ma chérie

— Кажется, я могу вам помочь, — на его лице пробежала мимолетная ухмылка. Предвещала ли она что-то действительно гениальное? — Что? — переспросила она, будто бы ей послышалось. — Я знаю французский, и мог бы вам помочь, только нужно применить небольшую хитрость. Можно ли где-то достать микро наушник? — Да, но… — наушник непременно должен был быть где-то в недрах «мастерской» ее отца, однако вчера они поругались, и как решать еще одну возникшую проблему — оставалось загадкой. — Что «но»? Что-то серьезное? — он искренне не понимал, в чем состояла загвоздка. Лицо Ксюши на несколько секунд как будто зависло как старый плохо работающий компьютер. Сильно трясти ее за плечи не пришлось — вернулась в состояние нормы за считанные секунды, Юра даже глазом моргнуть не успел. Сразу после того как ее жесткий диск немного отвис, и мысли из большого запутанного клубка, стали немного распутываться, Ксюша рассказала обо всем. И на эту проблему у Юры незамедлительно нашлось решение. Зачем он только с ней возиться? Когда уже они снова смогут нормально поговорить о происходящем между ними, об этом постоянно висящем в воздухе напряжении? Ответы находились незамедлительно, но только почему-то на совершенно другие вопросы. Проникнуть в так называемый кабинет дяди Бори не составило ни малейшего труда, он, в отличие от Юрия Сергеевича, где-то беззаботно гулял по отелю, наслаждаясь часами законного (или не очень) отдыха. Каков же ее папа был предсказуем, даже в плане хранения вещей. Ей с Юрой ничего не стоило найти микро наушник, необходимо было только проверить первый же ящик, вызывавший у Ксюши максимальное подозрение — и вуаля, цель достигнута. До встречи со Львом Глебовичем и его невероятно важной французской делегации оставалось уже менее десяти минут, пора поспешить. Сердце Ксюши снова стучало как бешеное, она триста раз подумала — надо было выхватить у Юры это несчастное успокоительное, убежать, забраться в угол, наглотаться таблеток и ни о чем не задумываться. Слишком беспечно и легкомысленно с ее стороны, не могла она себе позволить подвести Льва, кто бы он ей ни был и как бы к ней не относился. Да даже отношение Льва к ней было в тысячу раз яснее, чем те неизведанные, скрываемые Юрой чувства. Почему в такой ответственный момент она не перестает воспроизводить у себя в голове все моменты, с ним связанные, все эмоции, что он вызывал в ней. Ах да, он же стоял рядом и пытался донести до этой витающей в своих розовых облаках девушке как себя вести и не проколоться перед французскими партнерами. Они снова вернулись в его кабинет, там их неловкие попытки решить проблему вряд ли бы кто-то услышал. — Ксения, вы меня вообще слушаете? — видел же, что нет. Зачем только спросил, сам и не подозревал. Хотелось услышать ее бархатный голос, заливистый смех, который заставлял его самого улыбаться, ее улыбку, ее… Сейчас он сам улетит в облака мечтаний, нельзя, надо было сохранять трезвую голову. Работа, все-таки. — Да-да, повторите еще раз, пожалуйста, — попытка сделать невероятно вовлеченное в разговор лицо не увенчалась успехом и, заметив это, Юра тихонько усмехнулся. — Я вам диктую информацию, вы пытаетесь повторить все звук в звук, понятно. Попытайтесь сымитировать акцент, хотя бы немного, а то мне кажется, у этих иностранцев и так будет тысяча и один вопрос. — Вы считаете, что я не способна просто повторить все в один в один? — надув губы, Ксюша нелепо развернулась в противоположную от Юры сторону. Этот жест показался ему до глубины души милым и забавным. Он осторожно развернул ее обратно к себе, так, чтобы видеть перед собой ее глаза, такие притягательные бездонные, такие, в которых можно утонуть и не выплыть. Кажется, только что как раз это и произошло. Удивительная была у него способность возвращаться с небес за землю за считанные секунды и продолжать беседу дальше как ни в чем ни бывало. — Я считаю, вы способны на все… — неловкая пауза повисла на мгновение между этими двумя, — и все же. Попробуйте произнести «r» так, — с его губ сорвалось это раскатистое «r», на мгновение Ксюше даже показалось, будто перед ней стоит настоящий француз, такой красивый, умный и… — Ксения, вы собираетесь повторять или нет? — А? Да, сейчас. — с ее стороны это «r» прозвучало максимально нелепо, но делать было нечего, поэтому Юра отмахнулся и добавил, что так сойдет, хотя решил продолжить свои уроки французского. — Так, а давайте теперь попрактикуемся в произношении еще нескольких