"Вдоль линии судьбы"

АСЯ Утро встретило меня звуками бурной жизнедеятельности пробудившегося Стаса. Ну, как утро... Судя по тому, что за окном было уже достаточно светло, для конца ноября означало часов 10-11. Вставать не хотелось, и я краем сознания отслеживала перемещения Карпова. Немного повозившись в комнате в поисках шорт, он протопал в помещение, условно именуемое «кабинет». Там подполковник обычно по утрам занимался зарядкой. И это в воскресенье! Вот что значит сила воли, о которой мне приходится лишь мечтать. Даже не открывая глаз, я могла с точностью до малейшей детали представить, что происходит сейчас в кабинете. Если бы вы хоть раз видели, как отжимается мой подполковник – вы бы тоже вряд ли забыли такое. А наиболее впечатлительных барышень я бы и вовсе попросила поостеречься просмотра. Эротичность зрелища – не для слабонервных! А может это я просто такая озабоченная. После отжиманий, Стас будет качать пресс. Мощно, энергично, с резкими грудными выдохами. «Нет… теперь я уже вряд ли усну…» - подумал я, и тут же стала проваливаться в сон, под мерный звук включенной беговой дорожки. Я снова встрепенулась, когда в ванной зашумела вода. И тут же представила обнаженного подполковника, разгоряченного от физических упражнений, под струями прохладной воды. Мысленно отследила скрупулезное бритье истинного перфекциониста и тщательнейшую чистку зубов. Загадала в чем выйдет из ванной Карпов, надо будет потом проверить. Думаю, дальше кухня. Или может зайдет поцеловать и проверить не проснулась ли я? Нет, всё-таки кухня. Потянуло холодком, Стас открыл окно. И это после душа! Я живо нарисовала в воображении картинку, как от разогретого тела идет пар. Красиво, но лишь бы не простыл. Включил новости, а потом по очереди, каждый из бытовых приборов. Таким образом видимо «оберегая» мой воскресный сон. В довершении всех издевательств, квартира наполнилась ароматом свежесваренного кофе. Прекрасно ведь знает, что мне нельзя… Ну, Карпов, погоди! Я натянула шерстяные носки и завернулась в огромный махровый халат Стаса. Сейчас будем политику партии объяснять. - И что это ты тут за вытрезвитель устроил? – ехидно поинтересовалась я с порога. Визуальный контакт вмиг лишил меня доброй половины боевого настроя. Подполковник, оперевшись задом о подоконник, смотрел новости и смаковал запрещенный напиток. Увидев меня, заулыбался от уха до уха. Я выдохнула остатки напускной злости и, подойдя, поцеловала в чистовыбритую щеку. Затянулась ароматом терпкого лосьона, параллельно проверяя на истинность свои предположения. Так и есть, шорты на голое тело. Неплохо я изучила свое сокровище за несколько месяцев совместной жизни. - И тебе доброе утро, моя радость. Садись завтракать – Карпов, поцеловал меня в ответ и, отставив кружку, принялся хлопотать. Такой заботливый, что просто невозможно на него злиться. Он закрыл окно и наполнил тарелку творожно-фруктовой массой, собственноручно взбитой в блендере. Венцом сервировки явилась дымящаяся кружка душистого травяного чая. О чем я там думала? Злиться? На кого? За что? Продолжая улыбаться, подполковник кивнул, как бы одобряя ход моих мыслей. - Спасибо. Какие планы на сегодня? – поинтересовалась я, осторожно пробуя на вкус то, что приготовил мне жених. Мне конечно и цианид из его рук принять не слабо, но я теперь ответственность не только за себя несу. Оказалось, очень даже вкусно, и как я полагаю, без сахара. Передачу о профилактике аллергических заболеваний у беременных и будущих детей, мы с Карповым смотрели вместе. Теперь, в кухне над столом, красуется распечатка особо опасных аллергенов, а подполковник виртуозно внедряет в обиход фразы типа «Сахар – не аллерген, а триггер». И если какой-нибудь наивный собеседник опрометчиво поинтересуется значением последнего слова, то Стас с выражением снисходительности на лице, прочитает