Последствия: долго и счастливо

      — Ты сегодня не рано? — стоя на пороге, Натали наблюдала как Адриан спешно собирается. У него в комнате царил небольшой, по его словам, беспорядок (который он уже несколько дней подряд забывал убрать, но и не позволял сделать это горничной) и так необходимые сейчас чистые носки и любимые наушники куда-то запропастились.       — Нет, попросили приехать на полчаса раньше, чтобы порепетировать с новой моделью. Они только на прошлой неделе ее нашли. А ты-то чего так поздно, — он вдруг остановился и прищурился, — неужто проспала?       — Нет. Я и забыла, какое это блаженство — просыпаться самой, а не от будильника, — Натали улыбнулась. Понадобилось время, но она привыкла к отсутствию жёсткого расписания и рамок. Немного капризничать, как оказалось, тоже приятно. Адриан иногда шутил, что только она может крутить отцом как хочет, но делал это совершенно без упрёка. Натали изо всех сил старалась и сама уделять ему больше времени, и напоминать об этом Габриэлю. В последние пару месяцев Адриан стал выглядеть более весёлым, и она надеялась, что это действительно так.       — Ничего, это полезно. Тем более, что скоро у вас будет другой будильник, готовый будить вас не только утром, но и несколько раз за ночь, — он наконец нашел одну пару и начал обуваться. Про наушники пришлось забыть.       — И не говори. Ну, значит, надо отоспаться сейчас, — она наиграно грустно вздохнула. Подойдя ближе, Натали обняла Адриана, он наконец собрал все вещи и был готов уезжать на репетицию показа.       — Чем это от тебя пахнет? — Натали наклонилась к его пиджаку и ещё раз принюхалась. От этого запаха у неё внезапно разыгрался аппетит и не важно, что она совсем недавно завтракала. Плагг сжался и напряжённо замер во внутреннем кармане — такой интерес к камамберу ему совсем не понравился.       — Ээм, сыром? — неуверенно предположил Адриан. Иногда он удивлялся, как до сих пор никто не обратил внимание на стойкий сырный запах, который шёл от него и его вещей, и, похоже, это наконец заметили.       — Точно, камамбер, — Натали улыбнулась. К радости Адриана она не стала спрашивать, почему от него так пахнет, а пожелав ему удачи, отравилась на кухню, предвкушая замечательный перекус, — ммм, я хочу камамбер с виноградом.              Днём, когда Адриан вернулся домой, Плагга ждало невероятное потрясение и истинный кошмар. Точнее, так было по его словам, Адриан же не считал, что что-то вообще случилось. Подумаешь, на кухне постоянно какие-то продукты заканчивались…       — Она съела мой сыр! — Плагг был в истинном ужасе, когда узнал, что у них закончился камамбер. — Теперь я оголодаю!       — Имей совесть, Плагг. Ты объедаешься этим сыром круглые сутки и жадничаешь пару кусочков для Натали, — пристыдил своего квами Адриан. — Я уже заказал тебе новую головку. Да и вообще, она беременна и о ней нужно заботиться.       — О Маюре ты так не пекся, — фыркнул Плагг и тут же осекся, виновато поджав уши, — извини.       — Я… я не знал, — Адриан тоже сник и бросил на квами тяжёлый взгляд, — я не хотел. — Он отошёл от окна и сел за пианино.       Адриан редко играл по-настоящему, чаще ставил какие-то записи, чтобы отец думал, что он исправно занимается, а сам сбегал через окно. Обычно, занятия музыкой нагоняли на него грусть, будоража воспоминания о матери, но сейчас внезапно они стали лучшим способом справиться с грустными мыслями о Маюре. Раньше Адриан и не предполагал, что исчезновение злодеев может расстроить, теперь же каждая мысль о них отзывалась сожалением. Почти три месяца Париж жил спокойной и столько же он жил с грузом вины. Конечно, кто бы мог подумать, и он просто не заметил ее живот, но от этого не легче.       — Прости, я не это имел ввиду, — Плагг опустился на плечо Адриана,       — Не важно, проехали, — отмахнулся он, снова нажимая на клавиши.       

