, так думаешь, учитывая сколько раз ты пыталась отгородить меня от себя, у тебя ни разу не выходило, — сказал Блейз, который уже получил порцию своих объятий, а так же слегка испачканный свитер слезами. — Я не уйду, я не пожалею о своем выборе, пусть это порыв подростка, но он никогда не исчезнет. — У меня просто не осталось выбора, — сказал Драко, который тут же получил от Блейза. — Хей! Ладно, я тоже не собираюсь никуда уходить, а уж тем более кому-то рассказывать. Раз начали все вместе, все вместе и закончим, — сказал мальчик, который не думал обнимать Беатриче, но Блейз толкнул его на лучшую подругу. — Я очень рада, что вы не отвернулись от меня, ребята, — сказала Беатриче, которая отпустила Драко, что даже слегка засмущался. — Произошло столько всего, мне кажется или вам тоже стоит раскаяться? — Ну, как бы главный зачинщик снова он, но я тоже должен многое сказать. Я имею свое мнение, я тоже могу много чего сказать и не боюсь, теперь уж точно, — сказал Блейз, указывая на Драко, который вечно начинал все ссоры на долгий период. — Я согласна с Блейзом, Драко первый начал, но теперь я не буду идти ни у кого на поводу, это уж точно, — сказала Панси, выставляя Малфоя виноватым. — Вечно я виноват, я пытался поговорить с отцом не раз насчет казни Клювокрыла, но я правда ничего не обещаю, дело уже в суде, — сказал Драко, который сразу же почти чуть ли не после с горяча сказанных слов стал говорить с отцом об обратном. — Драко, ты пытался, меня это уже радует, надеюсь, что все же казни не будет, — сказала Беатриче, которая уже простила друга, но эта казнь снова могла все испортить. — Думаю, мы уже наговорились на сегодня, пора спать вам, а мне на дополнительные занятия. — Так вот куда ты вечно уходишь ночью, пропадаешь чуть ли не до утра, — сказала Панси, которая не понимала почему мальчики переглядывались между собой, а Блейз одним лишь взглядом издевался над Драко. — Да, есть такое, думаю с сегодняшней ночи процесс контроля сдвинется, — произнесла Беатриче, которая тоже заметила дурачества мальчиков. — Панси, пошли вперед, у меня к тебе серьёзный разговор, — сказал Блейз, который тут же накинул руку на плечи Панси. — Что?! Нет! Беатриче должна столько еще мне рассказать! — восклицала Панси, пока Беатриче остановил Драко, а Блейз утаскивал лишнюю особу. — Ты что-то хотел сказать мне, Драко? — спросила его Беатриче, замечая румянец на его щеках. Аристократ был смущен. — Знаешь, прозвучит глупо, но ведь и ты когда-то изменишь свою фамилию, — сказал Драко, который не знал как ему лучше начать. — Конечно, я скорее всего выйду замуж рано или поздно, хотя может так и останусь Гретт, — сказала Беатриче, которая совершенно не понимала намеков в этом деле от других, кроме Марка, потому что излишне считала его только братом. — Не перебивай меня, пожалуйста, — сказал смущенно Драко, пытаясь собраться с мыслями. — Ты будешь носить другую фамилию, даже если бы ты не была Авандор, а все так же оставалась и будешь оставаться той же Гретт, ты будешь носить другую фамилию, ты будешь признана в высших кругах, ты будешь счастлива в браке, будешь любима, — говорил мальчик, а Беатриче не понимала, что происходит. Драко не долго стоял в стороне, подошел к ошарашенной подруге, шепча ей на ухо. — Ты будешь Беатриче Малфой, — сказал Драко, быстро сматываясь с места преступления, а Беатриче не могла отойти от ошарашенного состояния.        Девочка взялась двумя руками за лицо, а через пальцы смотрели глаза в пустоту. Она пыталась остудить жар на своих щеках, она не хотела это воспринимать, не хотела этого понимать, лучше бы так понимала некоторые задания по зельеварению сразу. Попыталась отогнать все мысли, отправляясь на занятия, но теперь было совершенно понятно, что и где-то в глубине сердце откликнулись задатки чувств.

