Life happens when you’re making plans

— Артур, я всё поняла, можешь не повторять дважды, — перекладываю телефон из одной руки в другую, попутно натягивая кроссовки, — люблю тебя, — и сбрасываю звонок. — Так, вроде бы всё взяла, — в последний раз смотрю на себя в зеркало, поправляя волосы, чуть улыбаюсь своему отражению и беру джинсовую куртку, и убегаю из квартиры, так как уже дико опаздываю на встречу с братом. Внизу меня уже ждёт такси, которое отвезёт меня в родной Квинс, и пока виды из окна сменяются друг за другом, оставляя однотипные высотки Бруклина позади, я невольно погружаюсь в события, которые произошли за последние три месяца. После похорон Тони, мы с Джеймсом вернулись домой, а точнее в мою квартиру, и практически сразу же приняли решение переехать в более просторное жилище, так как моя студия явно не предполагала наличие в ней крупного мужчины, который буквально всё сносил на своём пути. Выбор пал на уютную двухкомнатную квартиру также в Бруклине, но располагалась она на месте, где когда-то стоял дом Роджерса, который разумеется успели снести и на этом же месте построить современное здание, ну как современное — относительно, дом начала 1990-х. В квартире было всё необходимое для жизни двух молодых людей — просторная хозяйская спальня, с кинг сайз кроватью и даже небольшой гардеробной, гостевая комната, которую в дальнейшем я бы хотела превратить в детскую, но это если забегать очень вперёд, и кухня, совмещённая с гостиной. В общем не квартира, а мечта. Но к огромному сожалению, жила я там практически в одиночестве. Джеймс и Сэм через месяц после похорон Старка решили продолжить дело Стива по ликвидации оставшихся баз ГИДРЫ, которые были разбросаны по всему миру. Так, что конечно свадьбу нам пришлось отложить и месяц мы с Джеймсом просто наслаждались друг другом, пытаясь восполнить всё то, что упустили. Это было невероятное время, мы как будто начали наши отношения с чистого листа, потому что лично я, стала другим человеком, в хорошем смысле, как говорит Барнс. На счёт переноса бракосочетания я не особо волновалась, так как для меня важнее, чтобы мой любимый человек просто был рядом со мной и не важно в каком статусе. Наши встречи с Джеймсом за эти два месяца можно пересчитать по пальцам одной руки, и конечно меня этот факт безумно расстраивал, но я прекрасно понимала, что Джеймс не сможет жить как-то по-другому. Тем более занимаясь этим делом он помогает людям и это для него важно, а что важно для него — важно и для меня. К тому же, живём мы вроде как в 21 веке и сейчас нет никаких проблем с тем, чтобы поддерживать отношения на расстоянии. Но FaceTime в любом случае не заменит живого общения с человеком, его прикосновений и поцелуев, а мне так этого не хватало. Поэтому я всячески пыталась отвлечь себя от грустных мыслей работой и тренировками в клубе Артура. Да, я решила продолжить тренировки, начатые с Наташей, чтобы быть уверенной в том, что её труды были не напрасны. Таким образом, мне казалось, что я как-то поддерживаю с ней связь. Когда я пришла к Артуру с просьбой взять меня на тренировки в клуб, он мне отказал, но когда я предложила ему бой, с условием — уложу его на лопатки, и он становится моим тренером, то его это заинтересовало, так как брат был уверен в своей победе. Но понятно, что он сильно ошибся в своих поспешных выводах. Не за пять секунд, но я всё же одержала победу над братом, который мягко говоря был в шоке и некоторое время пытался понять правда ли это я перед ним, а не кто-то другой, потому что спорт — это абсолютно не моё, а тут такое. Джеймс о моём увлечении знал, но также, как и Артур не был в особом восторге от этого занятия. Однако, меня мало волновало их мнение на этот счёт, я занималась тем, что мне действительно нравилось. Теперь мы с братом стали погодками из-за его пятилетнего отсутствия, и он не мог давить на меня своим возрастом. Наши перепалки из-за практически нулевой разницы в возрасте очень забавляли родителей. Их я навещала очень часто, вообще можно сказать, что большую часть времени в отсутствие Барнса я находилась в Квинсе. Мне было тяжело в Бруклине, всё напоминало о Стиве. По сути, повторялась ситуация, которая была пять лет назад — я снова переживала потерю близкого, а точнее — близких мне людей. Но сейчас рядом были родные и от осознания этого становилось немного легче. А ещё, я так и не сказала Джеймсу про выкидыш. Даже не знаю, почему так и не собралась с духом рассказать ему всё. Знала об этом лишь мама, потому что от неё было тяжело что-либо скрыть, ей потребовалось только спросить: «что с тобой происходило эти пять лет?», как я не сдержалась и рассказала ей обо всём, после чего мама крепко обняла меня, сказав, что я невероятно сильная женщина, которая несмотря ни на что не опустила руки и не сдалась. Именно эти слова я и хотела услышать от самого родного мне человека. И после столь откровенного разговора с мамой, она захотела познакомиться с Джеймсом, всё же он оставался моим женихом. Когда я сказала об этом Барнсу, мне показалось, что он испугался этого знакомства и оттягивал его так долго, как только мог — и у него это отлично получалось. Но сейчас я твёрдо решила, что, когда он вернётся я познакомлю его со своей семьёй. Вообще, если говорить про наши отношения на расстоянии, то выглядели они мягко говоря не очень, потому что мы оба дико волновались друг за друга и если моё волнение было вполне оправдано, всё же Джеймс рисковал своей жизнью на этих заданиях, то вот его волнение походило больше на ревность. Да, именно её. Она не была вызвана недоверием или неуверенностью во мне, или наших отношениях, скорее ему претила сама мысль о том, что я так далеко от него и он не знает, где и с кем я в данный момент времени нахожусь. Он был очень недоволен, когда я задерживалась допоздна в клубе брата, ведь там было очень много друзей Артура, с которыми мы за это время сблизились и стали хорошо общаться. После тренировок или боёв мы часто оставались большой компанией в зале или прогуливались по району просто приятно проводя время. А потом Артур провожал меня до дома. Скажу так, я никогда не давала повода усомниться в своей верности и любви к Джеймсу, но он никогда не упускал возможности сказать что-то не совсем приятное в адрес тех молодых людей, с которыми я общалась. — Привет, сестрёнка, — услышала я голос брата, когда уже подходила к клубу. — Привет, — подарив брату свою самую тёплую улыбку, нырнула в его крепкие объятия, — мама пригласила меня на семейных ужин сегодня, ты же не бросишь меня? — Даже не знаю, — Артур, не выпуская меня из своих объятий, чуть отстранился и сделал задумчивый вид, — я поразмышляю над твоей просьбой. — Ах ты, — я ткнула его в бок, и он схватился за это место, изображая дикий приступ боли, не сдержавшись мы оба рассмеялись. — Ладно, сдаюсь, буду я на твоём ужине, — продолжил начатый ранее разговор Артур, когда мы уже направлялись к рингу. — Во-первых, он не мой, а мамин, и во-вторых, — я перелезла через канат, — ты живёшь с родителями, Артур. — Будешь меня этим попрекать? — он изогнул правую бровь. — Конечно нет, я же не наша бабушка, — мы оба засмеялись. Бабушка Агнесс очень любила торопить события и, когда брату только-только исполнилось 16, а мне 12, она уже начала стыдить его за то, что он до сих пор живёт с родителями. Артура это замечание очень сильно задело, и он начал заниматься боксом, что в последствии привело его к участию в боях. Заработав достаточное количество денег в 18 лет, он съехал от нас в арендованную квартиру недалеко от клуба, а через некоторое время к нему переехала его девушка Лорел. Они жили вместе до тех пор, пока Артур не исчез после щелчка. Лорел в отличие от меня не стала тратить свои нервы и свою жизнь на переживания о потере любимого человека, и начала новую жизнь. Сейчас она уже замужем и ждёт своего первенца. Когда брат об этом узнал, он не стал её судить, всё же прошло пять лет, и она была уверенна в том, что он больше никогда не вернётся, но ему в любом случае было тяжело, ведь для него и не прошло пары минут. Поэтому временно Артур поселился у родителей, не мог находиться в квартире, в которой пять лет прожил с любимой девушкой, которой как потом оказалось, собирался сделать предложение. — И слава богу, я бы не вынес, если бы ты была такой же ядовитой, как она, — Артур улыбнулся, и мы приступили к тренировке. — Всё хотел тебе сказать, — брат промокнул влажное от пота лицо, и обратился ко мне, — твой учитель был очень даже неплох. Научить