лекцию о том, что это раздражитель, провокатор, но не аллерген. - На работу сейчас поеду, надо кое-что порешать. Потом у нас товарищеский матч по футболу, с УСБшниками. А вечером можно к маме заехать, мы же обещали… - допивать свой кофе, подполковник устроился напротив, за столом. Нет, ну ладно он мне тут с абсолютно невозмутимым видом вещает о том, что целый день проведет в отсутствии. К этому я как-то уже привыкла. Но вот трапеза-то в гостях у будущей свекрови мне за что? - Мы обещали? – возмущению моему не было предела. Хотя, я и понимала необходимость визита, желания повторить его у меня не было никакого. Особенно после пресловутого «Экспресс-знакомства по-Карповски». Стас нахмурился. Ну еще бы! Он так здорово всё спланировал, а я смею ставить под сомнение гениальность его планов. - Асенька, мы же должны сказать о свадьбе, и о малыше. Ты не находишь? – за этот назидательный тон, я его пришибить была готова. Разговаривает со мной, как с дурочкой. Наверное, где-то почерпнул информацию о том, что беременность плохо сказывается на умственных способностях. Вот возьму, и зареву сейчас. Тем более что сил сопротивляться закипающим слезам, всё равно уже не было. - Ась, ты чего? – недоуменно поинтересовался подполковник. Видимо логическая выкладка, доведшая меня до слез, для него была не столь очевидна. Вздохнув, он привычно опустился возле меня на корточки и, взяв мои руки в свои, продолжил – Ты понимаешь, это для нее очень важно. Мать болеет очень, а тут такая радость – еще один внук. Если хочешь, сегодня я один зайду, но в будущем все равно нужно будет как-то общаться. Понимаешь, я чувствую себя виноватым за то, что не уделяю им с Ленькой должного внимания. Наверное, не совсем честно, перекладывать эту ответственность на тебя, но я так надеялся, что вы найдете общий язык. От столь пронзительной откровенности, я разревелась еще сильнее. Теперь уже от собственной черствости. Стас как всегда прав, а я неуравновешенная истеричка. Попытки успокоиться лишь провоцировали новые приступы рыданий. Чтобы успокоиться, мне потребовалось время, и подполковник мне его предоставил. Продолжая сидеть возле моих ног, целовал руки. Ладони и каждый пальчик. Его спокойные и медитативные ласки, в конце концов, возымели действие, и я угомонилась. - Обязательно найдем, только давай без резких движений. А то в прошлый раз, даже не предупредил… - я попыталась улыбнуться. Карпов с благодарностью потянулся к моим губам за поцелуем. Потом снова нахмурился, посмотрев на часы. - Пора! Я часам к семи вернусь, и мы решим, ехать или нет… - Стас проявлял чудеса лояльности, и я просто не могла разочаровать его. - И решать нечего. Поедем. Я буду готова к семи… *** К обеду подтянулись девчонки, и мы получили возможность обсудить прошедший праздник без посторонних (мужских) ушей. Повеселила Алина, рассказав, как здорово они провели время в кабаке до самого закрытия. От души натанцевались, и чуть не сорвали голос в караоке. И как потом Дима уговаривал ее поехать к нему, обещая, что приставать не будет. И как она упиралась, не понимая мотивов, двигавших опером. В итоге, Воронову пришлось признаться, что он просто боится разбудить Стаса. Ведь Карпов, наверняка спит уже, а о суровости подполковника, майор знает не понаслышке. Потом мы пытали Лену на предмет того, обломилось ли Сереже приглашение на чай, или они сразу перешли к утреннему кофе. Девушка долго отшучивалась, но потом все же призналась, что чай был. И новая порция задушевных разговоров за чаем, тоже. А вот ради утреннего кофе, Сереже еще придется потрудиться и доказать серьезность намерений. Хотя майор покорил сердце Елены-прекрасной, и это утверждение не нуждалось в доказательстве, все было очевидно. Но Ленка у нас - кремень, и придется Глухареву пройти огонь, воду и медные трубы, прежде чем получит доступ к телу. То, что