***

             До показа оставалось меньше недели и в компании почти постоянно царила суматоха. Проходили генеральные репетиции и примерки, подтверждали присутствие тех или иных гостей и готовили зал. В эту неделю, когда были последние приготовления, Габриэль сам ездил по делам и занимался организацией. Так как подобное случалось редко, его появление в коридорах компании рядовые сотрудники пока ещё воспринимали с неким страхом, предполагая, что что-то случилось и предвидится серьезный разбор полетов. От этого буквально все стояли на ушах, что, конечно, не способствовало продуктивности.       В эту пятницу они особенно спешили. Габриэля задержал видеозвонок от коллег из Шанхая и теперь он и Марк опаздывали к началу репетиции. Ему, как основателю бренда и главному дизайнеру, предстояло сказать речь, открывающую показ. Их бы, естественно, дождались, но Габриэль в принципе не любил опаздывать, потому торопил помощника. Уже спустя минут сорок, когда они были в офисе, оказалось, что Марк впопыхах забыл папку с документами. Услышав об этом, Габриэль только раздосадовано покачал головой. То ли злиться по-настоящему сил не было, то ли в предыдущий год он так перенасытился негативными эмоциями, что теперь от них воротило, но, так или иначе, выговора Марку не последовало. И буквально в эту же минуту у Габриэля зазвонил телефон, это была Натали. Она обнаружила ту несчастную папку и сказала, что завезет её в офис, когда поедет к врачу. Он согласился.              Натали вышла из машины и попросила Гарри не глушить двигатель, сказав, что скоро вернётся. На улице стояла духота, в этом году весь август выдался слишком жарким, и ей захотелось быстрее зайти внутрь. Габриэль был очень занят, и она решила подняться сама. Офис компании занимал почти половину одного немаленького здания на авеню де Бретвиль. Все технологи, конструкторы и художники были именно тут, и здесь же шили наряды для показов. Натали шла через холл, когда её окликнула администратор. Поздоровавшись, Элен протянула ей пару конвертов для Габриэля. Марк опять забыл заглянуть на ресепшен и поинтересоваться корреспонденцией. Натали коротко поблагодарила её и отправилась к лифту. Там уже стояли несколько менеджеров, они бурно обсуждали предстоящий показ, но сразу обратили внимание на ассистентку начальника. Её долгое отсутствие и слухи из отдела кадров вызывали неподдельный интерес, однако спросить напрямую никто не решался. Пока поднимался лифт, Натали делала вид, что не замечает как откровенно они пялятся на её живот. От этого хотелось прикрыться и она пожалела, что не надела пиджак.       Уже на этаже Натали перехватила Клэр, возглавляющая конструкторский отдел. Она хотела уточнить что-то по фасонам платьев для взрослых моделей. Они несколько минут рассматривали каталог, прежде чем Натали поняла, в чем суть проблемы. Она уже почти не занималась вопросами компании и была немного не в курсе последних решений. Когда это выяснилось, Клэр поняла, что ей придется обратиться к самому Агресту, но не рискнула идти к нему прямо сейчас. Она поблагодарила коллегу и, уходя, мило улыбнулась, коснувшись её руки. Это был более, чем прозрачный намёк. Натали, вздохнув, продолжила сохранять полную невозмутимость и направилась дальше. Перешептывания за спиной не стихали, пока она шла по этажу. Неприятно, конечно, но ей не привыкать. Когда Натали вошла в зал, то сразу заметила, какая суматоха там стояла. Пока Марк разбирался со второстепенными задачами, Габриэль проверял насколько правильно модели понимают настроение коллекции и как её преподносят. Но, несмотря на весь шум и занятость, он сразу заметил появление Натали и направился к ней. Она выглядела серьезной и сосредоточенной, слишком крепко сжимая папку, которую протягивала ему. В зале внезапно стало тише.       — Всё хорошо? — Габриэль незаметно перехватил её руку, забирая документы. Натали слегка кивнула, высвобождая пальцы.       — Да, я позвоню, как освобожусь, — пообещала она и пошла к выходу.              Натали уже собиралась спускаться, как вдруг её снова окликнули. Она обернулась и увидела, что к ней спешит Жан Матье, директор по маркетингу их компании. Видимо, тоже заглянул посмотреть на коллекцию. Он улыбался, радуясь встрече, ведь они давно не пересекались. Между ними не было особых дружеских отношений, может быть, пару раз обедали вместе, но Жан всегда был не против поговорить с коллегой. Обычно они общались на рабочие темы, в офисе о другом думать было некогда, хотя он иногда пытался перевести тему, что ему ни разу не удавалось.       — Мадемуазель Санкёр, — Жан остановился всего в паре шагов от неё, — рад вас видеть. Как ваши дела?       — Благодарю, всё хорошо, — Натали дежурно улыбнулась, кивая, и направилась к подъехавшему лифту. Жан зашёл с ней и, даже не спрашивая, нажал кнопку первого этажа. Пока они спускались, он что-то активно рассказывал, кажется, смешной случай, произошедший у них в отделе, но Натали практически не слушала. Её мысли были заняты другим. Словив на себе ещё несколько взглядов, она не сомневалась, что уже к вечеру весь офис будет кипеть от сплетен. Ещё бы, такие новости! Натали инстинктивно передернула плечами и коснулась ладонью живота, ей было неприятно.       — А с этой коллекцией пришлось повозиться, прежде чем вывести ее на рынок. Мы долго выбирали рекламную стратегию, но остановились именно на этой, — Жан продолжал говорить, будто не замечая ничего, что, наверное, к лучшему. За пару минут они уже были на улице. — Полагаю, скоро увидимся? — спросил он, когда Натали остановилась.       — Что? — вопрос прозвучал крайне рассеянно. Возникло неловкое молчание, Натали поймала себя на мысли, что не помнит, почему Жан пошел за ней. Она понимала, что это некрасиво, однако ничего поделать не могла.       — Показ на следующей неделе, вы ведь будете там присутствовать? — напомнил он.       — Я так не думаю, — несколько напряжённо произнесла Натали, открывая дверь автомобиля. — Извините, мне пора. Всего хорошего, месье Матье. — Он кивнул в ответ, возвращаясь назад в офис.              Тем же вечером Натали сказала Габриэлю, что не пойдёт на показ. Она не хотела слышать шёпот за спиной и отвечать на вопросы с подтекстом. Очевидно, что этого было не избежать, к шестому месяцу её животик уже увеличился и свободная одежда не очень спасала. Натали привычно опустила руки на живот, поглаживая его, и почувствовала слабое шевеление внутри, от чего улыбнулась. Это были уже не первые толчки и каждый раз они вызывали особый трепет. Она была счастлива с Габриэлем и не считала нужным делиться этим со всеми. Он понял её решение, ведь и сам не любил бывать на людях, по ряду совершенно других причин, но всё же. Как бы ему ни хотелось, чтобы Натали была его спутницей на этом вечере, он уважал её желание и даже не подумал о том, чтобы попробовать её переубедить.       Вместо этого следующим утром Габриэль внезапно заявил, что останется с ней дома и будет ухаживать. Натали не могла не заметить, как сник из-за этого Адриан. Он так ждал этого события, ждал, что проведёт время с отцом, и тот оценит его старания. Натали же не одобрила это решение, настояв, чтобы он был на показе, потому что для Адриана это очень важно. Она не хотела потеснять его, вынуждать конкурировать с ней за внимание и любовь отца. Так не должно быть. Ей пришлось буквально потребовать, чтобы Габриэль не менял планов и отправился на показ. Он, конечно, немного расстроился, но всё-таки согласился, чем очень осчастливил сына.       