тебя так здорово обороняться и нападать — невероятно тяжело! — Вот не знаю, благодарить тебя, или обидеться. — я кинула ему бутыль с водой, — Нат постаралась, — опустив голову, произнесла я. — Определённо, — Артур подошёл ко мне, положив руку на плечо, — она молодец. — Да, — подняв взгляд на парня, улыбнулась и пошла переодеваться. — Эмма! Подожди! — на выходе из зала меня догнал Джексон, да-да, тот самый Джексон — лучший друг моего брата, в которого я была влюблена лет в 14. — Что-то срочное? — я остановилась, кинув свой взгляд на молодого человека. — Ты сейчас домой? Могу проводить, — он замолчал буквально на секунду, — а то уже поздно, мало ли что может произойти. Вот только этого мне ещё не хватало. — Меня ждёт Артур, у нас сегодня семейный ужин, — как можно мягче постаралась отделаться от бывшего объекта своего обожания. 14-летняя Эмма сейчас бы просто умерла на месте. — А, вот оно что, — парень неловко почесал затылок, явно стараясь подобрать слова, — тогда в следующий раз? — Джекс, — посмотрев прямо в глаза своему собеседнику, я продолжила, — боюсь, следующего раза не будет, я помолвлена, и ты об этом прекрасно знаешь, — не дождавшись ответа от парня, развернулась и уже собиралась выходить наружу, когда услышала. — Что-то твоего жениха я здесь не особо вижу, — а вот это ты зря. — А вот это уже не твоё дело, Пирс, — злобно, посмотрев Джексону в глаза, хлопнула дверью и быстро села в машину брата. — Всё нормально? — подал голос брат, когда мы уже стояли на пороге квартиры наших родителей, — Я не стал тебя тревожить пока мы ехали, но… — Порядок, — произнеся коронную фразу Джеймса, посмотрела на брата. — Понял, будешь готова к разговору, знаешь, где меня найти, — и подмигнув мне, брат первым зашёл в квартиру. Нас встретил невероятно аппетитный запах, приготовленных мамой блюд и расставив всё по своим местам, мы уселись за стол и принялись за ужин. В кругу семьи было так легко и спокойно. Папа как всегда рассказывал нелепые случаи с работы — он работает учителем физики в школе неподалёку, и кто бы мог подумать, что мой папа преподаёт самому Человеку-Пауку. Мама интересовалась всем остальным, избегая темы работы, так как сейчас она временно была безработной и ей не хотелось обсуждать эту тему. — Милая, — мама обратилась ко мне, — не поможешь мне с посудой? — Конечно, — я улыбнулась и начала убирать со стола, в то время, как папа с Артуром, поставив свои тарелки в раковину, удалились в гостиную смотреть очередной бейсбольный матч. — Тебя что-то тревожит? — так и знала, что мама заметит. — Нет, мам, всё в порядке, — она всё равно выведет меня на этот разговор, смысл врать? — Детка, — мама накрыла мою руку своей, — я же вижу, что на душе у тебя не спокойно. Волнуешься за Джеймса? — Мам, — глубоко вздохнув и отвернувшись от её пронзительного взгляда, начала убирать тарелки, — конечно я переживаю за него. Но, просто… — Ты можешь мне рассказать, — я так и чувствовала её взгляд спиной, и не выдержав, повернулась к маме лицом. — Джекс, — ещё раз вздохнула, — сегодня он пытался вроде как пригласить меня на свидание. — лицо мамы озарилось искренним изумлением, — Конечно же я отказала ему, напомнив, что помолвлена, но он… — Надавил на то, что Джеймса нет рядом с тобой? — завершила мой рассказ мама. — Именно так, — резко выдохнув, я продолжила убирать посуду. — Да, Джеймса очень часто нет рядом со мной и не надо мне об этом постоянно напоминать и спрашивать всё ли у меня в порядке. У меня всё просто замечательно, потому что он жив, и мы вместе! — не сдержавшись, я высказала то, что так давно крутилось у меня в голове. — Милая, — мама подошла ближе, обхватив моё лицо руками, — я знаю через что тебе пришлось пройти, и ни в коем случае не упрекаю тебя в том, что ты до сих пор его ждёшь. Самое важное — ваши чувства к друг другу и желание быть вместе. Если всё это присутствует, то я не вижу никаких препятствий. Конечно, проблемы есть в любых отношениях, это нормально. И если ты чувствуешь, что твои эмоции накопились, скажи ему об этом, не держи в себе. В отношениях очень важно научиться разговаривать и слышать друг друга. — Спасибо, мам, — поддавшись порыву, крепко обняла маму, стараясь сдержать слёзы, что уже начали собираться в уголках