третий из майоров трубы и прочие стихии сдал экстерном, читалось по удовлетворенно-мечтательной Машкиной физиономии без словаря. Она вдохновенно поведала нам, каким открылся давно известный Фролов в ОВД. Тот всегда отличался дерзостью и непреклонностью, но если раньше эти качества были продиктованы скорее юношеским максимализмом, то теперь за ними виделась сила и зрелость уверенного в себе мужчины. Всего за каких-то 15 минут в допросной, лояльность задержанных повысилась настолько, что они не то что готовы были подписать все, что Глеб Александрович скажет, но и целовать последнему руки. - Что-то мне не по себе... Ты что с ними там делал? - оторопело поинтересовалась девушка. - Я? Просто поговорил... Ты чего, Маш, я же безобидный! - хищно оскалившись, уверил ее Фролов. Уже в квартире Глеба, наша подружка попыталась продемонстрировать характер. Мужчина долго терпел, проявляя готовность к демократическим отношениям. Все же из прошлого опыта он извлек урок. А потом, ударил кулаком по столу, постановив временный Машкин переезд, и унес девушку на руках в спальню. Больше она не сопротивлялась, хотя мы прекрасно понимали, что нервов майорских будет вымотано еще не мало. В заключение я скромно рассказала, что мы с Карповым перемыли посуду, сыграли в Твистер и спать легли, аки благолепная практически семейная чета. Девчонки мне почти было поверили, но легкий румянец смущения, вызванный воспоминаниями, сделал мою маленькую ложь очевидной. За разговорами время пролетело незаметно, явился Фролов и забрал Машку вместе с вещами. Мы с Леной проводили Алинку на вокзал, посидели в кафешке за роллами и отправились по домам. У подружки вечером намечалось свидание, а у меня чаепитие у будущей свекрови. И нам обеим нужно было подготовиться, кому-то красоту обострить, а кому-то собрать остатки воли в кулак. СТАС День традиционно начался с истерики. Естественно это напрягает, но реагирую я на удивление спокойно. Можно даже сказать - философски. Вот идет, к примеру, дождь. Скажите, есть ли смысл психовать? Абсолютно никакого. Нужно просто открыть зонт и топать дальше по своим делам. Так и я, предчувствуя приближение очередного выноса мозга, просто начинаю утешать. Иногда, правда, с трудом себя контролирую. Особенно когда время поджимает. Опаздывать не люблю, но и оставить любимую в растрепанных чувствах выше моих сил. Лишь убедившись в установлении душевного равновесия, отбываю на службу. Должен признать, что сегодня повод для расстройства был вполне обоснованным. Я и сам не в восторге от перспективы провести вечер у матери. Но мы... Хорошо, я обещал. А я свое слово держу. Обзаведясь собственной семьей, я острее начал ощущать вину перед родственниками. Конечно, я и раньше понимал, что занял по отношению к ним не самую красивую позицию. Но до этого, в целях сохранения душевного комфорта, мне удавалось задвигать подобные соображения на задворки сознания. Теперь же становится страшно при мысли, что крохотный человечек, в которого уже вложено столько моральных сил, вырастет в огромного, нахального кабана и будет забегать в старости раз в месяц на пять минут, чтобы оставить денег на содержание. Однако стремление добавить теплоты в отношения с матерью и племянником продиктовано не только чувством вины. Я долгие годы жил так, что просто не мог себе позволить иметь ахиллесову пяту в виде семьи. Сейчас ситуация изменилась, в объективно лучшую сторону. На сегодняшний день моя профессиональная деятельность приобретает характерные, обывательские черты. Я хожу на работу за зарплату. Ну, почти… Мои притязания на увеличение дохода связаны в основном с образцово-показательным исполнением должностных обязанностей, сулящим карьерный рост. Намеренье возглавить ОВД, в этом плане явилось достаточно амбициозной целью. Та видимая легкость, с которой руководила Ирочка, вводила в заблуждение