звуков, — Юра был настроен совершенно серьезно, но он немного не рассчитал способности Ксюши к этому языку. Она судорожно пыталась произнести все, что он пытался ей произнести звук в звук. Получалось у нее, как они оба заметили, так себе. — Это провал, — Ксюша взмахнула руками в пустоту, будто моля кого-то о помощи, и готова была расплакаться. — Не надо было врать, что знаете язык, — и зачем он это сказал? Уже потом до Юры дошло — стоило сначала подумать, а потом уже вслух выдавать все свои мысли, — простите, я не хотел. — Да уж, не хотели. Спасибо за поддержку, — у Ксюши была просто великолепная выдержка, любой другой уже давно бы залился горькими слезами, но не она. Она сможет, справится, она сильная. Он уже и не знал, каким образом искупить свою вину. Опять сказал не подумав, а потом ищет способы как это исправить, молодец. Но Ксюша совершенно не обижалась на него, ведь увидев его хмурое и расстроенное лицо, она отчего-то тихо засмеялась. На мгновение на суровом лице Юры промелькнула тень улыбки, кажется, все было хорошо и беспокоиться ему было не о чем. — Так, Ксения, соберитесь. Вы же сами сказали, это ненадолго, посидят 20 минут и уедут, а там уже если у них со Львом сложатся деловые отношения, найдете переводчика. Ну или снова меня позовете, но так мучиться вам уж точно не придется. Не переживайте, я буду диктовать все медленно, все получиться, — взяв ее руку в свою, он нежно провел пальцами по ее бархатной коже, будто бы давай знак, что он ее никогда не подведет, — мы с вами сейчас выучим несколько фраз, чтобы было немного проще, а дальше, думаю, разберемся. Все было вроде бы готово. Вроде бы или точно? На что она вообще рассчитывает? А вдруг он хочет ее подставить? А вдруг все провалится? А вдруг она опозорится настолько сильно, что захочется самой убежать из этого отеля и никогда сюда не возвращаться? А вдруг… Пора останавливать нескончаемые потоки запутанных мыслей, вот уже делегация заходила в отель. Подойдя ко Льву Глебовичу, Ксюша натянула на лицо настолько наигранную улыбку, что можно бы невооруженным взглядом заметить — тут что-то не так. Лев казался настолько увлеченным, даже не обратил внимание на наигранные эмоции своей пока еще, так сказать, коллеги. — Bonjour, mesdames et messieurs. Je suis la directrice de cet hôtel, — с каким же трудом она пыталась выговорить более менее понятно каждое слово, лишь бы не показаться дурочкой перед этими французами. Ксюша метнула взгляд на некоторых из них, вроде все было не так плохо и, кажется, они ее понимали, хотя и немного посмеивались над ее произношением. Лев Глебович напрягся на долю секунды, но Ксюша заверила его, что все отлично. Ксюша не могла поверить своему счастью после того, как этот французский кошмар подошел к концу. Юра так быстро убежал из ресторана, она даже и пары слов благодарности не успела сказать. Если бы не он, то чтобы бы было? Ксюша и на секунду не хотела задумываться о возможных последствиях. Надо было срочно найти и Юру и сказать ему… а что именно? Долго она не могла подобрать подходящих слов: просто «спасибо» — сухо, «спасибо за помощь» — банально. А большего и не придумывалось, значит, был только один верный вариант — импровизация. — Юрий Сергеевич, вы так быстро ушли, я даже не успела и слова сказать, если бы не вы… Дежавю какое-то, — Ксюша и сама не заметила, как нелепая улыбка расползлась по ее лицу. — А вы знаете, что слово дежавю образовалось от двух французских слов déjà и vu, что означает: уже видел? — Юрий Сергеевич, а может быть вы отложите образовательный контент на потом? Голова уже кругом идет, хочется немного отвлечься. — Хорошо, но может бы мы когда-нибудь перейдем на ты? — Может быть, — Ксюша снова улыбнулась, так искренне, у него на душе стало чуточку теплее, и лед, казалось, начал таять. И дальше все произошло в точности как тогда — ему надоело держать лицо, быть всем таким непоколебимым и недоступным. Юра рывком подскочил туда, где стояла Ксения, обхватил ее сзади за шею, медленно проводя по ней пальцами. От этого жеста у Ксюши по телу пробежала взрывная волна мурашек, которую она была не в силах остановить, да не сильно-то хотелось. Затем он притянул ее к себе так близко, что вновь между ними оставались какие-то считанные сантиметры, но на этот раз Юра действовал более решительно. Долго не раздумывая, он накрыл ее губы своими, а дальше все было как в тумане. Немного отдышавшись, он буквально выдохнул одну фразу ей в губы: — Je t’aime, ma chérie.