***

             — Может мне всё-таки остаться с вами? — предпринял Габриэль последнюю попытку, когда Натали завязывала ему галстук. Естественно, он умел делать это сам, но было так приятно чувствовать прикосновения её пальцев. Она ловко пропустила один конец в петлю и затянула её чуть туже, чем следует. Габриэль громко вдохнул, и примирительно посмотрел на неё, правильно расценив намёк.       — Я же сказала, — Натали покачала головой, — с нами всё хорошо, а вот Адриан очень надеется увидеть тебя в зале. Подумай, как он обрадуется, если ты будешь там. Ему очень нужны твои одобрение и поддержка.       — А как обрадуются журналисты, — тихо пробормотал Габриэль, — там будет его подружка, та, которая делала шляпу на прошлогодний конкурс, кажется.       — Маринетт, — кивнула Натали, — милая девочка. Она увлекается дизайном и довольно хорошо шьёт. Адриан как-то рассказывал, что она создала костюмы для музыкальной группы из их класса. Он пригласил её и ещё нескольких друзей.       — Ну вот, — снова оживился Габриэль, — у них будет своя тусовка, а я буду опекать вас. — Его руки тот час оказались на животике Натали, она не сдержалась и тихо фыркнула.       — Нет, сегодня ты будешь опекать Адриана, — строго заявила Натали, застегнув последнюю пуговицу на пиджаке и подтолкнув Габриэля к двери, — а мы посмотрим на вас по телевизору. Такое событие будет в прямом эфире сразу на нескольких каналах.       — Ладно, как скажешь, — он поцеловал её в губы, а после добавил, — если почувствуешь, что что-то не так — звони и я тут же приеду. — Она только снисходительно улыбнулась.              Дорога прошла в неловком молчании. Марк был полностью сосредоточен на предстоящем мероприятии, первом для него, Адриан пытался начать разговор, но как-то не складывалось. Добрались они на удивление быстро. У входа в Большой дворец уже толпились журналисты и, как только Агресты вышли из автомобиля, их ослепили вспышки камер. Особо бойкие сразу попытались взять интервью, но их оттеснила охрана. Для этого будет время позже, сейчас надо подготовиться к показу. В холле дворца было довольно многолюдно и суматошно, менеджеры ходили туда-сюда, пытаясь найти то пропавший сценарий, то забытые вещи. Они поднялись на второй этаж, где находились гримёрки и подиум. Адриана тут же забрали стилисты, а Габриэль с Марком направились в зал, где их уже ждали. Часы показывали семь вечера и до начала оставалось всего пятьдесят минут.       Зал заполнялся быстро. Большинство гостей прибыли заранее и теперь неспешно рассаживались на свои места, знакомясь с соседями и обсуждая с ними предстоящее шоу. Журналисты тоже сновали то тут, то там, пытаясь подловить кого-нибудь из команды и засыпать вопросами. Марк едва успевал отделаться от одних, как его замечали другие. К нему, как к новому ассистенту Габриэля Агреста был повышенный интерес, но пока он стойко выдерживал всё это. Сам Габриэль, так как ему предстояло открывать показ, решил не занимать место в зале, а подождать за кулисами. Он сидел на раскладном стуле и строчил Натали очередное сообщение. В ответ она прислала пару хихикающих смайликов и фотографию того, как устроилась перед телевизором. Габриэль не удержался и скинул ей фото бэкстейджа. Натали начала набирать ещё одно сообщение, и он так ждал его отправления, что не заметил появления Адриана у себя за спиной.       — Отец, там мадам Буржуа в зале и она очень хочет тебя увидеть. Может, выйдешь? — спросил он. — Чтобы не было, как в прошлый раз.       — Кхм, — Габриэль почувствовал себя крайне неловко. У него сложилось ощущение, что Адриану известно, кто действительно виноват в появлении Королевы Стиля. — Конечно, я сейчас.       Заблокировав телефон и встав со стула, он направился к выходу в зал. Почти все места уже были заняты, что не удивительно, ведь до начала оставалось около пяти минут. По пути его приветствовали и поздравляли знакомые. Здесь, конечно же, были постоянные клиенты его бренда — Клара Соловей и Джаггед Стоун, последний был чем-то сильно недоволен, вероятно тем, что его не пустили в зал с крокодилом. Проходя вдоль ряда, Габриэль заметил и нескольких смутно знакомых школьников, видимо, это были те самые друзья Адриана. Одна девочка с черными хвостиками встретилась с ним взглядом и тут же стушевалась. Однако Хлои там не было, она вновь предпочла компанию матери. Одри стояла в середине первого ряда и снова за что-то отчитывала несчастного менеджера, который попался под руку. Появление Габриэля, к счастью, отвлекло её.       — Неужто ты здесь? А я-то подумала, что снова будет твоя ассистентка командовать, — пропела Одри, стремясь его обнять. Габриэль не дал ей этого сделать. — Я просмотрела тот эксклюзивный каталог, который ты прислал… судя по всему, коллекция должна стать шедевром.       — Благодарю, Одри, — он кивнул. — Эта коллекция действительно особенная. Думаю, мы ещё поговорим об этом.       — Конечно! — ответила она. В этот момент в зале приглушили свет, что означало начало показа, и все заторопились на свои места.              Шоу проходило отлично. Модели сменяли одна другую на подиуме, демонстрируя изумительные наряды. Экстравагантное синее платье с настоящими павлиньими перьями поверх юбки, однотонный брючный костюм с невероятной вышивкой или блестящий плащ с текстурой, похожей на хвост павлина… Образы выглядели по-разному, но их, так или иначе, объединяла общая идея. Постоянно щёлкали камеры, пытаясь запечатлеть все мельчайшие детали со всех ракурсов. С каждой моделью восторженные восклицания становились всё громче, а аплодисменты — сильнее. Это определённо был успех. Однако Габриэль почти не обращал на это внимания. Ему так не хватало Натали, после практически десяти лет непрерывной работы было весьма некомфортно присутствовать на показе без неё. Пожалуй, он внимательно посмотрел только выход Адриана, после — отвлёкся на вибрацию телефона.       Писала Натали, кратко комментируя каждый наряд. Ранее она видела лишь часть вещей в готовом виде и сейчас описывала первое впечатление от коллекции. Ей, конечно же, нравилось. Натали льстило, что всё это Габриэль создал, вдохновляясь ею. А ему было важно, чтобы ей нравилось. Они обменивались сообщениями до самого конца показа. Габриэль очень старался делать это незаметно, но всё равно так увлёкся, что едва не пропустил общий выход моделей. Двадцатью минутами позже, уже переодевшись, к нему подошёл улыбающийся Адриан.       — Спасибо, отец. Это едва ли не самое запоминающееся событие за последний год, — радостно сообщил он, обнимая его. — Наверное, где-то наравне с походом в школу и полётом с башни Монпарнас. — Адриан сам не знал, почему вспомнил про тот случай, просто вдруг всплыло в памяти. Хотя отрицать он не мог, это действительно было довольно экстраординарным событием, даже для супергероя.       — Я рад за тебя. Ты молодец, — стараясь говорить естественно, ответил Габриэль. Довольно странно, но до этого ему что-то не приходило в голову подумать о том случае и его последствиях. Как возможных, так и реальных. Адриан в тот день вернулся домой немного встревоженный (ну ещё бы), но ни словом не обмолвился о случившемся. А сам Габриэль, как всегда, был слишком занят своими собственными страданиями, что забыл спросить сына о его самочувствии. Они просто посмотрели фильм, будто ничего и не было. Зато из того дня Габриэлю очень хорошо запомнилась злая, как сам чёрт, Натали. Она впервые за все годы, что они были знакомы, подняла на него голос. Хотя нет, не так, она просто наорала на него. А после ещё сутки не разговаривала.              После окончания показа Габриэль не захотел особо задерживаться. Он дал небольшие интервью нескольким журналистам, рассказав, как создавалась коллекция и чем он вдохновлялся. Конечно же, это была давно отработанная версия для общественности, которая не вызвала бы лишних вопросов. Адриан в это время в коридоре обсуждал с друзьями показ, хотя по-настоящему это интересовало только Маринетт. Она внимала каждое слово, не отрывая глаз от друга. Нино слушал скорее из вежливости, а Аля была слишком увлечена, снимая всё вокруг. Эта запись потом должна была появится в одном из разделов на сайте Маринетт. Габриэль понимал, Адриан не обрадуется, услышав, что им пора, но время уже близилось к половине одиннадцатого и он хотел быстрее оказаться дома. Сесть рядом с Натали и обсудить с ней всё до мелочи, ему было важно её мнение и как своей музы, и как профессионала. Потому он сказал сыну прощаться с друзьями и добавил, что подождёт в машине.       Когда они вернулись, то обнаружили, что Натали спит в гостиной на диване, мило свернувшись клубочком. Она улыбалась сквозь сон и обнимала подушку. Адриан тихо хихикнул, умиляясь, какой домашней может быть Натали. Улыбнувшись, Габриэль подошёл к ней и, сев рядом, начал осторожно забирать подушку, которую она на удивление легко отпустила. После он взял Натали на руки и медленно понес её в спальню, надеясь не разбудить по дороге. На ней уже был пижамный комплект и халат, потому не было необходимости в переодевании. Габриэль опустил её на кровать, слегка накрыв одеялом, и пошёл сам переодеваться и принимать душ. Прежде чем лечь, он заглянул к Адриану и пожелал ему спокойной ночи, а после, наконец, устроился рядом с Натали, сразу же уснув.       