относительно истинного положения вещей. Вскоре вскрылись те подводные камни, которые впоследствии добавили геморрою. Первое время я только тем и занимался, что отбивал сыплющиеся со всех сторон удары. Проверки, увольнения, косяки и бесконечные тонны исписанной бумаги. Но чувствуя интуитивно, что задача мне по силам, я изначально выбрал правильную стратегию. Сконцентрировал усилия на поиске таких руководителей подразделений, которых не будет нужды контролировать постоянно. Спустя месяц я уже пожинал первые плоды. У руля СО по-прежнему стоял Глухарев, которому вопреки ожиданиям, новая политика партии пришлась по вкусу. Свобода действий, предоставленная в обмен на ответственность, плюс самостоятельное решение кадрового вопроса, в обмен на всяческое содействие с моей стороны. С Фроловым просто фантастически повезло. Я сразу понял, что передо мной человек, с которым можно играть в открытую. Совместным мозговым штурмом мы определили тот баланс доходности места начальника СКМ, при котором риски не являлись критичными. Еще один алмаз был раскопан в отделе дознания, в лице на первый взгляд ничем не примечательной Измайловой. Подвергнув ее лишь символической огранке, в виде изложения предпочтительных принципов работы (встретивших понимание), я передал бразды правления подразделением в надежные руки. Так постепенно, человек за человеком, выкристаллизовалась работоспособная команда. А я получил возможность заниматься стратегическим планированием, бумажной волокитой и взаимодействием с вышестоящим начальством. Не могу сказать, что это доставляло удовольствие но, по крайней мере, полностью соответствовало моим представлениям о руководящей должности. Я чувствовал себя на своем месте, доселе невостребованные таланты нашли применение, и даже высвободилось время для прочих радостей жизни, кроме работы. *** К прочим радостям жизни относится, например, футбол. Очередная начальственная блажь и Иркина головная боль по совместительству, была спущена сверху в виде приказа предоставить двух человек для игры в составе сборной округа. Я, помнится, тогда здраво рассудил, что форму поддерживать надо, да и галочка в безупречный послужной список будет не лишняя. К тому же, на тот момент мне перед Ирочкой кое-какие грехи замолить надо было. В общем, звезды сложились так, что раз в две-три недели я принимал участие в футбольных матчах. Сегодня игра предстояла с представителями управления собственной безопасности, и еще до ее начала было решено потерпеть тактическое поражение. Но в самом начале второго тайма Воронов, которому так же посчастливилось представлять округ от имени ОВД Пятницкий, не рассчитав сил, закатил мяч в ворота. И понеслось... Нет, ну конечно у кабинетных червей, УСБшников, был шанс отыграться. Вернее был БЫ, но тогда нам пришлось бы стоять столбом на поле, а это неспортивно. И мы вознамерились получить удовольствие хотя бы оттого, что накостыляем им по полной. Самый смак, когда входишь в раж и ведомый азартом, уже не замечаешь вокруг ничего. По-зимнему холодный воздух обдает волнами разгоряченное тело, и ты счастлив оттого, что все предельно ясно. Вот мяч, вот ворота, вот твоя нога. Забьешь – герой, не забьешь… Это кто еще не забьет? Быть может кто-то другой, но только не я. Я рожден победителем, я забивал, забиваю, и буду забивать. Конечно, футбол – это лишь только игра, но я форвард по жизни. Тактическое поражение закончилось разгромной победой, 3:0. Второй мяч угодил в ворота с моей голевой подачи, а третий подполковник Карпов вбил лично. Играть, так играть. От традиционного, по случаю победы, пивоизлияния в мозг пришлось отказаться. Я уже известил мать о визите. Воронов понимающе хмыкнул, но был предостережен моим угрожающим взглядом. Пусть только попробует проболтаться о подробностях моей личной жизни. Человек, привыкший в жизни ходить по лезвию