***

       Ребята шли на очередной урок профессора Трелони, эта женщина не внушала доверия, но этот урок пока что ничего особого им не давал. Гермиона отказалась от него, ведь не видела там ничего положительного, Беатриче уже тоже подумывала об этом. — Она наверное до нас снова не дойдет со своими предсказаниями, устала уже сидеть там просто так, — сказала Панси, который было интересно узнать свое будущее, но и в тот же момент не хотела расстраиваться, выслушивая сухие слова. — Хотя бы один урок отдыха, — сказал Блейз, которому было особо все равно. — Мне бы на Трансфигурацию, там намного интересней, — упомянул мальчик свой любимый предмет. — Не знаю, я бы уже отказался от этого предмета, ничего полезного в нем не вижу, — сказал Драко, который наоборот больше всех желал узнать кое-что о будущем. — Походим еще пару раз, мне кажется каждому из нас хочется узнать что-то о будущем, — сказала Беатриче, которая была права. — Если что подойдем к ней и отдельно попросим, а потом уже будем решать торчать нам там или нет.        Все лишь согласились с её утверждением, заходя в кабинет на излюбимое место с шаром на столе, он был у каждого, но этот слегка отличался цветом всего лишь на несколько тонов. Они пытались увидеть предсказание по кофейной гуще. Беатриче смотрела в чашку, совершенно ничего не понимая, как тут к ним подошла профессор. — У вас очень интересные предсказания, почему же я не подошла к вам раньше? — спросила их женщина, но не дала ответить на вопрос, схватив чашку Блейза. — Я вижу красивого огромного волка, что бегает на просторах, его ждут битвы и терзания души не только за свою судьбу, он выберет дружбу, но скорее всего потеряет любовь, — сказала женщина, а Блейз был в растерянности, он не знал как ему реагировать на такое предсказание. — А эта девушка будет смотреть в будущее, стоит ей только открыть свой талант и не бояться презрения за него, — сказала Трелони, заглядывая в кружку Панси. — А про любовь что? — тут же спросила девочка, которою больше всех волновал этот вопрос. — Единственное, что я вижу так это рыжий цвет, отказ семьи и возможное горе, — сказала Трелони, которая тут же перешла на Драко. — Твоя судьба отнюдь не из счастливых, метание из стороны в сторону, предательство, насильные убеждения, скорее всего ты будешь не счастлив, если в момент важного выбора, выберешь не тот ответ, как и вы все здесь, за этим столом, — сказала Трелони, а Драко так и не услышал то, что хотел. — Твое сердце будет разбито, но тебе решать в будущем, что делать, — сказала женщина, отставляя его кружку, тут же беря в руки кружку Беатриче. — Все в черных тонах, переживаниях, знак смерти, алые реки крови, жажда крови и убийств, главный герой здесь только ты, твои руки погрязнут в крови, ты потеряешь себя, если не возьмешь контроль над чем-то очень важным для тебя, частички тебя, это что-то поглотит тебя, только страдания, — сказала Трелони, хлопая Беатриче по плечу, девочка была в не себя от злости, скинув руку преподавательницы. — Спасибо за предсказания, но я больше не приду на Ваш урок, — сказала Беатриче, хватая сумку, как тут послышался звонок, что сообщал об окончании урока. — Пойдемте отсюда, — сказала девочка, а друзья тут же пошли за ней. — Предсказания так себе, — сказал Блейз, который был слегка разочарован своей судьбой. — Хотелось услышать что-то нормальное, а не это, — сказал Драко, который вообще не рассчитывал на такой расклад. — Какой дар? Смотреть в будущее? Почему она вечно говорит загадками? — спрашивала возмущенно Панси, которая хотела услышать ответы на эти вопросы. — Думаю, все и так понятно, это полный бред, — сказала Беатриче, которая была в не себя, ребята, не хотели как-то задеть её сейчас. — Мы сами творим свою судьбу, поэтому нечего коверкать её по какой-то кофейной гуще. — В этом мы еще разберемся, а я вот еще похожу на её уроки, потому что я должна знать все! — сказала Панси, у которой загорелись глаза. — Если разберешься, какой у тебя дар, то должна нам будешь все рассказать и показать, — сказал Блейз, пытаясь перевести обстановку в более позитивную, но вот два обладателя «черной» судьбы были совсем хмурыми. — Ребят, не парьтесь сильно, это же Трелони, она может все что угодно сказать, — сказал Блейз, одновременно ложа руки на плечи ребят. — Ну, да, у нас у всех херово скажется судьба, про любовь я вообще молчу, у каждого несчастье, — сказала Беатриче, которой про неё как раз ничего не сказали. — Почему все так плохо пока только у нас? Ладно, Поттер «избранный», ему так положено. — Не знаю, но пока что все более-менее нормально, слава Мерлину, — сказал Драко, хотя каждый уже имел не одного таракана на душе. — Правда, одинокий волк, что выберет дружбу, потеряв скорее всего любовь, талант, несущийся презрение, плюс рыжая любовь, что несет за собой отказ семьи, проклятье, которое творит не пойми что плюс реки крови и ничего счастливого, и я тяжелая судьба, разбитое сердце, насильные убеждения, метание из стороны в сторону, и каждого ждет сложный выбор, отличный набор, — сказал Драко, кратко пересказывая слов Трелони про каждого. — Спасибо, Драко, мы уже и там поняли, что судьба каждого из нас в дерьме, — сказала Беатриче, которая уже устала от обсуждения такой судьбы. — Ладно, хватит, пойдемте на обед, на фиг это Прорицание, — сказала девочка, а ребята лишь последовали за ней.