глаз. — Простите, что вторгаюсь в ваши разговоры, но у тебя там телефон просто разрывается, — подал голос Артур, головой указав в сторону прихожей, в которой находилась моя сумка. — Это Джеймс, — мама кивнула, мягко улыбнувшись, нежно погладила меня по щеке и пропустила вперёд. — Господи, Эмма, я уже собирался звонить твоему брату, — Барнс ответил на звонок буквально через секунду. — Аха-ха, — искренне улыбнулась этому высказыванию, — прости, что сразу же не ответила. Была на кухне с мамой. — Как прошёл ужин? — я проскочила в свою бывшую комнату и вышла на пожарную лестницу, которая находилась прямо у меня за окном. — Знаешь, очень даже не плохо, — устремив свой взгляд на город передо мной, я постаралась представить, что Джеймс стоит рядом, — папа снова говорил про Питера. Каждый раз еле сдерживаю себя, чтобы не рассказать ему истинную причину прогулов парня. — Боюсь, он не поверит тебе, — почувствовала, как молодой человек на том конце провода улыбается, — Питер не выглядит как супергерой. — Он выглядит как обычный школьник, да, но… — Так и вижу, как ты сейчас подняла палец вверх, — именно так я и сделала. — От вас ничего не скроешь, мистер Барнс, — моя улыбка расползлась по всему лицу. — Именно так, миссис Барнс. — и когда я уже хотела ответить ему на фразу «миссис», он резко продолжил, — Так что там на счёт Паркера? — ловко он переводит темы. — То, что он выглядит как школьник, не значит, что он не может быть героем и ты это знаешь, как никто другой. — И не поспоришь, — Джеймс немного помолчал, — вы пересекались? — Да, пару раз виделись, когда я прогуливалась по Квинсу, — вспоминая наши мимолётные встречи с этим парнишкой, могу сказать, что он самый искренний человек из всех, кого я знаю, и он абсолютно не заслужил того, что с ним произошло, имею ввиду потерю своего наставника.  — Он очень тяжело переживает смерть Тони. Я сказала ему, что он может звонить мне в любое время, если нужно будет выговориться, но думаю, Питер этого не сделает. — Ему просто будет проще пережить это самому, — завершил Джеймс мою мысль. — Да. — мы погрузились в приятное молчание, — Джеймс? — М? — Мне так сильно не хватает тебя. — Я знаю, Эм, мне тоже, — Джеймс замолчал. Ему всегда было трудно говорить о том, что он чувствует, поэтому я решила пойти ва-банк. — Джексон сегодня пытался пригласить меня на свидание. — И что ты ему ответила? — спокойно проговорил мой жених, серьёзно? — Согласилась конечно, а как ты думал? — Правильно сделала. — как ни странно Джеймс посмеялся, видимо у него сегодня было очень хорошее настроение, — А если серьёзно? — Отказала, Джеймс. Если ты забыл, то я как бы немного не свободна. — О, поверь, я не забываю об этом ни на секунду, — и мы вместе засмеялись. Даже, когда я зачем-то пытаюсь вывести его на эмоции через расстояние, мне становится так хорошо, просто слушая его голос. — Он пытался задеть меня тем, что тебя нет рядом, — рассказать про разговор с совершенно не интересующим меня человеком я удосужилась, а про выкидыш — нет, так держать, Эмма. — Хороший ход, — после минутного затишья, проговорил Джеймс, — в следующий раз, он не будет говорить с тобой об этом, обещаю. — Да мне как-то всё равно, что он там говорит, Джеймс. — оно и видно, — Ты скоро вернёшься домой? — решила перевести тему. — Буду уже через два дня, тогда и поговорим на тему того, что тебе «всё равно», — невольно улыбнулась тому факту, что уже совсем скоро увижу своего сержанта. — Жду с нетерпением. — продолжила улыбаться, — Я так понимаю, спрашивать у тебя про вашу миссию всё также бесполезно? — Какая же вы смышлёная, будущая миссис Барнс. — я засмеялась, — Обещаю, что по приезде, я расскажу тебе обо всём. — Хорошо, — я прекрасно знала, как Джеймсу было тяжело что-либо рассказывать, и сейчас речь идёт не только чувствах, но и о его работе. Он привык всё держать в себе, поэтому ему было так трудно делиться со мной чем-либо, Барнсу было проще выслушать и помочь мне, чем позволить помочь ему. Однако, после долгих бесед о этой стороне его характера, он начал пытаться быть откровенным со мной и получалось у него просто отменно. — Я люблю тебя, Эмма. — Люблю тебя, Джеймс, — мы всегда говорили друг другу эти слова вместо прощаний. Потому что я не хотела больше прощаться с ним.