ножа, поневоле становится суеверным. Мать и Ася не спешили расписываться в кровном родстве. Вели себя отстраненно и настороженно, присматриваясь друг другу. Хлопоты вокруг сервировки чайного столика в зале, заполнили первые минуты визита. А когда мы чинно расселись, повисла вполне ожидаемая пауза. Мне на правах связующего звена пришлось возложить на себя обязанности ведущего. - Мы с Асей решили пожениться, регистрация 7 декабря - перешел я сразу к сути. - Так скоро? - чисто машинально отреагировала мать. Не думаю, что ее на самом деле так уж удивила скоропалительность нашего решения. - Есть повод поторопиться - я чувствовал, как гордость буквально переполняет меня. Так, словно я намеревался сообщить сейчас о самом главном достижении в своей жизни. Хотя возможно, в какой-то мере, так оно и было - Уже к лету мы планируем сделать тебя бабушкой. - Ну наконец-то, а я уже и не надеялась твоих деток понянчить - из-под налета иронии во фразе, сквозила искренняя радость. А я был рад тому, что разговор состоялся. Аська сосредоточенно изучала яблочный рисунок скатерти с таким видом, как будто происходящее не имело к ней ни малейшего отношения. За внешним спокойствием чувствовалась нервозность, проявлявшаяся лишь в бессознательном тереблении салфетки. Я изъял многострадальный кусок бумаги, и заключил ее руки в свои, давая понять, что я рядом и все понимаю. - Хорошо бы родился мальчик, чтобы фамилию продолжить - с нарастающим энтузиазмом продолжила мать. Мне тоже приятно было обсуждать эту тему, а поэтому я живо откликнулся: - Ну если с первого раза пацан не получится, мы попытаем счастья еще раз - успокоил я будущую бабушку. - Вот это правильно - охотно поддержала мое благое намерение мать - А то нынче модно по одному рожать. Избалуют дитя вниманием, а потом расхлебаться не могут с постоянно растущими запросами. - Вообще-то нам бы первым для начала разродиться! - немного "оттаяв" включилась в разговор Аська. Идея поставить детопроизводство на поток, по-прежнему мало ее вдохновляла. - Не переживай, деточка, дорога-то проторенная, не собьешься. А где первый, там и второй. Это только поначалу страшно. Так, постепенно, напряжение стало сходить на нет. Чему поспособствовал и Лёнька, вернувшийся с прогулки. Племянник легко влился в беседу, и его еще не лишенные наивности и детской непосредственности реплики, заметно разрядили обстановку. Спустя полчаса с чувством выполненного долга и глубокого удовлетворения, мы стали собираться домой. Уже на пороге, Аська неожиданно заявила: - Анна Константиновна, заходите с Лёней к нам в гости. Стасик допоздна работает, а я в восемь уже почти всегда дома. - Хорошо - с присущей ей решительностью согласилась мать - Мы будем заходить по вторникам. Это удобно? - Да, конечно... - немного стушевалась Аська, ей трудно было понять, как это можно ходить в гости по расписанию. - Ну вот, теперь зато я точно знаю, в кого ты у меня такой конкретный пацан - поделилась Аська уже в машине своими наблюдениями. Я в свою очередь тоже пришел к осознанию причин, по которым эта бесхитростно-бескорыстная и неорганизованная девчонка, так быстро покорила мое сердце. - Отец был спонтаннее и добрее, но он рано ушел из жизни. А волевые качества, помогли матери в одиночку поднять двоих детей - я редко говорил о прошлом, но визиты к матери неизменно возвращали меня в те времена, когда мы еще жили вместе, и были семьей. Наблюдая задумчивость на лице невесты, вызванную моим откровением, я тут же пожалел о сказанном. Аська наверняка уже примеряет ситуацию на себя! - Не смей думать всякие глупости. Со мной ничего не случится, и мы будем воспитывать детей вместе - я понимал всю беспочвенность своих обещаний, но постарался вложить в голос максимум убедительности. Аська, тяжело вздохнув, обняла меня за шею, и зарылась личиком в полы пальто. - Я знаю... Я тебе верю...