***

       Весна уже была на своем пике, наступило тепло, а везде летала романтическая атмосфера, особенно у старшекурсников. Беатриче не получила ни одного письма от своего тайного друга после фантастического танца, была даже расстроена. — Так вот, когда ты слегка ранила меня, я долго не могла найти себе места, убегала от мальчиков по вечерам, тихо плакала в одном из коридоров, там меня и нашел Уизли, — сказала Панси, а Беатриче её внимательно слушала, к ним присоединилась Астория, которая все еще постоянно была осторожна и пыталась не попадаться лишний раз на глаза Беатриче. — Ну, как он проходил мимо, искал свою крысу, а наткнулся на меня, — говорила Панси, краснея на глазах. — Я плакала, как тут он решил меня успокоить. Я ему одни колкости в ответ, а он сказал, что просто хотел утешить меня и поддержать, а не слушать мои колкости. Он так нежно коснулся тогда моей щеки, на которой был уже только шрам, — говорила девочка, дотрагиваясь до еле видного шрама в виде пореза. — Потом мы пару раз столкнулись в коридорах, иногда разговор завязывался, а иногда я была с мальчиками. В итоге как видишь он пригласил меня на танец, правда все ноги отдавил. — Но ты счастлива? — спросила её Беатриче, пока подруга была в состоянии эйфории. — Конечно! Еще спрашиваешь! — сказала Панси, которая поняла, что по крупному раскрыла все свои тайны. — Звучит как плохой анекдот, что Панси Паркинсон, чистокровная волшебница, влюбилась в Рональда Уизли, предателя крови. — Все таки влюбилась? — спросила её снова с подвохом Беатриче, а подруга кинула в неё своей подушкой. — Беатриче! Я же уже все сказала! — сказала Панси, заливаясь краской, для всех такая холодная и бледная, а тут такие эмоции и страсти на лице. — Я за тебя вообще молчу! Марк Авандор, Гарри Поттер и какой-то таинственный парень! — Хей, та ладно тебе, все они мне друзья, — сказала Беатриче, учитывая, что один из них вообще двоюродный брат. — Но один из них твой двоюродный брат, — сказала вдруг Астория, которая крупно спалилась на горяченьком. — Ой, я нечаянно, я тогда не специально подслушала, просто проходила мимо, но я не хотел злить Вас, Беатриче, поэтому спряталась, услышала только из какого Вы рода, честно! — говорила Астория, которая и правда слышала только это, быстро уходя оттуда. — Дожили, Астория Гринграсс следит за полукровкой, так еще рассказала небось всем?! — воскликнула Беатриче, которая выглядела угрожающе. — Нет! Я молчала и буду молчать! Прошу Вас, не злитесь! — говорила Астория, пытаясь сохранить свою жизнь, а Панси стала на защиту девочки. — Беатриче, она же уже все сказала, не злись, тем более я уверена, что ей можно доверять, — сказала Панси, которая уже хорошо знала девочку. — А я вот не уверена, Панси, — сказала Беатриче, которая мгновенно разозлилась. — Не подходи ко мне теперь, увижу в поле своего зрения, придушу, — сказала девочка, а Астория уже пожалела, что её язык ляпнул такое. — Но мы же живем в одной комнате, — сказала робко Астория, получая лишь яростный взгляд в ответ. — Захочешь жить, найдешь выход из положения, — сказала Беатриче, выходя из комнаты, а Панси тяжело вздохнула.