***

             Через пару дней после показа Одри приехала к Габриэлю. Она хотела уточнить какие-то детали в эскизах, которые должны были появится на страницах её журнала. Встреча в офисе ей почему-то не подходила и около полудня она явилась к нему домой. Натали как раз провожала Адриана на встречу с друзьями и столкнулась с Одри в холле. Та бросила на неё полный презрения взгляд поверх очков и скривила губы. Габриэль стоял у дверей ателье, ожидая гостью.       — Очередная интрижка с секретаршей немного выросла, да? — насмешливо бросила Одри, даже не дождавшись, когда Натали отойдёт достаточно далеко, чтобы не услышать этого.       — Это не интрижка и Натали не секретарша. Она — мой личный ассистент, и ты не имеешь права оскорблять её и нашего ребёнка, — Габриэль так холодно посмотрел, что Одри буквально поперхнулась своей следующей фразой.       — Похоже, очень личный, — тихо хмыкнула она. — То есть, ты готовишься снова стать отцом? Не поздновато ли?       — А ты собственную семью давно видела? Как там дела у Клодетт, нет же, у Клио или её зовут Холли? — он не получал удовольствия от того, что приходилось тыкать Одри носом в её ошибки, но осадить её было необходимо. — Кажется, она из кожи вон лезет, чтобы заслужить хоть немного твоего внимания.       — Хлоя, — зло прошипела Одри, — мою дочь зовут Хлоя.       — Удивлён, что ты об этом помнишь, — в ответ на это она промолчала, Габриэль удовлетворенно кивнул. — Отлично, если у тебя больше нет претензий к моей личной жизни, предлагаю перейти к обсуждению рабочих вопросов.       — Конечно, Габриэль, — Одри прошла к журнальному столику, где были разложены эскизы.       Натали стояла под дверями ателье. Да, подслушивать нехорошо, но она не смогла заставить себя уйти. Было обидно, естественно, это не стало для неё сюрпризом, только всё равно неприятно зацепило. Одри никогда её не любила, а особенно с неприязнью начала относиться после прошлогоднего показа, где она стала Королевой Стиля, считая, что в этом виновата Натали. Что же, возможно, так и было. К счастью, они редко пересекались, но если так получалось, то Одри не упускала шанса показать своё отношение к Натали, как к безликой прислуге. Когда голоса стихли, Натали отошла от дверей. Ей нужно было успокоиться.              Вернувшись, она увидела, что встреча уже закончилась и они прощаются. Габриэль стоял в дверях ателье, слушая последние комментарии Одри по поводу публикации фотографий с показа в журнале. Натали направилась к нему, желая поскорее оказаться в любимых объятиях.       — Просто подумай, кого он выберет, когда Эмили вернётся, — с издёвкой произнесла Одри, проходя мимо. В юности они с Эмили были близкими подругами и, хотя в последние годы не общались, сейчас Одри посчитала необходимым досадить Натали. Не дождавшись, пока останется одна, Натали закрыла рот рукой, заглушая всхлип. Пусть она знала, что те слова никогда не станут правдой, но это не утешало. За Одри громко захлопнулась дверь.       — Прости, больше этого не повторится. Натали, — Габриэль приобнял её за плечи, притягивая к себе, его руки сразу опустились на живот, — не слушай её. Я с тобой, не потому что не стало Эмили, а потому что я люблю тебя. Никогда не сомневайся в этом.       — Я знаю, — тихо ответила Натали, утыкаясь лицом ему в грудь. — Просто… неприятно.       Габриэля несколько удручала сложившаяся ситуация в целом и, в частности, слова о том, что Натали не хочет придавать огласки их роман. Её живот уже было видно, и после показа наверняка поползли бы сплетни. Он понимал, что Натали неприятно, если её называют любовницей, говорят, что она добилась своего места через постель, окрутила его и тому подобное, но и понимал, что сделать особо ничего не может. По крайней мере, сейчас. Чтобы жениться на Натали, нужно было сначала развестись с Эмили, которая была мертва, но об этом до сих пор никто не знал. Габриэль понимал, что сам виноват в этой ситуации и только он сам может что-то изменить. Ещё несколько месяцев назад он консультировался со своим адвокатом по поводу бракоразводного процесса и тот сказал, что в его случае (для всех, включая адвоката, Эмили уехала и бесследно пропала полтора года назад*) лучше всего дождаться, когда с её исчезновения пройдёт два года и подать заявление на развод по специальным статьям гражданского кодекса. Суд должен был это одобрить. Понятно, такое не произойдёт быстро, да и начать действовать он сможет только весной, но это уже что-то. Натали Габриэль пока ничего не говорил, однако сегодня чётко осознал, что нужно предпринять хоть что-нибудь.